Блуждая во сне

Аято/Юи В картине плещется вода. Корабль скрыл туман. На берегу стоит она. Фонарь гасит волна. Рукой коснись её плеча, услышь как бьётся страх. Взгляни туда, где спит маяк. Взгляни в её глаза. Бесстрашен зов той красоты. Чиста мольба богам. Но в эту ночь вера слепа. Ждёт тёмный ритуал! И паства тянет к ней крюки. Вот-вот вгрызётся в плоть. Оставь их шум, сверни с пути. Сам дьявол лик явил! Зелёным красен свет очей, надменен шаг в тени. Он долго за тобой следил. На поясе ножи. Клыки белеют сквозь туман, дрожит её душа. Теперь же поздно отступать и кликать прихожан! Свет факелов и грозных слов, а за плечом костёр. Но лишь моргнёт, пред ней вновь он. Туманный галеон. На судне дьявол-командор. Блестит его камзол. И ярче звёзд лукавый взор. А берег далеко. Белеет платье на ветру, а час коварно скуп По мостовой гуляет кот, а дождь не жмёт ей рук Лишь волны бьются о борта и гонят призрак прочь Мираж, в нём жизнь заключена. Она теряет ночь. И каждый день идёт повтор. И память её враг. Не знает как коснуться врат, где плавает судьба Где незнакомец правит морем. Где рифы ей друзья. Свобода ищет смерти в море. Ведь на земле мертва. Тогда сам дьявол страстью купит. И сладко напоёт. В пучину грёз морских загубит. В объятьях унесёт. И сон покажется картиной, написанной рукой творца Минуют годы, взмокнут льдинки в его размытых волосах. От сна такого он проснётся, задышит глубоко. Хотя душа не признаётся, как помнит лик её. Сам дьявол! Он — её проклятье. Седьмой греховный зов. И по волнам плывёт то платье, не тонет до сих пор.