Часть 16

      «Кроме меня»       Сергей отправляет сообщение, но Лада на него не отвечает. Он думает, что возможно она уснула, но ответа нет на следующий день и на его новые сообщения она также не отвечает, хотя все они прочитаны.       «Лада, не хочешь отвечать на то сообщение — не отвечай»       «Просто напиши, что у тебя все в порядке»       «Лада, я переживаю»       Последнее сообщение он отправляет когда в Австралии глубокая ночь. «Лада, если утром не увижу от тебя ответа — покупаю билет на ближайший рейс» И утром видит ответ.

«Мое мнение не изменилось. Прости, очень много дел»

      Ярослав появляющийся в офисе на его плохое настроение старается не обращать внимания, но получается из рук вон плохо и к обеду он сдается.       — Серега, хватит бурчать под нос — бесишь.       — Я тебе работать мешаю? Нет, вот и не лезь ко мне. — Он бросает взгляд на темные круги под глазами друга и не выдержав извиняется. — Прости, у моего плохого настроения есть имя — Лада.       — И ты туда же? Я из-за нее второй день успокаиваю Дашу, гормоны бьют через край, она и так расстраивается из-за любой мелочи, а тут такой повод для слез.       — Смотри. — Сергей протягивает свой телефон демонстрируя другу переписку. — Черт, я думал у меня есть шанс, но судя по всему он плавно скатывается к нулю.       — Ошибаешься, будь ты ей безразличен, твое последнее сообщение девочка бы проигнорировала так же как и все остальные. — Ярослав улыбается. — Она не хочет твоего приезда, потому что повторить тебе это глядя в глаза не сможет. Слушай, у меня честно говоря все больше вопросов к ее браку, не роди она ребенка — решил бы, что он был фиктивным. Вы же предохранялись с ней в ту ночь.       — Конечно. За кого ты меня принимаешь?       — За идиота, который не может признаться в чувствах даже себе самому.       — Ошибаешься, давно признался — я ее люблю, вот только вопрос, что делать с этим признанием остается открытым.       Ярослав улыбается на слова Сергея и его улыбка становится ярче когда на звонящем телефоне отображается имя любимой жены.       — Родная, тебе привет от отца. — Ярослав замирает слыша в телефоне всхлипы и следом за ними стон. — Даша, что? Что случилось?       — Больно, Яр, живот как будто ударили. — Даша всхлипывает. — И кровь. Я боюсь.       — Тише. малыш. Нервничать не нужно. Я сейчас вызову скорую и сам приеду. — Он видит как Сергей вскакивает из-за стола и смотрит вопросительно.       — Я уже вызвала. — Новый стон от которого у Ярослава замирает сердце. — Яр, приезжай, пожалуйста.       — Еду.       Сергей преграждает путь едва он встает из-за стола.       — Что с ней?       — Кровотечение и сильная боль в районе живота. Скорую она вызвала, я еду к ней.       — Я сам поведу, тебе за руль нельзя. — Сергей хватает со стола телефон и ключи от машины, первым идет к лифтам, на ходу бросая секретарше. — Нас нет ни для кого, встречи перенести.       Ярослав едва замечает дорогу по знакомому маршруту, он вообще не понимает где они едут пока телефон не звонит снова — номер Даши, но голос мужской.       — Здравствуйте, вы супруг Дарьи Сергеевны?       — Да, что с ней?       — Мы везем ее в больницу, у нее обильное кровотечение, угроза преждевременных родов очень велика, а на таком сроке это большой риск.       — В какую больницу? Я в дороге, сейчас приеду.       Он включает громкую связь и на слова врача Сергей кивает.       — Яр, будем там минут через пятнадцать.       Они приезжают даже раньше скорой и почти час ждут врача.       — Что могу сказать: сейчас кровотечение прекратилось, будем наблюдать за ее состоянием. Возможно, что все же придется вызывать роды, но это крайне нежелательно — ребенок еще слишком мал. Ее жизни ничего не угрожает, а вот ребенок, шансы пятьдесят на пятьдесят.       — Я могу остаться здесь?       — В этом нет смысла, езжайте домой, мы вам позвоним если будут какие-то изменения.       — Нет. Я никуда не поеду. Если мне нельзя остаться здесь — буду ждать в машине на парковке.       — Оставайтесь.       Сергей звонит в тот момент когда я кормлю сына и первая мысль — проигнорировать и перезвонить, когда освобожусь, разбивается второй — просто так он бы звонить не стал.       — Привет, что-то срочное?       — Лада, Даша в больнице. — судя по голосу Сергей сильно встревожен и я его понимаю, у меня от волнения начинают трястись руки. — У нее открылось кровотечение, врач сказал, что высока вероятность преждевременных родов.       — Я приеду. — Мария забирает сына видимо понимая, что случилось что-то серьезное и я бегу в кабинет к ноутбуку. — Подожди минуту, посмотрю ближайший рейс.       — Лада…       — Подожди, — сайт загружается. — Отлично, ближайший рейс сегодня ночью до Мельбурна, а оттуда в Москву, я как раз успею собраться и собрать Сашу. Мы прилетим следующей ночью, ты встретить нас сможешь?       — Лада, конечно, я тебя встречу. Береги себя, до встречи.       — До встречи.       Мария мои путанные объяснения понимает с полуслова и идет собирать вещи Саши. В мой чемодан вещей отправляется минимум, если будет нужно все можно докупить в Москве. Следующим пунктом звонок родителям — они завтра собирались приехать и взять внука на прогулку.       — Мам, привет. Завтра за Сашей не приезжайте, мы летим в Москву.       — И тебе добрый вечер, дочь. Ты решила познакомить сына с отцом?       — Нет, — держать себя в руках в разговорах с ней все сложнее, в последние пару месяцев все их разговоры сводятся к тому, что я должна продать дом и переехать жить к ним. — Даша попала в больницу, у нее угроза преждевременных родов.       — И ты летишь и берешь с собой сына? Ну, что же дело твое. Пока будешь в Москве подумай о том, что возможно ты все же решишь продать дом и клинику и…       — Вернусь, позвоню.       Даже слушать ее желания нет, разговор пойдет по кругу — они слышать ничего другого не хотят.       В аэропорт мы приезжаем за полчаса до окончания регистрации, Мария соглашается поехать со мной и обещает, что ее дочь присмотрит за домом.       Перелет до Мельбурна проходит спокойно, все полтора часа Саша спит, а я пишу на электронную почту заместителю письмо с просьбой распределить моих пациентов между другими специалистами.       В Мельбурне мы ждем два часа, наш вылет на Москву немного задерживается и я пишу Сергею, сообщаю время прилета и спрашиваю про Дашу. Он коротко отвечает. что состояние ее без изменений, они с Ярославом дежурят в больнице, но меня он обязательно встретит. Я успеваю связаться с фирмой отвечающей за охрану квартиры родителей — сообщаю о прилете, чтобы квартиру сняли с сигнализации.       Снова в самолет, но на этот раз перелет длинный, более двадцати часов — я уже и забыла насколько это выматывает. Саша капризничает, ему перелет тоже не нравится и я благодарна Марии которая помогает его успокоить.       Время прилета в Москву — почти двенадцать ночи, и встречающих не очень много поэтому Сергея я замечаю едва мы проходим контроль. Почему-то мне казалось, что за прошедший год он должен измениться, что я увижу совершенно другого человека, постаревшего, не вызывающего такого отклика в сердце, но с первого же взгляда понимаю, что это не так. Сергей не изменился ни грамму, все тот же мужчина в которого я влюбилась, только темные круги под глазами выдают его усталость.       Сергей смотрит на Ладу идущую к нему и думает, что она изменилась. Стоящая перед ним молодая женщина выглядела более уверенной, женственной. И эта женщина не отводит взгляд ни на секунду.       — Привет. Как долетели? — он забирает у нее чемодан и Лада тут же протягивает руки к стоящей позади женщине забирая у нее ребенка.       — Привет, устали. Я за год забыла как это утомительно. — Она улыбается. — Познакомься, это Мария — няня Саши, а это тот самый Саша — мой сын.       Малыш спит, прижавшись пухлой щечкой к материнской груди, а он чувствует к нему какую-то иррациональную нежность. Хочется взять его на руки, прижать к себе чтобы проснувшись он увидел не кого-то, а Сергея, увидеть его улыбку.       — У тебя очаровательный сын. — Он берет себя в руки, сейчас не время и не место для объяснений, кивает темноволосой, пожилой женщине. — Сергей, рад знакомству. Пойдемте в машину, я детское кресло установил еще днем, покупал заранее для того чтобы внука или внучку возить.       — Как Даша? Есть какие-то изменения? — Она идет вровень с ним и Сергей старается не бежать. — Я все время о ней думаю.       — Ей немного лучше, кровотечения сильного нет, но выделения продолжаются. Врачи тянут, говорят, что с одной стороны нужно вызывать роды, чтобы спасти ребенка, с другой стороны каждый день…       — Ей самой ничего не угрожает?       — Ее жизнь вне опасности. — Дойдя до машины Сергей убирает чемодан в багажник, помогает няне сесть на заднее сидение и не может отвести взгляд от Лады фиксирующей сына в детском кресле. Малыш проснулся и улыбается маме, а она наклонившись целует крошечный носик.       — Лада, куда едем?       — Давай сначала в квартиру родителей. — Он целует сына еще раз и обходит машину, чтобы сесть рядом со мной. — Мария устала, они с Сашей останутся дома, а я переоденусь и можно будет ехать в больницу.       — Боюсь до утра нас туда не пустят. Поэтому, я завезу вас домой и сам поеду немного отдохну, а с утра заеду и отвезу тебя к Даше.       — Ох, прости, я про время совсем забыла. Сложно сразу перестроиться и привыкнуть к такой разнице во времени — в Сиднее сейчас только пять вечера.       — Представляю. — Столько всего хочется сказать, но разговор должен произойти наедине, когда мы оба не будем волноваться за Дашу, а сейчас можно сказать лишь немногое. Бросаю взгляд в зеркало убеждаясь, что няня дремлет. — Лада, я скучал. И я очень рад тебя видеть.       — Я тоже рада тебя видеть. — Про то, что скучала она не говорит и в его сторону не смотрит. А он думает, что возможно Ярослав был прав — глядя ему в глаза она это повторить не готова.       — Мы должны будем поговорить. Да, не здесь и не сейчас, но нам с тобой есть, что обсудить.       — Обязательно. — внутри все сжимается от одной только мысли, что мы останемся наедине. — Как только Даша и ее ребенок будут в порядке мы обязательно все обсудим.       — Как твои родители? — Он пытается перевести разговор на нейтральную тему, но задевает по больному. — Лада, что случилось?       — Они в полном порядке, просто у нас с ними не самые лучшие отношения в последнее время. Идеальными они никогда не были, но после моей свадьбы испортились еще сильнее, а после смерти Леши наше общение практически сошло на нет. Сейчас они раз в месяц приезжают за Сашей, гуляют с ним пару часов — создают образ любящих бабушки и деда.       — Они любят тебя и, я более чем уверен, что они очень любят своего внука. — Он бросает взгляд в зеркало заднего вида, смотрит на снова уснувшего Сашу и мне приходится отвернуться, чтобы смахнуть слезы. — Он очень милый — его невозможно не любить.       — Они любят только друг друга. Помнишь, я говорила тебе это накануне нашего с Дашей дня рождения?       — Помню. Я тогда обнял тебя чтобы успокоить. — Он разводит руками, благо в этот момент машина стоит на светофоре. — Сейчас повторил бы, но правила дорожного движения важнее всего, особенно когда в машине ребенок.       — Спасибо, сейчас я уже спокойно к этому отношусь. Знаешь, после смерти Леши именно мой малыш дал мне силы жить. Я дала себе слово, что у него будет любящая мама и он никогда не будет чувствовать того, что чувствую я.       — Мальчику нужен отец. Сейчас когда он маленький это не так очевидно, но по мере взросления ему потребуется мужская рука. Рядом должен быть мужчина который будет помогать с его воспитанием — который возьмет на себя его адаптацию в этом мире.       Он говорит это с абсолютно спокойным видом и даже не смотрит на меня, но я понимаю к чему он клонит.       — Если я когда-нибудь встречу кого-то кого полюблю так как его отца — я буду не против снова выйти замуж, если нет… Если нет — буду стараться заменить ему отца. Я не выйду замуж без любви, Сергей.       Он молчит, лишь сильнее сжимает руль и прибавляет скорость.       На месте он помогает нам подняться, заносит чемоданы в квартиру. Мария с Сашей занимают родительскую спальню, а мой чемодан Сергей заносит в мою девичью комнату.       — Лада, мы обязательно вернёмся к разговору в более подходящее время. Нам слишком многое нужно обсудить.       — Конечно. — Улыбаюсь, как можно более непринужденно. — До завтра?       — До завтра. — Он тоже улыбается, но стоит мне сделать шаг в сторону прихожей, чтобы его проводить притягивает меня к себе и целует.       Когда первый шок проходит я пытаюсь его оттолкнуть, но силы неравны, а собственное тело безжалостно предает хозяйку. Колени подгибаются, я обнимаю его за шею и отвечаю на поцелуй. Когда он решает отстраниться ноги меня не держат, стоять я могу только благодаря его поддержке.       — Завтра я заеду за тобой в десять. — Новый поцелуй, совсем невесомый и он сажает меня на кровать. — Дверь захлопну, отдыхай.