9

— М-да. И как тебя туда занесло? — Мне надо было подумать. — Прямо Диоген в бочке. А вне колодца тебе, конечно, не думалось? — Дай уже верёвку. Игорь огляделся, ища надёжную опору, за которую можно было бы зацепить карабин. Поколебался между чахлой рябинкой и огрызком бетонного столба, выбрал столб. — Ну, ты долго ещё? — нетерпеливо позвал Женя. — Мне чисто из любопытства: а если бы у меня не было верёвки? — спросил Игорь. — Ты головой-то думал, когда туда прыгал? — Я не прыгал, я спустился. Вон, видишь? — Женя дождался, пока Игорь снова свесится над люком, и легко выдернул из стенки проржавевшую ступеньку. — Почти все по пути поломались. Я вообще могу подняться врастопырку, но тут слишком широко, размаха рук не хватает. — Зашибись. — Игорь подёргал верёвку, проверяя столб на прочность, и кинул свободный конец в колодец. — Потихоньку давай. Он на всякий случай встал у столба, упёрся ногами в землю и ухватился за верёвку. Женя не спешил вылезать: то и дело натягивал верёвку, потом её снова отпускал, копошился, чем-то шурша. — Ну что ты там, опять задумался? — позвал Игорь. От переживаний жутко хотелось курить, но выпускать из рук верёвку он не решался. — Да щас я. Наконец Женя начал медленно, неуверенно подниматься. Верёвка в руках у Игоря задрожала. — А говоришь, мог бы — как ты там выразился? — врастопырку. Что-то не верится. Женя не ответил. Игорю стало почему-то стыдно, и он начал потихоньку тянуть верёвку на себя. — Да погоди, я сам, — сдавленно выдохнул Женя. Наконец он показался над краем колодца: весь взмокший, грязный, с сосредоточенно сцепленными зубами. Игорь молча подал ему руку, но Женя её не принял, выбрался сам. Неуклюже поднялся, скривился, вытер руки о шорты. — Тяжело было? — спросил Игорь, пытаясь сгладить неловкость. Женя досадливо дёрнул плечом: — Я просто ногу подвернул. Игорь оглядел его внимательнее, на этот раз заметил длинную вспухшую ссадину от левого колена до щиколотки и россыпь синяков на обеих ногах. Снова заглянул в колодец. — М-да… Это сколько в звёздах?