42

— Да. Не сказал, каркнул. И Леся заметила, рассмеялась: — Ну и голос, Сосновский! Ты там не загулял? Смотри у меня, если узнаю, что бросил Женю и сбежал на гульки… — Кто бы говорил! — С карканья Игорь перешёл на злой шёпот. — Ты какого хрена телефон отключаешь? — Спокойно, Сосновский, не кипятись. Что случилось? — Серьёзно, Лесь?! — Вполне. Кто-то умер? В голосе Леси наконец засквозило беспокойство, и Игорь едва устоял перед соблазном наврать, что да, Женя сиганул с балкона — вдребезги. Нет, нельзя. Вдруг у неё сердце не выдержит таких шуточек? Мать всё-таки… — Женя себе места не находит, — прошипел Игорь. — Он не хотел со мной разговаривать, — ледяным тоном ответила Леся. — То есть ты его тупо наказывала молчанием за то, что он один раз не ответил? Серьёзно, Лесь? — Я ему дала то, чего он хотел. Пусть учится быть осторожнее с желаниями. Игорь стиснул в кулаке что-то маленькое и твёрдое. С трудом разжал руку — оказалось, поплавок. — Так. Ты сейчас с ним поговоришь и всё ему объяснишь. — Не командуй, Сосновский. — Буду командовать! Лесь, да я… Если бы я знал, я бы… — Игорь сосредоточенно задышал, не давая себе сорваться. — Лесь, я тебе даже котёнка не отдал бы, потому что котят отдают в добрые руки, понимаешь? — Ой, началось! — Судя по интонации, Леся закатила глаза. — Ты зато весь из себя идеальный, да? — Я этого не говорил. Леся фыркнула. — Лесь, а если бы твой мальчик на побегушках не выложил фотку, ты бы вообще позвонила? — Господи, Сосновский! Ну какая тебе разница! — Большая, Лесь. Он живой человек, в конце концов! — Сам-то переживал? — заинтересованно спросила Леся. — Ну… — Испугался ответственности, — удовлетворённо мурлыкнула Леся. — Вот видишь, Сосновский, тебе тоже полезна встряска. Сразу вся гниль наружу полезла. Глядишь, и ты после моего воспитательного момента станешь чуточку лучше и чище. Игорь хотел возразить, что ничего не испугался, что вообще готов был оставить Женю навсегда, но вовремя сообразил, что Леся это объявит своим достижением: смотри, мол, Сосновский, уже действует. — Да думай что хочешь, — устало сказал он и крикнул в сторону палатки: — Жень, мама звонит! — Сосновский! — возмутилась Леся. И бросила трубку.