Часть 11

      — Позволишь осмотреть твои раны? — спросила я, смотря на него. Он стоял в шагах трёх от меня и всё ещё смотрел как на призрака.       — Как, Грейнджер… Как, мать твою, ты выжила?! Столько лет… Я думал, ты умерла давно.       — Слухи о моей смерти весьма недостоверны, — усмехнулась я. — Так позволишь осмотреть раны?       Малфой кивнул и сел на кресло. Я подошла к нему и взглянула. Всё выглядело прилично… Следы проклятья есть, но, по сравнению с тем, что было, это ерунда. Я нанесла бадьян на раны и перевязала его торс. Жить будет.       — Кто еще выжил? Рыжий?       — Все мертвы… — грубо бросила я. Он хмуро кивнул.       — Как ты нашла меня?       — Подумала, что Нора, это последнее место, куда бы ты пошел. Значит, надо искать там.       Малфой слабо ухмыльнулся.       — Не думал, что всё так предсказуемо…       — Почему ты напал на Нагайну?       — Ты сама сказала. Она крестраж. Хотел покончить со всем раз и навсегда… Как видишь, весьма неудачно.       — Но почему? Ты был на стороне Тома столько лет… С чего ты захотел его смерти?       — Я никогда не хотел быть на его стороне. Но у меня особо выбора и не было. Я же Малфой. Или я с ним, или смерть всей моей семье.       — А с чего вдруг ты решил бороться?! Когда была ещё надежда, ты сидел с Пожирателями, но когда они победили, спустя столько лет, ты решил что-то поменять?!       — Потому что мне больше нечего терять. Я был с ним ради безопасности моей семьи. Теперь их нет. Никого нет… Он убил их, — тихо сказал Малфой.       В таких случаях, наверно, стоит проявить сочувствие. Но во мне кипела злость. Этот трусливый гадёныш мог нам раньше помочь! Может, ничего бы этого не было… А он со своей семьёй как паразиты… Там, где хорошо, им и выгодно. Никакой чести. Никакого морального ориентира…       — Получили то, что заслужили, — холодно бросила я.       — В таких случаях говорят обычно «соболезную», — зашипел он.       — Когда умирают люди, то да. А когда подыхают змеи, то не жалко.       Малфой сверкнул глазами, и рука его дёрнулась к палочке, которую он поставил на стол рядом с креслом, но в последнюю секунду он передумал и опустил руки на свои колени. Смиренный Малфой… Это интересно.       — Всегда знал, что ты сука, — тихо сказал он.       — Какой сделали, ту и получайте, — огрызнулась я.       — Что ты хочешь от меня, Грейнджер? Не по доброте же душевной ты меня исцелила, — устало спросил он, откидываясь на спинку кресла и закрывая глаза.       — Чтобы ты помог убить Тома.       — Это невозможно.       — Возможно. Мы знаем о крестражах. Мы знаем, что он последний. Надо убить Нагайну, и всё будет кончено. Ты Пожиратель. Ты знаешь их места, планы, как они мыслят…       — И мы вдвоём ворвемся на базу Пожирателей и беспрепятственно ликвидируем десяток опытных боевых магов? А потом найдем Лорда, и он разрешит без боя убить его питомца? Это твой план?! — рассмеялся Малфой.       — Нет, конечно. Мы доложим всю информацию Сопротивлению. Они нам помогут. Сделаем клич… Люди откликнутся. Соберем народ и…       — И ни черта не получится, —перебил он. — Это невозможно.       — То, что ты ничего не смог сделать, не означает…       — Я смог, идиотка.       — Ч… Что? Что ты смог?       — Я убил Нагайну.       — Убил… Но ведь это значит… Это значит… Что Том стал смертным! Это же ещё проще! — обрадовалась я.       — Мерлин… Нет, грязнокровка. Тёмный Лорд не такой идиот. Он знал, что вы с дружками уничтожаете его крестражи. И когда вы проиграли… Он изменил крестраж. Это не змея…       — Изменил… Но ведь это невозможно…       — А вот он смог. Он подозревал, что информация может просочиться и оставшиеся выжившие попытаются его убить. Поэтому после смерти Поттера он поменял крестраж. Поместил свою душу во что-то другое. И это может быть абсолютно любая вещь! Начиная от грязных носков, заканчивая золотым галлеоном на дне морском!       — Откуда… Откуда ты это знаешь?       — Он сам мне сказал, — горько ухмыльнулся Малфой. — Когда я напал на змею и уничтожил её. Я думал, это будет конец. А он рассмеялся мне в лицо и сказал, что я глупец. Что его душа надёжно спрятана, и единственное живое существо, которое знает где, это он сам. Всё кончено, Грейнджер. Он победил. Второй раз. Если ты меня спасла ради этого, то извини, что не оправдал ожиданий.       Я почувствовала, как земля уходит из-под ног, и села на пол… Он прав… Всё кончено. На этот раз Том позаботится о сохранности своей души… И спрячет так, что придётся век её искать… Мы проиграли.       Мы сидели молча в тишине. Каждый думая о своём… Спустя десять минут я спросила:       — Как ты смог сбежать?       — Белла помогла. Тёмный Лорд, после убийства Нагайны, приговорил меня к смерти. Прилюдной. Собрал всех своих псов… И направил на меня палочку. В последний момент выскочила Белла и кинула мне порт-ключ. Он перенёс меня в её фамильный особняк. Оттуда меня эльф трансгрессировал в какой-то лес и оставил меня там.       — Белла? Она же самая верная приверженица Тома! Почему вдруг и она пошла против него?!       — Я последний из рода Блэков. Последний, кто с ней одной крови. Детей у неё нет. Смерть своей сестры она ему простила. Но, видимо, смерть единственного племянника для неё было… Непозволительно. Она вначале умоляла его пощадить меня. Когда он отказал, видимо, перешла к плану «Б»… Даже самая фанатичная верность — ничто по сравнению с сохранением рода… Думаю, он её убил. Тёмный Лорд не прощает предательство.       — Точно… Сохранение чистокровного рода… — закатила глаза я.       — Не каждому это дано понять, Грейнджер, — сказал Малфой, презрительно смерив меня взглядом. — Для грязнокровок род не важен. Но чистокровные семьи, хранители древней магии и сакральных знаний, передаваемых из поколения в поколение вместе с молоком матери…       — Боже, Малфой, давай без этого! Лицемерие чистокровных семей не знает границ. Другую свою племянницу Белла почему-то убила. Собственноручно. Тонкс… Или это другое?       — Это действительно другое, — кивнул он.       Я закатила глаза.       — Ладно, но как ты получил ранение?       — Нарвался на Долохова в Косом переулке.       — В Косом Переулке?! Ты решил пойти туда, когда тебя разыскивают везде?! Ты что, идиот?       — Риск — дело благородное. Я думал, ты оценишь, вы же гриффиндорцы, вечно рискуете и влипаете в неприятности и выходите сухими из воды, — огрызнулся он.       — А ты слизеринец. Поэтому с тобой так не сработало, — съязвила я.       — Как ты меня вылечила? Это сильное проклятье…       — Знаю. От него умер Рон… — тихо сказала я.       — Вот оно что… То есть все неудачные попытки ты потратила на Вислого, и мне повезло… — он не договорил. Я врезала ему в челюсть.       — Никогда… Никогда не называй ЕГО так… — Всё во мне кипело от злости. Малфой взглянул на меня. И то, какими чёрными глазами он на меня смотрел, не предвещало ничего хорошего. Он кинулся ко мне, но я успела достать свою палочку из кармана и направила на него.       — Один шаг, Малфой… И я исправлю ситуацию с твоим исцелением…       — Ну так давай, — он сделал шаг мне навстречу, и моя палочка воткнулась ему в грудь — Ты же спасла меня, чтобы я тебе помог. Победить Тёмного Лорда. Но я бесполезен. Как и твои попытки что-то изменить. Я тебе не нужен. Зря тратила на меня силы. Исправь это. Давай, Грейнджер, убей меня. Или ты способна только свои грязные руки распускать? — тихое шипение, а не речь. Истинный слизеринец.       — Берёшь меня на слабо, Малфой? Поверь, очень плохая идея… Ты Пожиратель. Ты виноват в смерти всех моих друзей…       — Не я их убил.       — Ты был одним из них! — взвизгнула я. — Ты помогал им! А мог нам помочь… Может, если бы нас было больше… Каждая смерть… Каждая, ты слышишь, на твоей совести!       — Я живу с этой мыслью каждый день, — ответил холодно. Безразлично. Но… Это выбило из меня всю злость. Я опустила палочку и внимательно посмотрела на его непроницаемую маску. Как он думал, непроницаемую.       — Я знаю, что ты делаешь… Ты хочешь умереть. И специально меня провоцируешь, чтобы я тебя убила. Но нет… Живи с этим. Хочешь умереть? Делай это сам. САМ разгребай своё дерьмо. А меня в это не вмешивай, — сказав это, я вышла из комнаты, хлопнув дверью.