Часть последняя

      То, что с Гарри Поттером, что-то неладное поняли довольно быстро, в первую очередь его жена Джинни. Она же и настучала на благоверного в Аврорат, в котором он, собственно и работал. А так-как предъявить Избранному было нечего, ну, кроме того, что прошло уже двадцать лет, а взрослеть, или, тем более стариться, Победитель Темного Лорда не желал в принципе, так и оставался восемнадцатилетним пареньком, то началась травля в газетах. По-началу, Гарри просто не обращал на это внимания, потом стал злиться, а потом его «вежливо попросили», ибо в Аврорате Тёмным магам не место и он закрылся в своем особняке. Джинни уже давно не появлялась дома, да и дети не спешили к отцу в гости, предпочитая Нору. А потом его осудили. Заочно, о чем он узнал из очередного выпуска Пророка, который ему услужливо подал Кричер, заодно доложивший, что особняк уже два часа пытаются взять штурмом.       Новоявленный Темный Лорд помянул Мордреда, Министерских идиотов, а заодно своих «друзей», которые хором от него открещивались и в один голос утверждали, что он еще во время учебы казался им подозрительным, но Дамблдор… Да, на покойного директора оказалось так удобно все свалить, что Гарри только диву давался, как тот еще не воскрес от возмущения, за все это время. Однако нужно было что-то делать, а что, мужчина даже не представлял. Вот только времени подумать ему не дали. Гермиона Уизли — нынешний Министр Магии, надавила на Невыразимцев и дала разрешение использовать старый, уже несколько тысяч лет не применяемый, ритуал Изгнания из Мира. И его вышвырнули, вместе с особняком, старым домовиком и парой соседских домов, что не пережили перемещения.       Новый мир был безрадостен: ни Солнца, ни Луны, вечный полумрак под слабо светящимися тучами. Он страдал, плакал, не стесняясь Кричера, поносил всех и себя тоже, а потом ожесточился. Ему даже не предоставили возможности оправдаться, а сказать было что. И добрый, всепрощающий мальчик умер, превратившись в злобного полуслепого старикашку. То что не смогло сделать время, не властное над ним после того как он принял Бузинную палочку, собрав все Три Дара вместе, сделала ненависть, знания и желание отомстить. Всем, без разбора.       Он уже давно не видел того, что делал, его глаза были слепы, но это ничуть ему не мешало. Еще до того, как он окончательно лишился зрения, всю библиотеку Блэков он выучил наизасть, а чтобы видеть магию, глаза были не нужны. Повинуясь движению его ладони, ослепительные потоки огня обвивали металлический скелет: он нашел Адскому Пламени новое применение, отныне оно было плотью создаваемого им оружия мести. Несколько мгновений и яркий огонь исчез, скрытый черной чешуей — сотворенной из Первородной Тьмы. Оставалось последнее — дать созданию душу и разум. Жестокий, холодный разум, неподвластный жалости и сомнениям. За этим он обратился к еще одной Предвечной силе — Хаосу. Ему было плевать на последствия и цену, значение имела только МЕСТЬ. И Хаос пошел ему навстречу, а почему бы и нет, если смертный, пусть даже и бессмертный, хочет сделать за него работу по возвращению одного из миров в его лоно. На Земле прошло только несколько лет, после изгнания Поттера, когда созданное им чудовище появилось над Хогвартсом.       Англия не продержалась и одного дня: сейчас это была ровная спекшаяся поверхность едва возвышавшаяся над водой. Не помогло ничего: ни усилия магов, ни магловское оружие — появившийся из ниоткуда дракон был беспощаден и неуязвим. Кто-то успел сбежать, но не надолго, следом была Европа, Африка, обе Америки, Евразия, Австралия и Антарктида. — Идиоты! — буркнул Кощей, кутаясь в плащ, на вершине Эвереста было прохладно и старые кости подмерзали. — Идиоты… — согласился Хань Сянцзы, а остальные Бессмертные молча кивнули, соглашаясь.       Они могли бы спасти этот мир, пожертвовав своим бессмертием, вот только зачем? Альтруистов среди них не было, каждый прошел свой нелегкий путь и завершать его вот так не собирался. — Пошли что ли? — Веда Вьяса повел рукой и рядом с ним замерцала радужными переливами арка межмирового портала. — Пошли, — кивнул Кетцалькоатль и первым сделал шаг в портал.       Кощей уходил последним, ему было жаль этот мир, но мир сам сделал свой выбор, изгнав одного из них, а теперь пожинал плоды этого выбора. На горизонте появилась маленькая точка, с каждой секундой увеличивающаяся в размерах, дракон чуял еще живых и стремился их достать. — Красавец! — буркнул старый некромант: от существа, даже на таком расстоянии так и шибало ненавистью. — Ну, развлекайся…