Часть 1

Я сидела на холодной шершавой плитке, выстланной самыми искусными мастерами Египта. Прохлада ночи в любой другой момент заставила бы меня поежиться, но сейчас было все равно. Сквозняк дошел до ужаса шелковистых волос, заставляя несколько прядей небрежно упасть на лицо. Я обернулась в сторону окна. Там стоял Он. Высокий, статный, гордый и до боли печальный. Хотелось верить, что тот знал все с самого начала, что мне не придется смотреть на его поникшие и слегка дрожащие плечи. Они оба не могли поверить в происходящее - Ты…- слышать его хриплый голос было больнее любой самой изощренной пытки. Я виновато опустила глаза, даже не допуская мысли, что имею право взглянуть в его небесно-голубые глаза. - намеренно разыграла весь этот спектакль? Все что было между нами-лишь попытка выйти из этой игры живой? Я почувствовала, как он сжал кулаки. Каждое его слово вонзалось в мое сердце толстой иглой, на конце которой был смертельный яд. Я стала заламывать пальцы, оставляя на внутренней стороне ладони почти кровоточащие полумесяцы. Истерично оббежала пол глазами, пытаясь успокоить участившееся дыхание. Верховный эпистат терпеливо ждал. - Нет, господин - я через силу подняла свои изумрудные глаза, однако мужчина, которому я принадлежала, увидел совершенно другие - красные и, главное, неживые. - То была правда. Каждое мое слово любви - истина. Он вздохнул и отвел свой взгляд, кладя лицо в ладони. Я, не выдержав, разревелась, прижавшись к полу. Эпистат стоял даже не смотря на меня, но это не помешало мне безудержно затараторить - Я боялась, Амен. У меня не было выбора. Я в детстве каждый день подвергалась насилию, меня били чем попало - руками, ногами, ремнями - Это был не мой голос. Он походил больше на рык животного. Я истерично вздохнула, сев и обратив взор к нему. Он лишь развернул голову ко мне, смотря на мои опухшие губы, красный нос и уже мокрые от слез волосы. - Я бежала. Я не могла терпеть постоянных «клиентов», которые только и хотели облапать меня с головы до пят. Я небрежно вытерла себя руками, вспоминая весь этот кошмар. Эпистат не выдержал, тяжело вздохнул и сел передо мной на корточки. - Я прибежала к Исману вся в крови. Я почти ничего не помню. Меня спасли. Если бы не черномаги, я бы давно прошла суд Осириса. Я не могла больше видеть эти сны. Я.. каждую ночь я видела звериный оскал отца, ощущала эти прикосновения. - Я впилась в его сильные руки, царапая. Господин не удосужился обратить внимание на такую мелочь. По сравнению с рыдающей возлюбленной на полу, боль от ее ногтей - ничто. - Не могла я больше так жить. Меня нашел Реммао. Он дал шанс забыть весь этот кошмар. Я стала учится на шезму и начала забывать.. - Потому что черномаги не видят снов Я застыла. Истерика прекратилась в миг, уступив место скатывающимся слезам, звучно падающих на пол. Он осторожно перехватил мои дрожащие запястья и вовлек меня в свои объятия. Уже родной запах заставил дать волю чувствам еще раз. Я могла потерять все что имею в одно мгновенье. - Эва, я не знал, что тебе пришлось такое пережить. Отчего не говорила? - он сильнее сжал меня, будто пытаясь забрать всю боль - Я.. я не знаю. Вначале думала, зачем докучать эпистату своими проблемами, затем я сама погрязла во всей лжи. Амен, я молю- я отстранилась, всматриваясь в его печальные глаза. - поверь мне, все было правдой. Я знала, что нельзя, нельзя сближаться с тобой. Хатор сыграла злую шутку. Я люблю тебя до опьянения, я с тобой забыла все что было Эпистат поморщился. Я не унималась - Быть шезму - мое призвание. Я помазанница Сета. Благодаря выбранному пути я спасла себя, Амен. Лгать тебе было невыносимо, я не знала, что делать. Мне никогда в жизни не было так страшно, даже когда отец.. - Довольно, Эвтида Он отчеканил всего два слова, однако казалось, будто я стою на эшафоте, а мне выносят долгий приговор. Он поднялся, смотря на меня сверху вниз. Теперь я не допускала мысли, что имею право отвести взгляд. Я молчала. Хотя в голове бился отчаянные голос: - «Лучше убей, но не смотри так на меня» - Быть Верховным Эпистатом- мое признание. Я помазанник фараона Все. Это был конец. Конец мой, конец его и наш. На что мы надеялись? - несмотря на это, тебя не зря нарекли «Эвтида». Дарующая жизнь. До тебя даже не догадывался, что любить можно так сильно. Я коснулась его колена. Господин сразу же подхватил руку и помог встать, придерживая крепко за талию, чтобы я не упала - Шезму не плохие люди - Знаю, неферут - Отчего тогда гонишься за нами, обвиняя во всех бедах? Неужто никто из черномагов не сделал ничего хорошего? - Это мой долг, Эва. Если бы мы жили в другое время..- он досадливо поджал губы, задумавшись - Не говори что это прощание, Амен- я ухватилась за его шею, вынуждая его наклонится ближе - Никогда не прощу себе, если распрощаюсь с тобой Ноги подкосились. Наконец я почувствовала не Верховного эпистата, а Амена. Он прижал меня к себе крепче. По щекам вновь побежали слезы. Я уткнулась в его широкую грудь. Он осторожно подхватил меня на руки, относя на ложе. Наше ложе. Где прошли незабываемые ночи. Где я стала его женщиной, отдав невинность. Аккуратно положил, а сам сел передо мной на корточки - Я даже представить себе не могу, как ты все вынесла. И детство, и постоянное чувство вины со мной Он водил ладонью по волосам, рукам, плечам. Я, словно котенок, впервые познавший настоящую искреннюю любовь, ластилась. - Что будет с нами? - Ты станешь матерью моих детей, Эвтида Приблизившись, он аккуратно поцеловал в губы.