И мы тлеем в ледяных огнях

      Следующие несколько дней прошли в бешенном темпе — конец учебной четверти у среднего звена и в младших классах всегда очень шумный и бурный период. И полугодовая система старших классов — единственное, за что Карина любила учебу. Хм, нет, не любила. Сносно относилась. Но для переживаний у нее были свои причины — завтра она встретиться с Сашей. Эта мысль ее пугала и сжигала от любопытства одновременно. Что-то внутри трепетало от переживания и волнения, а руки слегка трясло от мысли о скорой встрече. Конец вторника, 24 октября, принесло с собой лишь снова всколыхнувшее сознание сообщение от друга: Александр Кравцов, 19:43, Смогу завтра заехать за тобой после учебы, или в другое удобное для тебя время))       Карина провалилась в сон, с угрызениями представляя завтрашнюю встречу.

* * *

      Среда началась так же, как и многие другие среды, но Арсений чувствовал, что скоро случиться что-то, что изменит его жизнь. Именно с этим навязчивым и непонятным ощущением мужчина поспешил сесть в машину и начать движение по оживившимся с утра дорогам.       “Да уж, не думал, что осмелюсь сравнивать какие-то дороги с Питером, но, как оказалось, везде люди работают одинаково...”       Проблеснувший на мониторе управления машины вызов заставил мужчину дёрнуться, принять звонок и внимательно вслушаться. Как бы ни пытался мужчина скрыть эмоции, но звонивший человек действительно порадовал его, отчего на лице промелькнула глуповатая улыбка.       — Слушаю, вермишелина, — по-дружески колко начал преподаватель.       — Эй, ты, депрессивный, есть возможность развеяться на выходных, ты за? — Шастун был явно в хорошем настроении, раз снова пытался вытащить Попова куда-то “развеяться”.       — В зависимости от того, куда ты снова поволочешь меня, — усмехаясь, Арсений плавно выехал со двора.       — Как насчёт спортивных выходных? — с надеждой в голосе проворковал Антон.       — Ох ё, Тох! Я бы предпочел дома поваляться, — мужчина поморщился и внезапно его лицо исказилось в гримасе ужаса и шока. Руки в миг потянулись к рулю и вывернули его вправо, казалось до упора. Не обратив внимания на сброшенный им же звонок, Арсений резко втопил педаль тормоза в пол и со всей силы надавил на гудок. Неизбежное столкновение с разворачивавшейся в неположенном месте ярко-оранжевой иномаркой вытолкнуло из головы брюнета все мысли, а жизнь самыми яркими воспоминаниями мелькнула перед глазами. Послышался грохот и свист шин, появился запах выжженной об асфальт резины, где-то вскрикнул неудачно появившийся прохожий. Вскоре мир погас для пары лазуритовых очей.

* * *

      Блондинка уже привычным движением открыла дверь в кабинет, где проходил урок биологии. Обыденно пройдя к своему месту за первой партой, девушка мило поприветствовала соседа по парте и принялась к подготовке и предурочной рутине. Через пару минут после начала урока в кабинет влетела Анфиса Фёдоровна, явно встревоженная и напуганная. Первые несколько секунд ее речь была несвязной и звучала, скорее, как бред сумасшедшего человека. Через силу собравшись силами, женщина сделала глубокий вдох, и, не обращая внимания подозвала к себе ученицу с первой парты.       — Литвинская, прошу, выйди со мной в коридор.       Блондинка непонимающе нахмурила брови и поспешила за учителем к выходу из кабинета, на ходу обдумывая о возможных причинах столь срочного вызова. Покинув стены помещения, девушка внимательно вслушалась в звуки в школе. Тихо. Значит, что-то внешкольное.       — Послушай, Кариночка, — тревожно начала Анфиса Фёдоровна, — Я говорю это тебе, как старосте класса, а ты должна сохранить это в тайне и не подавать виду.       — Я вас слушаю, — сосредоточившись, произнесла блондинка.       — Ваш новый классный руководитель, Арсений Сергеевич, — при упоминании имени мужчины что-то в глубине девичьей души приятно защекотало, а интерес к диалогу стал неподдельным, — Сегодня по пути в школу попал в аварию и сейчас ему оказывают медицинскую помощь, — Карине показалось, что она ослышалась, это не могло произойти с ним, никак нет, — Его состояние мне неизвестно, но сегодня химии у вас не будет, вы уходите домой после 4-ого урока, — сообщила женщина и поспешила удалиться.       Блондинка в неверии посмотрела вслед учительнице и медленно осела на пол. Глаза непонимающе забегали по тихому школьному коридору, а дыхание сбилось, из-за чего закружилась голова. Карина отказывалась соглашаться с услышанным, отчего ей казалось, что вот-вот мужчина грациозной походкой пройдет к своему кабинету, дружелюбно улыбнется девушке и снова так мило назовет 79-ым элементом. Протянет уже знакомые и полюбившиеся "Tutti Frutti" и вновь выкинет какую-нибудь интеллектуальную шуточку. Но этого не происходило. С ним случилось что-то ужасное.

* * *

      Все оставшиеся несколько уроков Карину не покидали мысли и догадки об Арсение Сергеевиче. Жив ли он? Про “здоров ли” и думать смысла не было. Поэтому, когда прозвенел звонок с четвертого урока, блондинка проверила счет на карте и, попрощавшись с Ваней, направилась в магазин.       Купив немного яблок и апельсинов, девушка направилась в больницу, заранее разузнав, в какой именно лежит Арсений. Написав Саше о том, что сегодня она освободиться только вечером, направилась к пункту назначения. Дорога была недальней. Минут 20 пешим ходом, и Карина уже была на месте. Спросив на стойке администрации, разрешено ли посещение к доставленному сегодня утром пациенту Попову, и получив одобрительный кивок, девушка медленно, в раздумьях, начала подниматься по ступенькам на 6 этаж.       “Блять, а для посещаемых нельзя было лифт сделать?! А то понаделали для персонала, а нам ковыляй. Бля... я же так и откинусь в больнице, пока подниматься буду, и откачать не успеют...”       Внезапно девушка остановилась на середине пустой лестницы. Ненавязчиво пришедшая мысль заставила остановиться на долгие секунды. Девушка впервые подумала о надобности происходившего сейчас. Она, одиннадцатиклассница, с чертовски тяжелым пакетом фруктов тащилась в больницу, ради чего? Чтобы навестить своего преподавателя. А разве ее кто-то просил?.. Какого чёрта в ней заиграло столько благородства и волнения за преподавателя?       И ведь она действительно волновалась за него. Настолько волновалась, что буквально сгрызла собственные губы в томительные минуты ожидания окончания уроков. А сейчас стоит, в учебной форме, всё с тем же дурацким пакетом “Пятерочки” и с максимально задолбавшимся видом.       “Неужели я действительно сама, без просьбы и уговоров, пришла сюда?.. Да меня в магазин за молоком в двух минутах ходьбы сбегать не заставишь..” — про себя усмехнулась Карина и продолжила пытку — подъем по лестнице.       Когда же блондинка уже стояла напротив нужной палаты, кончики пальцев неприятно закололо, а скулы и вовсе начали неметь от волнения. Тихонько постучав в длинную высокую дверь, Карину вдруг решила нахер пойти домой. Однако послышавшееся “Войдите!" прозвучало как раскат грома средь ясного неба. Неживыми пальцами открыв белую больничную дверь, и не рискнув сперва хотя бы оценить обстановку, блондинка вошла на негнущихся ногах, возможно слишком резко.       — Здравствуйте, Арсений Сергеевич.. — лишь тихо произнесла Карина, осторожно прикрыв дверь за спиной.       Мужчина даже не сразу поднял голову, но, когда услышал голос блондинки, дёрнулся, словно ошпаренный, откладывая из рук книгу.       — Здравствуй... — как-то неосознанно прошелестел Арсений, молниеносно быстро зачёсывая чёлку и поправляя больничную одежду. Карина далеко не сразу смогла поднять глаза на преподавателя, боялась увидеть его раненным или и вовсе лишенным чего-то.       Повисшее в воздухе молчание начинало медленно нагнетать, отчего мужчина всё же задал вопрос.       — Неужели уже все знают о случившемся происшествии? — в голосе слышалось удивление и печальная радость, — Ты даже не поднимешь взгляд на меня? — как-то отчаянно спросил Арсений, отчего Карину бросила в жар, а потом в холод.       Когда девушка всё же посмотрела на мужчину, с трудом сдержала пару матерных слов. Отразившиеся сперва страх, потом удивление, и под конец облегчение, наверняка заставили мужчину мысленно ухмыльнуться. Лишь пара неглубоких порезов, явно от осколков, и несколько внушительных синяков горделиво красовались на лице мужчины.       “Я блять весь день думала, что ты сдох, собака сутулая! Хули улыбаешься сидишь?!” — вскипевшая девушка буквально сверлила взглядом целового и почти невредимого преподавателя, все сильнее сжимая в руках пакет-маечку, уговаривая себя не запустить этот пакет сию же минуту в мужчину.       — Я рада, что вы не сильно пострадали в аварии, — лишь вымолвила девушка, проходя к постели “больного”.       — Да и не было ничего серьезного, синяки да ушибы. Машина тоже почти не задета, я даже на работу собирался поехать, только вот директор настоял на однодневном отпуске, и прохождении осмотра на травмы. Но, как ты видишь, я жив и здоров, — натянув фирменную улыбку, мужчина встал с постели и подошел вплотную к девушке. Его дыхание приятно защекотало лоб и нос, а глаза смотрели словно в самую душу. Рука мужчины легко поднялась над головой девушки. Паря и очерчивая в воздухе ее милое лицо, мужчина всё никак не прикасался к ней, однако легче от этого не становилось.       Карина неотрывно смотрела в пару хитрых небесных глаз, сама не понимая, чего ждет и хочет. Всё происходившее вокруг уже совсем не имело значения, а редкие ссадины на лице брюнета придавали ему небывалой мужественности и грубости. Сердце упало куда-то под желудок, совсем прекратив свою работу, а коленки вдруг в предвкушении затряслись. Глаза девушки на миг невольно опустились и застыли на тонких и ровных губах мужчины, в уголке которых тоже был небольшой порез, заклеенный лейкопластырем. Сознание начало вырисовывать образы гуляющих по хрупкому телу блондинки рук Арсения. Дыхание перехватило, а глаза Попова в предвкушении заискрились. Когда же длинные пальцы Арсения плавно начали опускаться к лицу девушки, чтобы заправить за ухо непослушную прядь волос блондинки, дверь в палату внезапно распахнулась и вошла медсестра. Двое практически сразу отпрянули друг от друга, стараясь лучше спрятать досаду и растерянность. Пышная медсестра с виноватым лицом улыбнулась и произнесла:       — Пóпов, на перевязку, — неверно поставив ударение, тем самым вызвав смешок у Карины, медсестра выжидающе покосилась на мужчину.       — Я Попóв, — по-актерски оскорбленно шепнув, мужчина обернулся к блондинке, — Прошу тебя, подожди здесь пару минут, я уверен, нам есть о чем поговорить, — закончив, Арсений, не давая времени Карине на отказ, проследовал за медсестрой.       “Пиздец!” — Карина не могла осмыслить произошедшее только что. Что это вообще было? Какого хрена ей это... понравилось?.. — “Мы же просто стояли и смотрели друг на друга? А вдруг я провалилась в какую-то прострацию и не заметила, как он... Чёрт! Надо попытаться успокоиться”       Девушка медленно осела на больничную койку Арсения, осматривая вещи и помещение. На прикроватной тумбе лежал телефон, зарядник расположился чуть дальше, рядом наушники и две увесистые книги. Всё было разложено с особой педантичностью, архитектурной точностью, словно по линейке, — “Чертов перфекционист!”       Когда девушка уже насчитывала шестую сотню секунд, двери в палату распахнулась и вошел запыхавшийся мужчина. Его глаза в надежде забегали по палате и только когда взгляд остановился на мирно сидевшей на койке девушке, Арсений Сергеевич тихо выдохнул.       — Рад, что ты не ушла, — искренняя улыбка заиграла на чуть бледном, израненном лице, — Рассказывай, как прошел день.       Карина немного опешила. С чего бы вдруг?.. Она вообще не планировала задерживаться здесь больше, чем на 2 минуты. А тут мужчина с неподдельным интересом начал вести диалог.       — Отлично, в школе ученики еще не знают о вашем... состоянии, поэтому все прошло довольно тихо, нас отпустили с 4-ого урока и я решила... — тут Литвинская одёрнула себя и внезапно замолчала.       — И ты решила порадовать меня своим появлением в столь мрачном месте, как больница, — буквально кожей чувствовавшаяся благодарность играла в голосе Арсения, — Я очень рад, что ты пришла, — Карина сперва думала, что ей показалось. Но нет! У Попова-блять-Арсения-мать-его-за-ногу-Сергеевича-чтоб-его проступил румянец на щеках! Теперь в этой жизни Литвинская видела все.       — Арсений Сергеевич, что произошло? Как вы могли попасть в такую ситуацию? — обеспокоенно спросила девушка, понимая, что голос начинает дрожать.       Мужчина шумно выдохнул, поморщился, будто вспоминая произошедшее, и вдруг посмотрел на Карину взглядом, полным смятения. Мужчина прошел к своей койке, подставил напротив девушки стоявший рядом стул, и устало плюхнулся на него. Помолчав несколько секунд, он медленно начал:       — Я, как обычно, выехал утром на работу. Еду, еду, еду, а тут в неположенном месте сворачивает малёк какой-то, ну я и дал вправо, дабы избежать столкновения. Благо, дорога была пуста, машина вылетела на бордюр и зацепила дерево. Когда я смог выбраться из автомобиля, того долба... кмх, неумелого водителя на месте уже не было. Я запомнил только цвет, яркая такая, апельсиновая машина. Вот так, — девушка неотрывно смотрела на мужчину, пока тот, не особо вдаваясь в подробности, рассказал о ДТП.       — То есть, вашей вины тут нет? — облегченно спросила Карина, когда смогла переосмыслить услышанное.       — Обижа-аешь.. — усмехнулся Арсений, — Эй, я же законопослушный водитель, помнишь? — ловя взгляд девушки, подбодрил мужчина.       В палате послышался звук пришедшего на телефон уведомления. Девушка нехотя начала рыться в сумке, пытаясь найти гаджет. Сообщение было небольшим: Александр Кравцов, 13:08 Скажи, где ты находишься, я примчу, поедем в кафе)       — Простите, Арсений Сергеевич, но я должна ответить на сообщение, — неловко улыбнувшись, и поймав понимающий кивок мужчины, девушка спешно начала набирать ответ.

Карина Литвинская, 13:10

Я в городской больнице №2, сможешь приехать минут через 20?

      Всё время, пока Карина печатала сообщение, ее не покидало ощущение, что преподаватель не спускал с нее глаз. Девушка даже не подозревала, что так оно и было. Арсений не переставал сверлить ее взглядом, искренне радуясь ее приходу. Не смотря на “величественную позу”, в которой сидел преподаватель: нога, закинутая на ногу и сложенные в локтях руки, Карина чувствовала мягкость его глаз. Александр Кравцов, 13:11, Да хоть через 10)       — Я тут... принесла вам.. — чувствуя, как щеки становятся пунцовыми, Карина осторожно протянула мужчине пакет с купленными фруктами, — Скорее поправляйтесь...       Арсений растаял. Кажется, он не видел ничего милее, чем девушка, что сейчас скромно стояла с протянутым в руках пакетом с букетом витаминов. Она волновалась за него. Это мысль приятным теплом разлилась по всему телу, заставляя широко улыбнуться, слегка корчась от боли в расшибленной губе.       — Ты невероятна, — тихо прошептал Арсений, подходя ближе к девушке.       Чуть шершавая, перевязанная рука легко опустилась на маленькую девичью ладошку, полностью накрывая ее теплом и благодарностью. Карина почувствовала беспощадную волну мурашек, поползших по ее телу, беря начало с места прикосновения их рук. Голова немного закружилась, когда пакет с продуктами уже лежал на тумбе, а тело мужчины примкнуло к Карине. Крепкие руки сковали замок на талии блондинки, в то время как голова мягко опустилась на плечо девушки. Будучи в состоянии эйфории, руки Карины уверенно сцепились на плечах мужчины, а лицо легонько уткнулось в широкую грудь Арсения. Уже знакомый запах Попова сумрачным облаком окутал девушку, заставляя блаженно прикрыть глаза и с удовольствием вдохнуть аромат.       Вновь пришедшее на телефон уведомление. Девушка нехотя подняла голову и шепнула:       — Кажется, мне пора, — с легкой печалью размыкая руки, она высвободилась из громоздких объятий Арса и бегло засобиралась к выходу, — Пожалуйста, поправляйтесь.       — Карина! — оклик мужчины звучал, как возглас утопающего к кислороду, — Спасибо, что навестила, мне безумно приятно. Довольная улыбка просияла на лице обоих перед тем, как Карина исчезла в дверном проёме.       Через минуту после ухода блондинки Арсений принялся за осмотр пакета. Немного зеленых яблок, апельсины. На самом дне пакета лежала упаковка любимых "Tutti Frutti".

* * *

      Прохладный осенний воздух почти сразу отрезвил разум, отчего Карина с радостью заметила стоявшего у машины Сашу. Высокий рыжеволосый парень стоял, оперевшись спиной к огненно-оранжевой иномарке. Увидев девушку, юноша без раздумий сомкнул ее в объятиях и с восхищением прошептал:       — Я так рад нашей встрече!       Радости девушки не было предела. Отставив мысли о преподавателе, Карина решила полностью отдаться моменту встречи с другом. Так и они и стояли, в обнимку, пока парень не предложил съездить в ближайшее кафе перекусить.       Карина даже не догадывалась, что, разгораясь в необъяснимой злобе, скорее называемой ревностью, за ними из окна палаты на шестом этаже, жадно наблюдал Арсений Сергеевич. Его взгляд и поза не предвещали ничего хорошего. Однако, помимо самого факта существования этого юноши, мужчину смутила еще одна деталь. Он узнал машину этого наглеца.