В диапазоне между отчаянием и...?

      Комнатка, служившая гримёрной, местом отдыха, обеда, ужина, а иногда и слишком раннего завтра для экстрасенсов, была почти пуста. Константин, подъехавший к месту съемок заранее, уже успел подписать все бумаги о неразглашении и отснять короткий синхрон. Дожидаясь в помещении коллег вдали от камер, он в очередной раз ознакамливался с примерным планом шоу. Продюсеры не давали конкретных наводок о будущих сериях, но рекомендовали поддерживать определенный фон в соцсетях начиная с конкретной даты. На строках про условия общения с фанатами его отвлекла внезапно открывшая дверь. В комнату зашло сразу несколько известных экстрасенсов - братья Шепс и Виктория. Только за их спинами Константин смог рассмотреть неловко вошедшую Лину.       Мужские рукопожатия, личное знакомство с новой для него участницей, и экстрасенсы по очереди уходят на синхрон. Оставшиеся в комнате Олег с Линой и Константин уже шуточно гадали, кого ждать следующим.       – Мужчина, – не сомневаясь заявила девушка. – Молодой, красивый.       – Ты следующего участника описываешь, или меня? – низко рассмеялся Олег, протягивая бумажный стаканчик с кофе коллеге. – Но соглашусь, придет мужчина.       – Темный, черствый, – между бровей Лины залегла морщина. – Но страстный.       Мужчины усмехнулись последнему комментарию и во все глаза уставились в дверь, словно их гипноз мог ускорить приход нового участника.       – Идет, – констатировал Олег, встрепенувшись.       – Почувствовал? - глаза девушки сверкнули с любопытством.       – Шаги услышал.       Дверь скрипнула, и на пороге появился мужчина, как и ожидали. Черная шапка, такой же черный рюкзак и темная ветровка поверх красной толстовки. Кинув вещи на стул у входа, чернокнижник все-таки обратил внимание на коллег.       – Какие люди, – с поддельным удивлением Влад пожимал руки мужчинам, не отрывая взгляда от сидевшей напротив девушки. – Особенно тебя не ожидал увидеть, но Толик вон порадовался.       – Ты долго мной прикрываться будешь, а?       – Тогда передавай ему приветы. Он явно больше рад меня видеть, чем ты.       Влад криво улыбнулся и отошел от компании. Участвовать в разговорах не хотелось, даже когда участников стало в помещении больше. Виктория, Александр, Марьяна - громкие голоса отвлекали, раздражали, поэтому Влад радовался, когда его вызвали на синхрон.       Снова камеры и свет в самое лицо, что хочется морщиться. Но нет, сидишь на стуле, улыбаешься и сдерживаешь эмоции.       – Почему решили участвовать снова? – стандартный вопрос, стандартный ответ.       – Кого считаете конкурентом? – и снова бессмысленные слова, на которые даже не хочется отвечать.       – Никого. Стараюсь концентрироваться на собственных достижениях и не смотреть на других.       – Лина говорила, что хочет взять реванш. Как вы думаете, у нее получится?       Влад усмехнулся, искренне и честно улыбнулся в камеру.       – Пусть попробует. Победа более сладкая, когда есть сопротивление.       А в глазах картинки другой "победы". Яркие, галлюциногенные, что аж зажмуриться хочется и отмахнуться от них рукой. Бес молчит, явно сам подкидывает сознанию навязчивые образы.       И стоило выйти из комнаты для записи интервью, что будет показано в финальном эпизоде, Владу захотелось закурить. Тело горело, образы в голове сливались в мерзкую и в то же время притягательную картину. Руки на голом теле, сладостные вздохи в отельном номере и сжатые простыни после ночи не любви, а животной страсти.       – Чего добиться этим хочешь?       Спрашивает тихо, но ответ не спешит приходить. Привычно болтливый бес изводит молчанием, прежде чем гнусаво прозвучать в голове.       – Будущее показываю, предсказываю. Разве не этого ты хотел, когда мы контракт заключали?       – Врешь, ой врешь, – Влад шептал себе под нос, выходя через задний выход на улицу. – Тебе просто нравится меня с ума сводить этой девкой.       Бес молчал, и сколько бы не пытался экстрасенс выбить из него ответ, тот не сдавался. Погруженный в мысли Череватый даже не заметил, как врезался на улице в девушку.       – Одержимость до добра не доведет, – спокойно констатировал Олег, отводя за локоть немного опешившую Лину. – Может поговоришь с нами, а не своим Толиком?       – На съемках наобщаться успеем, – буркнул под нос Влад и отошел подальше. Его взгляд хоть и старался избегать, но все-таки коснулся сцепленных рук на груди у девушки. Переместился на длинные голые ноги. Прошелся по привычно яркому макияжу. Подметил также и отсутствие сигареты в пальцах и других людей кроме Шепса рядом с ней. Кольнуло где-то в глубине. "Подлизывается наиболее известным". Четкий, на его взгляд, диагноз выдан, поэтому можно отвернуться и смотреть на крыши домов, закуривая сигарету. Веселый смех игнорировать и не замечать сложнее, но и это можно, стоит лишь задуматься о своем.       Голоса за спиной усилились. К смеху Олега с Линой добавился и спокойный голос Шепса старшего. "Когда они сдружиться успели?" немой вопрос возник и растворился также быстро, как дым от сигареты. После 23 сезона, когда ж еще. Олег ей цветы дарил, говорил, что влюблен. А она только и улыбалась лицемерно. Мерзко.       – Есть планы на вечер? – выбросив сигарету в мусорку, уточнил Олег у Лины. – Хотели позвать тебя и Диму вечером отдохнуть и отметить начало сезона. Когда еще со съемками шанс выпадет?       Девушка криво улыбнулась и покачала головой.       – У меня сегодня вечер кино с Юрой намечен. Уже готова поедать картошку фри и смотреть слезливые мелодрамы.       Влад, уже решивший заходить обратно в здание, все-таки закурил вторую сигарету. Их страницы оставались заблокированными друг для друга уже несколько месяцев, поэтому за развитием личной жизни соперницы не следил. Голос разума, конечно, твердил, что ему эта информация и не нужна, но черное и тягучее любопытство заставляло оставаться на месте.       – Кстати, гостинец для дочки твоей, – Влад не видел, что передал Саша девушке, но отрицательной энергии за спиной не ощущал. – Будет под защитой.       – Саш, ну какая защита? Ты мне еще предложи булавки ей на всю одежду нацепить, – Лина снова рассмеялась, и этот звук Владу хотелось вычеркнуть из головы и забыть как страшный сон.       О чем дальше Шепсы говорили с Джебисашвили Череватый не знал и знать не хотел. Закинув окурок в мусорку, он поплелся обратно в зал. Спустя минут десять должны были приехать стилисты и подготовить участников для первой съемки – Жеребьевка, объявление участников.       Настроение у всех было на высоте, вот только чернокнижник не разделял общего веселья. Когда шла съемка эффектного появления экстрасенсов в готическом зале, когда проходила жеребьевка, Череватый в голове твердил об одном. Бес издевался, рвал душу когтями и откровенно насмехался над его нежеланием попасть в одну тройку с блондинкой.       – Трясешься как самый настоящий школьник.       Влад лишь тряхнул головой, стараясь больше думать о съемке и комментариях Башарова. Посмеяться, улыбнуться, стараться не реагировать на колкости и почти детские споры от Лины. Держать лицо и стараться не смотреть прямо в лица операторов. По возможности не дрожать и не перебирать пальцами одежду. И стоило на съемочной площадке раздаться долгожданному "Стоп! Снято", как чернокнижник расслабленно выдохнул и отошел подальше от участников. Те, словно школьники, уже разбрелись по группкам. Одни общались и делились планами на выходные, другие уже делали селфи, чтобы потом отмечать друг друга в vk. Нахмурив брови, Влад рассматривал своих соперников, подмечая про себя детали.       Заносчивый.       Еще более заносчивый, выезжает за счет своего опыта и популярности.       Отстраненная, смотрит на всех свысока, как на детей.       Красивая, но токсичная. Улыбается, а за спиной ножи.       Спокойный и якобы уверенный в себе. На деле тянется к остальным.       Равнодушная, кажется, даже не понимает, что здесь забыла.       Смущенный, но старается держать марку. Прорабатываешь синдром самозванца, парень?       Стоило взгляду коснуться белых волос и чрезмерно откровенно короткого платья, так Влада передернуло. Взгляд чернокнижника ушел в сторону, не хотелось пускаться в анализ и так уже не раз "изученной" соперницы. Парень успел рассмотреть ее под всеми углами в физическом и метафорическом плане еще год назад на радость Толику.       – Все молодцы, отлично справились. Можем собираться по домам, – быстро пробежавшись по отснятому материалу, распорядился режиссер. – Влад, Вика, Олег, послезавтра на выезд не опаздывать.       Даже не попрощавшись, Череватый покидал вещи в сумку и быстро покинул здание. Голова гудела от усталости и перенапряжения. Наслаиваясь друг на друга, яркие снимки его бредовых мыслей отвлекали от дороги. Вжимая газ до упора, Влад гнал домой, где уют, где комфорт, где навязчивые желания становятся слабее. ***       – Лева спит? – первый вопрос с порога и короткий кивок жены.       Что-то сказать она уже не успела, руки обвили талию, переместились к аккуратному домашнему хвостику, развязывая его. Губы чернокнижника впивались в шею, оставляя красные слегка мокрые следы на коже. Пальцы сжимались в плечи, талию, бедра лихорадочно, не находя себе места. Влад не хотел идти в спальню, но шуметь в коридоре опасно – того гляди, проснется ребенок от непонятных ему звуков.       Скидывая верхнюю одежду на тумбочку в прихожей, Череватый почти не разрывая объятий подталкивал жену к их комнате. Стоило ее руке потянуться к включателю, так парень тот час перехватил ее, целуя кончики пальцев.       – Не нужно, – низкий голос сдавал его с потрохами, но Череватый даже не думал скрывать собственный настрой. Удивление Лены, не привыкшей к подобному поведению, он просто оставил без внимания. Предварительные ласки быстро заставят ее забыть обо всем.       Влад всеми силами не торопиться, но все же желание вырывалось наружу накатывающими волнами. Тело действовало на автомате. Без лишней возни стащить с жены домашнюю слегка растянутую одежду. Толкнуть на кровать, избавиться от остатков своего наряда и войти. Войти как можно скорее, чтобы повторить все то, что мешало думать, мешало сниматься и толком говорить весь день.       Только в этот раз с той, с которой хочет он, а не его хозяин.