Мой враг мне поможет

Окончание учебного года пролетело незаметно. Хорошо учась в течении года, сводные братья Малфой и к экзаменам подготовились соответственно, за что заслужили торжественный прием дома. Все обитатели Малфой-мэнора счастливо радовались успехам подростающего поколения, а те были рады вернуться домой, только переступив порог поняв, как же они скучали по родным. На время, пока дети находились в имении, Люциус и Сириус не поднимали тему поиска остальных крестражей, опасаясь, что Гарри и Драко могут услышать подобный разговор и испугаться. Однако, это не значит, что эта тема не посещала их головы. Впрочем, это, скорее, были удручающие мысли, так как в раскрытии секрета неизвестного крестража они не продвинулись. Также не могли похвастаться существенными успехами и Люпин со Снейпом, приходя в Малфой-мэнор. Дамблдор, в начале года переживая, что Избранный попал в "неподобающее" окружение, к концу года, казалось, и вовсе забыл о нем. Ни МакГонагалл, ни портрет госпожи Бёрк не могли похвастаться новостями по поводу судьбы Избранного со стороны директора. И, с одной стороны, Люциус и Сириус должны бы радоваться, что к младшему Поттеру нет повышенного внимания со стороны Дамблдора, но с другой - как и в случае с отсутствием новостей в отношении Темного Лорда - это заставляло их серьезно задуматься: а не готовит ли старец что-то серьезное. И все же ничто не могло омрачить приближающийся двенадцатый день рождения Гарри Поттера-Малфой. Имение, благодаря стараниям Нарциссы и Добби, украсилось соответствующим образом, и будущий именинник был рад, что снова проведет свой знаменательный день в кругу самых близких родных и друзей. В один из дней, после ужина, когда дети отправились наверх, взрослые остались за столом, чтобы согласовать список подарков для юного Избранного. На всякий случай, на дверь гостиной было наложено заклинание глухоты, чтобы именинник не смог заранее узнать о сюрпризах. Присутствовали и Люпин со Снейпом, также решив поучаствовать в обсуждении. Посреди жаркого спора маги не сразу услышали тихий хлопок аппарации. Первый отреагировал Люциус, недовольно нахмурившись, что в его дом так беспардонно проникают. Однако, увидев, кто посмел нарушить покой хозяев, мужчина немного успокоился. - Кричер приветствует достопочтенных господ и смиренно просит простить его за проникновение, - низко поклонившись, проговорил старый эльф, при этом быстрым взглядом скользнув по волшебникам и в конце задержав взгляд на Сириусе, давая понять, что именно ему в основном адресовано его уважение. - Если хозяин позволит, то у Кричера есть, что обсудить с хозяином. - Говори, - разрешил Блэк. Кричер вопросительно глянул на остальных магов, но, поняв, что может спокойно говорить в их присутствии, еще раз поклонился. - Кричер хотел отчитаться, что приказ хозяина выполнен. Кричер вернул благороднейшему дому Рода Блэк прошлый величественный вид, - с гордостью выпалил он, сияя от гордости и всем своим видом показывая значимость сего момента. - Молодец, - снизошел до похвалы Сириус. - Я обязательно зайду на днях и оценю твои старания. У тебя все, Кричер? - Не совсем, хозяин, - вмиг сник эльф и, опустив голову, схватил себя за большие уши. - Кричер не смог проникнуть на чердак дома, а оттого просит простить его... - Погоди, Кричер, - остановил его Блэк. - Что значит - ты не смог? - Как это возможно? - также недоуменно переспросил Люциус. - Ты же домовой эльф. Разве у тебя нет допуска в любое помещение дома? - Кричеру очень жаль, что он не может выполнить приказ хозяина полностью. На чердак наложены очень сильные чары, преодолеть которые Кричер не в силах. - Ладно, я сам посмотрю, что там с чердаком. У тебя все? - Кричер просит простить его, но нет. Кричер хотел спросить, хозяин все еще хочет что-то изменить в убранстве имения? - Да, хочу. Я уже говорил тебе, что дом выглядит слишком мрачно. - Да, поддерживаю, - закивал Люциус, вспоминая, что это была именно его идея, так как он считал имение Блэк склепом, чей вид приводил в уныние. - Тогда Кричер хотел бы узнать, что конкретно хозяин хотел поменять. - Эм... - замялся Сириус, как оказалось, он был совсем не готов прямо сейчас обсуждать дизайнерские планы. - Я на днях приду, и мы обсудим изменения. - Я могла бы помочь, - воскликнула Нарцисса, понимая, что кузен вряд ли будет в восторге от этой перспективы. - Вот как? - удивленно распахнул глаза Блэк. - А чему ты удивляешься, дорогой кузен? - улыбнулась миссис Малфой. - Я все же урожденная Блэк и, хотя в имении на Гриммо я была лишь пару раз, мне не безразлична его судьба. Убранство его и правда оставляет желать лучшего. Я могла бы его немного освежить. Естественно, с твоего разрешения и одобрения. - Я не против, если тебе это будет не в тягость, - обрадовавшись, что ему не придется заниматься решением этой проблемы, довольно улыбнулся Сириус. - О, мне только в радость, - отмахнулась Цисса. - Думаю, что Камилла также захочет присоединиться ко мне. - Камилла? - вмиг убрав улыбку с лица, переспросил Сириус. - А при чем тут Роул? - Ну, как же, - хитро сверкнув глазами, ответила Нарцисса, и присутствующие мужчины также понимающе переглянулись. - Думаю, это очевидно для всех. - О, наверно, я один такой непонимающий, - огрызнулся Блэк. - Просвети меня, пожалуйста, дорогая кузина. - Ой, брось, Сириус, - рассмеялся Ремус. - Будешь упираться? - Ага, - подхватил Люциус. - Твои взгляды, что ты кидаешь на Роул во время встреч, только слепой не увидит. - Да нет там никаких взглядов, - неосознанно покраснев, как подросток, которого поймали за чем-то преступным, проговорил Сириус. - Потому, - непринужденно продолжила Нарцисса. - Я подумала, что ей, как будущей хозяйке имения, нужно поучаствовать в его реконструкции. - Мне кажется, что ты торопишь события, дорогая кузина, - покраснев то ли от негодования, то ли от смущения, прорычал Блэк. - Так я потому и говорю, что будущая, - ничуть не испугавшись грозного вида родственника, спокойно парировала миссис Малфой под тихие смешки остальных мужчин. - Правда, не думаю, что это будущее такое уж далекое. - О, Кричер будет счастлив, если мисс Камилла присоединится... - начал было Кричер, но был вознагражден таким испепеляющим взглядом темных глаз, что тут же поспешил мгновенно заткнуться и склониться в низком поклоне. - К тому же, - продолжала Цисси, - для самой Камиллы это тоже далеко не тайна. - Что? - задохнулся от возмущения Сириус. - Я же говорю, твои взгляды не увидит только слепой, - повторил Люциус. - А Роул далеко не слепа. И не глупа. - Знаете что..? - выпалил Сириус, вскакивая на ноги. - Вот только ваших обсуждений за моей спиной мне не хватало для полного счастья. - Наоборот, Бродяга, - примирительно взял его за руку оборотень. - Мы все здесь хотим тебе только счастья. И Камилла Роул, вроде, неплохая девушка. - Ага, которая все еще любит моего брата, - выкрикнул Блэк, теряя терпение. - И я запрещаю поднимать тему Камиллы Роул, ясно? Все, я сам займусь планировкой СВОЕГО дома. И прямо сейчас. Под удивленные взгляды товарищей он подошел к своему домовому эльфу и, взяв его за руку, приказал немедленно аппарировать в родовое имение. - Наверно, не нужно было действительно поднимать эту тему, - виновато опустила голову Нарцисса. - Сами бы разобрались. Я думала, что Ками уже отпустила мысли о Регулусе. - Так и есть, - ответил Люциус. - По крайней мере, как мне показалось, она принимает знаки внимания Сириуса. Но, видимо, ему по-прежнему видится призрак брата, который он сам себе придумал. Возможно, потому он и не предпринимает каких-то решительных действий в отношении Роул. Хоть младший Блэк и давно погиб, однако узнали мы об этом совсем недавно, и, должно быть, для принятия его гибели им нужно больше времени. Ладно, закрыта тема, так закрыта, - усмехнулся он. - Сами разберутся и объяснятся, когда придет время. Поняв, что снова настроиться на нужный лад будет сложно, друзья решили перенести окончание обсуждения праздника для Избранного на другой день, и собрание было окончено.

***

У Гарри было два любимых праздника в году: Рождество и день рождения. Первый праздник был наполнен особым волшебством и добротой, однако, в отличие от первого, второй принадлежал только ему. С самого утра и до позднего вечера мальчик был окружен заботой и вниманием. И, конечно, подарками. К тому же Нарцисса и Люциус старались разнообразить дни рождения своих сыновей посещением разных развлекательных мероприятий. Этот день также не стал исключением, и, позавтракав и собравшись, все семейство Малфой вместе с Сириусом и Люпином отправились в парк аттракционов, где и провели весь день. И, хотя сегодня был день рождения брата, Драко также в полной мере наслаждался походом в парк, присоединяясь к искренним поздравлениям. Окончание дня было решено провести в ресторане, где они наслаждались вкусными блюдами и общались на отвлеченные темы. И, хотя Гарри хотелось бы, чтобы этот день длился вечно, однако он близился к своему логичному завершению. Ложась вечером в свою кровать, он со счастливой улыбкой смотрел на мать, что осталась с ним, чтобы почитать ему сказку на ночь и пожелать приятных снов. Наверно, в его возрасте было уже странным засыпать под чтение детских сказок, однако его просто хорошо успокаивал нежный и мелодичный голос миссис Малфой. И пусть Драко отнекивался, ссылаясь на то, что он уже взрослый, он также не упрямился, когда Нарцисса и к нему заходила пожелать спокойной ночи и предложить что-нибудь почитать. К своим детям Леди Малфой относилась трепетно и нежно, считая именно лето, когда они возвращались в Малфой-мэнор, самым прекрасным временем в году. А потому и старалась проводить с ними каждую свободную минуту, с грустью ожидая тот момент, когда они вернутся в Хогвартс. Однако, как бы ни хотелось растянуть время, оно неумолимо мчится вперед. Лето постепенно подходило к концу, наступали прохладные дни, чувствовалось приближение осени. А вместе с ним и первый день нового учебного года. И вот, закупившись в Косом переулке к новому учебного году - Люциус сдержал свое обещание, и Драко с Гарри получили по новой модели летных метел - мальчики прощались со взрослыми на перроне у готового к отбытию Хогвартс-Экспресса. Получив напоследок наставления от взрослых, сводные братья загрузили свой багаж в вагоны и, заняв купе, еще долго махали руками, пока поезд не отчалил от перрона, на долгие месяцы разлучая членов семьи. Прибыв домой, мисис Малфой, сославшись на усталость, сразу отправилась наверх, и Сириус с Люциусом проводили ее понимающими взглядами. Для нее всегда особенно трудно давалось расставание с детьми. Мужчины, хотя тоже скучали по ним, все же держали грусть в себе. - Расскажешь, что там с чердаком на Гриммо? - спросил Люциус, проходя в гостиную. - Тебе правда интересно? - вскинул брови Сириус, проходя следом. - Ну, не интересно - не спрашивал бы, так? - Я тоже не смог туда попасть, - усмехнулся Блэк, разводя руки в стороны и устало падая в кресло. - Все чудесатее и чудесатее, - не скрыл своего изумления товарищ. - Что же такое там хранится, что даже ты как хозяин не можешь туда проникнуть? - И самому интересно, аж жуть. Я пару раз попытался, но ничего не вышло. Никакое из мне известных заклинаний не работает. Вот теперь, когда Гарри уехал, возьмусь за это всерьез. Слушай, Люц, я хотел сказать, что... - Да понял я уже, - тяжело вздохнул Люциус. - Знаешь, я буду скучать. Конечно, я предполагал, что ты вернешься в отчий дом, но, признаюсь, потом, спустя некоторое время, надеялся, что ты не решишься вернуться. Но Малфой-мэнор по-прежнему твой дом, ты ведь это знаешь? - Конечно, Люц, - благодарно улыбнулся Сириус. - И я действительно чувствую себя здесь, как дома. Если изначально я вынужденно был тут, так как здесь мой крестник, то потом я поймал себя на мысли, что даже без Гарри я бы хотел здесь остаться навсегда. Но, видимо, от своей истинной семьи не убежишь, как бы я ни старался. - Если ты не сможешь, если тебе там будет неуютно, не ломай себя, Сириус, - участливо произнес Люциус, заглядывая в его глаза. - Ты никому и ничего не должен. Ни родителям, ни тем более Регулусу. Знаю, брат - больная тема для тебя, - поспешно добавил он, заметив, как напряглись скулы на лице родственника. - И ты, хотя и пытаешься, все еще подсознательно винишь себя. Оттого и тормозишь себя в отношении Роул. - Люц... - Нет, дай я скажу, просвещу тебя, дурака, - безапелляционно заявил Малфой, решительно схватив друга за руку, словно тот собирался в очередной раз убежать от неудобного разговора. - Ты. Ни. В. Чем. Не. Виноват, - четко, по словам произнес он. - Регулус сам выбрал свою судьбу. И сам принял решение отправиться за крестражем Темного Лорда. Как его принял я, как принял Северус, Лестрейнджи и прочие. Никого насильно не тащили в Пожиратели. И все, произошедшее далее, лежит лишь на наших плечах. Не бери на себя вину брата. И не бери вину за то, что Камилла Роул вступила в наши стройные ряды. Даже если бы не твой брат, за которым она последовала, она бы все равно стала Пожирательницей. Роул, как и Блэки, одни из первых присягнули ему. Поверь, ее бы никто и не спросил, хотя она и отрицает это. Думаю, она просто не хотела видеть очевидное, потому и пытается на тебя переложить часть ответственности. Однако, не думаю, что она всерьез тебя винит. Скорее, ей так удобнее, потому что ты сам позволяешь себя винить. Но ты должен отпустить это. Просто прими. Может, дом и не хочет впускать тебя на чердак. Ты должен сначала принять его. - Да, наверно, в твоих словах есть логика, - прикрыл глаза Сириус и выдохнул. - Я действительно постоянно отторгал свое наследие. Сбежал из дома, сбросил на плечи младшего брата свою ответственность. Но нельзя бегать вечно. К тому же благодаря стараниям Кричера и моим идеям по реконструкции дома, теперь там не так невыносимо находиться. В частности, я избавился от голов предыдущих эльфов, от вечно недовольного мной портрета матери - о, сколько причитаний со стороны Кричера я выслушал, но перечить он мне не посмел, - да и хлама много выбросил. Потому я и подумал, что пора мне перебраться в свое имение. Так будет проще смириться и принять. А тебе спасибо, Люц. Правда, я бесконечно благодарен тебе. И очень рад, что ты стал мне другом. - Да, я тоже, - улыбнулся Люциус. - У меня с друзьями, сам знаешь, напряженка, но те, которых я по-настоящему считаю таковыми, они, без преувеличения, самые близкие мне люди. И ради них я на многое готов, если не на все. - Это чувство абсолютно взаимно, - пылко ответил Сириус и, не сдержавшись, заключил товарища в крепкие объятия, на которые получил искренний ответ. - И, конечно, я буду всегда рад, когда ты придешь на Гриммо, - добавил он, отстраняясь от друга, но не разрывая до конца объятий. - Ты там не гость, а всегда желанный член семьи. - Спасибо, приятно, - кивнул Малфой. - В любом случае обязательно приду, заценить, что ты там изменил. И, если позволишь, предлагаю помощь в разгадке тайны чердака. - Попробую еще пару вариантов из семейной библиотеки, но если все будет напрасно, обязательно попрошу помощи. Ладно, пойду собирать вещи, - грустно улыбнувшись, произнес Блэк, отпуская друга. - А завтра утром аппарирую домой. Люциус ободряюще улыбнулся и, похлопав друга по плечу, также отпустил его, отступив назад. Сириус вернул ему улыбку и, развернувшись, вышел из гостиной. - Я буду скучать, друг, - проговорил Малфой, когда товарищ скрылся из виду. - Без тебя станет совсем пусто. Грустно выдохнув, он кликнул Добби и, приказав принести ему бутылку виски, расположился в кресле. Впрочем, долго ему не пришлось коротать время в одиночестве. Довольно быстро управившись с упаковкой вещей, к нему присоединился Сириус, и до самого вечера друзья предавались веселым и не совсем воспоминаниям. И хотя оба понимали, что это должно было произойти, они настолько привыкли вместе проводить время, что оба чувствовали, будто теряют что-то важное. После смерти Джеймса Поттера Сириус именно в Люциусе нашел ту родственную душу, которой ему не хватало. Даже Ремус, который не прекращал быть другом, все же не являлся для него таким близким товарищем. Для Люциуса же подобные отношения и вовсе были в новинку. Северус пусть и был для него другом, но все же членом семьи, коим стал Сириус, он не стал, не смотря на то, что являлся крестным Драко. И для Сириуса, и для Люциуса было удивительно признать, что они стали так дороги друг другу, хотя раньше были непримиримыми врагами, без сомнения, желая друг другу самой мучительной смерти. Начиная свои отношения, основываясь на деловом соглашении, договорившись действовать в интересах Гарри Поттера-Малфой, они и сами не заметили, как стали по-настоящему близкими друзьями, теперь уже без сомнения готовые встать на защиту друг друга.

***

Как бы ни было хорошо дома, и как бы он ни скучал по родным, все же возвращался в Хогвартс Гарри с удовольствием. Ему нравилось постигать магические искусства, но в этом году он с нетерпением ждал еще и начало сезона квиддича. О, эта игра по-настоящему его увлекала. Ему даже иногда казалось, что став игроком, он почувствовал себя действительно счастливым. Это чувство свободы и легкости, когда движешься в полете, ни с чем не сравнимо. Потому первым интересующим вопросом, которым он задался, едва переступив порог школы, стал: когда же начнутся тренировки? И довольно быстро он получил ответ. - Твое рвение похвально, Малфой, - с усмешкой ответил Флинт. - Я составлю расписание и вывешу на доске в гостиной. И, покровительственно похлопав мальчика по плечу, он прошел к своему месту за столом факультета. Гарри, которого такой расплывчатый ответ не очень удовлетворил, оставалось только раздосадованно смотреть ему вслед. Впрочем, вскоре его внимание переключилось на преподавательский стол. Там сидел Ремус Люпин, которого в этом году пригласили вести ЗОТИ. Предыдущий преподаватель Квиринус Квирелл Гарри не очень нравился. Занятия с ним были скучными и могли посоревноваться с времяпровождением в кабинете Истории Магии. Видимо, и сам профессор Квирелл понял, что преподавание - это не совсем его призвание, а потому уволился к концу года и, судя по слухам, ходящим следи студентов, отправился в путешествие. Поттер-Малфой мог только порадоваться за Люпина, искренне веря, что теперь занятия по ЗОТИ станут интересными, а главное, познавательными, коими и должны быть. Ремус, поймав взгляд мальчика, улыбнулся и весело подмигнул. Он был рад снова оказаться в стенах родной школы. Во-первых, это отличная возможность присматривать за Гарри, а во-вторых, теперь он, наконец, сможет в непосредственной близости наблюдать за директором, попробовать завоевать его доверие и тем самым, возможно, иметь шанс узнать о его намерениях относительно судьбы Избранного. Хотя МакГонагалл и утверждала, что думы Дамблдора сейчас далеки от личности Гарри Поттера-Малфой, Люпин не верил, что директор так просто смирился с тем, что не может более никак влиять на юного слизеринца. И пусть со стороны и казалось, что старец выжил из ума, оборотень знал, что он абсолютно ясен умом, и его также заботит тот факт, что Темный Лорд может вернуться. И, конечно, директор прекрасно понимает, что по пророчеству именно Гарри Поттер-Малфой должен окончательно покончить с Темным Лордом Судеб. Подобные думы посещали и голову Северуса Снейпа. Сначала обрадовавшись, что обзавелся ценным информатором в виде бывшей директриссы Бёрк, мужчина, увы, ничего нового от нее не услышал. Директор, даже оказываясь в своем кабинете наедине с портретами бывших профессоров, не являлся сторонником рассуждений вслух. И хотя зельевар был согласен с госпожой Бёрк, что Дамблдор явно что-то замышляет, тем не менее, увы, пока было непонятно, что. Впрочем, мужчина не терял надежды, что его ресурсы еще принесут свои плоды. Школьные будни быстро увлекли сводных братьев в свой ритм. Флинт также не обманул и спустя день все желающие могли ознакомиться с расписанием тренировок и предстоящих игр. Наконец-то у Гарри и Драко представился случай расчехлить свои метлы и показать, на что мальчики способны верхом на них. Флинт, еще долго после отбора в команду злясь, что ему буквально навязали свои условия, довольно быстро понял, что не прогадал, пойдя на поводу у шантажистов. Гарри и Драко прекрасно чувствовали себя в воздухе и могли посоревноваться с известными игроками в квиддич. Теперь, смотря на старания молодых игроков, Флинт был уверен, что пока они в его команде, кубок школы прочно поселится в гостиной факультета. Тренировка и вправду прошла прекрасно, и Гарри был счастлив и преисполнен самых смелых ожиданий от своего первого сезона. Заснуть этой ночью ему удалось не сразу. Слишком много было мыслей и эмоций. Однако он помнил, что занятия с утра никто не отменял, среди которых был и первый урок с Люпином, а потому мальчик попытался успокоиться, настраиваясь на отдых, и под мерный храп сокурсников он и сам вскоре попал в объятия Морфея. Впрочем, и во сне тема полета его не оставила. Ему снилось, что он выиграл свою первую игру, которая почему-то являлась единственной, сразу принесшая ему кубок школы. Во сне Гарри даже не удивился, что победа так легко ему далась. Но после его радужный сон сменился непонятной местностью. Мальчик обнаружил себя в каком-то лесу. Вокруг было темно и сыро. Длинные полуголые деревья устремились своими ветвями вверх, где сиял месяц луны. Гарри чувствовал себя таким легким, словно не имел веса и, казалось, подпрыгни - и он легко может унестись под облака. Однако, почему-то сделать он этого не мог, словно в тоже время его тело было таким же тяжелым, как и невесомым. " - Как же хочется свободы", - подумалось ему." - Я должен что-то сделать с этим". Однако дальше пофилософствовать на эту тему он не смог, так как проснулся. До рассвета было еще пару часов, как показывал будильник на тумбочке. Анализируя сей странный сон, Гарри смотрел в окно, сидя на краю своей кровати. Особенно странным ему показался тот факт, как резко он проснулся. Обычно сон медленно отпускал его, возвращая сознание. А тут впервые все произошло в одно мгновение, словно кто-то или что-то выдернуло его в реальность. Мальчик почувствовал, как в быстром темпе зашлось сердце и участилось дыхание, нормализовать которое он смог не сразу. О том, чтобы поспать еще, не могло быть и речи, а потому Гарри, пользуясь тем, что у него есть возможность подольше понежиться под струями воды, прихватил полотенце и отправился в ванную. Вместе с водой смылись и все переживания, связанные с необычным сном, и, решив, что это просто волнения от предстоящих игр, Гарри вскоре вовсе о нем забыл, настраиваясь на учебный лад.