• • •

      Рону сегодня умирать под чужими небесами.       Он истерзан, лишён руки, своего достоинства и чести как убийцы, яд медленно циркулирует по венам, песок островов забивается в нос, а море колышется волнами, напоминая об уплывших в него русалках. Рон в последние часы своей жизни слушает чужую речь, находится так далеко от сына, как вообще могло случиться, видит может и то же небо, но с другой точки зрения. Западный континент совсем не такой, как Восточный, и Рон, прожив здесь как трус, бесславно умирает, не сумев даже донести нужную информацию до щенка. Сейчас всё ярче вспоминается пожар поместья Моланов, семья, старый уклад жизни – то, что давно и навсегда потеряно. Это жалко, слабо и бесполезно, но хочется не то выть, не то бесполезно огрызаться в пустоту.       Рон бессилен – худшее для него состояние. Смерть ближе и ближе с каждой секундой, и всё, чего он желает, это вернуться домой хоть на мгновение.       Дома нет десятилетиями.       Сегодня Рон умрёт под чужими небесами.