Интермедия

В дверь снова кто-то настойчиво стучал. Когда Сфинкс открыл ее, в комнату пронеслось что-то с ужасным шумом. Тогда я услышал голос Рыжей: –Сфинкс, где Слепой? , — я сидел в кресле в самом конце комнаты, откуда меня с первого взгляда не было видно. С сочувствием Сфинкс посмотрел в мою сторону. Судя по шуму, Рыжая направилась в мою сторону. –Слепой, пойдем выйдем в коридор, разговор есть, — я нехотя встал, перед этим немного подумав, и направился в коридор. Когда дверь за нами захлопнулась, мы подошли к ближайшему подоконнику. Минуту мы стояли молча. Неожиданно я почувствовал прикосновение чужих губ на своих. Резко оттолкнув девушку, я со злостью спросил: –Что это сейчас было?, — девушка снова молчала. –Я, Слепой, извини, я думала, что я тебе тоже нравлюсь и., — девушка не знала что сказать. –Плохо значит думала. Мне никто не нравится и никто не нужен, — упрекнул ее я. –Да, извини. Давай забудем, пожалуйста, этот разговор, и наше общение не станет хуже из-за этого? , — в ответ я лишь промолчал. Мы стояли еще минуту, пока девушка не попрощалась, после чего я услышал ее отдаляющиеся шаги. Может, мой ответ звучал слишком грубо? Хотя, какая разница? Я вернулся в комнату, ожидая вопросы от Сфинкса. –Ну, о чем говорили? –Поцеловать она меня пыталась, — хмуро ответил я. Сфинкс, видимо, от смеха поперхнулся чаем. –Ну, Слепой, отшил такую красивую девушку! –Для меня все люди одинаковые, все равно никого не вижу, да и приставучая она слишком. Как подруга хорошая, но ты же знаешь, что мне никто и никогда не нравился. Лес простирался под моими ногами. В нос ударил резкий запах хвои. Я держал шнурки ботинок в руке, идя по знакомой босым ногам траве. Я долго шел вдоль деревьев, щупая кору каждого из них. Вдалеке пели птицы звонкие песни, шумел поток водопада. Я продолжал идти, не видя красоты окружающей меня природы. Вдруг я споткнулся об камень и полетел головой вперед. В один момент пропало пение птиц и шум водопада. Все вокруг залилось белой краской, слепящей зрячие глаза. Передо мной стояла девушка с роскошными локонами. Кожа ее была бледнее снега, казалось, что она фарфоровая, и от любого неаккуратного движения может сломаться, как детская кукла в красивом наряде. Большие глаза смотрели на меня внимательно, рассматривая каждый миллиметр моего лица. Казалось, что в ярко-голубых глазах можно утонуть, словно в глубоком океане. Девушка подошла ко мне вплотную, не отрывая взгляда от моего лица. –Зеленые, — тихо прошептала девушка, после чего поднесла свои ладони к моим глазам, закрывая мне весь обзор. По шуму вокруг меня я понял, что я снова в Лесу. И снова слеп. Внешность девушки не вылетала из головы. Я боялся забыть ее, и никогда больше не встретить. Вернувшись в комнату поздно ночью, я услышал голос Сфинкса, он звал меня. Я подошел к окну, где он стоял. Он закурил сигарету, предварительно достав ее из портсигара. После этого он протянул уже зажженную сигару мне. Мы стояли молча. Он любовался ночным видом из окна, я наслаждался тишиной. –Я видел девушку, очень красивую девушку, — начал шепотом я, чтобы не разбудить состайников. Вероятнее всего, глаза Сфинкса полезли на лоб от моих слов. –Ты? Видел? Ты ничего не перепутал? Может ты заболел? , — Сфинкс не поверил моим словам. –На Изнанке. Я правда видел ее, думаешь я смогу спутать с чем-то то, что я увидел? , — Сфинкс молчал. Шли дни, недели, но я все еще боялся забыть увиденную незнакомку. Я всегда надеялся увидеть ее снова, или, хотя бы, почувствовать ее присутствие. В один день, заходя в комнату, я врезался в кого-то. В нос ударил сладкий аромат женских духов. Неужели Рыжая снова явилась? Но стоящая девушка никак не отреагировала на меня, ничего не сказав. Не в манере Рыжей. Лучшим решением было нагрубить и пройти дальше в комнату. Когда я повернулся в сторону, откуда только пришел, я увидел ее. Всего лишь на секунду, но увидел. Она застенчиво стояла, понурив голову из-за моего хамства. К вечеру девушка сдружилась со всеми, рассказывая о себе и слушая истории других. Табаки рассказывал о Доме, Лорд спрашивал о книгах. Я в это время пытался понять, как у меня получилось снова увидеть ее. Каждый вечер я все ближе знакомился с новенькой, хоть и не общался с ней напрямую. В душе таилось непонятное, неизвестное чувство, словно она мне.. нравится? Все это время я старался оттолкнуть ее от себя, не хотелось сближаться с ней, я боялся неизвестности. Вскоре она получила кличку: «Лотос». Но в один день я решил поговорить с ней наедине. Я услышал, как она пошла в сторону ванны. Не церемонясь, я пошел за ней. Я знал, что она будет не рада моему приходу. Так и случилось. Она кричала на меня со злостью и непониманием. Я услышал, как она развернулась и направилась на выход, но через пару секунд до меня донесся глухой удар и звук падения ее тела на мокрый кафель. Из виска текла липкая кровь. Я начал кричать во все горло, зовя Сфинкса. Пока мы сидели подле операционной, я не мог найти себе места. Казалось, что жизнь вот-вот закончится. Слова Паука прогремели над моей головой. На грани смерти, это ведь ужасное состояние, верно? Мы со Сфинксом медленно направились в комнату. Каждый божий день я навещал ее. я хотел посидеть с ней хотя бы минуту. В один день я не выдержал и заплакал, сидя на полу рядом с кроватью. Мои слезы стекали на ее холодную миниатюрную руку. Я знал, что она скоро умрет. Уже неделю она лежала в коме, а состояние не становилось лучше. Но в душе я надеялся, что она выживет, она же сильная. На мое плечо легла тяжелая рука. На секунду я подумал, что Лотос очнулась, но мои надежды прервал голос Сфинкса: –Ты ее любишь? , — я не знал, как отвечать на этот вопрос. Разве я способен кого-то любить? , — Зачем ты так с ней? Ты видишь, до чего ты ее довел? , — я злился. Я злился на себя. Злился на Сфинкса за его слова. Тогда я решил, что обязательно расскажу ей обо всем, когда она очнется. Или правильнее говорить, если очнется? Мне не хотелось думать о летальном исходе. Гнетущая атмосфера палаты с полуживой девушкой давила на меня. Я отошел к двери, собираясь выходить. Тогда я услышал шум на кровати. Я снова увидел ее. Она очнулась! Она жива. Я тут же вышел из комнаты, направляясь в сторону выхода. Когда меня остановил один из Пауков, я сообщил, что Лотос очнулась. Тот в свою очередь со всех ног бросился в сторону ее палаты. Я долго думал, как у меня получается видеть именно ее. Спустя много дней я понял, что вижу ее через Изнанку. Когда я действительно хотел увидеть ее, у меня это получалось. Дар Леса за долгое служение? Я не знал. Но я знал, что могу за это поплатиться. После выписки Лотос я не мог налюбоваться ею. Когда я использовал дар, мои глаза, судя по всему, оставались все такими же: затянутыми белой пленкой. Иначе, Лотос уже давно раскусила бы мои фокусы. Я не мог перестать любоваться ею. Я действительно любил ее? Мне нравился ее голос, нравилось тепло нежных губ. Нравилось крохотное тело и маленький рост: нравились объятия с ней, словно с маленькой куклой. Мне нравились ее поступки, ее доброта и забота, ее вкусный кофе. Я ненавидел ее слезы в тот день, когда она столкнулась с Помпеем. Нет, я ненавидел самого Помпея за то, что заставил ее плакать. Я видел ее слезы, видел, как она боится, что я ей наврежу или обижу. Но она доверяла мне, хоть и чувствовала себя крайне беззащитной. Мне не нравилось видеть, как ее тушь стекает по фарфоровым щекам. Я хотел помочь ей успокоиться и избавиться от тех воспоминаний. Я действительно люблю ее? Может, это и так, но любит ли она меня?