Часть 4 Счастье назло

      Январь 2011 года выдался солнечным и почти безветренным. Тем, кому посчастливилось жить на Острове Виктория, не нужно беспокоиться из-за климата, снег здесь не выпадает, температура держалась в пределах восемнадцати градусов выше нуля.       В этот чудесный солнечный день, ставший драматическим для Артура и Норы, на противоположном конце города в этот же самый момент происходило радостное событие. Конечно, как ещё по-другому можно назвать мероприятие по вступлению в законный брак для влюблённой пары, ждавшей это событие с большим нетерпением.       Красивый и яркий роман почти месяц обсуждал весь Голливуд, а то и весь мир. Фанаты восхищались красивой богатой парой, многие завидовали. Соцсети были переполнены фотографиями пары на отдыхе в шикарном отеле, на яхте в океане, возле Эйфелевой башни, у Египетских пирамид, в Тибете… По-видимому, жених с невестой решили отметить медовый месяц до свадьбы, путешествуя по миру. Тем более что актриса сделала перерыв в карьере из-за травм, полученных во время гуманитарной миссии на Гаити. Зато при виде этих фото даже самые активные злые языки вынуждены были замолчать. А ведь в сети полтора месяца назад гуляли слухи, что суперзвезда унизилась до того, чтобы встречаться с простым парнем. К счастью, бурный роман с миллионером Франсуа служил опровержением и в пух и прах разнёс эту нелепейшую теорию, выдуманную хейтерами.       Один только Артур ничего не знал о романе Нины, а услышал об этом лишь в день свадьбы. Во-первых, потому что у него не было времени следить за новостями, а во-вторых, он намеренно избегал светской хроники, чтобы не услышать новость о ней.       И вот наступил счастливый день. Звезда решила сыграть свадьбу дома на Виктории. Она объяснила это своему жениху тем, что её мать беременна на очень позднем сроке, остались недели до родов. Если она полетит, то родит в самолёте. А на свадьбу без матери Нина не согласна. На том и решили. Франсуа не был против, он соглашался с любым решением юной невесты. Однако многие имели собственные версии, почему вместо шикарной свадьбы в окружении голливудских актёров Нина выбрала церемонию в окружении лишь родных и близких друзей. И все знакомые решили, что она делает это, чтобы похвастаться перед бывшими одноклассниками и друзьями детства своим успехом. Ведь слава звезды недолговечна, зато брак с миллионером — это обеспеченное будущее навсегда. Естественно, Нина хочет заставить других завидовать ей и, наверное, надеется, что они умрут от зависти и злости.       И в принципе, эти предположения не были далеки от истины. С той лишь разницей, что Нине не было дело до бывших одноклассников и друзей. И до их зависти ей не было никакого дела. А хотелось, чтобы от злости умер лишь один человек. Она и не предполагала, что вскоре вероятность этого в самом прямом смысле будет невероятно высока.       «Смешно. Ты, наверное, думал, что разбил мне сердце, я буду рыдать, попытаюсь покончить с собой, брошу карьеру, стану наркоманкой, попаду в психушку. Так вот, запомни, великая актриса Нина Романова никогда в жизни так не поступит. Да, ошиблась один раз, поверила в красивую сказочку. Сама виновата, идиотка, знаю же, что любовь не существует. Сколько снималась в таких фильмах и осуждала дурочек, поддающихся на очарование плохих парней, думала, со мной это не произойдёт. Но всё же попалась в ловушку. Сколько другие не пытались, у них ничего не вышло, а ты добился своего. Такой необычный, непохожий на других. Совсем не классический, самоуверенный, наглый красавчик, соблазняющий всё, что шевелится. На такого бы я не посмотрела. Нет, ты другой, мужественный, смелый, сильный, как супергерой из фильма. Ты не ставишь цель влюбить в себя всех девушек вокруг и создать коллекцию, вот в чём парадокс. Они сами к тебе лезут, а ты им не отказываешь. Но не веришь в любовь, для тебя все женщины — расходный материал, одна ушла, другая пришла. И всё без чувств, без эмоций. Точнее, они у тебя есть, но не там, где у обычных людей, не в сердце, а пониже. Ты заставил меня поверить, что у нас всё будет по-другому, а на деле оказалось также, как с остальными. С сотней девушек до меня. Интересно, сколько их ещё будет после? Я лишь одна из многих. Что унизительно для величайшей звезды. Но я не сдалась. Не сломалась. Я закопала свой позор и своё жалкое падение вглубь своего сердца. Никто никогда не узнает об этом, и о том, что ты разбил мои надежды тоже. Один лишь Франсуа, естественно, знает, что у меня кто-то был до него, невозможно было не понять это. Но я сказала ему правду, что меня изнасиловали. Ведь так оно у нас и было, по сути. Ты, наверное, торжествуешь, что смог украсть сердце такой знаменитости, как я? Каждый день вспоминаешь свою победу надо мной и ещё и рассказываешь подробности своим дружкам лётчикам, да диспетчерам? Ещё бы такой почёт, стал первым у самой знаменитой актрисы, есть чем гордиться. Но не мечтай, я не такая слабачка, как другие. Я утираю слёзы и иду дальше своим путём, к своим целям, и мои слёзы высыхают по пути. Не понимаю тех, кто убивает себя из-за любви. Не получилось и плевать. Чао, бэби, или как вы там говорите? Меня не сломать, запомни. А вот ты сдохнешь от злости, когда узнаешь, что я победила. И узнаешь, кто мой муж. Известный миллионер, предприниматель, бывший спортсмен. Не то, что ты. Никто и ничто. Кто о тебе знает, кроме твоих коллег, да брошенных девушек? Смирись уже и пойми, что я победила, я не сломлена твоим страшным предательством».       — Сестрёнка, ты готова? — в гримёрную, где визажист наводил последние штрихи на лице молодой невесты, ворвалась её не в меру активная младшая сестра. Она была одета в красивое розовое платье от известного бренда и вся сверкала драгоценными украшениями.       — Уже иду, Дашуль, — Нина улыбнулась возбуждённому милому существу в розовом. Для других эта гиперактивная и непосредственная девица могла показаться ходячим кошмаром, но для Нины это была любимая сестрёнка, которой прощалось всё. К тому же Нина знала, что под бесцеремонностью на самом деле скрывается чуткая любящая душа. И не ошиблась.       — Ты точно в порядке? — спросила Даша с тревогой, уже не улыбаясь. — Ещё есть время всё отыграть назад. До тех пор, пока клятвы не произнесены и подписи не поставлены…       — Даша, я абсолютно уверена, — твёрдо сказала Нина, — это моя мечта, ты же знаешь.       — Мне казалось, у тебя другая мечта, — прошептала Даша, — смотри, не соверши ошибку, потом всю жизнь жалеть будешь.       — Не бойся, — успокоила её Нина, придирчиво рассматривая своё отражение, — я люблю Франсуа, мне с ним хорошо.       — А Артур? — тихо спросила Даша. — С ним точно всё? Ты его забыла? Уверена? Не пожалеешь потом?       — Кто такой Артур? — удивлённо спросила Нина. — Я не знаю никого с таким именем. В моём окружении таких знакомых парней нет. Есть Дэвид, Джим, Райан, Майкл… А вот Артура не припомню. Ты, наверное, с кем-то перепутала. Может, имела ввиду Арнольда? Так у меня с ним ничего нет. Он женат и имеет кучу любовниц, зачем мне такой? Так, пересеклись на одной вечеринке, поболтали, потанцевали, ничего больше. Он мне совершенно не нравится, хотя он и крутой актёр, и денег у него куча, тут не поспоришь, но нет, он не в моём вкусе, — это прозвучало настолько убедительно, что Даша чуть не поверила.       — Что я могу сказать, сестрёнка, — вздохнула она, — для меня главное, твоё счастье. Я рада за тебя, если ты его нашла. А с твоим мнением насчёт Артура я согласна. Этот негодяй не только соблазнил тебя и обманом похитил твою честь, не знаю, почему ты не стала подавать на него заявление, но и…       — Не надо, пожалуйста, — прервала её Нина, — не хочу об этом говорить. Зачем мне обсуждать то, чего не было. Я же сказала, что не знаю такого. Ты с кем-то путаешь. Мой первый и единственный Франсуа. Других не было. И я абсолютно счастлива. Мне даже кажется, — тут она покраснела и смущённо опустила глаза, — мне кажется, хотя я точно не уверена, что у миллионного состояния Франсуа скоро появится наследник. Только не кричи, — быстро предупредила Нина, увидев, что Даша уже собралась завизжать от восторга. — Не хочу, чтобы до свадьбы знали — это сюрприз.       В этот момент заиграл свадебный марш, и невеста вынуждена была поспешить на торжественную церемонию, которая не могла начаться без неё. Перед этим сёстры крепко обнялись.       — Люблю тебя, дорогая, будь счастлива, — прошептала Даша, — помни, что я поддержу любое твоё решение. И желаю тебе самой сильной любви на свете.       — Спасибо, милая, — растроганно ответила Нина, радуясь, что макияж водостойкий и слёзы его не смоют. Ей совершенно не хотелось, чтобы стали заметны ещё незажившие шрамы и ожоги, но не плакать она не могла, — если бы твои слова про любовь ещё сбылись, — совсем тихо прошептала она и уже громче сказала, — моя главная любовь — ты и родители. Идём, не хочу опоздать на собственную свадьбу, а то, представляешь, Франсуа подумает, что я решила сбежать, — девушки звонко рассмеялись, на их лицах не осталось и следа слёз.       Нина неожиданно испытала что-то похожее на эйфорию. В конце концов, это её день, и она не должна грустить. Что бы ни было в прошлом, всё осталось в прошлом, а сейчас её ждёт жизнь замужней дамы, жены миллионера. Всё сложилось удачно. Рядом близкие люди, с которыми она помирилась, они важнее всего остального. И звезда, естественно, обязана найти себе спутника, подходящего ей по статусу. Так что к алтарю она шла абсолютно счастливая и с предчувствием чего-то прекрасного и волнующего. У неё внутри всё сладко замирало от предвкушения. Ещё совсем немного, и она станет женой. Отныне и навсегда. А через семь с половиной месяцев — матерью наследника миллионного состояния. Нина улыбнулась при этой мысли.       На берегу реки Ла Белль Ривьер собрались гости, приглашённые на свадьбу звезды и миллионера. Регистратор из мэрии и жених уже ждали невесту у алтаря. У них над головами была арка из цветов, воздушных шариков, вплетённых лент. Повсюду золотились надписи с именами счастливых молодожёнов. Неподалёку завис в воздухе дрон, устроивший над водной гладью реки разноцветное лазерное представление. Казалось, что вода светится изнутри волшебным светом ярких брызг. Очередное изобретение профессора Малинина. Столы ломились от угощений. Один трёхэтажный розовый торт с узорами заставлял присутствующий облизываться и мечтать о скором завершении церемонии. На поляне перед аркой, где влюблённые должны были произнести клятвы, стояли ряды стульев, как в театре. На них сидели гости. Вот снова заиграл свадебный марш, и прекрасная невеста, которую вёл отчим, прошла между рядами к алтарю, где её ждал счастливый жених. На ней было длинное белое платье с кружевами по краям и с открытыми плечами. Пышная фата доставала до земли. Выглядела девушка изысканно и утончённо. Её родной отец стоял чуть в стороне от остальных гостей. Невеста с ним не общалась. Никто не знал о причине конфликта, подозревали, что Нине не нравится новая дама его сердца, девушка ненамного старше самой Нины. Видимо, дочь была уверена, что новая пассия вытянет все деньги её отца и сбежит в неизвестном направлении. Во всяком случае, все были в этом уверены. Поэтому Нина демонстративно общалась только с отчимом и даже называла его отцом.       Наконец невеста у алтаря. Зазвучал голос регистратора, произносящего обычную речь. Рядом с невестой свидетельница, естественно, сестра Даша. Свидетелем жениха стал один из его друзей, тоже бизнесмен. Один из гостей, а точнее уже родственник, смотрит немного с сожалением. Он представлял, что сам станет свидетелем на свадьбе Нины вместе с Дашей. Но это невозможно, потому что женихом оказался не тот, кого он бы хотел видеть. И впервые осознаёт, что не всё в жизни от него зависит. Не хотел допустить этой свадьбы, мечтал, что женихом станет его брат. Ведь они оба ломают себе жизнь, это понятно. Двое идиотов не смогли разобраться в своих чувствах, не поговорили, не простили. И жизнь сломана навеки, не будут они счастливы. Ни один из них. Эдвард вздохнул, понимая, что на этот раз ничего от него не зависит, и он не может повлиять на события. Остаётся только наблюдать, как близкие люди сами хоронят свою любовь, а с ней и надежду на счастье. Он знал, что придётся сообщить об этом Артуру, такое нельзя скрывать, но не знал, как лучше сказать. Странное предчувствие сжало его сердце, стало трудно дышать, но он решил не обращать на это внимания, сосредоточившись на том, что происходит.       — Попрошу ответить жениха, — сказал, наконец, регистратор, — согласны ли вы взять в жёны Нину Романову и любить её в горе и в радости, в богатстве и в бедности.       — Согласен, — твёрдо и радостно ответил Франсуа.       Нина смотрела на него, ничего не соображая. Почему-то стало страшно. Странная тревога сжала ей грудь, заставив дыхание ускориться. Наверное, от волнения.       — Попрошу ответить невесту, — голос как из тумана, она почти не слышит. Очень страшно. А вдруг это ошибка? Но нет, нет, она уверена. Все чего-то от неё ждут.       — Попрошу ответить невесту, — повысил голос работник мэрии.       — Что? Простите, я не расслышала, — проговорила Нина. Удивлённые лица родителей, встревоженное Даши. В чём дело? Почему они так смотрят? Нина вытерла пот со лба. Что-то жарко. А ведь всего восемнадцать градусов, а платье открытое. Странно.       — Согласны или нет? — в голосе лёгкое раздражение. Все смотрят с тревогой.       «Да, конечно, о чём речь?» — хотела сказать Нина, но сказала совсем другое:       — Что-то жарко, включите, пожалуйста, кондиционер, — и стала обмахиваться ладошкой.       — Нина, мы на улице, какой кондиционер? — прошептала Даша. — Соберись. Это нервы.       — Да или нет? — настойчивый вопрос. Она всё сильнее обмахивается ладонью, пот течёт по лицу и спине.       — Ей же плохо, — встревоженный голос матери, — доченька, что с тобой? Тебе нехорошо?       — Да, — с трудом произнесла Нина, задыхаясь, отвечая на вопрос матери. Ей было совсем дурно, казалось, сейчас её стошнит или она упадёт в обморок.       Но регистратор понял ответ по-своему.       — Властью, данной мне мэрией города Викториавиль и президентом Оболенским, объявляю вас мужем и женой, — торжественно произнёс он, — можете обменяться кольцами и поцеловать друг друга, — Нина слышала это сквозь туман. И не могла сообразить, зачем Франсуа тянется к ней, пытается взять за руку, а гости радостно орут, смеются и хлопают в ладоши. И лишь четверо встревожены. Мама с отчимом, Даша и Эдвард.       Отталкивая Франсуа, Нина попыталась вдохнуть, не смогла, её ещё больше замутило. Сквозь туман, в который она проваливалась, увидела, что зазвонил телефон Эдварда, и он, ответив, переменился в лице и побледнел, как снег.       — Не-е-е-е-е-е-е-е-е-е-ет, — закричала Нина, ещё не зная, в чём дело, — я не согласилась, я маме ответила, а не ему, Я виновата, не хотела это, отмените всё! А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а, — её голос перешёл в крик, а затем сорвался на визг. Она поняла, что сделала, но, глядя на Эдварда, поняла, что её свершившееся замужество — не самое страшное, что сейчас произошло. Подсознание подсказало. И, падая в обморок, она до последнего кричала, срываясь на визг, пока Даша с мамой пытались поддержать её, а Франсуа растерянно топтался на месте.

***

      В самый ответственный момент церемонии Эдвард вздрогнул, услышав звонок своего мобильного. Недоумевая, кто же мог потревожить его тогда, когда все знали, что он занят, и просил не беспокоить, мужчина вынул сотовый и глянул на дисплей — номер был неизвестен. Решив, что это очередные партнёры из других стран, желающие сотрудничества с Викторией, Эдвард нажал приём и, стараясь не показывать раздражения, сказал нейтральное:       — Алло, слушаю вас.       — Здравствуйте, вы сеньор Оболенский? — прозвучало из динамика незнакомо и вежливо.       — Здравствуйте, да, это я, — так же ответил Эдвард.       — С вами говорят из центральной городской больницы, — ответил тот же мужской голос. — Я доктор Гонсалес, главный врач хирургического отделения, к нам только что поступил сеньор Артур Моретти, он попал в автокатастрофу, получил серьёзные травмы, состояние критическое. Ему срочно нужно переливание крови. Группа редкая, и по данным его медкарты, донором сможете стать только вы. Прошу вас немедленно подъехать к нам…       Врач продолжал ещё что-то говорить, объясняя адрес и часы работы отделения, но Эдвард уже ничего не слушал, до того оглушительно и ужасающе больно отозвалось сказанное в его душе. Вся кровь отлила от его лица, делая его синюшно-бледным, а глаза закрыла белая пелена. В висках ожесточённо запульсировало, а сердце стало так биться о рёбра, что едва не проломило грудную клетку. А в голове жуткая и невероятная стучала только одна мысль: Как? Ну как такое возможно? Как так вышло, что это случилось с ним! Его лучшим другом, тем, кто знал о нём такое, чего не знала и мать! Кто был рядом всегда, стоя за плечом, как ангел-хранитель и оберегая от малейшей опасности. Тот, кто был для Эдварда каменной стеной, надёжным оплотом покоя и безопасности. И теперь случилось так, что в один миг всё поменялось, и сильный стал уязвимым и слабым и теперь уже он, Эдвард, должен был принять на себя его роль. Невероятно, как же это ужасно. И не в силах больше сдерживаться, он выпустил эмоции в безумном крике, рвущем на части душу и сердце:       — Не-е-е-е-ет! Только не он! Только не ты! Только не мой брат! Только не мой дорогой и любимый брат! Нет! Я не позволю этому быть! Это просто невозможно!       Всё изумлённо посмотрели на него, настолько это было необычно. Да и не было у Эдварда никакого брата, насколько все знали, поэтому, видимо, решила, что он повредился умом от тяжёлой работы. Только трое знали правду: Даша и её родители. Они тут же бросились к нему, а Нина за ними, хотя совершенно ничего не понимала.