Глава 69. Корвин Квин, сын Злой Королевы

Ледяной ветер задувал в спину, развивая плащ из черной шерсти придавая тем самым ему сходство с крыльями гигантской птицы. Если бы кому-то в этот миг удалось взглянуть вниз с огромной высоты, там где плавают по небу облака, он увидел бы лишь маленькую черную точку медленно движущеюся через бесконечное белое пространство. Кожа покрылась мурашками предчувствуя скорое приближение метели. Она была уже совсем близко, пока что Корвину удавалось обгонять её, но это ненадолго. Правая рука в толстой кожаной перчатке сильнее сжала трость из черного дерева. "Уже скоро придётся использовать по назначению” - промелькнула в голове неприятная мысль. Очередной визит, очередной маленький шажок на пути к заветной цели, и раз для того, чтобы к ней приблизиться нужно пойти на унижения то Корвин Квин готов унизиться. Темная каменная глыба всплыла на горизонте внезапно, столь неуместная посреди этой бесконечной белизны. Приблизившись к камню, он коснулся его ладонью, даже сквозь перчатку от него разило холодом. Дальше начинались её владения, а значит, едва он сделает шаг за этот камень она сможет в любой момент увидеть его. Конечно было ещё раннее утро, лишь недавно рассвело, но день обещал быть серым, мутным, да ещё и надвигающееся метель... "Вполне может статься что она ещё спит, не слишком ли это бесцеремонно приходить в такую рань? Ну да ничего, подожду в гостиной столько сколько надо.” Стиснув челюсти, Корвин оттолкнулся от камня и сделал шаг вперед одновременно с этим упирая трость в рыхлый снег. Он расслабил тело и перестал направлять потоки магии к левой ноге. Многие месяцы он приучал себя постоянно укреплять раздробленные кости магией, пока не натренировал себя до такой степени что это стало для него почти так же естественно, как дыхание. И вот теперь ему приходиться подавлять эту привычку. Едва магическая подпитка прекратилась нога тут же заныла, а первый же шаг заставил испытать резкую боль. Корвин скрежетнул зубами, покрепче сжал трость и пошел вперед. Скорость его заметно снизилась и вскоре метель нагнала его, закружив вокруг, норовя бросить в лицо колючие снежинки. Сын Злой Королевы поморщился, поднял вверх свободную руку, быстро прошептал нужное заклинание и окружил себя невидимым куполом, расстоянием примерно метр на метр, защищающим его от назойливого ветра. Куда удобнее было бы сразу переместиться в нужное место при помощи магии, но Корвин решил показать ей что помнит и чтит правила игры. Это решение давалось ему отнюдь нелегко, нога болела всё больше с каждым шагом, трость норовила застрять в снегу, пару раз он едва не упал и лишь большими усилиями смог устоять. Приходилось останавливаться каждые несколько метров чтобы передохнуть. Да ещё и проклятая пурга укрыла всё вокруг своей белой пеленой так что он не видел сколько прошел и долго ли ему ещё осталось. Спустя четверть часа таких мучений Корвин был полон решимости плюнуть на все эти церемонии и позволить себе идти нормально. Волоча за собой больную ногу, он ругал всё на чем свет стоит! "Да кем она себя возомнила?! - думал юноша, гневно скрежеща зубами - Чтобы я, принц крови, колдун, сын могущественной колдуньи и великого короля, унижался по прихоти какой-то...” Но тут поток гневных мыслей прервался, Корвин почувствовал, что за ним наблюдают. Он остановился чтобы ещё немного передохнуть, а заодно спрятать свой гнев и гордость куда подальше. Она его увидела, а значит всё было не напрасно, нужно продолжать спектакль. К моменту, когда впереди показались очертания дома, Корвин уже взмок даже несмотря на пронизывающий холод. Дом, к которому он приближался, выглядел ужасно старым и ветхим. Казалось, подуй ветер ещё хоть чуть-чуть сильнее, и его жалкие стены рухнут. Но Корвин прекрасно знал, что внешний вид обманчив, и то, что кажется одним на деле может оказаться совсем иным. Стучать смысла не было, о его прибытии уже знали, так что сын Злой Королевы просто потянул за железное кольцо и морщась от боли в ноге, переступил порог сего жилища. То, что казалось жалкой лачугой снаружи, внутри оказалось богато обставленным особняком с изысканной мебелью, начищенными до зеркального блеска мраморными полами и блеском золота, буквально отовсюду на что ни падал взгляд. Пока Корвин обтряхивал снег со своих плеч в глубине дома послышались тихие шаги и вскоре по лестнице спустились две морские свинки. Передвигались они на двух задних лапах и одеты были в новенькие лакейские ливреи с широкими белыми воротниками из которых торчали их мохнатые мордочки.  - Дома ли хозяйка? - спросил он на что свинки утвердительно кивнули.  - Готова ли она меня принять? И вновь ответ был положительным. Свинки приняли из рук Корвина плащ, в сравнении с ними он был просто огромен, но всё же маленькие лакеи с завидным проворством унесли его и столь же быстро вернулись назад. Одна из свинок махнула лапкой, приглашая гостя проследовать за ними внутрь дома. Полы были очень скользкими и Корвину с его ногой приходилось особенно трудно от чего весь путь занял куда больше времени чем мог бы. А когда в конце концов, пройдя длинные коридоры и сверкающие золотом залы, морские свинки вывели его к каменной лестнице юноша не смог сдержаться от ругательств. Левой рукой он крепко цеплялся за перила, скребя ногтями по гладкому камню, затем на верхнею ступеньку вставала правая нога, за ней трость и лишь после он подтягивал левую. Лестница была не такой уж длинной, но Корвину она казалось бесконечной. Перила, правая нога, трость, левая нога, нескончаемый повтор одних и тех же действий. Когда до конца оставалось всего несколько ступеней, Корвин остановился перевести дух. Рука его дрожала на рукоятке трости, нога горела огнем. Он провел языком по пересохшим губам, набрал в грудь побольше воздуха и сделал последний рывок. Всё, лестница осталась позади, победа! Позволив себе в качестве награды немного отдышаться, он похромал дальше в след за свинками. Наконец они подошли к нужной двери. Корвин постучал и голос, с другой стороны, разрешил ему войти. Это была довольно большая комната, освещенная восковыми свечами. Ни капли дневного света не проникало сюда. Как и все прочие помещения в доме, эта была богато обставлена, особенно выделялся затянутый материей стол с зеркалом в золотой раме. По мимо него на столе также лежали пучки различных сушеных трав, чаши с неизвестным содержимым, колода карт и рунные камни. А в кресле, упираясь локтями в стол и склонившись над рунами, сидела женщина, уродливее которой Корвин никогда не видел, да и вряд ли, когда ни будь увидит.  Дряхлая старуха, чью землистого цвета кожу сплошь изрезали морщины. Большая голова держалась на такой тонкой шее что, казалось, она вот-вот надломиться. Её длинный нос практически упирался в стол, а редкие седые волосы лежали на тощих плечах серебристыми нитями напоминая паутину. Едва Корвин переступил порог комнаты, старуха подняла на него глаза и её рот растянулся в беззубой улыбке.  - Корвин Квин - прошамкала она.  - Госпожа Крейтервейс - он шагнул вперед изобразив на лице глубокое почтение но запнулся о ковер лежавший на полу и обязательно упал бы, но к счастью вовремя успел опереться об попавшийся на пути комод.  - А я-то всё думаю кого это там ветром принесло - произнесла старуха, ёрзая в своем кресле. Голос у неё был неприятный, хриплый, как бывает при продолжительной простуде. Задерживаться дольше необходимого в её обществе не было ни малейшего желания, поэтому высказав ещё пару обязательных любезностей Корвин решил переходить к делу;  - Должен признать, что заглянул к вам не просто так. Мне нужна помощь, и я надеялся, что вы по старой памяти согласитесь оказать мне эту небольшую услугу.  - По старой памяти говоришь - ведьма противно рассмеялась, а затем тон её вдруг резко сделался серьёзным.  - Я помню, как несколько лет назад к порогу моего дома явился хромой мальчишка и умолял взять его в ученики. Я по доброте своей согласилась, обучала его всему что знала сама, а этот мальчишка сбежал от меня, не попрощавшись и даже не поблагодарив за мою науку. И вот теперь ты вновь являешься ко мне уже взрослым юношей и просишь о какой-то услуге? Всё сказанное было правдой, но лишь отчасти. Корвин действительно пошел в ученики к Крейтервейс прельщённый слухами об её колоссальных познаниях о колдовских травах. Вот только ученичество у старой ведьмы оказалось отнюдь не синекурой. Слухи не врали, старуха действительно многое знала о магических свойствах растений вот только знаниями своими делилась как скупец золотом, да и Корвина взяла в ученики лишь после того, как узнала кто он. Семь месяцев, именно столько Корвин смог продержаться прежде, чем сбежать и всё же это время он прибывал в роли некого привилегированного слуги помогая Крейтервейс в колдовских обрядах, в замен получая лишь крупицы её знаний.  - Я раскаиваюсь в том своём безобразном поступке - отвечал юноша -, мне действительно не следовало покидать вас столь внезапно, тем, более не выразив вам соответствующего почтения. Но так меня вынудили поступить внешнее обстоятельства.  - Хе-хе знаю я твои “внешние обстоятельства”- Крейтервейс вновь рассмеялась - А впрочем, кто старое помянет... Так что прошу. Жестом она поманила его ближе к себе.  - Ты уж извини что не предлагаю тебе присесть, но в этой комнате стульев я не держу, а гонять моих малюток-слуг лишний раз мне не хочется. Да и ты парень молодой, постоишь.  - Разумеется - кивнул Корвин с улыбкой, а про себя подумал; ну мымра старая, я тебе это ещё припомню. Крейтервейс и в прежние времена любила поиздеваться над его хромотой. Старая ведьма прекрасно осознавала своё уродство и поэтому окружала себя предметами роскоши и искусства чтобы отвлечь внимание окружающих от своей наружности. Вся эта вычурная мебель с позолотой, мраморные полы, богатые одежды, сшитые из лучших тканей, которые и не каждая королева будет носить, вся эта безвкусица служила одной единственной цели, хоть как-то сгладить безобразие своей хозяйки. Но одного внешнего лоска Крейтервейс было мало, она выдумала способ поинтереснее, выискивать уродства в других( а иногда и создавать их намеренно, одна только история с мальчиком Якобом чего стоить). Поэтому Корвин и явился к ней хромым, чтобы польстить её самолюбию. Забавно, но в первый раз он пришел к ней именно желая избавиться от своей травмы. Он надеялся, что ведьма поведает ему секрет какой-нибудь целебной травы что исцелит его, но, разумеется, этого не произошло. Крейтервейс слишком нравилось смотреть на то как он ковыляет по скользким полам стараясь не упасть или как с трудом забирается по высоким лестницам. Так что вряд ли она упустит возможность позабавится и сейчас. Что же пусть веселиться, всё равно в итоге сыграет отведённую ей роль в его плане, равно как и прочие.  - И так, что за услугу тебе оказать? - тон её вновь стал мягок и приветлив - Но ты знаешь я за так не работаю, моё время требует платы.  - О плате не беспокойтесь. Ловким движением фокусника Корвин извлёк из рукава прекрасное жемчужное ожерелье, украшенное золотыми фигурками лебедей, месяцами и звездами.  - Обычными цацками моих услуг не купишь - надменно бросила ведьма.  - О но это вовсе не обычная цацка. Это ожерелье некогда принадлежало самой Принцессе-Лебедь Одетт. После её трагической смерти сия реликвия хранилась в замке её супруга принца Зигфрида.  - И откуда же оно тогда у тебя? - голос старухи по-прежнему был спокоен и ровен, но в глазах виднелся алчный блеск. Коричневые пальцы едва заметно напряглись, будто ожерелье уже было у неё в руках. "Вот ты и попалась на крючок!”  - Откуда оно у меня не так важно. - Корвин играючи перебирал жемчуг - Главное, что оно может стать вашим за небольшую услугу.  - С чего я должна верить, что это украшение действительно то, за что ты его выдаешь? Как мне знать, может быть, ты пытаешься обмануть бедную старушку?  - Мадам, ну как вы могли такое подумать! - Ответил Корвин, склонившись в галантном поклоне на столько на сколько позволяла больная нога. - Я готов предоставить вам любые доказательства, можем даже обменяться с вами мыслями если пожелаете. Любое вмешательства в чужой разум считалось верхом дурного тона в магическом сообществе и всячески порицалось. Крейтервейс прекрасно это знала ну а Корвин знал что она знала.  Ловким движением он подхватил украшение подвесив его на кончики пальца, дразняще покачивая из стороны в сторону.  - Ну так что? Палец подогнулся, тяжёлое ожерелье соскочило и полетело вниз, но не успело даже коснуться поверхности стола как Крейтервейс тут же его поймала. Корвину пришлось закусить щеку чтобы сдержать торжествующею улыбку.  - Да, плата достойная - произнесла старуха, любовно поглаживая золотых лебедей своими кривыми пальцами. - Так какого рода помощь ты хочешь получить?  - Мне нужна помощь, вот с этим. В руках Корвина появился резной ларец, выменянный им у Темной Феи. Он поставил его на стол и откинул крышку.  - Цветок папоротника, - констатировала Крейтервейс разглядывая содержимое ларца - ,весьма редкое растение. Единственный вид папоротника способный цвести, произрастает только в землях Славии и цветет лишь одну ночь в году.  - Да, это я всё знаю! - Перебил её Корвин - Мне бы понять как... Но ведьма и не думала замолкать.  - Цветок папоротника используется во многих колдовских ритуалах. В частности, чтобы отыскать то, что потерянно.  - Интересно что же понадобилось отыскать Корвину Квину? "Так я тебе и рассказал старое чучело. Не хватало ещё чтобы она совала свой длинный нос в мои дела. В другой раз чего бы только не отдал лишь бы не переступать порог этого дома, да теперь делать нечего, придётся выкручиваться.” - Это в условия нашей сделки не входит - ответил он, пряча раздражение за добродушной улыбкой.  - И правда - ведьма с нежностью провела пальцем по высохшему бутону папоротника, - но это в общем-то и не важно, ведь способа вернуть ему прежнею силу нет. Корвин застыл как громом пораженный.  - Что значит нет?!  - То и значит - спокойно ответила Крейтервейс. - Бутон отцвел, теперь это просто мусор.  - Не верю, что нет никакого способа. И ещё меньше я поверю в то, что вы его не знаете! Он повысил голос, делать этого возможно не стоило, но сейчас Корвин был слишком зол чтобы проявлять осторожность.  - Я не сказала, что не знаю.  - Так почему тогда говорите мне что цветок бесполезен? Почему не желаете открыть мне как его использовать, ведь я уже заплатил вам за информацию?!  - А если и скажу ничего не измениться. Способ может и есть но он невероятно труден, тебе не по плечу.  - Во мне кровь Квинов и Уайтов, любые трудности мне по плечу! Он произнес эти слова тоном, преисполненным гордости, но в следующий миг был уже готов рвать на себе волосы. Старуха покосилась на него, противно засмеялась и сказала своим хриплым голосам;  - Всё такой же гордец, как и прежде. Поэтому ты тогда сбежал, не смог вынести что тобой, голубой кровиночкой, помыкает обычная старая ведьма? "Хромой дурак, кто тебя только за язык тянул?! Теперь из неё и клещами ничего не вытянешь.”  - Простите если мои слова как-то задели вас. Я лишь имел в виду что готов на всё лишь бы получить желаемое. Разве не этому вы меня учили?  Засунув свою гордыню куда подальше Корвин вновь сделался тихим и смиренным. Нужно было укрепит пошатнувшееся доверие, выжить из старухи всё что она знает и наконец покинуть этот проклятый дом.  - Дело, которое я задумал очень большое и без вашей мудрости мне его не осилить. Он шагнул к креслу ведьмы.  - Прошу вас госпожа Крейтервейс, моя судьба в ваших руках.  С этими словами он опустился на колени, терпя боль в ноге, ставшую почти невыносимой, склонился и припал губами к сухой сморщенной руке старухи.  - Целуешь мне руку словно я королева а...? Ну и ну!  - Я могу лишь надеяться госпожа, - говорил Корвин, борясь с переполняющими чувствами стыда и отвращения, - что вы будете так добры и не оставите своего нерадивого ученика без наставления.  - Как же я могу помочь тебе в деле, о котором ничего не знаю?  - Вы узнаете, в своё время. А пока к чему портить сюрприз?  - Признаюсь заинтриговал - старуха захихикала после чего пронзительно свистнула. На зов тут же явилась морская свинка.  - Приведи  её - приказала Крейтервейс и свинка тут же удалилась. Не успел Корвин понять, что произошло как ведьма вновь заговорила с ним.  - Цветок этот из Славии и способ вернуть ему прежние свойства тебе тоже нужно искать там же.  - Но Славия очень далеко. У меня нет времени мотаться туда и искать ответы.  - Возможно тебе и не придётся. Насколько мне известно ты теперь учишься в школе Эвер Афтер, а ведь там преподаёт одна очень знающая ведьма родом как раз из Славии.  - Очень сомневаюсь, что она захочет делиться со мной такими секретами. К тому же я бы хотел по возможности сохранить всё в тайне. - Ну это уже твои заботы - отмахнулась старуха. - А впрочем за твою плату я готова оказать тебе небольшую помощь. Тут она неожиданно замолчала, с минуту Корвин ждал что же должно произойти но Крейтервейс просто молча сидела в своем кресле смотря куда-то в одну точку по верх его головы, напоминая жуткую восковую фигуру. И вот, в тот момент, когда Корвин уже было решился заговорить позади, раздался стук шагов и мягкий девичий голос спросил; “Ты меня звала матушка?” Корвин обернулся. Он всё ещё стоял на коленях перед креслом Крейтервейс а потому первым что он увидел были две стройные женские ножки затянутые в белые чулки. Их обладательница взглянула на Корвина своими серыми глазами и, кажется, даже не сразу узнала. Но он узнал её, ещё даже до того как взглянул на её лицо. Но как же она переменилась! Идя сюда, он конечно же предполагал, что возможно встретит её, но в его мыслях она по-прежнему представлялась ему той же девочкой что и три года назад, разве что немного выше ростом. Но то, что он увидел заставило его сердце на миг остановиться, а потом забиться вновь с бешенной скоростью. На пороге комнаты стояла молодая женщина невероятной красоты.   - Мира милая, взгляни кто к нам пришел, ты узнаешь его? - спросила Крейтервейс хищно улыбаясь и барабаня пальцами по поверхности стола.  - Честно признаюсь мама, когда я только вошла то совсем его не узнала. Но теперь узнаю всё больше. Глаза её смотрели лукаво, и Корвин с ужасом понял, что тонет в них. Он был уверен, что сильно вырос за эти годы, верил, что при взгляде на неё больше не будет так бешено колотиться сердце. И вот сейчас они вновь встретились, и опять он не в силах выдавить из себя и слова. Она так изменилась, похорошела, её фигура стала такой женственной что вряд ли хоть кто-то не задержал бы на ней взгляда. Чем дольше Корвин смотрел на неё, тем с большим ужасом осознавал, что чувствует себя всё тем же застенчивым, хромым мальчиком. Это чувство собственной ничтожности резало больнее самого острого ножа. Она протянула ему руку назвав по имени и только тогда Корвин вспомнил что до сих пор стоит на коленях. Оперевшись на трость неожиданно вспотевшими ладонями он поднялся на ноги  и протянул ей руку в ответ.  - Здравствуй Мира.  - Вижу ты не забыл мою дочь - хихикнула Крейтервейс - Разве она совсем не изменилась?  - Все мы меняемся - Корвин старался казаться невозмутимым, но сам прекрасно понимал, что едва ли способен на это. Мира засмеялась, услышав его слова. Он всё ещё был забавной игрушкой в её глазах, это было почти физически невыносимо.  - Юный принц прибыл к нам по делу, - Крейтервейс даже не попыталась скрыть издёвки в голосе когда называла его по титулу, - проводи ка его в кладовую и выдай пузырек с сывороткой правды из наших запасов.  - Сыворотку правды? - удивился Корвин.  - Чтобы получить ответы на свои вопросы - ответила ведьма - Но, впрочем, если не хочешь можешь не брать.  - Ну что вы, - улыбнулся Корвин.  "И не надейся, с пустыми руками я от тебя не уйду”. - Значит решено. Предоставляю тебя Мире и желаю удачи в твоих начинаниях.  Корвин почувствовал себя сильно лучше когда наконец покинул комнату Крейтервейс, будто даже дышать легче стало. Мира вела его за собой через весь дом то и дело ускоряя шаг оставляя его позади, он пытался не отставать, но из-за скользкого пола это было не так-то просто сделать. "И она ведь прекрасно видит, что я не могу за ней угнаться”. И всё же он продолжал идти, пытаясь игнорировать усталость и боль. "Чем быстрее получу своё, тем быстрее уйду” - убеждал он самого себя и сам же себе не верил.  - Может наконец скажешь что-нибудь или предпочитаешь продолжить путь храня молчание? Её голос пронзил сознание как стрела, Корвин даже невольно вздрогнул будто от удара. Мира всё ещё шла на расстоянии от него, но теперь голова её была чуть повернута, она ждала ответа, нужно было что-то сказать.  - На самом деле, у меня есть вопросы. Но не знаю получу ли я на них ответы. "А не слишком пафосно прозвучало?”  - Возможно, но для этого нужно сначала спросить. "Ну и что же спрашивать, не банальное же кака дела?”  - Должен признать, что твоя мать приняла меня куда любезней чем я ожидал.  - Меня тоже это удивило, после твоего ухода она долго гневалась.  - А что на счет тебя?  - Мне было скучно первое время, потом привыкла. Говорила она сдержанно и отвечала будто с неохотой. Но если не хотела этого разговора, зачем было начинать его? У Корвина вдруг возникло непреодолимое желание уколоть её, вывести хоть на какие-то эмоции.  - Я ушел, потому что устал от этих стен. Мне хотелось увидеть мир, получить новые знания. А ты Мира? Так и не покидала владений своей матери? Раньше Крейтервейс никуда свою дочь не отпускала, для неё она была одним из тех ценных сокровищ что хранились в доме.  - Бывала иногда в Гауфе, наблюдала за тамошними жителями. Бывало, мама просила меня что-нибудь купить по случаю, тогда мне удавалось немного поговорить с местными, это было любопытно.  - Что любопытно?  - Люди, любопытны - пояснила Мира - По началу они были со мной приветливы, но стоило им лишь узнать кто я и чья дочь, сразу же смотрели на меня как на чужую. Забавно, не находишь?  - Тебя забавляет людское невежество? Ответа не последовало. А тем временем они подошли к лестнице. Теперь ему предстояло спуститься вниз, а это всегда труднее чем подниматься и если он не передохнет хотя бы пару минут, то спуститься только кубарем. Мира конечно же лестнице не заметила вовсе, она спорхнула по ней точно перышко и лишь после этого вспомнила о нем.  - Ты чего встал?  - Устал - честно ответил Корвин, вытирая вспотевшее лицо. На самом деле он успел уже так взмокнуть что одежда прилипала к телу.  - Ах да, твоя нога. А я про неё совсем и забыла. "Злобная дрянь, ничего ты не забыла!” Пальцы непроизвольно заскребли по мраморным перилам, и Корвин представил, что рвет ногтями лицо Миры. Она же продолжала глядеть на него как ни в чем не бывало. И вдруг, совершенно неожиданно, рассмеялась. Рассмеялась так как могла только Мира, звонко, заливисто, чуть запрокинув голову и самое главное до боли естественно. Разумом Корвин понимал, что будет умнее проигнорировать её выходку, ведь именно его реакции она и добивается. Но когда дело касалось Миры им всегда двигала какая-то иррациональная сила, что накрывала его точно пучина и Корвин тонул в ней!  - Что смешного?  - Да так, вспомнились наши детские игры. "Игры? Для меня это никогда не было играми.” Когда он явился к порогу Крейтервейс впервые то был всего лишь мальчишкой, голодным, бездомным, хромым, влачащим почти нищенское существование. От страха он едва мог связать пару слов и, если бы старая ведьма не решила в тот момент вдруг проявить снисхождение, а выставила его вон, он вполне мог бы и сдохнуть в первой же канаве, как собака. И разве могло такое жалкое, искалеченное дитя устоять против этой коварной красоты? А Мира была коварна даже в двенадцать, уж её мать об этом позаботилась. Как у такой уродливой женщины могла родиться столь прекрасная дочь и кем был отец Миры, Корвин не знал. Но понимал другое, через дочь Крейтервейс видимо задумала отомстить всему мужскому роду. Вряд ли старая колдунья хоть когда-то отличалась красотой, а посему и вниманием противоположного пола избалована не была(во всяком случае не в положительном ключе точно). И потому с ранних лет наполняла сердце Миры холодом. Разве не забавно наблюдать как сраженные её красотой мужчины летят точно мотыльки на пламя? Завлеченные её кокетством, плененные взглядом серых глаз что кажется обещает так много, все они несчастные сами того не ведая, несутся на встречу умело расставленным сетям. А когда в конце концов безнадёжно влюблённый слепец прозревает и видит за блестящей красотой лишь ледяную непроницаемую оболочку, в тот момент становится уже слишком поздно. Сердце несчастного уже разбито в дребезги! Вот что выращивала из Миры Крейтервейс, уж Корвин это знал ведь он видел это собственными глазами, слышал собственными ушами как ведьма наставляла свою дочь. Но несмотря на всё это продолжал надеяться, что его Мира полюбит искренне. Какая очаровательная детская наивность. "Но теперь всё изменилось!” - твердо сказал он сам себе. "Теперь при взгляде на неё я мечтаю лишь вонзить кинжал ей в грудь. Или всё-таки прежде поцеловать?!”  - Ну что отдохнул? Пошли дальше. - В тоне её отчетливо слышались повелительные нотки от чего у Корвина тут же закипела кровь.  Как только Мира поняла, что может помыкать им как хочет она не упускала делать это при любом удачно подвернувшемся случае, но самым ужасным было то, что Корвину это даже нравилось, он готов был выполнить что угодно лишь бы получить хоть кроху её внимания. Он ненавидел её за то, что она с ним делала и ненавидел себя за то, что позволял это. Теперь же, стоя на вершине лестницы и глядя на Миру с верху вниз он думал, как было бы просто раз и на всегда поставить её на место. Его сил бы на это хватило, здесь нет никаких сомнений, но здесь и сейчас ему нужна была помощь её матери, так что придётся отложить старые счеты до лучших времен. Спуск оказался ещё сложнее чем думал Корвин. Ему пришлось не мало поломать голову прежде, чем удалось найти наиболее оптимальный способ спуститься. Двигаться приходилось боком, обхватив перила свободной рукой, затем шла трость, за ней левая нога и только потом уже правая. Где-то на середине лестницы ко всем прочим неудобствам добавилась ещё и тянущая боль под правой лопаткой. Когда до конца оставалось всего несколько ступеней он приостановился чтобы перевести дух и встретился взглядом с Мирой которая с явным интересом наблюдала за его страданиями.  - Могла бы и помочь - с упреком сказал Корвин.  - Могла бы, но ты так мил, когда краснеешь от натуги.  - А ты так мила, когда издеваешься над кем-то. Мира рассмеялась.  - Выходит мы с тобой оба очень милые. Хотя знаешь кое чего всё-таки не хватает. Быстрым движением она начертила в воздухе знак, за ухом у Корвина что-то кольнуло. Это был розовый цветок лилии, распустившийся и благоухающий, должно быть с ним Корвин выглядел крайне нелепо, да почти наверняка так оно и было. Без каких-либо зазрений совести Корвин смял цветок в ладони и отбросил прочь, чем вызвал очередной приступ смеха у Миры. Дальше, какое-то время они шли молча, только её лёгкие шаги и его тяжёлые, неуклюжие, сопровождаемые клацаньем трости, нарушали царившую вокруг тишину. Вскоре Корвин понял, что он не выдержит этого молчания, слова обжигали его язык желая быть сказанными, грудь переполняли противоречивые чувства.  - Признаюсь я вовсе не думал, что мы когда-нибудь ещё встретимся. - Чего он ожидал, произнося эти слова, Корвин и сам не знал. Он ненавидел себя за то, что произнес их, но поделать с собой ничего не мог. Ему нужен был катарсис.  - Я тоже, - спокойно отозвалась Мира, даже не повернув головы -, но я о тебе вспоминала.  - Надеюсь воспоминания были хорошими.  - Вполне - был короткий ответ. - Хотя твой последний поступок меня несколько озадачил. - Это какой?  - Ты ушел, не попрощавшись со мной. Такого Корвин никак не ожидал. Ну, как только ей всегда удаётся застать его врасплох?! А это ещё что за странное чувство кольнуло сердце? Вина?!   - Я уже говорил, меня увлек зов дальних странствий - ответил он силясь показать своё безразличие. Мира рассмеялась.  - А я уж думала тебя увлекла другая девушка. Что это значит, другая? Между ними ничего не было и быть не могло, она дала понять это с самого начала. Всё это её игры, она пытается вывести его из равновесия чтобы потешить собственное эго.  - Ты сердишься, потому что я ушел или потому что не позвал тебя с собой? Эти слова стали неожиданностью и для самого Корвина, но тем не менее оказали должный результат. Мира остановилась и впервые за долгое время посмотрела ему в глаза. Черты лица её напряглись, казалось ещё немного, и она разразиться гневным криком. Несколько невыносимо долгих ударов сердца они стояли и смотрели друг на друга и, казалось, сам воздух меж ними наэлектризован. Буря прошла столь же быстро, как и появилась, в какой-то момент лицо Миры вдруг расслабилось, расплылось в улыбке, и она вновь рассмеялась.  - Какой любопытный, всё тебе расскажи.  - Раньше ведь у нас не было секретов друг от друга. - Это у тебя от меня не было секретов. А теперь пойдем, мы уже близко. Что ещё всегда раздражало и одновременно восхищало его в Мире так это то, что она всегда выворачивала разговор в свою пользу. В кладовой Крейтервейс Корвину приходилось бывать не часто. Старая колдунья трепетно относилась к запасам своих драгоценных снадобий. Бесконечные ряды полок ломились от всевозможных склянок, пузырьков и жестяных баночек с неизвестным содержимым, а под потолком, словно праздничные гирлянды были развешены пучки засушенных трав. Корвин сумел различить боярышник, дурман и молочай, сплошь колдовские растения, используемые при изготовлении самых разных зелий, но были здесь и такие травы названия, которых он просто не знал. Сами стены кладовой были пропитаны мощными защитными заклятиями, и любой знающий человек почувствовал бы это едва шагнув через порог. Крейтервейс хорошо позаботилась о безопасности, ни один вор не смог бы вынести отсюда ни единого флакончика. В самом центре стояла высокая конторка, на которой лежал большой гроссбух в потертой обложке, вот только вместо доходов и расходов его разлинованные страницы были исписаны названиями зелий и перечнем ингредиентов. В конце каждой строчки стояли цифры, обозначающие точное количество той или иной позиции что сейчас хранилась в кладовой. Некоторые из цифр были подчеркнуты красным что говорило о необходимости пополнить данную позицию. Несмотря на всю свою неприязнь к Крейтервейс, Корвин не мог не отметить что отвратительная старуха дело своё знает как никто и строгий порядок среди её запасов был таму подтверждением. Мира открыла гроссбух и быстро пролистнула несколько пожелтевших страниц всё время что-то бормоча. Корвин сразу же ощутил лёгкие вибрации в воздухе, Мира творила заклинание. Он инстинктивно напрягся, готовясь к чему угодно. Если подумать у Миры не было никаких явных причин вредить ему, но с ней всегда лучше держать ухо в остро. Конечно, он не сомневался, что в случае чего сможет с ней справиться, но всё-таки нельзя было позволить застать себя врасплох. Тем временем Мира продолжала читать своё заклинание, слов было не разобрать, но от гроссбуха начали подниматься клубы ядовит-зеленого дыма. Они расползались по кладовой, всё дальше и дальше и вот это уже вовсе не бесформенный туман, а щупальца. Одно из них потянулось к полкам и схватив маленький прозрачный пузырёк положило его прямо в руку Миры. - Вот то, что обещала тебе моя мать.  Корвин принял пузырёк с сывороткой правды из её рук и на тот короткий миг, когда пальцы их соприкоснулись по его телу пробежали мурашки наслаждения. - Значит пора прощаться вновь - произнес Корвин, разглядывая лицо Миры. Он вдруг понял, что опьянен её красотой, опьянен тем какой девушкой она стала, а ещё понял, что теперь ему совершенно не хочется уходить.  - Видимо - произнесла Мира.  -  Угу - бездумно ответил он, но сердце кричало совсем иное.  - Мира, знаешь я хотел... Но тут его прервал ужасный шум, от которого содрогались даже стены, словно огромный молот дробил камень.  - Что это?  - В дверь стучат - будничным тоном ответила Мира - Кажется сегодня ты у нас не единственный гость.  - Кто ещё мог к вам прийти?  - Не знаю, давай посмотрим. В кладовой был большой оловянный котел, Мира склонилась над ним, шепнула простое заклинание, и он тут же наполнился водой. Следом в него полетели различные травы и порошки, получившаяся жидкость то шла рябью, то пузырилась, выбрасывая вверх фонтан брызг и наконец преобразилось в нечто по запаху и цвету напоминавшее болотную жижу. Мира коснулась поверхности кончиком пальца, по жижи пошли круги и чем более они расширялись тем отчетливее проступали контуры на мутной поверхности. Вскоре Корвин смог без труда узнать прихожую Крейтервейс. Они с Мирой будто глядели на всё сверху, вот по мраморным полам скользит морская свинка и даже сама хозяйка выползла из своей берлоги чтобы поприветствовать новых гостей. "А меня она такой чести не удостоила. Кто же это может быть?” Корвин вгляделся в фигуры вошедших, лица их были спрятаны капюшонами, но по всем остальным признакам было понятно, что это женщины. Может быть, какие-то местные ведьмы пришли обсудить дела, или кому-то из горожанок потребовалось приворотное зелье? Но тут она из вошедших откинула капюшон, и Корвин в изумлении отпрянул от котла лишь для того, чтобы вновь прильнуть к нему, едва ли не нырнув в зловонную жижу. Он хотел разглядеть её как следует, убедиться, что глаза обманули его, и он ошибся! Но ошибки не было.  - Да это же Рэйвен!  - Так вроде звали твою сестру? - Мира тоже с интересом вглядывалась в котел, глаза её обращались то к Корвину, то к видению Рэйвен. - Да, пожалуй, это действительно твоя сестра, вы очень похожи.  - Но что она тут делает?  - Не знаю, но это очень любопытно. А кто это с ней, та вторая? Второй был Эппл, но Корвин не собирался говорить об этом Мире.  - Я хочу знать какого хрена они сюда приперлись! - он стукнул тростью об пол - Можем мы услышать, о чем они говорят с твоей матерью.  - Боюсь, что нет - ответила Мира, но Корвин ей не поверил.  - Какую игру вы затеяли против меня?!  - Против тебя? - она снова рассмеялась и этот смех был унизительнее прочих. - Я тебя умоляю, можно подумать ты такая важная персона что мама будет интриговать против тебя.  - Тогда поему у неё на пороге оказалась моя сестра и именно в тот момент, когда здесь же нахожусь и я?!  - Сказала же, что не знаю. Но всё это крайне любопытно. Тут до их ушей донесся пронзительный свист.  - Кажется мама меня зовет, видимо сейчас я всё и узнаю. Она направилась было к выходу, но Корвин схватил её за руку.  - Даже не думай рассказать Рэйвен что я здесь! -прошипел он сквозь зубы.  - А иначе что ты сделаешь? - ни единый мускул не дрогнул на её лице - Не стоит разбрасываться угрозами, которых ты не в состоянии выполнить дорогой. Она потрепала его за щёку точно малого ребенка. В ярости Корвин отвел её руку и тем самым дал ей освободиться. Она ускользнула от него и скрылась за дверью лишь сверкнув напоследок своей белоснежной улыбкой. Оставшись, один Корвин вновь склонился над котлом. Рэйвен и Эппл о чем-то говорили с Крейтервейс но слышать их он не мог.  - Ну нет, я не позволю водить себя за нос! Трость полетела в сторону, больше она была не нужна. Корвин мерил кладовую широкими шагами, пальцы крутили кольцо на правой руке едва не сдирая кожу.  - Что бы не задумала Крейтервейс я не позволю впутать Рэйвен. Старая карга ещё пожалеет, что решила сыграть со мной такую шутку, в конце концов и у меня ещё есть козыри в рукаве! Корвин Квин стоял один по среди кладовой полной магических ингредиентов и держал в руках книгу заклинаний своей матери.