16. Сенпай

Плейлист Ники для тренировки включал в себя в энергичные и иногда даже агрессивные треки. Это хорошо настраивало на выброс энергии и повышало мотивацию. Сделав разминку, девушка решила сразу перейти к отработке ударов. По её мнению, силы и скорости её кулаков ещё не хватало. Пока она несчадно пиздила грушу, на ум приходили разные мысли. Она вспомнила людей, на которых она злилась. Агрессивная музыка подталкивала на это. «Пидарасы! Хуесосы! Бляди! Твари! Вы ещё меня увидите и заплачете!» Она вспомнила, как с ней обращались в её прошлых отношениях. Предпосылок думать об этом не было, но иногда что-то на неё нападало. От одного бывшего она схавала обесценивание, от другого безразличие, третий пытался её законтролировать и подавить яркую натуру. Она потратила часы рефлексии, чтобы прийти к тому, что проблема была не в ней, а в уебане рядом. Но была одна тема, в которой она всё равно винила себя. «Почему я выбираю долбоёбов?» Она сильнее ударила по груше. «Ну у меня же дар интуиции, ну почему я так много раз ошибалась в тех, кого допускала к себе?..» Ответ лежал на поверхности — не было опыта, не могла знать заранее. Была наивной, верила в лучшее. Ники всё это уже успела понять. Неудачные отношения заставили её изменить своё представление о любви. Но не в худшую, а скорее в более реалистичную сторону. «А вот хуй вам! Буду счастлива всем на зло! Из-за каких-то чмошников я в себе не закроюсь и буду любить снова!» Ники осознавала, что её негативный опыт в любовных делах — это не диагноз. Казнить себя просто потому, что несколько раз не получилось, она не собиралась. Ей всего 17 — впереди ещё столько всего, и потенциально счастливые отношения тоже. «Следующий мой парень…» Она с силой ударила по груше. «Будет…» Ударила ещё раз. «Самым пиздатым!» И тут она почувствовала чужое присутствие. Резко обернувшись, Ники увидела перед собой парня, с которым вчера у неё был поединок. Секунду назад он явно направлялся к ней, но сейчас остановился. «Ой. Это опять он? Чёрт, я настолько зависла в своих мыслях, что не заметила, как он подошёл…» Тяжело дыша от нагрузки, Ники сняла один наушник. Музыка автоматически остановилась. В тишине она смогла услышать, как её сердце отбивает ритм где-то в горле. Немного дезориентированная, она собирала мозги в кучу, чтобы что-то сказать, ведь от неё этого явно ждали. Парень в свою очередь тоже замер. Мгновение назад от него исходило что-то типа злости, но как только Ники обернулась и сняла наушник, его настроение резко поменялось. — Привет?.. — всё-таки сказала Ники, глядя парню прямо в глаза. — Привет, — заторможенно ответил он. Шинсо моментально стало стыдно за свои мысли до этого. Он же буквально сегодня на классном часу писал на листе о том, что человек в наушниках его не услышит и не ответит. А затем вообще не подумал об этом, когда она ему не отвечала. А ещё… Её голос оказался не таким, каким он ожидал. Не то, чтобы Шинсо прям представлял, как бы он звучал. Но парень почему-то решил, что её голос будет грубее и строже. А он был мягкий и звонкий, и по тональности оказался выше, чем Хитоши думал изначально. — А ведь сейчас было бы реально забавно молчать дальше, да? — попыталась разрядить обстановку Ники, слегка улыбнувшись. «Вообще ни разу…» — пронеслось в голове у парня, чей уровень гнева недавно был почти на пике. Но шутку он выкупил. В её голосе чувствовалась жизнь, энергия и та самая чертовщинка, которую он заметил еще вчера, но при этом девушка звучала дружелюбно. — Извини, я не знал, что ты была в наушниках, — сказал Хитоши, стараясь сохранять самообладание, — Отвлекаю? То, на каких эмоциональных качелях он сейчас прокатился, было для него чем-то крайне неестественным. — Нет, всё хорошо, — ответила она и сняла второй наушник. Шинсо проследил за тем, как она отошла в сторону и взяла что-то с пола. Он не будет врать — до сих пор он ждал от неё подвоха. Но когда Хитоши увидел, что она держит в руках телефон и кейс от наушников, то слегка расслабился. «Походу я себе навыдумывал лишнего.» — он вспомнил, как минуту назад подумал, что она над ним издевается. — А ты… Ты тоже обучаешься у Айзавы-сенсея? — вкрадчиво задал вопрос он. Он знал ответ, просто хотел продолжить диалог, раз уж они вступили в вербальный контакт. — Тоже? — она слегка приподняла одну бровь. В голове у Ники моментально сошлись факты. — Так получается, сенсей взял нового ученика, — она задумчиво потёрла подбородок. — Он не рассказал?.. — Нет, — Кицуоки мотнула головой, — Но это в его духе. Она не выглядела удивлённой. Ники понимала, что Айзава не обязан отчитываться перед ней, но внутри, конечно, ей бы хотелось, чтобы он оповестил её обо всём заранее. — Что ж, в таком случае, давай познакомимся по нормальному. Вчера знакомство не задалось, — она убрала свои гаджеты в карман спортивных штанов и встала ровнее, — Меня зовут Кицуоки Ники. Это, конечно, озвучивалось вчера, но мало ли, ты забыл. «Я не забыл.» — мелькнуло в голове Хитоши. — Я учусь в 3-Б классе, — дополнила она. После этой информации Шинсо слегка выпрямился. «Охуеть. Она третьегодка.» Его взгляд стал чуть более уважительным, хотя он всё ещё старался держать марку и не показывать, что его это впечатлило. Это же выходит, что вчера Сотриголова поставил его сражаться на равных с третьекурсницей. Шинсо почувствовал некое раздражение. Одно дело — это сражаться со своими сверстниками с геройского курса. У них преимущество, но это хотя бы честная битва. А тут учитель намеренно стравил его с опытной студенткой, которая вот-вот станет про-героиней. Это было несправедливо. — Я Шинсо Хитоши из класса 1-С, — представился он. — Ничего себе! С общеобразовательного факультета, — удивилась Ники, — Айзава-сенсей развлекаться начал что ли. Она коротко хихикнула. Шинсо почувствовал укол. «Развлекаться?.. Типа моё обучение это такая фигня, что тянет только на развлечение?!» Установившейся дружелюбие было омрачено этим высказыванием. Девушка слова явно не выбирала, но и стремления его обидеть у неё не было. Тем не менее, это лишь подтверждало мысли Хитоши о том, что она над ним издевается. Он хотел ей чем-то ответить. — Приятно познакомиться, Кицуоки-сенпай, — произнёс он, намеренно выделив это обращение. В его голосе проскользнула лёгкая и едва уловимая ирония. Брови Ники слегка дёрнулись вверх. — Скажу сразу, я пришёл сюда со своими личными амбициями, — его голос стал жёстче, — И если обучение у одного человека означает соперничество, не надейся, что я буду церемониться только потому, что ты старше. В бою возраст — это просто цифра. И я не собираюсь давать тебе возможность просто хихикать над моими ошибками. Он на мгновение отвёл взгляд, вспоминая, как вчера она читала его движения, как будто знала каждое его намерение еще до того, как он сам его осознал. Затем он снова посмотрел ей в лицо и… Что? — Сенпай… Меня так ещё никто не называл, — Ники улыбнулась и отвела глаза в сторону, а её щеки чуть-чуть покраснели, — А звучит оказывается довольно приятно. Кицуоки понимала, что Шинсо включил свою защиту, и что это просто ответ на то, что она его задела. Не планировала, но задела же. И он постарался как-то поддеть её в ответ, дать отпор её насмешливости. Но вместо того, чтобы отреагировать на его тираду, она выдала реакцию на то, как он к ней обратился. Это её выражение лица… Хитоши заметил. Он не мог этого не заметить. Тот самый едва уловимый розовый оттенок, который проступил на её щеках, когда он использовал это «сенпай». Он ожидал чего угодно: колкости в ответ, шутливого подкола или даже того, что она просто проигнорирует его выпад. Но эта мимолетная реакция… «Она покраснела? Серьёзно?» — пронеслось у него в голове, и он почувствовал, как вместе с удивлением внутри разливается странное, почти триумфальное чувство. Он понял, что его новая тактика «нападения через вежливость» сработала. Своеобразно, но сработала. Оказывается, даже если ты проиграл вчера, ты всё ещё можешь заставить старшекурсницу покраснеть. Но вместе с этим, кажется, он сам на мгновение потерял равновесие, наблюдая за её смущением. Хитоши не стал показывать, насколько сильно его это зацепило. Напротив, он лишь чуть сильнее прищурил свои усталые глаза, и в них заплясали лукавые искорки. — Значит, я так и буду к тебе обращаться, Кицуоки-сенпай, — сказал он, намеренно растягивая последнее слово. Хитоши позволил себе чуть более открытую, дерзкую ухмылку. Кажется, он втягивался в эту игру. Он даже начал считать, что контролирует ситуацию. — Меня устраивает, — ответила Ники, тоже улыбаясь. — Что за возню вы устроили, — внезапно прозвучал третий голос. В зал вошел Айзава Шота. Ученики обернулись на учителя и вытянулись по струнке. — Шинсо, ты не опоздал, — констатировал факт сенсей, — Кицуоки тоже здесь… Ники рефлекторно нахмурилась. В голове она моментально свела известные ей факты: Айзава пришёл на тренировку, но её он не звал. Получается, что вместо неё он позвал этого новичка с общеобразовательного. При этом же в конце прошлого учебного года он поставил её перед фактом, что тренировок у них больше не будет. То есть, он просто променял свою лучшую ученицу на… Вот это фиолетовое нечто, которое сейчас пыталось её задеть. — Да, я тоже здесь, — повторила Ники слова учителя, — И между прочим я здесь раньше вас. Она сложила руки на груди, стараясь не выглядеть обиженной. Но видимо получалось не убедительно. Она почувствовала обиду на сенсея ещё вчера, когда её позвали только ради какого-то невнятного боя. Тогда она погасила в себе этот импульс, да и просмотр фестиваля и общение с одноклассниками отвлекли от этого, но сейчас её огорчение хотело вспыхнуть вновь. — Ты можешь продолжить своё занятие, — ответил ей Айзава, явно не понимая девичьей эмоции. Бровь Кицуоки дёрнулась, но ответить ей было нечего. Она могла себя сдержать, чтобы не наговорить лишнего и не быть исключенной из-за какого-то нарушающего субординацию чувства. «Ладно, это глупо. Расстраиваться ещё из-за этого, не дождётесь. Айзава-сенсей, сори, но вы тупой мужлан.» — подумала она и отвернулась. Она решила не обращать на них внимание и доделать то, зачем она сюда пришла, а именно — развитие силы своего удара. Снова надев наушники, она включила тот трек, на котором её прервали.