Глава 17. Фаворит

Кажется, что-то упало.        Серсея неохотно открыла глаза, досадуя, что ей не удалось полежать подольше в постели, и через силу сосредоточила взгляд на небольшой фигурке у входа в спальню.        — Ох! — откликнулась та звонким голосом Айши и затараторила: — Я вас разбудила, принцесса? Прошу прощения, я не хотела этого. Я слишком спешила передать вам новости от лорда Лариса, думала, что вы уже встали, а оказалось, что ещё нет. Я невероятно виновата перед вами! Прошу, простите меня, я клянусь, что больше никогда так не поступлю, не потревожу ваш сон, не...        — Тс-с! — всё-таки оборвала её поток оправданий Серсея после того, как растёрла глаза и приподнялась на постели. — Ты там что-то насчёт новостей от лорда Лариса говорила?        — Да! — оживилась Айша. — Он попросил рассказать вам как можно подробнее о том, что услышали вчера слуги вечером, когда вы остались в тронном зале. О разговоре между вашим отцом и лордом-десницей.        — Ну так рассказывай.        — Конечно, — услужливо поклонилась Айша. — Сейчас. Значит, после того, как королева Алисента вышла из зала, она пошла в свои покои, а король и лорд-десница пошли туда за ней. Там она стала сильно рыдать, повторяя при этом что-то вроде: «Но я же честно стараюсь выполнять свой долг. Я не виновата, что боги не дают мне дитя». Король это ей подтвердил, а лорд-десница попросил великого мейстера Меллоса приготовить для королевы Алисенты успокаивающую настойку. Он так и сделал, и она от неё уснула. Вот, — она торопливо сглотнула, чтобы смочить горло.        На взгляд Серсеи, Айша волновалась настолько сильно, что это начало утомлять. Тем более что её рассказ был и интересным, и подробным, отчего досада из-за раннего пробуждения уже прошла. И потом, избавляться от такой полезной служанки Серсея точно бы не стала — в этом случае пришлось потратить бы слишком много времени и сил на обучение следующей помощницы.        — Айша, я прощу тебе твою сегодняшнюю небрежность, если ты действительно не повторишь её вновь…        — Не повторю, я клянусь!        — …И ещё успокоишься прямо сейчас. Мне нужен подробный и спокойный рассказ. Продолжай.        На это Айша сделала глубокий вдох, выдох и решительно кивнула:        — Вы милостивы, принцесса. Продолжаю. После того, как королева уснула, наш король и лорд-десница заговорили вдвоём. Король сказал, что жаль, что день рождения повернулся вот так, а лорд-десница подтвердил, что его дочь действительно очень расстроилась, и жаль, что вы, принцесса, привлекли внимание других к вопросу детей. Король заметил, что вы хотели поддержать подругу, и лорд-десница это оценил, но он же сказал что-то вроде, что «иногда юношеский пыл может сыграть злую шутку при самых искренних и добрых намерениях». Они стали обсуждать то, что вы в попытке сделать для королевы как лучше невольно привлекаете ненужное внимание, и это нужно прекратить.        — Так-так… — заинтересованно протянула Серсея. — И каким же образом они собираются это прекратить?        — Король выразил сожаление, что ваш дом здесь, в Красном замке, и потому вы никуда не денетесь от вашей подруги.        — Вот как? Сожаление? — нахмурилась Серсея.        — Сожаление или досаду, принцесса. Я не знаю, как это лучше назвать. Но лорд-десница возразил, что вы же можете находиться здесь не всё время, а могли бы кого-то навестить. К примеру, свою родственницу со стороны матери в Долине Аррен, ведь леди Джейн не посещала ни королевскую свадьбу, ни день рождения королевы, а разлад с Долиной Железному трону сейчас ни к чему. Или навестить кого-то ещё, что послужит поводом для вас покинуть Королевскую гавань, пока тут всё не уляжется. Насколько мне известно, королю очень понравилась эта идея, и он сказал, что её стоит обдумать поскорее и принять решение на ближайшем совете. После этого они разошлись.        — Ясно, — кивнула Серсея.        «Значит, они оба решили меня отсюда убрать, чтобы я не мешала их бездетной зелёной идиллии… Ну-ну. Что ж, тогда с сиром Кристоном надо решать вопрос побыстрее…»        — А скажи мне, Айша, сегодня о королеве ты что-нибудь слышала? Она уже встала? Позавтракала? Чем она занимается?        — О! Слышала, слышала, принцесса! — обрадовалась Айша. — Как раз для вас. Королева не вышла к завтраку — всем сказали, что она будет завтракать у себя, и ещё, что она не желает пока никого видеть. Она хочет провести немного времени в одиночестве. Бетси, которая убирала у неё утром, шепнула мне, что это, скорее всего, из-за того, что у неё сильно опухло лицо от слёз. И что королева не хочет, чтобы другие леди это увидели, и потому решила обождать, пока лицо снова не станет прежним.        — Это великолепно! — Серсея откинула в сторону одеяло. — Так, твои сведения не могли ждать, поэтому я полностью прощаю тебе то, что ты меня разбудила.        — Спасибо, принцесса!        — А сейчас живо помоги мне собраться! Мне нужно не упустить момент.        — Конечно!        Айша засуетилась и позвала ещё слуг, поэтому Серсее удалось умыться, одеться и причесаться очень быстро. От завтрака она отказалась — им можно заняться позже. Все её мысли сейчас устремились в сторону покоев королевы. Было критически важно подойти к ним до того, как Алисента решит высунуть свой нос на публику.        Серсея спешила по коридорам Красного замка и сбавила ход, только когда увидела, что сир Кристон всё ещё стоит у двери в покои королевы. Беззвучно выдохнув, она изобразила самое целеустремленное и одновременно обеспокоенное выражение лица и шла с ним, пока белый рыцарь Алисенты не заступил ей путь.        — Сожалею, принцесса. Королева распорядилась никого к ней не пропускать.        — Даже меня? Сир Кристон, я ведь принцесса! И я её самая близкая подруга.        — Это так, принцесса, но у меня приказ, — он немного помялся и добавил: — Королева не захотела видеть сегодня даже своего отца. Только король сможет войти.        Серсея оценила его решительный настрой закрывать проход своим телом любой ценой, покосилась на двери и с тревогой уточнила:        — У неё всё настолько плохо да?        — Я не должен это обсуждать.        — Она переживает из-за вчерашнего, верно? — настойчиво повторила Серсея и всплеснула руками. — Ох, этого я и боялась! Как бы я хотела, чтобы она уже родила хоть кого-нибудь им всем, чтобы они оставили её в покое! Это ведь ужасно — принуждать девушек к родам так рано, не давая им толком окрепнуть. И вот результат — расстроенная подруга…        Она горестно покачала головой, с удовольствием отметив, что упрямое лицо сира Кристона слегка смягчилось, на нём тоже проявилось сочувствие.        — А вы? — Серсея посмотрела ему в глаза. — Вы меня ужасно разочаровали, сир Кристон.        — Тем, что выполняю приказ королевы, не пуская вас? — не понял он.        — О, нет, нет, выполняйте её приказ, это ваш долг. Но ведь у вас есть и другой долг, сир. Более давний. О нём вы забыли?        — Боюсь, я вас не понимаю.        — Тогда я поясню, — Серсея вздёрнула подбородок и сделала шаг к сиру Кристону: — Вы помните, с каким именно условием я наняла вас на службу своей подруге?        — Да, принцесса.        — Я рассчитывала, что вы окажете ей всю возможную поддержку и станете надёжным защитником. Вы поклялись это сделать, сир Кристон!        — Я это делаю.        — Вы делаете недостаточно! — повысила голос Серсея. — Допустим, вы действительно обеспечиваете её безопасность, но никакой поддержки от вас в её сторону я не вижу.        — Я…        — Вы что, не замечаете, насколько ей тяжело? Вам что, так трудно лишний раз сказать ей доброе слово, как-то ободрить её, выслушать, подставить надёжное плечо? Вы ведь рыцарь, сир Кристон! Вы ещё помните, что вы рыцарь?        — Помню, — сквозь зубы процедил он.        — А разве не долг рыцарей быть опорой для слабых? Тем более долг тех рыцарей, которые носят белый плащ?        Серсея выдержала паузу, требовательно глядя на сира Кристона, и добилась-таки того, что он, попереминавшись на месте, в итоге бросил короткий взгляд на двери и хмуро кивнул:        — Я исправлюсь, принцесса.        Серсея ободряюще улыбнулась и коснулась кончиками пальцев щитка на его руке.        — Вот всё, чего я хотела от вас, сир Кристон. Я верю, что не могла в вас ошибиться, и вы способны стать именно той опорой, которой недостаёт моей дорогой подруге, когда рядом с ней нет меня. И вы точно меня не подведёте.        — Никогда, принцесса, — поклялся тот.        — Полагаюсь на вас, сир.        Кивнув ему, Серсея развернулась и пошла по коридору обратно, в то время как сир Лорент молча пристроился рядом. Она испытывала удовлетворение от проведенного разговора, а выйдя в следующий коридор, подала знак дежурившему Тому, так что он тихонько подбежал к ней.        — Принцесса.        — Бросай слежку за королём и начинай очень внимательно следить за Алисентой. Как только она и сир Кристон соберутся куда-то вдвоём, возможно — пройтись по замку или по саду, ты незаметно пойдёшь следом и будешь наблюдать, не сократят ли они дистанцию. Если только ты увидишь, что они сблизились сильнее, чем обычно, ты тут же побежишь и предупредишь меня — а я буду в своих покоях. Всё ясно, Том?        — Предельно ясно, принцесса! — тряхнул головой тот. — Найти вас, как только они сблизятся.        — Да. Иди.        Поклонившись, Том вернулся на свой наблюдательный пост, а Серсея прошла дальше, думая о том, что вот теперь появился смысл и поесть. Она успела и позавтракать, и написать Деймону подробное письмо о том, как сработала его задумка с суевериями, и даже почитать сборник браавосийских хроник, когда, наконец, в её комнаты после короткого стука ворвался, тяжело дыша, Том:        — Они пошли в сад вдвоём, принцесса! И сели вместе на скамейку! Совсем близко друг к другу!        — Идеально, — тут же вскочила с кресла Серсея. — Ты там не видел, пока бежал, кого-то из леди? Лучше, конечно, леди Киеру Ланнистер, но и…        — Леди Киеру видел! — перебил Том. — Она стояла у белых роз вместе с леди Джоселин Рэдвин. У самого входа в сад.        — Прекрасно. Тогда я иду к ним, а ты шагай пока рядом и рассказывай, как дойти до той скамейки.        — Конечно, принцесса. Смотрите...        Мальчишка принялся выполнять поручение со всей ответственностью, в то время как Серсея, слушая его, испытывала предвкушение. Кажется, сами боги вчера и сегодня были за неё — так удачно складывались обстоятельства. Нет, возможно, это было наградой за те предыдущие десять дней, когда всё наоборот не ладилось, и казалось, что выхода нет вовсе, удача от неё отвернулась… Если так, Серсею полностью устраивало то, что везение выпало именно на эти два дня, а присутствие во дворе её двух любимых сплетниц — пусть и среди немалого числа других знатных дам, ведь погода установилась чудесная — внушило ей уверенность в том, что она идёт по правильному пути.        — Принцесса Рейнира.        — О, леди Киера, леди Джоселин. Всегда рада вас видеть.        — Мы тоже, принцесса, — учтиво кивнула леди Джоселин. С её псом, как заметила Серсея, на траве сейчас возился мальчик-слуга. — Решили немного полетать?        — Вы знаете, не совсем. Откровенно говоря, я хотела пройтись по саду, послушать пение птиц, насладиться розами. Все вокруг только и говорят о том, как пышно они в этом году расцвели, а я со своими полётами, кажется, слегка это упустила.        — Это действительно упущение, принцесса, — авторитетно согласилась леди Киера. — Розы чудесны. А если вас не угнетёт присутствие двух старых перечниц, мы с Джоселин можем составить вам компанию.        Серсея улыбнулась.        — Я слишком уважаю ваш опыт, чтобы вы меня угнетали, леди.        И, шагнув к ним, предложила оба своих локтя. Переглянувшись, дамы с очень довольным видом взяли её каждая под локоток, так что по дорожке они пошли втроём. Серсею это полностью устроило — так именно она могла задавать для всей их группы направление пути, чтобы оно привело их в итоге к нужной скамейке на окраине сада. Леди же откровенно наслаждались тем, что из всех гостей принцесса выбрала только их двоих себе в компанию, и шли, задрав нос.        Без спешки они миновали первую длинную аллею с ровно постриженными зелёными кустами, трижды останавливаясь возле розовых клумб. Цветы действительно радовали глаз, и леди Джоселин охотно рассказала о своём розарии на Арборе. Леди Киера похвасталась редкими сортами роз в собственном цветнике. Серсея старательно поддерживала беседу с дамами, и когда они свернули на следующую аллею, но вот на последней четверти пути, увидев описанное Томом дерево-ориентир, резко остановилась.        — Принцесса? — недоумённо спросила леди Киера.        — Постойте. Вы слышите?        С их места речь было слышно неразборчиво, но Серсея уловила знакомые нотки Алисенты, которой вторил более низкий голос рыцаря с дорнийскими корнями, и повела своих спутниц на его звук, ступая как можно тише. К её удовольствию, леди Киера и леди Джоселин поднимать шум не стали, а тоже пожелали выяснить истину.        Им пришлось сделать пару десятков шагов, чтобы получить шанс увидеть примечательную сцену: на конце следующего короткого ответвления от аллеи, на фоне искрящейся в солнечном свете воды, на скамье лицом к Черноводной сидели двое — темноволосый рыцарь в белом плаще и кудрявая рыжая леди в красно-чёрном платье. И она сидела, обхватив его правую руку и прижимаясь лицом к ней! К его плечу!        — Какое бесстыдство, — прошипела рядом леди Киера. — Со своим защитником! И так близко.        — Да, среди бела дня, — поддержала её леди Джоселин. — Буквально у всех на виду!        — Что же они за закрытыми дверями делают? — обронила Серсея, чтобы ещё сильнее распалить фантазию дам. И торопливо добавила: — Отойдёмте. Не будем мешать нашей королеве.        Дамы согласились покинуть своё наблюдательное место, и Серсея отвела их подальше от него, чтобы ничто не испортило им впечатление. Сама она поняла, что Алисента, скорее всего, там плакала, а сир Кристон взялся её утешать — в ином случае он бы так с ней не сблизился. Но с того расстояния, где они прежде остановились, это очевидно не было, что-то чётко расслышать не дал ветер, так что дамам досталась возможность додумать всё, что они пожелают.        — Нет, ну какое безобразие! — снова возмутилась леди Джоселин, когда они отошли достаточно далеко. — Эта девица замужем только один год, а она уже уединяется со своим защитником.        — Думаете, она с ним спит? — выразила неуверенность Серсея. — Но от неё же все ждут рождения ребёнка для моего отца. То есть она так рискует?        — Возможно, она как раз и не рискует, принцесса, — выдвинула предположение леди Киера. — Она может делить ложе с ним и затем пить лунный чай, и именно поэтому ребёнка у неё до сих пор нет.        — Какой ужас, — Серсея прижала ладонь ко рту. — Лунный чай — это…        — То, что помогает избавиться от дитя, — сочувственным тоном пояснила леди Киера. — Не очень хорошее средство, и для юных девиц может оказаться ещё и опасным, особенно если принимать его часто. В этом случае королева может вообще утратить способность иметь детей.        — Всё настолько серьёзно? Но где она берёт такую сильную вещь?        — О, это наверняка просто, — подала голос леди Джоселин. — Лунный чай готовят мейстеры Цитадели, а Цитадель у нас под влиянием Хайтауэров. Вряд ли великий мейстер откажет самой королеве в небольшой услуге.        — Да, особенно если об этом попросит лорд-десница, — покивала леди Киера. — Не знаю, правда, зачем нашему деснице так рисковать, но, вероятно, он убеждён, что тело его дочери справится с чем угодно и пока рано её ограничивать.        — Наглость Хайтауэров превзошла все границы, Киера. Сначала они навязали нашему королю эту, с позволения сказать, королеву в ночь похорон его первой жены, она полгода посещала его тайком, как шлюха, а потом, добившись брака, эта нахалка перешла на своего защитника и теперь крутит интриги с ним. Я знаю, что эта дама — ваша подруга, принцесса, но я не собираюсь молчать о том, что увидела сегодня.        — Я тоже не буду, — заверила леди Киера, и Серсея с трудом удержалась от того, чтобы поаплодировать им.        — Я вас понимаю, леди. И я, пожалуй, не стану за неё заступаться и просить в этот раз, поскольку своей интригой с защитником она оскорбляет моего отца.        — Именно, принцесса! — одобрительно сжала её руку леди Киера. — Именно.        — Единственное, я бы не желала, чтобы ваши заявления были слишком громкими, поскольку мой отец может рассердиться на вас, может вам не поверить, и я бы не хотела, чтобы вы пострадали за правду, — Серсея посмотрела на обеих. — Вы мне всё-таки дороги. На лицах обеих дам расцвели растроганные улыбки.        — Не переживайте за нас, принцесса. Мы с Киерой опытные. Мы будем осторожны.        — Да, это мы вам обещаем, — они вышли к многолюдной аллее. — Ну а сейчас мы, пожалуй, вас оставим, чтобы прогуляться и с другими в такую замечательную погоду.        Серсея отпустила их обеих.        — Я признательна вам за то, что вы уже разделили прогулку со мной.        Леди Киера и леди Джоселин поспешили к другим сплетницам. Понаблюдав за ними, Серсея отошла к Красному замку, у которого всё ещё болтался Том, так что она подозвала его к себе.        — Принцесса.        — Новое поручение для тебя, Том. Отыщи лорда Лариса и передай ему, что леди Киера и леди Джоселин увидели нечто возмутительное с участием королевы Алисенты и её защитника. Пусть об этом поскорее узнает вся страна.        — Понял, принцесса.        — И да… — она помешала ему сразу убежать. — Имена этих двух леди, а также моё ему лучше не использовать. Какие-нибудь другие многочисленные свидетели подойдут.        — Я сейчас же всё сделаю!        Мальчишка скрылся из виду. Серсея взглянула на синее небо с лёгкой белой дымкой, а затем и на молчаливо стоящего справа сира Лорента. Его лицо оставалось невозмутимым, но ей захотелось уточнить:        — Что-нибудь скажете, сир Лорент? Ваше мнение об увиденном и услышанном?        Тот ответил долгим взглядом и тихо проговорил:        — Мне придётся охранять вас вдвойне усерднее, принцесса. Деснице вряд ли понравятся ваши шаги.        — Они ему уже не понравились, сир Лорент, — так же тихо ответила Серсея. — К завтрашнему заседанию малого совета он и король решат, куда меня отослать. Они так условились ещё вчера, мне сообщила об этом Айша, потому так важно было провернуть всё с Алисентой сегодня.        На это сир Лорент укоризненно произнёс:        — Мне стоит узнавать о подобных осложнениях, едва они только возникают, принцесса. Чтобы я мог лучше вас защищать!        Серсея даже замерла, пожалуй, впервые за все месяцы разглядев на лице у обычно сдержанного сира Лорента настоящую обиду из-за того, что с ним не поделились сведениями о новом намерении её врага. Она проявилась лишь в некоторых нотках его голоса и в испытующем взгляде голубых глаз исподлобья, но она там точно была!        Подумать только — вот это настоящая рыцарская преданность! Прекрасно. Просто прекрасно.        — Я обещаю не держать вас в неведении в дальнейшем, сир Лорент. Вы будете знать всё, чтобы меня охранять.        ***        На утреннее заседание малого совета Серсея шла с готовностью ко всему. Она не знала наверняка, насколько далеко уже распространились вести о недостойном поведении королевы Алисенты и её изменах королю, но накануне дам в саду было много, и шанс поддеть нахальную девицу Хайтауэров две старые перечницы не упустили точно.        Пожалуй, на текущий момент она сделала всё в борьбе со своими врагами, для чего имелись ресурсы и идеи. Теперь ей хотелось дождаться возвращения Деймона со Ступеней, чтобы предпринять что-то совместно, и ведь до него — если Деймон сдержит обещание — осталось ровно три месяца.        Всего лишь!        — Принцесса…        — Рейнира…        Её поприветствовали все в зале малого совета, включая Визериса, и она ответила той же вежливостью, постаравшись принять самый беззаботный вид. Она ведь ни в чём не виновата, верно? И она понятия не имеет, что там у кого не так.        Серсея приветливо улыбнулась Визерису, и тот ответил слегка натянутой улыбкой. Он сидел, сцепив пальцы в замок, при этом мизинец был перевязан.        — Я… Что ж, прежде чем мы начнём обсуждать наши обычные дела, есть кое-что, что касается только моей дочери.        — Я внимательно слушаю, отец, — Серсея с готовностью выпрямила спину и по его примеру сцепила пальцы, положив руки на стол.        — Нам выйти, государь? — уточнил лорд Лионель.        — Нет. Нет, это вовсе не секретное дело. Я даже больше скажу: о нём вот-вот узнают все семь королевств!        — Я ещё больше заинтригована, — изобразила удивление Серсея.        Затем, поскольку Визерис продолжал мяться, она скользнула взглядом по другим присутствующим и увидела очень довольное выражение лица у сира Отто. Даже предвкушающее.        «Надо же, как он радуется возможности отослать меня куда-то подальше», — подумала она и вновь посмотрела на отца.        Тот шумно вздохнул.        — Ты уже взрослая, Рейнира. Тебе семнадцать. И весь последний год я тону в потоке писем со всех концов королевства, и во всех из них — предложения о браке.        — Вот как?        — Сир Отто предложил блестящую идею: дать тебе самой возможность оценить претендентов на твою руку и сердце. Собрать их всех в одном месте, чтобы ты встретилась и поговорила с каждым.        — Да, и лорд Боремунд Баратеон уже согласился предоставить Штормовой предел для столь важного события, принцесса, — подхватил сир Отто. — Там ждут вас и ваших возможных женихов. Баратеоны любезно готовы вместить их всех.        Оба выжидающе замолчали. В тишине Серсея видела, как застыли улыбки на лицах обоих — и Визерис, и сир Отто явно опасались её ответного негодования, шумного скандала и непокорности... Готовились спорить с ней ни на жизнь, а на смерть… И прежнюю Рейниру такое внезапное покушение на свободу воли наверняка привело бы в бешенство, тем более осуществлённое прилюдно, — Серсея прекрасно помнила, какой крик подняла та Рейнира на охоте…        Но…        «Они все равно отправят меня в Штормовой предел приказом короля, а значит, надо сделать это на своих условиях. Мне как раз надо занять себя на три месяца…»        Серсея сделала глубокий вдох и воскликнула:        — Это же прекрасно, отец!        Сир Отто и Визерис приняли одинаково глупый вид с округлившимися глазами.        — Прекрасно? — поперхнулся Визерис.        — Да, безусловно! Сир Отто очень хорошо всё придумал!        — Спасибо, принцесса, — едва двигая губами, ответил сир Отто.        Серсея оглянулась на сидевших слева лордов Лионеля, Бисбери и мейстера Меллоса — у тех удивление было умеренным, и вновь обратилась к отцу:        — Смотри, я знаю, что мой долг — это выйти замуж за достойного человека и укрепить нашу семью, отец. И знаю, что мой возраст для этого подходит. Но то, что так много претендентов сами приедут ради меня в Штормовой предел, и мне не придётся ради них уезжать никуда дальше, — это великолепно!        — Да, действительно, — начал неуверенно улыбаться Визерис.        — Только провести всё нужно правильно. Скажем, я отправлюсь в Штормовой предел для начала всего... пусть, месяца на три. Этого хватит, чтобы желающие могли добраться туда из любого конца Вестероса, и это же не сделает моё пребывание там чрезмерно обременительным для самого лорда Баратеона. Затем я вернусь сюда, в Красный замок, чтобы обдумать тех кандидатов, которых там встречу, обсудить их с тобой, отец, и принять следующее решение. Что скажешь?        — Я скажу, это прекрасный план, дочка! — совершенно развеселился Визерис. — Так и надо поступить, верно?        — Совершенно верно, государь, — охотно одобрил сир Отто, счастливый, по всей видимости, от того, что мутящая воду принцесса вот-вот на целых три месяца покинет Красный замок.        — Да… Это действительно разумно… — согласились и остальные.        — Значит, так и сделаем, — подвела итог Серсея. — Вы сказали, в Штормовом пределе меня уже ждут, сир Отто?        — Совершенно верно, принцесса. Можете отправляться, как только соберётесь.        — Тогда я, пожалуй, прямо сейчас займусь именно этим. Если вы меня отпустите, — она посмотрела на Визериса.        — Иди, дочка. И смотри, выбирай свою судьбу тщательно, чтобы не ошибиться. Не торопись.        — Обещаю, что торопиться не буду, — Серсея встала. — Отец. Милорды.        Выслушав ответные слова прощания, она с гордо поднятой головой покинула зал для заседаний, испытав небывалую лёгкость, и едва не бегом вернулась в свои покои.        Свобода! Целых три месяца других декораций вокруг и других людей, с новыми знакомствами и пирами, и полётами на Сиракс, конечно! Плыть-то к Штормовому пределу придётся на корабле, чтобы вместить слуг и вещи, но Сиракс обязательно полетит над ним.        Пока под Алисентой будет гореть земля из-за слухов, разносящихся всё дальше по королевству — и ведь Визерис о них ещё явно не знает, Серсея получит шанс узнать гораздо больше о нынешней стране, которою однажды вместе с Деймоном ей предстоит управлять, услышит новости из разных земель, но на этот раз от мужчин-лордов, а не от дам.        Намечалось неплохое времяпрепровождение впереди, а здесь, позади, останется то, чего она уже добилась за год и девять месяцев, — уверенная поддержка от благородных дам и от простого народа.        В прошлой жизни та вредная старуха Оленна Тирелл однажды упрекнула её в том, что она проиграла из-за отсутствия поддержки среди знати и из-за ненависти от всех вокруг... Что ж, в этот раз так сейчас не может сказать никто.        «У вас нет поддержки…» — «Нет, она у меня есть».        «Народ презирает вас…» — «Нет, он меня боготворит и прославляет моё имя».        «Вы окружены врагами, и их тысячи…» — «Мой враг сейчас всего один, и тот уверовал в то, что ловко сплавил меня как надоедливую и наивную выскочку куда подальше».        «Вы проиграли, Серсея…» — «Та Серсея — в итоге да. Но нынешняя… Нынешняя, как верно сказал Балерион, всё-таки поумнела и сделала выводы… И только слегка расчистила доску, чтобы на ней поиграть».        Остановившись у окна, Серсея посмотрела на высящееся вдалеке Драконье логово, где находилась чувствующая крепкую связь с ней Сиракс, и улыбнулась от мысли о своей драконице.        Но затем встряхнулась и посерьезнела: долго радоваться триумфу никогда не следует. А ей ещё нужно три месяца до прибытия Деймона продержаться, да ещё и в обществе самых разных мужчин и в условиях постоянной слежки от одного ревнивого принца!        — Ладно. Пусть это время пролетит поскорее.