Глава 2. Правильное открытие

Весь следующий день прошёл легко и тихо. Серсея прекрасно выспалась, долго нежилась в горячей ванне, а потом ещё потратила несколько часов на примерку новых платьев и обсуждение разных фасонов с Келлой и Сэмом. Ей очень понравилось одобрение в глазах Деймона, когда он рассматривал её костюм для полётов, и хотелось не разочаровывать его и в дальнейшем. К тому же совсем скоро он станет полностью свободным мужчиной, а это неминуемо вызовет алчные взгляды юных и не очень девиц. Серсея собиралась выделяться среди них всех, чтобы у Деймона даже мысли не было смотреть на кого-то ещё. Тем более сейчас, когда ему стали недоступны городские шлюхи — удачно, конечно, вышло это устроить, ещё и с его согласия, вот только теперь свободные благородные дамы станут для него привлекательнее вдвойне из-за своей доступности, и вот тут нужно будет не спускать глаз и не только заключить брак поскорее, но и не расслабляться потом, чтобы занять собой все его мысли. А ещё открытие квартала! Не увидев за большую часть дня нигде в Красном замке Деймона, Серсея случайно заметила сира Харвина и торопливо обратилась к нему: — Сир Харвин? Рыцарь остановился и развернулся. — Принцесса. — Всё ли готово к завтрашнему открытию моего квартала? — Абсолютно всё, принцесса. Будут перекрыты улицы по всему пути от Красного замка до квартала, затем до булочной Лучистой Лу и снова до Красного замка. Жители уже предвкушают новую возможность увидеть вас, особенно дети. — Вот как… Что ж, если дети предвкушают встречу, я могу попросить вас передать мою просьбу всем, кто печёт в столице сладости, приготовить их на завтра побольше и привезти в мой квартал? Хочу, чтобы дети завтра весь день получали их без всякой платы. Само собой, булочникам это будет оплачено. Сир Харвин расплылся в широкой улыбке. — Конечно, принцесса! Мы всё передадим и устроим. — Хорошо. Можно было заказать их у Лучистой Лу, но она, я думаю, будет слишком занята, готовя угощения для моих гостей. — О, она даже наняла для этого дополнительных помощников, и теперь они вместе что-то выдумывают и пекут. Нас, мужчин, никого не пускают, но ароматы стоят невероятные! Мы с ребятами там проходим мимо и облизываемся по несколько раз на дню. Серсея рассмеялась: всё-таки мужчины бывают теми ещё сластёнами, даже такие рослые и сильные. — Зная энтузиазм Лу, я не думаю, что мы съедим всё, что она наготовит. Наверняка останутся целые подносы пирожных и булочек, и они все будут вашими. Сир Харвин засиял не хуже послеобеденного солнышка. — Я передам это парням, принцесса. Они будут ещё усерднее обеспечивать завтра ваш покой, хотя тут беспокоиться совершенно не о чем, ведь вашу безопасность взял на себя наш принц. Он сейчас лично расставляет людей. «Так вот куда он делся!.. Я думала, отсыпается после всего…» — Мне приятно это слышать, сир Харвин. Но не стану больше отвлекать вас от дел. — Принцесса, — учтиво поклонился он и ушёл. Серсея невидяще уставилась ему вслед. «Деймон будет там, причём как командир Городской стражи… В броне и золотом плаще… Может, тогда и мне выбрать что-то золотое на завтра? Золотистое платье, лишь совсем немного красного. Золотые украшения, чтобы блестели поярче. И ленты! Мне срочно нужны ремешки и ленты для волос! Где там моя Келла?..» Подготовка собственного внешнего вида на завтра прочно заняла Серсею до конца дня. *** В новое утро во дворе Красного замка было шумно. Большую часть площадки занимали нарядные леди и их разновозрастные шумные дети со служанками. По бокам теснилось некоторое число знатных мужчин — они с завистью поглядывали на своих жён и детей и делали вид, что их совершенно не задевает то, что никого из них, включая даже короля, на открытие квартала не пригласили. Король, впрочем, мог бы отправиться туда и без всякого приглашения — на то он и первое лицо государства. И у него даже имелся повод — в названии квартала упоминалось имя его первой — и вроде как любимой — жены Эйммы, не говоря уж об имени единственной дочери. Серсея намеренно не стала специально его приглашать, чтобы посмотреть: додумается ли он сам это сделать или нет? Хоть какую-то родственную связь с кем-то помимо Хайтауэров он ещё чувствует? Пока не чувствовал. Зато в очень хорошем настроении к ней подошли Рейнис с Лейной — и она их обеих обняла. — Я специально не завтракала, чтобы побольше вкусностей влезло, — заговорщически поведала Лейна. — Прекрасно выглядишь, кузина. Как солнышко. — Спасибо, именно этого я и добивалась. Вы тоже оставили место для пирожных, тётя? — Конечно, — с достоинством ответила Рейнис. — Иначе зачем ехать? Они дружно посмеялись, и Серсея обратила внимание на ещё двух дам — в их сторону, гордо задрав носы, шли неразлучные подружки леди Киера Ланнистер и леди Джоселин Рэдвин. — Принцесса Рейнис, принцесса Рейнира, леди Лейна. Обменявшись приветствиями со всеми и услышав ответные, леди Киера обратилась к Серсее: — Нам с Джоселин было очень приятно услышать, что вы пригласили именно нас на места в вашей повозке, принцесса. — Да, и многие вокруг сейчас нам завидуют, — с удовольствием добавила леди Джоселин. — О, я всего лишь восстановила справедливость. Как вы помните, в день свадьбы моего отца вы составить мне компанию не смогли из-за решения распорядителей. — Но с радостью составим сейчас, — заверила леди Киера, затем скользнула взглядом по повозке. — Я вижу, теперь в ней сделали полноценное широкое окно. — Меня заверили, что жители снова желают увидеть, как я машу им рукой. Правда, в этот раз я буду не одна, и я надеюсь на вашу общую поддержку. Серсея обвела свой дамский кружок взглядом, и ей все покивали, а Лейна ещё и взяла под руку и прижалась боком как к лучшей подруге. — С тобой будем все мы, Рейнира. Ты можешь на нас рассчитывать. — Спасибо. Лейна была тёплой. Не составив о ней никакого мнения ранее, решив ещё в самом начале за ней пока понаблюдать, не торопясь записывать её в свой список врагов, сейчас Серсея думала о том, что это было верным решением. В отличие от Алисенты, умевшей говорить очень правильные слова, Лейна умела правильно на всё смотреть. Жизнелюбивая и открытая, но при этом удивительным образом ненавязчивая. От неё не хотелось закрываться, фыркать, вырывать руку из её хватки. Скорее наоборот — Серсея любезно подставила ей плечо, чтобы Лейна прижалась к нему щекой, и та это сделала и охотно, и уютно. «Главное — не подпускать её к Деймону, а в остальном будем хорошими подругами, — пронеслось в голове у Серсеи. — Может, ещё и переженим наших детей. Получатся новые драконьи всадники…» К их компании подошла незнакомая Серсее служанка. — Принцесса Рейнира, — поклонилась она. — Принцесса Рейнис. Миледи. Королева Алисента отправила меня извиниться перед вами и предупредить, что её величество не сможет вас сопровождать. Ей нездоровится. — О, как жаль… — протянула Серсея. — Передай своей госпоже наши пожелания скорейшего выздоровления. — Я передам. Поклонившись, служанка ушла. И как только она оказалась достаточно далеко, леди Джоселин скептически фыркнула: — Не здоровится ей… Как же… Скорее, кто-то не хочет вспоминать о своём позоре. — О чём идёт речь, леди Джоселин? — заинтересовалась Лейна. — Так ведь эта королева попыталась украсть идею квартала у нашей принцессы. Да-да! Украсть и сделать рядом такой же квартал. — Денег её отец-десница вложил в это немерено, — подхватила леди Киера. — Нанял толпу рабочих, чтобы отстроили там всё на её последний день рождения. А мастера взяли — и в готовый квартал не явились. Ни один человек не принял приглашение работать в нём! — Да вы что?! — воскликнула Лейна. — Вообще никто? — Нет, — помотала головой каждая из дам. — И это было изумительно, скажу я вам, — заговорщически понизила голос леди Киера. — Приезжаем мы все такие на открытие, впереди этот расфуфыренный десница вот-вот лопнет от гордости за свою дочь... — …Которая тоже сияет, как звезда первой величины, — вставила леди Джоселин. — Земли под ногами не видит… — …Точно! Подходим мы к началу квартала — а там никогошеньки! Пустота! — Поразительно, — заулыбались и Лейна, и Рейнис, причём последняя скользнула подозрительным взглядом в сторону Серсеи. Серсея только легко пожала плечами. — Ещё бы! — продолжила леди Киера. — Ну, сир Отто там рассвирепел, принялся хватать людей и выяснять, что случилось. И оказалось, что по суевериям жителей столицы, если мастер принимает на своё дело деньги у бесплодной замужней дамы, само его дело станет бесплодным. — Такое поверье правда есть? — уточнила Лейна у своей матери. — На Дрифтмарке такого нет. Да и в столице, я думаю, это что-то не слишком широко известное. — Теперь уже широко, принцесса, — возразила леди Киера. — В общем, то открытие было сорвано, королева убежала горевать и вот сегодня, очевидно, решила не слушать напоминаний о том, что она бесплодная до сих пор. — А нечего было обжиматься со своим защитником, — вставила леди Джоселин. — А вот об этом на Дрифтмарке мы даже слышали, — сказала Рейнис. — Благо что у моего кузена хватило ума не лезть больше к ней в постель и подождать, кого она родит. — Мы делаем ставки на то, что это будет темноволосый дорнийский мальчик, — тут же с энтузиазмом сообщила леди Джоселин. — Которого, правда, скроют и увезут в Старомест, а нам объявят, что дитя не выжило. — Да. Или же не родится никто, потому что королева сама лишила себя возможности родить дитя, — подытожила леди Киера. «А ведь Киера как раз и права, — подумала Серсея. — Тот чай с порошком Алисента действительно выпила сама…» Поозиравшись, она увидела, что во дворе уже вроде бы собрались все, и Визерис так и не явился. Ничего удивительного. Затем Серсея нашла взглядом сидящего на коне у выезда сира Харвина, и этот рыцарь ей кивнул и повернулся спиной, готовый ехать. Деймона рядом с ним не было — вероятно, следил за порядком в центре города. — Дамы, мне подсказывают, что всё готово. Пора выезжать, — объявила Серсея и первая направилась к повозке, ведя Лейну с собой. — Твой отец к нам не присоединится? — вполголоса уточнила по дороге Рейнис. — Боюсь, у моего отца с Хайтауэрами сейчас более крепкие узы, тётя. Вероятно, он решил остаться здесь из солидарности с приболевшей женой. Рейнис ничего на это не ответила, Лейна же сочувственно погладила Серсею по спине, а затем села рядом с ней в повозке. Рейнис заняла место с другой стороны от Лейны, леди Джоселин и леди Киера сели напротив. Вскоре по повозкам расселись и остальные дамы и их дети, и процессия начала движение. Леди Киера начала рассказывать о последнем празднике в Ланниспорте. Ей задавали вопросы и расспрашивали о деталях. Участвуя в непринуждённой общей беседе, Серсея одновременно с этим испытывала предвкушение: вот-вот две её кровные родственницы с Дрифтмарка услышат и увидят, насколько её обожает толпа. Осталось проехать ещё немного… Совсем чуть-чуть… И да, сначала стали раздаваться нетерпеливые возгласы: — Где же? Где же принцесса?! Она снова во второй повозке, пап? — Ну что ты, сегодня только её день, и мужчин не приглашали, так что она должна ехать в первой. — В самой первой? То есть вон в той уже?! А после и вовсе — стоило первым жителям увидеть её в окне, как торжествующий вопль подхватили уже все. — Принцесса Рейнира!!! — Вон она! Вон она милостивая принцесса наша! Самая добрая! Самая великодушная! — Мы здесь! Посмотрите на нас, принцесса! Кажется, в этот раз зрителей было даже больше, чем на первом открытии, но повторяли они похожие слова, яростно хвалили и благодарили её. И что было вдвойне приятно: Серсея не видела по этому поводу зависти ни у кого из тех, кто с ней ехал в одной повозке. Все четыре спутницы ей улыбались, а Рейнис ещё и кивала: — Держись, держись. Держаться было даже удобно, сидя в обнимку с Лейной как с живой спинкой, на которую можно было опереться. В остальном всё — включая благословения от толпы — повторялось так же, как в прошлый раз, до тех пор, пока её не увидела какая-то маленькая девочка и не прокричала неожиданно пронзительным голосом: — Это наша принцесса там?! Какое она солнышко!!! Публика грянула хохотом, а затем это стало новой темой для возгласов: — Солнечная принцесса! — Она освещает всех нас своим присутствием! — Да здравствует наша солнечная принцесса Рейнира! Серсея продолжала махать толпе, слегка ошарашенная этим направлением мысли простых людей. Рейнис же заметила: — Похоже, ты сегодня получила новое прозвище, племянница. — Она не могла его не получить, мама. Ты посмотри, как она сегодня сияет. Особенно, когда падает свет. — Отмечу, что это прозвище вам и правда очень идёт, принцесса, — заявила леди Киера. — Идеально подходит, — покивала леди Джоселин. «Солнечная принцесса… Это ж надо... Интересно, до Солнечной королевы я когда-нибудь дойду?..» Сама Серсея не знала, что и испытывать по этому поводу. Она могла понять, когда её называли великодушной из-за того, что она раздавала деньги. Это было, по крайней мере, логично и осмысленно. С «милостивой» тоже никаких вопросов не возникало — она действительно одарила пятьдесят одного мастера Королевской гавани своей милостью. Но «солнечная»? В самом деле? Это же даже не «добрая», как звали королеву Алисанну, а потом ещё и частенько она слышала это о королеве Эймме. Добрых королев и принцесс может быть много, но солнечных… Солнечная, похоже, пока что она одна. Осознав себя уникальной, Серсея расправила плечи, а потом обратила внимание, что Лейна продолжает держаться в тени за ней. — Почему бы тебе тоже не помахать публике, кузина? Я думаю, детям будет приятно и от твоего внимания. Да и вы, тётя, тоже могли бы напомнить народу о себе. Пусть видят, что нас здесь сразу две принцессы. — Я не думаю, что… — Давай, мама! Рейнира права. Тебя тоже должны помнить. К тому же, нам, наверное, осталось-то ехать не так уж долго. Помедлив, Рейнис согласилась. — Хорошо. — А вы, леди Джоселин, леди Киера? — О, нет, нет, принцесса, нам удобно и здесь, спасибо. — Да, нам с Киерой приятно наблюдать за вами и нечего больше желать. — Как скажете. Ширины окошка как раз хватило, чтобы на сиденье под ним, пусть и вплотную друг к другу, разместились Серсея, Лейна и Рейнис. Народ на улицах это оценил и оживился, по толпе распространились пояснения от знающих людей, и вскоре в криках толпы стали звучать ещё и «леди Лейна», «принцесса Рейнис» и «почаще прилетайте с Дрифтмарка к нам, у вас красивый дракон!» — последнее заставило даже сдержанную Рейнис признательно заулыбаться и помахать более охотно. Поездка до первой остановки в итоге закончилась, приглашённые выбрались на твёрдую землю, и Серсея первой увидела свой квартал — широкий, чистый, празднично оформленный разноцветными лентами и полностью заполненный мастерами и их товаром. Они приветственно загудели, едва заметив её, Серсея же посмотрела на сидящих на лошадях у входа в квартал Деймона и сира Харвина и залюбовалась ими. Высокие, в полной сверкающей броне и с золотыми плащами, со шлемами в руках. Деймон ей даже учтиво поклонился: — Солнечная принцесса, — произнёс он громко и с дразнящей улыбкой во всё лицо. — Принц Деймон, — ответила Серсея, в последний момент удержав себя от того, чтобы сказать: «Порочный принц». Кажется, он даже догадался по запинке, что именно она собиралась произнести, отчего заулыбался ещё шире, хотя казалось бы — куда ещё. Решив, что пока ей этого хватит, Серсея поозиралась, прикидывая, куда бы ей лучше встать, чтобы видеть всех и при этом самой смотреться красиво. Всё-таки здесь сейчас находились и десятки благородных дам с детьми, и мастера в квартале, и золотые плащи, выстроенные в длинные ряды, чтобы сдерживать толпу, и сама толпа — взрослые и дети. А она была невысокого роста, да ещё и ей хотелось, чтобы на неё падал солнечный свет, чтобы весь её наряд сверкал под ним. Так она и соображала, пока внезапно её не схватили за талию и не понесли со словами: — Я тебе помогу, племянница. А через пару мгновений усадили боком на седло и намотали на её левую руку поводья. — Вот. Говори отсюда. Серсея осмотрелась. Что ж, место ей вставший у морды своего коня, чтобы придерживать его, Деймон выбрал идеально. Отсюда ей было видно всё: квартал с мастерами до самого конца, улицу в обе стороны, приглашённых людей. И солнечный свет падал прямо на неё, как и хотелось! — Настоящее солнышко, — восхищённо протянула какая-то девчонка у стены. — Да! Наша солнечная принцесса, — загудела публика. — Тишина! — призвал всех к порядку сир Харвин. Пока всё это длилось, Серсея успела собраться с мыслями, сесть поудобнее и расправить плечи. — Я приветствую всех, кто собрался сегодня здесь для открытия нового квартала мастеров в Королевской гавани. Знаете, когда два года назад я впервые вышла к жителям, чтобы попросить их почтить память моей матушки, королевы Эйммы, и моего брата, принца Бейлона, они откликнулись на мой призыв с желанием и добротой. А талантливая булочница Лучистая Лу решила угостить меня своей замечательной выпечкой. Тогда я решила исполнить её мечту, её и её несчастного почившего мужа, сира Джона, достойно служившего в Городской страже и отдавшего жизнь за других… — сир Харвин, Деймон и все золотые плащи, стоявшие поблизости, опустили головы. Серсея же дала им для этого паузу и продолжила: — Они мечтали, что у Лу однажды появится собственная булочная, и я подарила ей на это монеты. А затем ещё десяти талантливым в своём деле мастерам… И ещё… В итоге за два года их набралось полсотни, они прошли очень серьёзный и долгий отбор, и несколько десятков из них заняли дома в новом квартале, — она махнула рукой в его сторону, и мастера весело помахали оттуда. — Я уверена, что каждый из вас сегодня найдёт в этом квартале что-то стоящее. После того, как все сделают покупки, мы с моими гостями отправимся в булочную Лучистой Лу, где для нас уже приготовлены изумительные десерты, а все остальные жители города смогут спокойно посетить квартал вслед за нами, а их дети даже получат угощение. На это дети в толпе радостно завопили, причём Серсея сосредоточила взгляд на части толпы, откуда голоса слышались сильнее всего, и Деймон тут же пояснил: — Там очередь, Рейнира. Практически все дети Королевской гавани выстроились в длинную очередь ещё с ночи либо отправили кого-то из братьев её занять, пока они тут и там любуются тобой. Мы донесли до всех, что каждый получит только одну сладость лично в руки, вот они и постарались. — А сладостей на всех хватит? — озадачилась Серсея. — Хватит. Их сделали с запасом. Я проследил. — Спасибо, дядя, — искренне поблагодарила она. Надо же какой он молодец — без всякой просьбы потратил своё личное время на то, чтобы устроить для неё идеальный день. И охрану расставил, и об угощении подумал. Вероятно, она смотрела на него слишком благодарно, так что Деймон даже проворчал: — Открывай уже. Людям не терпится. — Ах да, — Серсея повернула голову к основной толпе. — С этого момента «Квартал принцессы Рейниры и доброй памяти её матери, королевы Эйммы» я объявляю открытым! Публика откликнулась бурными аплодисментами. Деймон же, похлопав пару раз, подошёл и легко снял Серсею с коня на землю. — Или ты хотела там ещё посидеть? — лукаво прищурился он. — Нет, но я признательна, что уже это сделала. С него было хорошо видно. Деймон хотел что-то ответить, но Серсею подхватил за руку вихрь по имени Лейна и утащил делать покупки. Не то чтобы её это как-то огорчило — всё же для предметных разговоров с женихом здесь было слишком уж многолюдно. Так что она охотно занялась осмотром всевозможных вещиц, сделанных талантливыми людьми, и раздачей монет, но теперь уже за что-то конкретное, а не в качестве вклада в будущее. Особое удовольствие ей доставляло то, что среди гостей присутствовали леди из разных Домов Простора, в том числе и из свиты Алисенты, и они делали покупки с большой радостью и энтузиазмом. Постепенно запасы монет у покупателей истощились, а кареты наполнились свёртками, мешочками и сундучками. — Замечательное место, принцесса, — оценила леди Киера. — Некоторые из мастеров даже очень, очень хороши. Я напишу на Утёс Кастерли, чтобы сюда прислали пару учеников. Я договорилась, их возьмут в подмастерья. — Отличное решение, леди Киера. Надеюсь, я однажды побываю у вас в гостях и тоже присмотрю там кого-то для себя. — Это будет выгодный обмен. — Да, а я договорилась с управляющим вашей главной таверной в квартале, принцесса, и туда пойдут некоторые из очень хороших наших вин, — сообщила леди Джоселин. — Как вы смотрите на то, что ваш квартал станет единственным местом в столице, где их можно будет заказывать постоянно? Мы готовы наладить прямые поставки Арборского золотого. — Я смотрю на это с огромным удовольствием, леди Джоселин. Повара в этой таверне чрезвычайно искусны, и ваши вина получат достойное сопровождение. — Значит, договорились. Серсея повернула голову в сторону Рейнис. — Мне понравилось тоже, племянница, — спокойно произнесла та. — Я поговорю с Корлисом о том, чем может быть полезен твоему кварталу Дрифтмарк. Возможно, свежая рыба и моллюски для твоей второй таверны помогут окончательно закрепить за кварталом славу места, где можно вкусно поесть. — Ему не помешает такая слава, тётя. Лейна? — Я просто скажу, что невероятно тобой горжусь, кузина. Мне понравилось всё. И особенно то, насколько там просторно и чисто, и ровно. Не верится, что это место находится посреди Королевской гавани, где так много изгибов и ям.      Словно подтверждая слова Лейны, их повозка подпрыгнула на очередной кочке. — Это первое, что я потребовала, когда возникла идея квартала, Лейна, — сделать ровную дорогу, чтобы в нём не спотыкался никто из гостей. Рабочие всё устроили. — И прекрасно! Из-за окошка послышались приветственные крики жителей, так что пришлось высунуться и махать им. Серсея делала это и одновременно думала о том, что когда она станет королевой, одним из первых её проектов будет создание ровных дорог. По крайней мере, до её квартала такая будет проложена точно, причём и от Красного замка, и от пристани. Почему-то ей казалось, что король Деймон приведение в порядок столицы вполне одобрит. Король Деймон… Пока ещё принц, но какой же всё-таки видный и сильный рыцарь — поднимал и снимал её с коня, как пушинку. Значит, можно рассчитывать, что он и в будущем станет хотя бы изредка так делать — носить свою жену на руках. От мужа Роберта Серсея этого так и не дождалась… Вспомнив о Деймоне, она высунулась из окна сильнее и увидела его впереди, но вид на него почти целиком перекрывали другие конные всадники, так что она вернулась на своё место. По счастью, ехать до булочной Лу пришлось не слишком долго, и вскоре целая толпа из дам и очень нетерпеливо подпрыгивающих детей вошла в просторное здание с длинными и заставленными всем, чем только можно столами. На несколько мгновений все даже застыли от увиденного изобилия. Конечно, у многих из присутствующих бывали роскошные пиры, но чтобы столько всего было именно сладкого! Это производило сильное впечатление. — Мама, матушка, принцесса долго будет говорить речь? — раздался в тишине очень жалобный голосок откуда-то из-за спин, за которым тут же последовало: «Тс-с!» Серсея развернулась к остальным. — Принцесса скажет только одно: да начнётся наш сладкий пир! — Да!!! С радостными воплями дети рванули к столам с тортами и пирожными, причём сначала даже не хватая их, а просто разглядывая, потому что у них явно разбегались глаза. Их матери и служанки тщетно пытались их остановить и призвать к порядку — мальчишки и девчонки взрослых вообще не замечали. — Принцесса Рейнира? — тихо позвала Лу. Серсея повернулась к ней. — Здравствуй, Лу. Вижу, ты всё приготовила чудесно. — Спасибо, принцесса. Я хотела сказать, что мы предполагали, что так будет, и поэтому накрыли отдельно столы для вас и ваших дам во втором зале, где вы сможете посидеть и всё попробовать более спокойно, — она указала рукой в сторону дверного проёма, за которым виднелось не меньшее количество всяких сладостей. — Там же есть и ароматный горячий чай. Сюда-то мы ничего, кроме сока, ставить не рискнули, чтобы дети не обожглись. — Лу, ты прелесть! — искренне воскликнула Серсея. — Пройдёмте в соседний зал, дамы. Пусть ваши дети радуются здесь. С одобрительным гудением леди прошли в другую большую комнату, где всё действительно было устроено более прилично с дымящимися чайниками и белоснежными тарелочками. Серсея села на центральное место между Лейной и Рейнис, леди Джоселин и леди Киера предпочли стулья напротив неё. Ей ещё хватило моральных сил поблагодарить всех за участие в открытии её квартала, а дальше всё затмила страсть к сладкому и колоссальное разнообразие его вариантов. Серсея угощалась и наслаждалась, пробовала и прикрывала глаза от удовольствия, отмечая вслух особо удачные варианты для стоящей у дверей Лу — чтобы та запоминала. Остальные дамы занимались тем же самым. Кажется, разок к ним даже заглянул Деймон, полюбовался её блаженным выражением лица, понаблюдал за тем, как она медленно облизывает от крема пальцы, закатил глаза и ушёл, качая головой. «Смейся, смейся… Ты же не пробовал!..» Серсею его поведение не смутило. Её бы вообще ничего не смутило на таком сладком пиршестве, и она искренне думала, что ничто не сможет сделать этот день ещё лучше, когда пару часов спустя, после того, как она отмыла от крема руки, а разговор за столом перешёл от обсуждения сладостей к обсуждению сплетен со всей страны, ей дочка Лу тайком передала записку. Развернув её незаметно для других, Серсея прочитала написанные почерком Лариса строки. «Я получил подтверждение того, что пожелали вы и наш принц. Весть о событии завтрашнего утра, скорее всего, будет объявлена на завтрашнем вечернем пиру». На мгновение Серсея зажмурилась. «Боги, какой всё-таки восхитительный сегодня день!..»