2: ЗАКЛИНАНИЯ

Драко Малфой был в ярости от того, что ему снова запретили присутствовать на сегодняшнем собрании Пожирателей смерти. И всё благодаря Снейпу. — Ты абсолютно не готов находиться там вместе с нами. Ты всё ещё глупый, наивный мальчишка. Тебе пора стать мужчиной, Драко. Прекрати свои ребяческие игры с Поттером и его прихвостнями и сосредоточься на миссии. Будь серьезнее. Попробуй заклинание ещё раз. И не смей выходить из этой комнаты, пока не отточишь его до идеала. Надеюсь, это понятно? Слизеринец буравил его взглядом, его челюсти были плотно сжаты, а ноздри гневно раздувались. Классическая малфоевская спесь. — Понятно? — С нажимом повторил Снейп, и в его голосе прорезались стальные нотки. — Да, — сквозь зубы выплюнул Драко. Больше всего на свете он ненавидел, когда им помыкали, но сейчас он был намертво привязан к Снейпу. Профессор защиты от Тёмных искусств единолично решал, когда именно Драко будет готов предстать перед Тёмным Лордом и получить задание, которое официально сделает его Пожирателем смерти. — Вот и славно, — ответил зельевар, проигнорировав его строптивость. — А теперь прошу меня извинить, мне пора. Если освоишь заклинание, в следующий раз пойдёшь со мной. Это были его последние слова перед тем, как он оставил юношу одного в Выручай-комнате. Драко закатил глаза, но лишь крепче перехватил палочку из боярышника. Пора было действительно взяться за дело. Он отчаянно, до дрожи хотел попасть на следующее собрание. Навязчивая мысль доказать всем, и в особенности собственному отцу, что он способен на нечто большее, заполонила всё его существо. Доказать, что он не просто капризный принц Слизерина. Он способен стать его Королём. — Сектумсемпра! — Громко произнес он, но с ленивой жабой, которую он стащил с урока зельеварения, ничего не произошло. — К черту всё, — прошипел Драко и в сердцах запустил в волосы пальцы, унизанные перстнями. Он решил, что пора сделать перерыв. К тому же нельзя было пропускать еще один урок, хотя сам он считал, что Хогвартс больше ничего не может ему дать. Скоро он будет служить самому Тёмному Лорду. И это вознесет его в ряды величайших волшебников всех времен. Накинув слизеринскую мантию, Драко покинул Выручай-комнату. Убедившись, что за ним никто не следит, он побрел по пустым коридорам в сторону подземелий Слизерина. Двигаться приходилось осторожно, чтобы никто не прознал, что утром его не было в спальне. Добравшись наконец до места, он прошептал пароль и шагнул в гостиную Слизерина. Влетев в свою комнату, Драко принялся переодеваться. Он надел белую рубашку, зеленый галстук, а поверх — серый слизеринский джемпер. Черные брюки, пара капель парфюма и он готов. Вновь накинув мантию, он прихватил волшебную палочку, учебник по зельеварению и пачку мятной жвачки. Закинув одну пластинку в рот, Драко снова вышел за дверь. Когда он небрежной походкой направился к кабинету, то увидел, что его уже поджидает вся компания: Блейз, Теодор, Эндрю и Фелисити. — О-о, народ, глядите-ка, сам Малфой во плоти. Нашелся-таки, живой, — поддел его Блейз, и все дружно рассмеялись. Драко лишь закатил глаза. — Заткнись, Забини. У меня были дела поважнее, — огрызнулся он. — Ого, кто-то сегодня явно встал не с той ноги, — прокомментировал Теодор. — Если он вообще спал в своей постели! Когда я проснулся, его уже не было. Так где ты пропадал, если честно? — Спросил Эндрю. — Черт, он заметил, что меня не было, — подумал Драко, но сумел сохранить внешнее хладнокровие. — Ну да, я сегодня ночевал не у себя, — соврал он, лениво почесав затылок. — О господи, Малфой, тебе еще не надоело таскаться по койкам ко всем этим случайным девицам с Когтеврана? — С раздражением вставила Фелисити. Драко самодовольно ухмыльнулся. — Не злись, Нотт, только потому, что тебе самой ничего не перепадает. Парни так и прыснули со смеху, отчего сестра-близнец Теодора недовольно фыркнула. — Я просто устала слушать, как девчонки в коридорах шушукаются о твоем… ну, ты понял. — Члене? — Хохотнул Теодор, вызвав новый взрыв хохота у остальной компании. Фелисити сделала такой вид, будто её сейчас стошнит. — Я пыталась обойтись без этого слова, но да, именно о нём. — Не моя вина, что они не могут меня забыть. Их просто еще никто так хорошо не трахал, так что я их не виню, — пожал плечами Драко, а на его губах заиграла дерзкая, высокомерная улыбка. — Ладно, хорош обсуждать постельные таланты Малфоя, — сквозь смех оборвал его Теодор. — Идемте в кабинет, пока Слизнорт не пришел. Они гурьбой повалили в класс и заняли свои привычные места. Драко давно потерял всякий интерес к школьной программе, но выбора у него не было. Приходилось делать вид, будто всё идет своим чередом, чтобы ни у кого не возникло и тени сомнения в том, что он всё тот же прежний, беспечный Малфой. Откинувшись на спинку стула, он закинул руки за белокурую голову и потянулся. Его ленивый взгляд скользнул по огромному окну кабинета и устремился на улицу. Драко умирал от скуки. Как же сильно он всё-таки ненавидел это место. Вскоре появился Слизнорт. Старый профессор тут же увяз в разговоре с этим неудачником Гарри Поттером, грязнокровкой Грейнджер и придурком Уизли. Малфой никогда не понимал, почему вокруг Поттера столько шума. Он всегда считал его обычным жалким выскочкой, не более того. А эта история о том, как он одолел Волдеморта? Чистой воды бред. С самого начала вся эта сказка отдавала безумием. Драко был абсолютно уверен, что её состряпал сам Альбус Дамблдор. Тот всегда потакал Поттеру, с первой же секунды, как этот шрамоголовый переступил порог Хогвартса. Профессор Слизнорт начал урок, велев всем открыть учебники на сорок шестой странице. Гарри и Рон признались, что у них нет книг для продвинутого курса зельеварения, и Слизнорт отправил их к ближайшему шкафу, чтобы они взяли себе по экземпляру. Рон и Гарри устроили шуточную потасовку из-за одного учебника, и Уизли, судя по всему, урвал тот, который они оба приметили. Это была абсолютно новая книга, в то время как Поттеру досталась старая, наполовину разорванная рухлядь. Одно лишь зрелище разочарованного лица Гарри заметно подняло Драко настроение. Слизнорт скомандовал всем подняться с мест и приступить к подготовке ингредиентов для сегодняшнего состава. — Это зелье, небось, постарше самого Слизнорта будет, — иронично бросил Драко, и Блейз не выдержал, прыснув со смеху. Они оба поспешно опустили головы, пытаясь скрыть веселье. К счастью, урок закончился быстрее, чем ожидал Драко, ведь, если честно, у него были дела поважнее. Всей компанией они отправились в Большой зал на обед. Драко наскоро расправился с едой и сразу же вернулся в Выручай-комнату, чтобы продолжить оттачивать заклинание. Он обязан довести его до идеала. Он должен быть на следующем собрании. Его время пришло.

***

— Мой Лорд, — начал Снейп, чувствуя, как кровь стынет в жилах под тяжестью смертоносного взгляда Волдеморта. — Я не думаю, что юный Малфой достаточно силен, чтобы справиться с поручением, которое вы намерены ему дать. Он далеко не так… одарен, как расписывает его отец. Бездушные глаза Тёмного Лорда по-прежнему намертво впивались в него. — К чему ты клонишь, Северус? Неужели ты считаешь меня настолько глупым, что я не способен сам отличить достойного волшебника от посредственности? — Вкрадчиво прошипел он. Снейп медленно сглотнул, но на его лице не дрогнул ни один мускул. Огромный зал, еще недавно полный людей, теперь пустовал. Профессор лишь надеялся, что Волдеморт не услышит, как бешено колотится сердце у него в груди. — Разумеется, нет, мой Лорд. Я бы никогда не посмел усомниться в вашей проницательности. Я лишь полагаю, что мальчику может понадобиться чужая помощь… Кто-то, кто проследит, чтобы ваши приказы были исполнены в точности до единого слова. Профессор защиты от Тёмных искусств до последнего не верил, что ему придется пойти на этот шаг. Конечно, он знал, что этот день рано или поздно настанет… но к такому невозможно подготовиться до конца. Это был единственный способ защитить её. Защитить от Волдеморта, от Пожирателей смерти и от того хаоса, который вот-вот готов был захлестнуть мир. Всё, чему он её учил, вело именно к этому. К этой самой минуте. Зная, что юная волшебница — одна из лучших в своем поколении, он был твердо уверен, что однажды она изменит этот мир. — И кто же этот человек, мой дорогой друг? — Поинтересовался Волдеморт, и на его едва заметных губах заиграла дьявольская усмешка. — Не томи. Мне не терпится узнать, о каком это твоем юном протеже идет речь. Разумеется, Снейп ни за что не раскрыл бы ему, кем на самом деле является эта девушка. Сделать это означало подписать смертный приговор им обоим. Но собственное благополучие его совершенно не волновало. Единственное, что имело значение — это она. Только она. — Это моя… моя племянница, Афина, — наконец выдавил он из себя. Теперь пути назад не было, и он прекрасно это понимал. Наступало именно то время, которого он больше всего боялся последние десять лет. Злобное выражение лица Волдеморта сменилось удивлением. — Твоя племянница? Насколько мне известно, у тебя нет ни братьев, ни сестер, мой дорогой Северус. — Да, действительно, у меня нет ни сестры, ни брата. Но эта девочка — дочь моего дальнего кузена, Корнелиуса Ван де Кампа, и его супруги Эллы. Они погибли много лет назад, мой Лорд. Они пожертвовали собой ради вас во время Первой магической войны, — это было частью чистой правды. — Они были безгранично преданны вам, — добавил он. — Ах да, мои дорогие, дорогие Корнелиус и Элла. Но я и понятия не имел, что у них был ребенок. Позволь спросить, почему ты скрывал это от меня? У тебя не должно быть от меня тайн, Северус. Впрочем, как ты знаешь, я весьма великодушен. Так что я дам тебе возможность объясниться прежде, чем заставлю пожалеть о том дне, когда ты вздумал мне лгать… — предупредил он. Тёмный Лорд был в ярости. Кровь в жилах Снейпа по-прежнему казалась ледяной. Но это был единственный способ обеспечить девочке максимальную безопасность, поэтому он продолжил следовать их общему с Дамблдором плану. — Простите меня, мой Лорд. У меня и в мыслях не было вводить вас в заблуждение. Всё, чего я хотел — чтобы она была на все сто процентов готова и предана вам. Наивная девчонка была бы недостойна служить вам. Увидев, что Волдеморт внимательно слушает, Снейп продолжил. — Умоляю, проявите милосердие. Позвольте мне привести её на следующее собрание Пожирателей смерти, чтобы вы лично убедились, что она стоит вашего времени. Обещаю, мы вас больше не разочаруем. Тёмный Лорд едва заметно кивнул. — Ну конечно, мой дорогой друг. Но я скажу это лишь раз, и только один раз… В мгновение ока он оказался вплотную к Северусу, вонзив кончик волшебной палочки ему под подбородок. — Предупреждаю: это последняя тайна, которую ты от меня утаил. Если подобное повторится, это станет последним, что ты совершишь в своей жизни. И ты, и твоя племянница станете отличным обедом для моей дорогой Нагайны… — произнес он, поглаживая огромную змею. — Понятно? — Спросил он, еще сильнее вдавливая палочку. — Да, мой Лорд, — ответил Северус. — Вот и славно, друг мой, — Волдеморт наконец убрал палочку. — Можешь идти… — махнул он рукой. Повторять дважды не потребовалось. Снейп трансгрессировал, но направился не в Хогвартс, а к старому родительскому дому в Коукворте. Время пришло. Ему нужно подготовить Афину к следующему серьезному шагу. Этот день настал. Снейп никогда не планировал возвращаться в дом своих родителей. Однако у него просто не осталось выбора, когда ему пришлось взять на себя заботу об Афине, которая тогда была совсем малюткой. О существовании Афины знали лишь двое — разумеется, Альбус Дамблдор, а также Минерва МакГонагалл. Этим двоим Снейп доверял как самому себе. Их неоценимая помощь на протяжении всех тех лет, что он растил девочку, была для него на вес золота. Ничто не угнетало его сильнее, чем необходимость оставлять Афину в этом старом доме в полном одиночестве. Порой у него уходили дни, а то и недели, чтобы выкроить хотя бы пару часов и вырваться сюда. К несчастью, иного выхода не было. Это оставалось лучшим способом уберечь её от взора Волдеморта и его жестоких приспешников. Но сейчас он чувствовал себя так, словно добровольно бросает свою девочку на растерзание волкам. И всё же на данный момент, когда Волдеморт узнал о её существовании, это был единственный шанс сохранить ей жизнь. От этой тайны, которую он хранил так долго, всё равно невозможно было бегать вечно. Рано или поздно Волдеморт обо всём прознал бы сам. Так что для всех было лучше, если Снейп раскроет карты первым. Каждый раз, возвращаясь домой, он тщательно проверял, нет ли за ним хвоста из Пожирателей смерти. Афину с самых малых лет учили защищаться и прятаться в случае опасности, но он содрогался от одной только мысли, что ей придется в одиночку отбиваться от этих хладнокровных убийц. Они не стали бы делать ей поблажек только потому, что она ребенок. Подобные «мелочи» их никогда не волновали. Снейп сам обучил её всему, что знал: заклинаниям, зельеварению, истории магии и защите от Тёмных искусств. Он заставлял её часами практиковаться каждый божий день. И всё ради одного — чтобы Афина была абсолютно готова к любым испытаниям, которые уготовит ей судьба. Обычно Афину можно было застать в библиотеке за чтением или отработкой очередных чар. Она действительно была невероятно одаренной юной волшебницей. Магия была её главной страстью. Самым ярким его воспоминанием было то, как Афина умоляла отпустить её учиться в Хогвартс. Но тогда он не мог так рисковать. Было слишком рано. Глубоко вдохнув прохладный воздух, Снейп переступил порог старого дома. Он обыскал все комнаты, но Афины нигде не было. Тогда он решил заглянуть в сад и не ошибся. Девочка собирала улиток для зелья, которое он задал ей приготовить в качестве домашнего задания. Трава еще не просохла после дождя, и воздух вокруг был пропитан густым ароматом петрикора. Едва заметно улыбнувшись при виде неё, он негромко окликнул её по имени. Услышав знакомый голос, Афина обернулась. Заметив Северуса, она просияла и бросилась прямо в его объятия. — Северус, ты вернулся! Наконец-то! — Воскликнула она. Снейп крепче прижал к себе её хрупкую фигурку и коснулся губами черных как смоль волос. Затем мягко отстранил её и заглянул в зеленые глаза. — Да, дорогая, я вернулся. Но на этот раз мы уезжаем вместе. Завтра ты отправишься со мной в Хогвартс, — сообщил он, чувствуя, как с каждым словом на сердце становится всё тяжелее. Её лицо в тот же миг просияло. — Ты серьезно?! О Мерлин, я так счастлива! — Почти взвизгнула она, всплеснув руками. От её бурной радости у Снейпа перехватило дыхание, а в горле пересохло. Втайне он всё еще лелеял крошечную надежду, что она уже перегорела и больше не хочет в Хогвартс. Он слегка кашлянул, прежде чем продолжить. — Да, дорогая. Время пришло. Тебе пора готовиться к своей миссии. Пора присоединиться ко мне и Тёмному Лорду. Исполнить свое предназначение и заставить меня гордиться тобой… Разумеется, в его последних словах не было ни капли правды. Но теперь пути назад не было. Он чувствовал, как его сердце превращается в ледяной камень. Но Афина? О, она была на седьмом небе от счастья! Девочка ждала этого момента сколько себя помнила. Настал час доказать, чего она стоит. — Правда?! — Переспросила она, не переставая улыбаться, а её глаза так и горели от восторга. И хотя Снейпу это причиняло глубокую боль, он понимал, что не должен выдавать своих истинных чувств. Она жила ради этого, она готовилась к этому дню без устали, секунда за секундой. Для него же это было воплощением самого жуткого кошмара. Все эти годы ему приходилось взращивать в Афине преданность самой идее стать Пожирательницей смерти. В её намерениях не должно было оставаться ни тени сомнений — только так она могла убедить остальных в своей искренности. Пожиратели смерти чуяли страх и фальшь за милю. — Да, Афина, я абсолютно серьезен. Мы отправляемся в Хогвартс рано утром. Собери всё необходимое. Альбус Дамблдор ждет нас как можно скорее. Повторять дважды не пришлось. Афина лучезарно улыбнулась ему и вихрем унеслась в дом, к себе в комнату, чтобы поскорее подготовиться к этому великому дню. Когда она ушла, Снейп тяжело выдохнул. Он и не заметил, что всё это время практически не дышал. Но у него просто не оставалось выбора. Таков был их с Дамблдором давний план. Афина должна переступить порог Хогвартса лишь тогда, когда будет полностью готова ко всему. Мыслями он вернулся в тот день, когда впервые показал годовалую малышку старому директору школы. Она была совсем крошечной — с черным пушком волос и яркими зелеными глазами. А еще она была пугающе хрупкой и истощенной. В приюте, где она оказалась, с детьми обращались не лучшим образом. Особенно с маленькой Афиной. Смотрители приюта до смерти боялись девочку из-за её стихийных выбросов магии. Само собой, они и понятия не имели, что это колдовство. Они считали её порождением дьявола. Когда Снейп впервые услышал рассказы о том, на что способна эта малышка, ему невольно пришло в голову воспоминание, которое Дамблдор как-то показывал ему в Омуте памяти. То было воспоминание о дне, когда директор отправился забирать юного Тома Реддла из точно такого же приюта. В этих историях сквозило столько пугающих сходств, что Снейпу стало не по себе. А Снейпа мало что могло напугать. Но узнав о её существовании, он просто не смог оставить её там. Когда он во всём признался Дамблдору, старый волшебник велел ему немедленно отправляться туда и забрать ребенка. Она была слишком мала, и они не могли допустить, чтобы маглы прознали об их тайном мире. Впрочем, до секретности Снейпу не было дела. Единственное, что его по-настоящему волновало — это защита Афины от Волдеморта и любых других угроз. И он поехал за ней. Заведующая приютом была счастлива избавиться от маленького кошмара, приносившего одни убытки и беспокойство. Именно об этом плане они и договорились, когда он впервые показал ему зеленоглазую малышку. — Помни, Северус: она и Гарри Поттер — наша единственная надежда, — произнес тогда старый директор столь серьезным тоном, что сомневаться в его словах было невозможно. Пожилой волшебник выудил из кармана мантии какой-то золотой предмет и вложил его в ладонь Снейпа. — Это мой подарок для неё. Сбереги его во что бы то ни стало. Он принадлежит Афине. Снейп взглянул на вещь, которая, казалось, жгла ему руку. Это был медальон Салазара Слизерина. — Н-но как это попало к вам? — Выдохнул он, пораженный. — Не нужно лишних вопросов, друг мой. Отдай его ей, когда ей исполнится десять лет. Ей, и только ей. Договорились? В ту ночь Снейп больше ни о чем не спрашивал. Он спрятал медальон в небольшую деревянную шкатулку и запечатал её мощными заклятиями. Нужно было убедиться, что Афина не прознает о реликвии раньше своего десятого дня рождения. Почувствовав, как леденеют пальцы, он зашел в дом и заперся в своем кабинете. Снейп быстро набросал письмо Дамблдору, сообщая, что завтра они с Афиной прибудут в Хогвартс. Посланница-сова охотно перехватила свиток клювом, вылетела в окно и растворилась в темном ночном небе. Заперев створки окна, он опустился на диван возле потрескивающего камина и вновь глубоко погрузился в свои мысли.