bonus part

— Уважаемые пассажиры, наш самолет начал снижение над Сеулом, в аэропорт Инчхон. Убедитесь, что все ремни безопасности пристёгнуты, спинки кресел подняты, столики сложены, а багаж убран в ячейки, - объявляет бортпроводник.  — Джиён, просыпайся, милая, - мягкий голос отца заставил девочку открыть глаза и приподняться, пока мужчина привел спинку сиденья в прямое положение.  — Пап, уже прилетели? - Чонгук кивает, а девушка посмотрела в иллюминатор, и уже довольно хорошо смогла рассмотреть аэропорт Инчхон. — Ох, сколько я спала?.. — Часа три точно, - ответила Каён дочери, а та, в свою очередь начала поправлять свои собранные в хвост тёмные волосы. — Ты голодная?  — Ага, - Джиён запустила руку в карман своего бомбера и вытащила оттуда свою любимую шоколадку. Чон была той ещё сладкоежкой с самого детства, Чонгук отчетливо помнит, как бегал в магазины около дома, стоило сладостям не оказаться дома, а Джиён закатывала истерики. Оба родителя ужасно баловали свою единственную дочь, но не смотря на это, девушка знала меру во всём. — Пап, мам, будете? У меня есть целых три, - предлагает девушка, но те отказываются. — Как хотите. Кстати, дядя Тэхён попросил позвонить, как прилетим. Хотел нас встретить. Но кажется, уже не успеет.  — Сделаем ему сюрприз, - улыбается Каён, предвкушая встречу с братом. Они, кажется, не виделись около года. Не так уж и много…  После того,как Каён и Чонгук поженились, почти сразу появилась Джиён. Она самая старшая среди внучек, племянниц и своих кузенов, а потому её все очень ждали. Особенно бабушка по маминой линии - Госпожа Ки Юна. У них с Джиён очень близкие отношения, они часто созваниваются, шлют друг другу подарки, а также девушка могла поделиться с бабушкой чём-то личным. — Бабушка звонила прямо перед вылетом. Ждёт, скучает ужасно.  — Особенно по тебе, - подметила Каён. — Бабушка в тебе души не чает.  —  Конечно, - улыбнулся Чонгук, поглаживая щеку дочери ладонью. — Как такую не любить? У меня самая красивая, самая лучшая дочь.  — Ну паап, - растянула недовольным голосом девушка, хотя не смогла скрыть довольной улыбки. Она говорила всё сама за себя. Конечно, ей нравилось, когда её хвалили. — Мне уже двадцать один.  — Не важно сколько тебе лет, милая. Для нас с мамой ты все равно остаешься малышкой, - девушка с улыбкой вновь отвернулась к иллюминатору, и продолжила наблюдать за медленной посадкой на родину своих родителей.  *** — Пап, если хочешь, я сама всё организую! Не переживай, всё сделаем, как надо, - девушка накрыла руку отца своей и легонько сжала. — Тётя наверное не приедет прямо сегодня. Они останутся в доме семьи Чон.  — Пап, Джиён пишет, что они уже приземлились в аэропорту, - вдруг прикрикивает Джихун - сын Тэхёна. — Сегодня можно их не ждать. Завтра приедут.  — Джиён прилетела?! - Госпожа Ки в темпе спускается с лестниц к семье, на кухню. Тэсоль - дочь Тэхёна оборачивается к бабушке и закатывает глаза.  — Ой, да всё с твоей драгоценной в порядке! Можешь не волноваться так, ба, - женщина суетливо начинает копошится в холодильнике. — Хочешь испечь Джиён её любимый торт? Нужных ингредиентов нет.  — Так сходи и купи! - велела Ки Юна младшей внучке. — Сходи и купи, мне нужно порадовать внучку! - Тэсоль обижал такой тон бабушки, ведь она открыто показывала, кого из внуков любит больше. Тэхён встал из-за стола, всё ещё не отпуская руку дочери, и обратился к матери:  — Довольно, мам. Перестань так разговаривать с моей дочерью. Мы уже не раз это обсуждали, - на кухне наступила напряженная тишина. Госпожа Ки не побоялась её нарушить:  — Это твоя дочь должна следить за речью и поменять своё поведение! Слишком обидчивая, так ещё и плакса, точно вся в свою мать! Ах, ну конечно, кто бы ещё родился от той несносной женщины! - это был удар не только по Тэсоль, это был удар, нанесённый всей семье Тэхёна. Его выражение лица тут же поменялось, он побледнел. Тэсоль укоризненно цокнула бабушке, не понимая, зачем она продолжает ворошить раны сына. Мужчина сильнее сжал руку дочери от гнева и тоски… Соль не смогла больше этого терпеть, потому что Госпожа Юна переходила все рамки дозволенного. Конечно, сказывается и то, что она уже считалась пожилой, но тем не менее…  — Пап… - попыталась достучаться до отца Тэсоль, пока Джихун следил за бабушкой.  — Кто-нибудь, закройте рот этой женщине. Пускай молчит. А иначе - я за себя не ручаюсь, - его тон обрел серьезные, даже устрашающие нотки, сам он был напряжен, и просто умотался из комнаты от греха подальше.  — Бабушка, опять ты всё портишь! - Тэсоль было больно видеть отца в таком состоянии, ибо он был единственным её родителем и самым близким человеком.  — Лучше съезди за продуктами! - Госпожа Ки будто не понимала, что только что больно задела чувства родного сына и его детей. Она была помешана лишь на прилете Джиён.  — Хорошо… - разочарованно вздохнула девушка, прежде чем выйти из комнаты.  — Я с тобой! - резко спохватился Джихун, поспев за сестрой.  *** В роскошном особняке с высокими стенами и золотыми оттенками во всём, уже не первый год проживала семья Ким. Сокджин, Джихё и их любимая дочь - Хэин. Компания процветала, сеть салонов красоты разрослась, раскинувшись по всем районам Сеула. Дочь училась в выпускном классе престижной частной школы. В доме царил уют, комфорт, спокойствие и абсолютное понимание.  — Мам, пап! - Хэин, одетая в модное платье чёрного цвета выше колен, так ещё и на каблуках, в спешке спускалась вниз к родителям, в руках удерживая две сумочки.  — Ох, что стряслось, моя красавица? - заметив, что дочь явно куда-то готовится, поспешил спросить Сокджин. Джихё неспешно отпивала свой кофе маленькими глоточками. — Куда это ты собралась?  — Помогите выбрать сумочку! - юная леди специально проигнорировала вопрос отца, так как зала, что он точно не одобрит, если узнает то, к кому она собралась.  — Чёрную, конечно, - прокомментировала Джихё, отложив чашку с горячим напитком. — Как ты пойдёшь во всём черном, а сумку белую? Серьёзно? Дочь, не забывай про своё прекрасное чувство вкуса, которое передалось от меня.  — Или же, от меня, - поспорил Джин. На миг выражение его лица смягчилось, но спустя пару секунд, он вновь посерьёзнел. — Так, куда ты всё таки собралась?  — Нуу, - Хэин всё пыталась подобрать уклончивы ответ, но в голову ничего не приходило. — С одним…  — Нет! - тут же отрезал Джин, прекрасно зная, кто этот «один». Сын злейших врагов и соперников по бизнесу его семьи.  — Да паап! Мне он нравится, мне что, теперь страдать из-за ваших конфликтов? - обиженно протянула девушка.  — Оставь, пусть идёт. Иди, Хэин, - мягко дала разрешение мама под возмущения Сокджина.  — Этот разговор ещё не закончен! Ты слышала, дочка?! - крикнул Джин в след дочери, которая спешно хлопнула дверью особняка. — Ты с ума сошла?! - обратился недовольный мужчина к супруге. — Зачем позволила ей идти на встречу с ним? — Да брось, не будь таким категоричным, - цокнула женщина, встав со своего места, она начала приближаться к супругу со спины. Ручки плавно опустились на мужские плечи. — А вдруг это любовь, м?  — Рано ей ещё до любви! - всё никак не мог остановиться Ким. — Хочешь сделать её невесткой для семьи Ли? Хах, да я лучше умру, чем отдам свою дочь им!  — Наиграется и бросит, - продолжила плавно двигать ладонями Джихё. Джин всегда говорил, что у его жены есть целительские способности. Ибо она так качественно делала ему массаж, что всякий раз он мог проспать до обеда после такого сеанса. Её массаж сильно расслаблял. — Да и к тому же, у меня было к тебе предложение…  — Говори,- голос мужчины смягчился, звучал спокойней.  — Давай позовём Каён и Тэхёна с их семьями на ужин, например завтра? Они сегодня прилетели в Корею, а мы так давно не виделись… Можем собраться у нас, как ты на это смотришь?  — Я полностью согласен, дорогая, но… - Джин перехватил правую ладонь супруги, призывая остановиться. У него ещё куча дел на сегодня, ему нельзя отдыхать. — Дело в том, что Тэхён уже запланировал ужин в своём особняке. Позвал нас, сказал, что не смог до тебя дозвониться. Завтра вечером…  — Так даже лучше, дорогой! - похлопала в ладоши женщина, занимая место на диване рядом с мужем. — Не надо париться. Разве что, с тем, в чём пойти.  *** — Чуть подальше, подальше говорю, Джихун! - пыталась достучаться до брата Соль, но тот даже не слушал. — Ты хочешь испортить ужин папе?  — Господи, это всего - лишь семейный ужин, а не встреча послов двух стран, нуна. Успокойся, ты каждый раз так! - но Ким была непоколебима. Как только брат отошел на кухню, чтобы принести следующую порцию закусок, Тэсоль всё подстроила под свой манер, хотя знала, что как только в столовую войдёт бабушка, вся расстановка на столе мигом поменяется. Благо, сейчас, она готовила на кухне. Любимый торт для любимой внучки…  — Была бы здесь мама… - вдруг неосознанно подняла больную тему Тэсоль, заставляя брата тут же поднять на неё глаза. — Она бы точно сказала бы тебе, что надо слушаться старшую сестру, а ты бы сделал всё, как я говорю, - к глазам медленно подкатили слёзы. Тэсоль действительно её не хватало, так же, как и Джихуну, который потерял её в свои двенадцать.  — Опять вспоминаете эту женщину? - на кухню, как ни в чём не бывало, зашла Госпожа Ки. Как всегда, статная, элегантно одетая, а возраст её выдавали, пожалуй, пару морщин у глаз и на лбу. Бабушка Джихуна и Тэсоль вовсе не выглядела на свой возраст, от силы ей дашь пятьдесят с немногим, может, чуть больше, но уж точно не шестьдесят шесть лет. — А я говорила вашему отцу: пока не поздно, женись. Детям нужна мать, а ему что… Никогда меня не прислушивался.  — Перестань, бабушка. Это всё совсем не смешно, - не выдержал Джихун наглости женщины. — Нам не нужна была другая мать. Только Кан Сольджи. Но её не стало, так что будь добра, говори с уважением о покойной невестке. — А ты в отца точно пошёл. Он тоже всё время её отстаивал передо мной. И лицо у тебя больно сына мне напоминает. Даже голос, - женщина разговаривала будто не от мира сего, чем иногда пугала внуков.  Внезапно их разговор прервал стук в дверь. Она была открыта, так что, судя по всему, постучались из вежливости.  — А вот и моя Джиён! - радостно улыбнулась Госпожа Ки, быстро зашагав к выходу. Тэсоль от этого стало не по себе. Её и так особо нигде не замечали, но теперь, когда тут будет Джиён, всё внимание и похвала достанется ей. Девушка решила отправиться в свою комнату. Страх быть ненужной и незамеченной вновь закрался в душу.  — Хэй, ты куда? - окликнул брат.  — Мне надо… Отойти на немного, - солгала девушка, поспешив наверх, в то время как отец - наоборот, спускался вниз.  — Куда ушла твоя сестра? - удивился мужчина резкому уходу дочери. Но он не успел услышать ответ, ведь в этот момент в холл ворвалась Каён, бросаясь тут же на шею брата. Тэхён не ожидал этого, но тут же улыбнулся, обнимая сестру в ответ.  — О Всевышний, как же долго я ждала этого дня! - восклицает женщина, отстраняясь от брата. — Ну, как ты, Тэхён?  — Я - хорошо. Ты то как, сестра? - Тэ потрепал её по волосам, будто маленького ребёнка, а не почти пятидесятилетнюю женщину.  — Прекрасно. Вся цвету и пахну.  — Благодаря мне, - рядом возникает Чонгук, с улыбкой обнимая друга. Как же они всё таки скучали друг по другу. — Хэй, дружище, где Джихё и Джин?  — Скоро приедут, - подал голос Джихун, обнимая тётю, а потом и Чонгука. Каён не могла налюбоваться племянником.  — Поразительно… Твоя копия, - ахает Каён, замечая эту тотальную схожесть племянника с братом. — Точно Тэхён в подростковые годы. У вас даже голос похож, милый, - обратилась женщина к Джихуну.  — Многие так говорят, - пожал плечами тот, не отпуская руку тёти. Всё же, они все соскучились. После смерти Сольджи, некоторое время, Каён заменяла им с Тэсоль мать… Джихун был безмерно благодарен этой женщине.  — А где Тэсоль? Хочу видеть мою племянницу, - женщина оглянулась по сторонам, но так и не увидела девушку.  — Ушла наверх. Сказала, что скоро вернётся, тёть. Пойдем в столовую, вы устали. Дядь, - обратился парень к Чонгуку. — Идём.  *** Уже около получаса семейство сидело за столом. Тэсоль ещё не вернулась за стол. Всё внимание взрослых было действительно обращено на Джиён. Хэин больше находила общий язык с Тэсоль, а с Джиён даже пару раз вздорила, но сейчас они сидели прижавшись к друг другу плечиками и переплели свои пальцы. Хэин всё же соскучилась по кузине. Ровно также, как и Тэхён с Джихё. Они в последнее время редко виделись, но их связь, как и была, так и осталась крепкой.  — Тэтэ, - вдруг обратилась к брату Джихё, которая прижималась к его плечу. Мужчина с улыбкой посмотрел на кузину. — Наконец-то мы все вместе. Как одна большая семья, - женщина отодвинулась от кузена и взяла бокал. Но в фужерах был разлит лишь сок, ничего алкогольного: Каён и Чонгук не пили, а остальные уважали их выбор, ибо они очень редко сидели за этим столом. Так редко, что даже Госпожа Ки Юна смирилась со взглядами на жизнь дочери и просто скучала и любила её, даже не придираясь, не ругая. С возрастом она отдала предпочтение дочери.  — Давай же, сестрёнка! - ярко улыбнулась Каён, поняв, что Джихё, как по традиции,решила первой сделать тост. Всё взгляды были направлены на неё, ожидая приободряющих и тёплых слов.  — Мы вновь, собрались за одним столом. Вместе, всегда сплоченные, хоть и с одними на расстоянии, а с другими не находим времени из-за работы. Я так рада, что мы вновь вместе, можем видеть родные лица друг друга, и я тысячу раз благодарна за свою семью, за то что вы все есть рядом, всегда поддержите и поможете. Но, особенно,конечно, Тэтэ, - она посмотрела с теплотой на брата, который также смотрел в ответ. — Ты мне как родной братик.   — Ох, эта ваша особенная, родная связь… - шуточно расстроилась Каён. Всё за столом засмеялись. Хэин была горда за мать. За то, какая она сильная, уверенная и яркая. За то, как умеет сплочать, за то, как стоит в центре внимания: Хэин хотела быть такой же как мать, и при помощи этих качеств управлять бизнесом отца, ибо другого наследника у Сокджина нет, да и не надо было ему. Хватало ему своей ненаглядной дочери, которую он очень сильно любил и всю жизнь носил на руках.  — Пусть наша жизнь всегда будет наполнена счастьем. Пусть это счастье объединяет нас. Я клянусь, Джиён, Тэсоль и Джихун мне как родные дети.  — Теетушка, - с любовью в голосе одновременно протянули Джихун и Джиён, а на глаза Джихё уже навернулись слёзы: племянники так выросли, так похорошели.  — Вы мне поддержка, и в горе и в радости. Пусть наша жизнь, а потом и жизнь наших детей будет наполнена счастьем и успехом. Я так люблю всех вас! - пару слезинок вырвалось из глаз Джихё. Слёзы счастья. — А ты, Юна, объединяешь всех нас, как самая старшая, - отдала должное жене родного дяди женщина.   — Пусть у тебя всё всегда будет хорошо, дитя, - благодарно улыбнулась женщина, что уже была в почтенном возрасте, хоть и не была похожа. — Джихё, ты мне тоже как дочь. Всегда была. — Благодарю, тётя, - улыбается Джихё, чувствуя на себе поддержку всех близких, особенно дочери и мужа. Обычно собирались они в её с Джином особняке, но в этот раз организацию взял на себя Тэхён, а если точнее, его дети. — А теперь, за нас! - весело, повысив голос, произнесла Джихё. За столом стоял звон бокалов. Когда всё более - менее стихло, Хэин тихо произнесла:  — А где Тэсоль?  *** — Дочка, я могу зайти? - в комнату постучался Тэхён. Долгое отсутствие дочери заставило его забеспокоиться. — Папина, можно? - по комнате раздался звук шажков. Тэсоль заперлась. Это значит одно - случилось что-то серьёзное. Девушка тихонько открывает, и в комнату заходит отец, а следом за ним - Джихё.  Тэсоль без слов бросается на тётю, крепко сжимая её в объятиях, кутаясь в них, словно в тёплый плед. Тэхён с нетерпением смотрит на дочь, желая понять, в чём дело и почему она  в таком состоянии.  — Ну, что с тобой, тётина? - Хё аккуратно отстраняется от себя заплаканную племянницу, и её отец тут же хватает дочь за плечи.  — Всё правда в порядке, простите… - она поднимает жалостливые, беззащитные глаза к отцу, и внутри Тэхёна проносится сотню моментов с дочерью. Он медленно прижимает её к себе и поглаживает по спине, аккуратно, бережно. — Папа, - губы дрожат, она прижимается к родителю всем телом.  — Что случилось, Тэсоль? Милая, кто тебя обидел, м? Почему ты опять в таком состоянии? - Тэсоль долго молчала, ещё не выплакалась. Рядом с папой было безопасно, хорошо. Ей не хотелось говорить, только молчать и ожидать, что отец всё сам поймет.  Джихё с тревогой смотрела на брата, не в силах понять, что происходит с племянницей. Только когда Тэсоль поняла, что прятаться в объятиях папы бесполезно, она медленно опустила отца, и села на свою кровать, пододвинув к себе ноги, обняв их руками. Родственники сели на корточки перед ней.  — Меня просто… - она смотрела конкретно на отца. — Меня просто взбесила бабушка. И Джиён. Они оба бесят. Терпеть не могу, - Тэхён сразу всё понял, а Джихё же, наоборот, совсем не поняла девушку.   — Вчера мама опять за своё взялась, - принялся объяснять мужчина. — Закатила истерику, что хочет приготовить торт для Джиён, а ингредиентов нет. Наехала на Тэсоль, мол, о чему нет ингредиентов. Отправила Тэсоль за продуктами. Сказала, что у неё безобразный характер, что она вся… Вся в мать, - в глазах Тэхёна блеснула тоска. Самая настоящая, из-за которой Джихё хотелось прижать кузена к себе и поддержать.  — Она опять оскорбила память мамы. Я ненавижу её за это, - пуще прежнего заплакала девушка. Ни для кого, кроме семьи Чон, не было секретом, что Тэсоль ужасно волновало внимание к кузине. Она раздражалась, питала скрытую ненависть к Джиён. За то, что каждый божий день слышала разговоры бабушки с сестрой, за то, что каждый день эта женщин хвалила старшую внучку и сравнивала Тэсоль с ней, за всю ненависть, которую бабушка питала к ней и её матери.  — Я не могу понять, почему… - нахмурилась Джихё. — У Юны и Сольджи ведь были хорошие отношения в начале… - ключевое слово: в начале. Но не после рождения Тэсоль. Что-то в тот момент поменялось в Госпоже Ки. Она начала ревновать сына к семье, указывать Сольджи на её недостатки, унижать, презирать… Любовь и ревность к сыну не давала ей покоя.  — Она всегда так делает. Всегда! Почему? За что? Разве я не её внучка тоже? Я тоже хочу, чтобы она меня любила… Но она замечает только Джиён. Всегда - её! - Тэхён начал утирать слёзы дочери рукавом кофты, а она задержала дыхание, чтобы немного успокоиться. — Пап, у меня только ты есть, - Тэсоль ухватилась за его запястья. — Только ты… Она даже не хочет, чтобы ты лишний раз со мной контактировал, с Джихуном… Со своим детьми! Считает, что ты нас разбаловал… Папа, только ты меня любишь, а она - презирает, - по щекам юной девушки вновь заструились слёзы. — Не ведись на её уловки. Пожалуйста, продолжай любить нас… Нас с Джихуном. Прошу, - Джихё беззвучно заплакала, ведь подобное было слишком душераздирающим… Эти дети так любили мать, и слишком рано её лишились, и лишились большей части внимания и поддержки. — У Джиён есть мать, отец и бабушка, а у меня только ты, - это стало последним щелчком в ноющем от боли сердце Тэхёна. Он резко прижал дочь к себе, пряча её в своих объятиях. Его плечи медленно содрогались, Джихё заметила… Они оба плакали. Плакали, вспоминая прошлое, вспоминая Сольджи, ощущая тесный контакт. Для Тэсоль отец был всем.  — Папина… - голос Тэхёна поменялся из-за слёз. — Как я могу вас с братом не любить? Как могу? Вы - самое главное, что у меня есть. Самое драгоценное, - Тэсоль плакала и плакала, чувствуя, что ещё не выплакалась. — Я всегда буду вас любить. Всегда буду любить. Всегда поддерживать… Не расстраивайся, прошу. Её слова того не стоят. Ты у меня умная, дочь. Самая добрая, и поэтому понимаешь, что её не поменять. Просто прими… Главное,что я с тобой.  — Я люблю тебя, пап, - всхлипывала девушка. — Только ты меня любишь, только тебе я нужна… — Ты нам всем нужна, Тэсоль. Всем нужна, не говори так! - Джихё коснулась руки племянницы, поддерживающе сжимая. — Мы же… Мы же все рядом.  — Джихё, оставишь нас? - попросил Тэ. — Мы скоро с дочкой будем. Так и передай. -  Джихё понимающе кивнула и вышла.  *** Минут через десять, Тэсоль с отцом наконец спустились ко всем. Девушка успокоилась, после слов отца и взяла себя в руки. Тэхён всегда её после успокаивал, это у дочери не в первые. Она ходит к психологам, чтобы решить конфликт, но всё ещё проработано не до конца.  — Тэсоль, - Каён немного удивленно рассматривает племянницу с головы до пят, прежде чем подойти и обнять. Отстранившись, женщина продолжила изучать её личико. — Какая ты красивая… Вылитая мать, - услышав слова тёти, на губах Тэсоль исчезла улыбка. Но сильнее всего это всегда ранило Тэхёна, которому часто говорили о поразительной схожести дочери с её матерью. Мужчине порой становилось невыносимо смотреть в глаза дочери. В них он видел глаза своей любимой жены. Будто на него смотрела именно Сольджи, а не Тэсоль. Те же глаза, улыбка, форма лица, благородная красота… Это всё - Сольджи. Она оставила после себя свою копию.  — Тэсоль, сестра! - услышав ждо боли знакомые голос, Ким обернулась к девушке, которая из года в год была причиной её страданий. Перед ней, с улыбкой на устах, стояла Джиён. Она тут же обняла кузину, а Тэсоль осторожно сделала это в ответ.  — Пойдём! - Чон потащила сестру к столу, где она также поздоровалась с дядей Чонгуком, Сокджином и Хэин.  — Она выглядит немного… Расстроенной, - произносит Каён, наблюдая за реакцией брата.  — Ничего особенного. Просто вспомнила мать, - приврал Тэхён, проходя с сестрой к столу. Там они вновь погрузились в атмосферу радости и спокойствия. Тэсоль сидела рядом с братом, периодически поглядывая на свою кузину, а Джихё иногда посматривала за племянницей.  Семья болтала, смеялась, вспоминала истории из детства, и каждый за этим столом понимал - вот, что на самом деле ценно. То, что они все есть у друг - друга. То, что пройдя через множество преград на своем пути, они всё ещё остаются близкими, хотя кого-то уже нет с ними…. И они всегда будут это ценить и дорожить. Гордиться друг другом, поддерживать… Ибо в этом и было настоящее богатство Кимов и Чон.