Наверное, это правильное решение

Гермиона стояла возле кровати, накинув на плечи покрывало. Она дрожала от холода и непонимания что происходит. В голове всё перемешалось и последнее, что она помнила, это как она наблевала на Драко Малфоя. Такого позора она не испытывала никогда. Комната, в которой она находилась, была слишком просторной. Если в ней поставить несколько перегородок, получилась бы однокомнатная квартира. А кровать была будто для пятерых людей. Проснувшись, она не поняла, где находиться и очень испугалась, когда домашний эльф в платье представилась. Гермиона помнила её, раньше Винки работала поваром в Хогвартсе. Она то и рассказала ей, что Грейнджер находиться в Малфой Мэноре и что господин Малфой приказал накормить гостью. Гермиона не хотела обидеть эльфа, но и контролировать свои эмоции тоже не могла. Она вспомнила, что белобрысый хорёк отобрал у неё палочку, а без неё она не могла вернуться домой. Поэтому Гермиона начала кричать, чтобы этот мерзкий таракан срочно пришёл к ней. Винки здорово напугалась и тут же аппарировала. Грейнджер осталась одна и пыталась вспомнить, что Драко делал с ней после того, как привёл к себе домой. Она осмотрела свои ноги, руки и пощупала живот. Ничего не болело, значит физически её не трогали. Голова ужасно гудела, но в этом была виновата она сама. Не надо было столько пить. Дверь открылась медленно и Гермиона увидела причину своего срыва. Драко стоял на пороге и не заходил. Его лицо было уставшим и в то же время заинтересованным. -Отдай мне палочку! — Гермиона решила не выжидать театральную паузу. -Как только съешь, что-нибудь — его голос был стальным и таким властным. Гермиона округлила глаза. -Малфой, это не смешно. Я пожалуюсь в Министерство, что ты удерживаешь меня силой. Грейнджер вздёрнула свой нос, думая, что после такого аргумента Драко сделает всё, что она скажет. Но он даже не шелохнулся. На его лице показалась едва заметная ухмылка и он аппарировал. Гермиона успела лишь открыть рот и три раза моргнуть, как он снова появился. На это раз прямо возле неё. -Это тосты с сыром — он протягивал ей тарелку и старался улыбнуться, но у него это выходило слишком натянуто. Грейнджер отшатнулась от него и брезгливо посмотрела на его лицо. Такое красивое лицо у такого мерзкого человека — подумала она. -Я не собираюсь ничего есть в твоём доме, Малфой — в доказательство своих слов, Гермиона ударила по тарелке, в надежде, что Драко её уронит, но она лишь слегка наклонилась. -Можем переместиться в сад, если тебе там удобнее — саркастически ответил он и не отходил. Гермиона не хотела признавать, что есть хотелось. Запах жареного сыра, вызвал урчание в животе. -Тебе смешно? — не сдавалась она. Он не сможет подкупить её едой. -Грейнджер не заставляй меня кормить тебя силой! — он повысил голос и Гермиона села на кровать от неожиданности. Драко почесал затылок и поставил тарелку на тумбочку. Он пододвинул кресло поближе к себе, с помощью палочки, и сел прямо напротив Гермионы. -Вчера, когда я нёс тебя в кровать, то почувствовал, как выпирают твои рёбра. Просто поешь, что-нибудь и я отдам тебе палочку — Драко пытался заглянуть в глаза Гермионы и сделал свой голос максимально заботливым. Грейнджер же смотрела в пол, своим горделивым взглядом и пыхтела, как паровоз. -Твои друзья убили моего мужа. -Я это уже слышал. Но могу тебя заверить, что Пенси, Блейз и Тео не убивали Рона. А больше друзей у меня нет. Драко хмыкнул себе под нос и начал тереть подбородок. Он задумался, над тем, что раньше вообще не думал о том, что у него могут быть настоящие друзья. Но, оказывается, есть люди, которые способны испытывать к нему симпатию и доверие. Да и он тоже, не так скуп на эмоции, как думал раньше. -Я про твоих дружков Пожирателей — Гермиона почувствовала, что после последнего произнесённого слова, к горлу подступает желчь. Драко тяжело вздохнул и на мгновение, Гермионе показалось, что он хочет взять её за руку. Но Малфой откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. -Если ты не помнишь, Грейнджер. То я стал Пожирателем не по своей воле и меня оправдали. Так, что не надо впутывать меня в эту историю. Гермиона ещё больше укуталась в покрывало. -В этот бред поверили все, но не я. Если помнишь, то я даже не ходила на твои слушания и не стала подтверждать тот факт, что ты кинул палочку Гарри — она наклонилась поближе к Драко и с отвращением произнесла — Ты сделал это не потому, что так правильно, а потому что тебе стало страшно, когда ты понял, что вы проигрываете. Ты трус. Драко тяжело дышал. Его грудь поднималась с каждым разом всё выше и выше. Гермиона смотрела на его веки, его глаза ходили из стороны в сторону. Она начала жалеть, что завела этот разговор, без палочки. В случае нападения ей даже нечем себя защитить. -Твой покойный муж считал иначе и отстаивал это в суде. Драко говорил, не открывая глаз. Гермиона замахнулась. -Не смей говорить про Рона — она уже была близка к тому, чтобы залепить пощёчину, но Драко поймал её запястье на лету и открыл глаза. -Грейнджер, ты можешь бить меня сколько тебе угодно, но Рона это не вернёт и не изменит тот факт, что я не причастен к его смерти. Он отпустил её руку, и она упала Гермионе на колени. Гермиона смотрела прямо в серые глаза, от которых хотелось спрятаться. Это в Малфое не изменилось. Он мог заставить человека бояться одним только взглядом. Его глаза больше не отдавали голубизной, в них отражалась его жизнь, так что эффект «я могу убить тебя только одним взглядом» стал только сильнее. -Я съем половину, и ты сразу же отдашь мне палочку и предоставишь мне камин. Не думаю, что у меня есть силы аппарировать на такие длительные расстояния. Драко кивнул и на его лице появилась победоносная улыбка. -Не скалься. Я просто хочу поскорее уйти отсюда. Малфой взял тарелку и протянул ей. Гермиона делала вид, что ей абсолютно не нравится то, что она ест. Пару раз она даже подносила тост к носу и морщилась от запаха. Но на самом деле, она была готова съесть всё до последней крошки и попросить добавки. Гордость есть гордость, поэтому оставив половину, она отставила тарелку на кровать. -Давай палочку, хорёк — сказала она с набитым ртом. Драко громко выпустил воздух носом и провёл указательным пальцем по своей нижней губе. Гермиона задержала дыхание всего на секунду. Малфой достал палочку из кармана своих штанов и протянул ей. Гермиона схватилась за древко и сжала кулак. Она направила кончик, прямо на грудь Малфоя. -Веди к камину. Малфой оттолкнулся от ручек кресла и встал. Гермиона несколько раз тряхнула палочкой и Малфой поднял руки к своему лицу и сделал вид, что сдаётся. -Вообще-то гости себя так не ведут — Драко начинала забавлять вся эта ситуация и реакция Гермионы. -Я не гостья, а пленница. А сейчас повернись ко мне спиной и веди к камину. И без глупостей, Малфой. Так они и вышли из комнаты. Коридор оказался длинным и тёмным. На стенах висели портреты, но они не двигались. Гермиона не смотрела на них. Она смотрела исключительно на спину Драко. Его телосложение изменилось и теперь он был намного шире в плечах, и даже через рубашку, можно было заметить, как перекатываются его мышцы. Он шёл очень уверенно и, дойдя до второй двери справа открыл её. -Внутри камин. Гермиона заглянула внутрь комнаты. Там действительно был только камин и ничего больше. -Стой здесь! Она зашла внутрь, закрыла за собой дверь и наложила заглушающее заклинание. Драко не должен услышать её адрес. Гермиона немедля зашла в камин и, назвав свой адрес кинула порох под ноги. В её доме всё было по-прежнему. По сравнению с Мэнором было душно. Все окна были закрыты и плотно задвинуты занавесками. На журнальном столике лежали письма от всех соболезновавших, которые она получила в первый же день, как магическое сообщество узнало о смерти Рона. Но Гермиона их не открывала и просто оставила пылиться в гостиной. На кухне валялась разбитая кружка кофе. В первые часы после того, как Гарри забрал тело Рона, она пыталась заварить себе кофе, но руки тряслись, и она уронила чашку. Она не стала ничего убирать и сейчас разлитый напиток превратился в коричневое пятно на кафеле. Гермиону клонило в сон. Она прошла в гостиную и направилась к лестнице, но её глаза зацепились за три новых письма у входной двери. Она нерешительно подошла поближе и взяла их в руки. Первое письмо было от Гарри, второе от Министерства и третье была кричалка от Джинни. Гермиона безысходно опустила плечи и села на диван. Она решила «оторвать пластырь» одним движением. Кингсли написал, что понимает состояние Гермионы и даёт её оплачиваемый месяц, чтобы она пришла в себя. Гермиона, прочитав это, почти улыбнулась. Это единственное проявление хоть какой-то заботы. Хотя, скорее всего, Кингсли просто боялся, что Гермиона снова сорвётся, а Министерству не нужны скандалы. Гарри написал всего две строчки. «Я знаю тебе тяжело, так же, как и всем нам. Но то, что ты устроила нельзя оправдать. Миссис Уизли место себе не находит. Тебе стоит извиниться перед семьёй Рона.» Гермиона скомкала его письмо и бросила на пол, возле дивана. Если бы Гарри был здесь, она бы наорала на него. Но Гарри действовал под давлением Джинни. Или Гермиона хотела так думать, чтобы окончательно не разочаровываться в лучшем друге. Кричалка от Джинни сначала закричала голосом Миссис Уизли. «Как ты посмела устроить спектакль на похоронах моего сына?! Это было оскорбительно! Ты никогда не была достойна моего мальчика!» Гермиона направила палочку на письмо, но остановилась, когда услышала голос подруги. «Гермиона, ты опозорила не только себя, но и нас. Тебя никто не хочет видеть, но если захочешь извиниться, то приходи» Джинни в отличие от своей матери не кричала, а говорила уставшим и разочарованным голосом. -Инсендио — Гермиона сожгла кричалку и услышала, как та начинала пищать. Она уже давно смирилась с тем, что семья Уизли не приняла её. Стоило ей начать встречаться с Роном после битвы, его семейство перестало быть дружелюбным. Внимание прессы и общественности было нацелено на неё и Гарри, а про Рона все забыли. Гермиона видела, как ему не приятно, да и семья подливала масло в огонь. В итоге, под давлением, Гермиона отошла в сторону. Отказалась от места младшего помощника министра Магии и предпочла работать в отделе по защите магических существ. Она скрывалась от вспышек камер и старалась не показывать себя лишний раз. В итоге всё получилось так, как хотел Рон, внимание переключилось на него. Он стал самым лучшим Аврором, ловил преступников по всему миру, и его фотография стабильно появлялась в газетах. Вот только семья Рона всё равно осталась недовольна. Теперь им не нравилось, что их мальчик, который считается завидным женихом, встречается с серой мышью. Но Рон не слушал их и говорил Гермионе, что их слова для него ничего не значат. Год назад, они сыграли свадьбу, но никто из семьи Уизли на неё не пришёл. Даже Гарри, в последний момент сказал, что не сможет прийти из-за того, что Джеймс заболел. Гермиона потёрла, воспалившиеся глаза и направилась в спальню. Она устала и хотела поспать. У неё начало сильно колоть в районе сердца. Осознание снова накрыло её с головой. Рона больше нет. Теперь никто не будет сглаживать углы и семейство Уизли заклюёт её. Она легла на кровать и решила, что примет душ, когда проснётся. Сейчас на это у неё не было сил. Драко в это время проверил комнату с камином, чтобы убедиться, что Гермиона ушла. Когда он понял, что она действительно покинула его дом, то ощутил грусть. Он вернулся в комнату, где она спала, взял покрывало, в которое она укутывалась и ушёл к себе в комнату. Было примерно семь часов утра, когда Малфой решил немного поспать. Он лёг на кровать и накрылся её покрывалом. Он не знает, от чего он так спокойно заснул, от того, что слишком устал или от того, что его окружал запах виски и мяты с легкими нотками лаванды. *** Проснувшись в десять часов утра от хлопка, Драко потёр глаза и увидел, как в ногах кровати стояла Винки и держала поднос. -Хозяин будет кушать? — теперь она была расслаблена и больше не поджимала ушки. Ведь гостья, которая обзывала её любимого хозяина, покинула дом. Драко нисколько не разозлился на Винки, за то, что та его разбудила. Она была немного тревожной и потому иногда не контролировала свою заботу. Ей казалось, что кормить господина Малфоя надо каждый час, а убираться в доме каждую свободную минуту. Драко смирился с этим и его даже умиляла чересчур заботливый эльф, который не знает, что такое личные границы. -Винки, поставь поднос на стол — Драко сел в кровати и спрятал покрывало под подушку, чтобы избежать лишних вопросов. -Мистер Нотт ожидает Вас в гостиной — Винки поправила своё розовое платье и несколько секунд любовалась кружавчиками на подоле. Драко поднялся с кровати и отправился на встречу с Ноттом. Тео сидел на диване и несмотря на раннее утро, уже пил скотч. -Доброе утро — Тео, как всегда, был в хорошем настроении. Теодор Нотт, был близким другом Драко. Именно он после освобождения Драко помогал ему пережить приговор Нарциссы и Люциуса. Тео дал показания против своего отца, а сам был оправдан уже через месяц после битвы. Он никогда не жалел о сделанной выборе и даже присутствовал на казни своего отца. Тот кричал обзывательства, проклинал сына и обещал встретить его в Аду. Но Тео лишь улыбался и, когда дементор начала высасывать душу Нотта-старшего, то закрыл глаза и наслаждался криками. Драко, Блейз и Пенси не осуждали Тео. Они знали, что отец пытал собственного сына Круцио, лишь бы добиться его верности и преданности Тёмному Лорду, и регулярно избивал сына, за его неповиновение. -Не рановато для выпивки? — Драко сел рядом и расчесал волосы руками. -Утром заходил к Блейзу, Пенси так зла на тебя. Говорит, что не вытерпит если в газетах, снова будут писать о ней. Драко начал раздражаться. -Про неё не будут, её никто не видел. -Если напишут про тебя, обязательно вспомнят и нас. Драко встал и отправился на кухню. -Ты стал таким же параноиком, как и Пенси — крикнул он, скрываясь за поворотом. Малфой понимал, что подвёл своих друзей. Это было непредусмотрительно, вот так близко подходить к церемонии прощания. Он заплатил немало галлеонов, чтобы крупные издательства перестали писать о нём и его друзьях. Даже смерть его родителей не была освещена в прессе. Мелкие издания, конечно, упомянули об этом, но никто не обратил на это внимания. Малфой был не дураком и сразу понял, после освобождения, что никто и никогда больше не будет работать с его семьёй. Память была слишком свежа, практически каждый волшебник пострадал от рук Воландеморта, а семья Драко ассоциировалась у людей только с Тёмным Лордом. Денег было достаточно, чтобы прожить семь жизней в богатстве и шике и поэтому, Драко решил найти дело для души. Он не хотел появляться в заведениях в волшебном мире и однажды решил провести вечер в маггловском баре. Отсюда всё и началось. Его поразили магглы. Они были так добры и наивны. Умели пить, веселиться и самое главное, они не знали, кто такой Драко Малфой. Никто не смотрел на него с ненавистью, не плевал в ноги при виде него, а татуировку пожирателя считали довольно стильной. Тогда он поделился своей идеей открывать заведения в мире магглов с Забини. И как ни странно, друг тут же поддержал его. Они так же позвали Нотта, который умел договариваться с кем угодно. Так они начали выстраивать свой бизнес. Драко искал место и выделял деньги, Забини придумывал концепцию, а Тео разбирался с документами и вёл переговоры с застройщиками. Прошло несколько лет и слизеринская троица стали практически монополистами в мире ресторанов и баров в маггловском Лондоне. Их заведения отличались красотой и роскошью, а самое главное они были на любой вкус. Рестораны делились на две категории. В первой люди проводили деловые встречи, могли обсудить нюансы своего бизнеса в тихой и комфортной атмосфере. Во второй, магглы праздновали дни рождения, новогодние праздники, и любые другие торжества. Бары занимали особое место в сердце Драко. Он открывал их с одной целью, чтобы люди любого материального состояния могли весело провести время и оставить свои проблемы. Этот бизнес стал отдушиной в жизни Драко. Он многому учился в мире, где нет волшебства. Даже купил себе машину и телефон. С каждым днём, он всё больше и больше ненавидел прошлого Драко, который с презрением относился к магглам. И вся его жизнь стала абсолютно нормальной. Министерство перестало докучать его проверками, когда поняли, что Драко больше не представляет угрозы и всё больше погружается в мир магглов, заведения приносили огромный доход, позволяющий улучшать бизнес и становиться узнаваемым и почитаемым в мире обычных людей. Малфой начал привыкать к своей спокойной и размеренной жизни. Временами ему казалось это скучным, но зато у него не было проблем. До вчерашнего дня. Как только он увидел, как Гермиона уныло и презираемо идёт сзади семейства Уизли, ему захотелось подойти к ней и взять за руку. Сказать, что всё хорошо и она не обязана терпеть такое отношение к себе. У Блейза осталось несколько знакомых в мире волшебства, которые изредка встречались с ним и рассказывали о новых событиях. Именно они и поведали о том, что Гермиона Грейнджер, самая умная ведьма своего поколения, отказалась от карьеры, ради того, чтобы её муж не был в тени. Драко тогда не на шутку разозлился, но говорить ничего не стал. Всё равно он не мог ничем помочь. Но вчера, когда он увидел, насколько сильно она сломлена, внутри него появилось новое, ранее неизвестное ему чувство. Жалость. Он ощущал это под кожей. Когда его руки коснулись Гермионы и ощутили её худобу, ему тут же захотелось аппарировать к Поттеру и потребовать объяснений, какого чёрта он не видит, в каком состоянии находится Грейнджер. Тео зашёл в столовую и увидел эльфа Драконю, который наливал Драко кофе и ставил пепельницу на стол. -Мистер Нотт желает поесть? — эльф был в белой рубашке и черных шортах. С тех пор, как Драко начал покупать им маггловскую детскую одежду, его эльфы меняли наряды каждый день, а иногда и несколько раз за день. -Положи мне с собой сэндвич с курицей — Тео улыбнулся эльфу и со скрипом отодвинул стул. Драко ел жаренный бекон прямо руками и читал новые сообщения в своём телефоне. -Не хочешь завтракать со мной? — Драко посмотрел на Тео, не поднимая головы. -У меня встреча с архитекторами. Ты же помнишь, что у нас открытие клуба через месяц? Тео льстил тот факт, что он был самым ответственным во всей их бизнес-компании. У него было больше всего обязанностей, но он никогда не жаловался, потому что именно его фотография мелькала в глянцевых изданиях чаще всего. -Помню — Драко продолжил хрустеть беконом и листать входящие. Как всегда, ему приходилось удалять несколько сообщений даже не прочитав. Женщины хотели встретиться с ним, приглашали на закрытые вечеринки или в загородные клубы, но ни одна из них не получала согласие. Драко не заводил отношений, он давно решил для себя, что бордель и женщины лёгкого поведения, то, что ему надо. В волшебном мире никто в здравом уме не согласиться заводить отношения с бывшим Пожирателем. А, если его избранница будет маггл, то он не сможет жить на два мира. -Драко, ты как? — Тео закрыл ладонью экран телефона. -Всё нормально. Просто обдумываю некоторые планы — Драко заблокировал телефон и отложил в сторону. -По поводу новых заведений? -Да — соврал Драко. Тео гипнотически уставился на друга, но не смог пробить его холодный взгляд и смирился с тем, что не узнает о чём думал Драко на самом деле. -Ладно, я пойду. Тео понял, что Малфой был не в настроении и решил оставить друга наедине с самим собой. Как только Тео аппарировал, Драко позвал Драконю. -Да, господин Малфой. -Драконя, собери побольше еды и восстанавливающих зелий. Через два часа поедешь со мной. Эльф кивнул и исчез. Драко облокотился на стол и запустил пальцы в волосы. Он понимал, что совершает ошибку и скорее всего будет отвергнут, но ему так хотелось помочь ей. Помочь Гермионе Грейнджер.