Часть 4: Надежда

1741 год. Санкт начал замечать разногласия не только между ним и Кёнигсбергом, но и между Пруссией и Российской Империей. Они будто начали сильно удаляться.. Стало меньше писем и в основном только на политические темы, а Кёнигсберг перестала посещать Санкт'а, и не присылала ни каких весточек. Все это немного напрягает молодого столицу, зато как только немцы стали отдаляется, к нему начала приближаться Москва, и сейчас много времени с ним проводила. Она начала называть его "младший братец" или же ещё проще "мелочь". Это немного радовало Петербурга, но он все ещё не мог забыть девушку с берегов балтийского моря, у которой так ярко блестели глаза и которая так строго на него смотрела. -*<...> Ох, точно, ещё началась русско-шведская война.. А Россия начал более ярко и вульгарно одеваться.. совсем на него не похоже, но он зато очень красивый.. <...>* Писал Питер себе в дневник, попутно ещё о чем то думая, смотря в окно. 1754 год. Русско-шведская война закончилась быстро, ещё в 1743 году, а сейчас совсем не давно начали строить Зимний дворец. -*<...> Мне очень нравится осознавать, то что я буду жить в таком большом дворце, а ещё я не давно съездил в Вену и встретил Берлина, мой дворец будет похожим на здания в Австрии. Кёнигсберг разумеется не соврала, Вена оказалась очень приветливой и вежливой, в отличии от Берлина, когда я с ними сидел, немец смотрел на меня строго, но судя по его взгляду на Вену, он в неё влюблен, уж я то в этом разбираюсь. Тем более я видел через окно кареты как они обнялись, после то как я уехал. А что касается Кёнигсберга.. Я осмелился отравить ей письмо, и теперь ожидаю ответа, хотя бы пустого листа..* Ещё одна запись Санкт-Петербурга. Через пару месяцев: Петербургу передали сверток. Он был подписан только кому, а от кого стоял минус. Он развернул бумагу и присел в кресло, взяв кружку с чаем, Питер отпил немного и принялся читать. - "Уважаемый Санкт-Петербург, столица Великой Российской Империи, пишет Вам с уважением столица Восточной Пруссии, Кёнигсберг. Я была удивлённая получив от Вас письмо, но прошу более не писать ни чего. Или же я буду вынуждена игнорировать Ваши свёртки. Я не желаю ни чего слушать и читать, я все сказала, Петербург, все кончено. И советую не писать с такими эмоциями, это может выйти Вам же боком. Но я над Вами сжалюсь и сожгу Ваше письмо. Всего хорошего, Кёнигсберг. " Питер гневно смял конверт. -Как она смеет?! Что значит "сжалюсь"?! Я великая столица сильной страны, а она лишь город! Она не имеет права со мной так разговаривать, я выше её по званию! Он даже не знал чему злился, то ли от её наглости, то ли от своей беспомощности. Он обратно расправил несчастную бумажку и приложил к сердцу, грустный взгляд дал понять, что это вещь ему теперь очень важна.. 1756 год. То, чего Петербург с тревогой опасался, случилось. Началась война между Пруссией и Россией.. Нет, ну вообще война была во всем мире, но именно его страна была против страны, которую русские любили. *** <...> Вследствие несогласованности действий союзников, Пруссия рассчитывал вывести Россию — главного серьезного своего противника из числа борющихся против него сил. Учитывая неоднократные победы русских войск над прусскими, начиная еще с 1757 г. Королевство беспокоился относительно возможного для него исхода войны. Это обстоятельство заставило его поспешить с выступлением против русских. 19 августа 1757 г. между русскими и прусскими войсками произошло крупное сражение при Гросс-Егерсдорф, несмотря на крайне невыгодное расположение русских войск, прусские войска были разбиты. Убегая они оставили на поле боя до 3000 убитых, кроме того было взято в плен около 1000 челлвек и захвачено 79 орудий. Страх и паника охватили большое число прусских сел и крепостей. В результате, даже такая крепость, как Кенигсберг— столица Восточной Пруссии, была занята русскими войсками в 1758 г. без боя. <...> *** Российская Империя вышел из кареты, за ним последовал его столица. Они осмотрелись. -Ну вот, мой Парадиз, ты мечтал встретится с Кёнигсбергом, которая почему то резко оборвала с нами связи.. Так ты её сейчас увидишь. Теперь считай это наш город, и она обязана тебе подчинятся, понял? Питер утвердительно кивнул. На самом деле он вовсе не хотел такого исхода их встречи, но что есть, то есть. Он так и не осмелился рассказать, что неудачно признался в любви Кенигсбергу. Ведь он был слишком наивен. Тут вышла знать Кёнигсберга, и сама Девушка с Восточной Пруссией. Она выглядела все так же стеклянно и строго. Была одета в излюбленную прусскую военную форму. Восток стоял рядом и грустно рассматривал свой флаг в руках. Кенигсбергская знать встречала русских с развернутыми знаменами, музыкой и колокольным звоном. Девушка преподнесла русскому командованию ключи от цитадели Фридрихсбурга и Пилавской крепости и просила, чтобы Кенигсберг был взят под протекторат России. В кампании 1758 г. русская артиллерия действовала очень успешно. Когда, например, город Кюстрин оказал сопротивление русским войскам, то по приказу командования артиллерия превратила его в пепел. Россия с улыбкой принял ключи и посмотрел на Санкт'а, а тот не отводил взгляда от расстроенной девушки, что уже устала тут стоять. Как только вся церемония закончилась, Россия сел в карету, и пожелал удачи Санкт'у. Тот кивнул и Империя уехал. А Питер обернулся, девушка все так же стояла на площади перед своим замком и смотрела в пол, её руки были за спиной и голова опущена. Никого уже вокруг не было. Петербург подошёл к ней. -Кёнигсберг, здравствуйте, как вы? Она ничего не ответила, её тело ослабело и от отчаяния она отключилась. Питер испуганно придержал её, быстро подхватив тело на руки, он побежал внутрь здания Кёнигсберг, позвав лекаря. Все сразу за копошились. *** Кёнигсберг открыла глаза, она увидела потолок своей комнаты. Ничего толком не помня, она прокашлялась, после встала, приведя себя в порядок, девушка вышла из своих покоев, и прошлась до выхода. Как только та оказалась на улице она заметила гуляющего здесь Питера, он тихо стоял и разглядывал какое то растение, заметил Кенигсберга. -Ох, доброе утро, вы очнулись. С вами все в порядке? Он подошёл ближе. -Д-да наверное.. Кхм, да, так точно! Санкт нежно улыбнулся. -Вам не стоит со мной так разговаривать, все же мы знакомы. Она промолчала. Обернувшись, заметила развивающийся русский флаг на своем имении, вместо родного прусского, тут же снова подкосились ноги, и она ахнув, упала в руки Питеру, который подошёл с сади. -Извините, я не хотела, это случайность. Девушка замешкалась. -Ну что вы, все в порядке, с вами точно все хорошо? Может стоит ещё чуть отдохнуть? Она кивнула. -А на счёт флага, это приказ нашей страны. Кенигсберг снова ничего не ответила, кивнув. Питер проводил её до покоев и вызвался помочь, уложив её, он пожелал быстрейшего выздоровления и заметил, что та быстро заснула. Через пару часов Кёнигсберг проснулась, и заметила сидящего рядом с ней, на стуле, Питера, он тоже дремал. -Уважаемый! Она дёрнула за его рукав. -Кхм.. Да? Петербург быстро проснулся. -Можно вас попросить принести мне воды?.. Санкт встал и направился на выход, через пару минут он вернулся и передал Кёнигсберг то, что она просила. Девушка сделала пору глотков, и перевела взгляд на Питера. (В то время было принято спать сидя, так что она уже была в сидячем положении.) -Что вы здесь делаете? Санкт развел руки. -Желаю вам помочь. Она снова спросила: -Зачем вам это? Минутку потупив Петербург составил ответ. -Я жажду извинится, и не хочу что бы вы чувствовали себя одиноко, у вас всегда есть человек, который поддержит и выслушает в трудный момент. Он грустно опустил голову. -Мне не нужна помощь, я вовсе не одинока! Вы можете не отвлекаться от своей работы. Парень взял лежащую за руку и нежно потер её пальцы. Кёнигсберг удивлённо перевела на него взгляд. -Простите меня за те слова. Молю, простите. Мне так стыдно перед вами за мое детское поведение. Я не хочу что бы вы недолюбливали меня за то наивное признание, что я от чувств сгоряча сказал. Прошу, разрешите мне просто находится рядом с вами в такое сложное для вас время. Кёнигсберг застыла, она видела, что столица повзрослел, и видела то желание в его глазах. Такое искренне и доброе. Пруссачка молчала, а после легонько кивнула головой, опустив глаза. -Благодарю... Санкт прошептал, смотря с любовью на девушку, он медленно прислонился к её руке губами, не тянув конечность к себе, а наоборот, сам опустился. Кенигсберг снова обратила внимание на парня и расслабилась, удивлённая от своих же действий пруссачка сидела, наклонив голову. За все эти минуты не проронила ни слова. -Я благодарен, вам.. Клянусь, вы больше не разочаруетесь во мне. Питер улыбнулся. -Я надеюсь.. Девушка легла обратно на подушки, и медленно убрала свою ладонь из рук столицы России. Положив себе на грудь. -Скажите, Санкт-Петербург, а какова теперь моя роль.. в новой стране? Тут Санкт замолчал, он обдумал её вопрос. -Я пока точно не знаю, но предполагаю, что вы новый порт Российской империи на Балтийском море. Город кивнула, в качестве ответа. Они ещё немного прибывали в тишине, Кёнигсберг была в своих мыслях , а Питер сидел на коленях перед её кроватью и сложил голову на простынь рядом с рукой девушки. Он молча разглядывал оголенные пальцы, ему редко приходилось видеть её ладонь без перчаток, она всегда старалась их носить. Тонкие белые пальцы, видные шрамы и царапины, многие явно новые. Он не совладав со своим желание, ещё раз потрогал своим пальцем одну из её ран, нежно пройдясь по её длине. Вздрогнул девушка повернулась к нему, но руку не убрала. -Что то не так? Она нахмурилась. -Ваши руки.. они.. -Уродливы.. я знаю. Питер взял конечность. -Нет.. они очень женственные, просто немного поцарапаны. Это можно исправить.. -Разве? Кёнигсберг удивлённо сжала пальцы Петербурга. Он на это лишь мягко улыбнулся. -Конечно. Я найму лучших врачей, и они попытаются вылечить ваше тело. И вот впервые Питер заметил каплю надежды в глазах девушки, он не мог такое проигнорировать и встав, пошел действовать. *** Через неделю с Кёнигсбергом уже работали и лечили лекари. Каждый день разные мази и ванны. Сама девушка не привыкшая к такому, конечно была не рада. Но умподдержка Питера, которую он оказывал каждый день, её подбадривала. Даже Восток радостно отреагировал на лечебные процедуры родственницы. -Я заметил, что вы уже долгое время ходите в одних и тех же мундирах и рубашках. У вас есть платья? Санкт тихонько отпил из кружки, уже абсолютно спокойно общаясь с девушкой. -Нет, я никогда их не носила, я и сплю в мужских сорочках. Он удивлённо, но понимающе кивнул, поставив кружку обратно на блюдце. -А вам хотелось бы? Девушка помотала головой. -Не очень. Я считаю, что мне не пойдут платья, да и это одежда не удобна. Петербург уже толком не слушал девушку, он продумывал дизайн темного синего платья, которое понравилось бы его возлюбленной. -Вы меня слушаете? Этот вопрос вывел русского из мыслей. -Да, конечно, я вас понял. Питер сложил руки в замок и сел ровно. -А как проходит для русских война? Как Берлин? И что будет с Восточной Пруссией? Петербург тут же нахмурился, смотря на низкую девушку. -Я знаю, что Российская империя хотел бы дойти до столицы Пруссии, но пока наша армия не ушла далеко от вас и уважаемого Восточного Пруссии.. Знаете.. Я не очень хочу говорить с вами на тему войны. Это лучше обсудить с самим Востоком, я слышал, что он ещё пока ведёт слабую связь с вашим прошлым королем. Это больше звучало как приказ, нежели как просьба. Кёнигсберг послушно согласилась и извинилась. Ответив, что она позже обсудит это с Восточным. После чего Санкт сразу заулыбался. Видимо он все таки умеет быть серьезным. Пруссачка наклонила голову к чашке и отпила немного чая.