Let the Demon touch you.

Девушка абстрагировалась от гомона голосов вокруг и сосредоточилась на мягких касаниях к талии. Собственное тихое дыхание стучало по ушам. Лёгкий хлопок по плечу вернул ее в реальность. Кажется, разгорался конфликт. Максим Левин - победитель двадцать второго сезона неожиданно начал агрессировать на Марьяну, которая упрямо стояла на своих словах, отказываясь забирать их назад. — Я знаю какие ритуалы провожу. И абсолютно уверена в них. Если ты решил обвинять меня в том, что не относится к моей деятельности, то советую выйти из этой комнаты, — Романова едва сдерживала шипение, став похожей на потревоженную и очень ядовитую змею. Арина заинтересовано уставилась на свою почти тёзку по фамилии и пыталась вникнуть в суть ссоры. — Не пытайтесь откреститься. Я много лет погружен в шаманство и ни разу не видел подобного, — мужчина явно решил продолжать неприятный диалог до своей победы уже оскорблениями. В ход пошли настолько уличные и мерзкие слова, что женщина в моменте опускает голову и голубые радужки замечают, как она быстрым движением стирает набежавшие слезы. Это было неожиданно, но похоже, что Марьяна просто устала выслушивать негатив в свой адрес. Рыжая возмущённо вздыхает и делает небольшой шаг вперёд: — Какого черта ты стоишь и оскорбляешь женщину? Кто тебе дал такое право? Тут практически никто не знает о ритуалах и настоящих способностях друг друга! Схуяли ты думаешь, что... — ее прерывает Череватый, который закатив глаза, показывает лёгкий оскал: — Левин, а вы не хотите нахуй сходить со своим шаманством? Совсем недавно только смогли откупиться от тюрьмы из-за своего мошенничества, а теперь стоите и гоните на Марьяну, — чернокнижник уже с лёгким раздражением касается подбородка и качает головой. В конечном итоге съёмки немного приостановили, чтобы банально успокоить взбешенного Максима, который ещё долго переругивался с Владом. Его Демон с удовольствием жрал темные эмоции ото всех вокруг и выглядел удовлетворено. Горелого нигде не было видно.

***

— Рога ставлю на отсечение, сверху уже ждут, когда вы нормально поебетесь, чтобы связь закрепить, — Демон недовольно махнул лапой и дым от сигареты исчез, — Блять, не тяни, вы не маленькие. Череватый хмыкает и вновь нарочно выдыхает дымом в морду своей Силы: — А ты, с удовольствием, присоединишься, — едва слышное ядовитое хихиканье. — Ты, как никогда, прав, Вла-дик, — Велиал ехидно протянул гласные и стал медленно растворяться в пространстве, — Малой, правда нужно торопится. Господин ждёт. Там ждут в целом, потому что вы хорошие кадры, чтобы потерять хотя бы одного из вас, — на ковер балкона осел грязно серый пепел. — Будто бы у нас есть выбор, — Влад переводит глаза на надвигающийся закат, закидывая в пепельницу так и не докуренную сигарету. Не сказать, что было непонятно, нет. Как раз таки наоборот. У них у обоих сильное биополе, схожая энергетика, оба Покровителя под лапой у Дьявола. Это все было очевидно, когда он в первый раз встретился с голубыми перепуганными радужками. Когда рыжая растрёпанная девочка, похожая на котёнка, стояла и тряслась при выборе Ученичества. Или когда они стали понимать свой интерес друг к другу. Может, конечно, повлияла Связь так сильно, но сам факт. Там уже все решили. У котёнка выдрали и клыки. Теперь защитить себя самой не получится. Только плеваться кровью и скулить. Тем более Лилит начала притирается к Горелому и кто знает, что из этого выйдет. — А я казав, що проблем буде...

***

— Пожалуйста... — невысокий парень истерично захлёбывается слезами и красной пеной. Частично пробитое клыками горло жгло, опаляло болью. Не слишком длинные пальцы с отсутствием ногтей пытались зажать рану, но в итоге из-за паники и страха сами соскальзывали в рваную плоть. Что-то огромное шло за ним. Не было слышно шагов, но в воздухе пахло гарью и отчаянием. Тень, которая появилась из-за единственного фонаря светящего в окна заброшенного дома, была высокой. Широкие плечи, массивные ноги и огромные рога, которые на концах слегка превращались в завитки. — Господи, прошу! Я не этого хотел, умоляю. Помогите! Мамочка! — подросток надрывисто рыдал, едва дыша. Тощие ноги вели его на верхние этажи, словно он действительно мог убежать от Него. Велиал тихо рассмеялся: — Ты вызвал меня. Сделал, на удивление, правильный призыв. Я пришел. — Я не хочу умирать! Мама, мамочка! — мальчишка, скуля, звал родителей, будто бы те правда слышали его, — Я денег хотел, не больше! — Взамен что-то надо, щенок. Твоя Душа мне не сдалась, не слишком значимая. Но жизненная сила, энергия, от этого вот я не откажусь, — Демон лениво двигался за беглецом. В последнее время в Преисподнии царило неожиданное спокойствие. Никаких проблем. Настроение было даже относительно неплохое. — Я не хочу умирать! — подросток дрожащими руками растирает слезы и грязь на лице. Существо подбирается к нему. — А знаешь как я заберу то, что хочу? Самое вкусное - когда вам, жалким человечешкам, больно. Вы самое бессмысленное, что здесь есть. Уничтожаете все, слишком лицемерные, двуличные, алчные, жестокие... — Велиал усмехнулся и огромные когти медленно начали выходить из длинных пальцев. Парень взвыл, отрицательно качая головой: — Не все такие, я не такой! Боже, пожалуйста, умоляю... — Демон оказался перед ним. Мощное тело, с броней вместо кожи, оплетал лёгкий туман. Нечто даже не пыталось скрыть своего хорошего настроя. Он махнул рукой и подросток завис в воздухе, заметавшись и едва дыша от ужаса, когда в голове мелькали примерные образы того, что с ним будет дальше. Ногтей на пальцах уже не было, поэтому дистальные фаланги, а затем и промежуточные, с громким хрустом и лопаньем плоти, заливая запястья кровью, медленно отрывались. Мальчишка сорвал голос в звонком визге. Сухожилия рвались, словно нитки. Болевой шок бил по вискам, заставляя сознание отключиться, но Существо, щелчком пальцев, возвращал его в реальный мир. Пальцы превратились в короткие обрубки, а ладони в окровавленные культяпки. Затем с небольшим хрустом отошло ухо слева. Парень заорал и выгнулся, прижимая голову к плечу, пытаясь унять боль. Велиал ехидно рассматривает кусок плоти, а затем обнажив огромные клыки, махнул лапой и рот подростка раскрывается на пределе возможностей челюсти. Хотя кажется там все таки что-то щёлкнуло. Оторванное ухо он легко впихивает в рот жертвы. Когти проталкивают кусок плоти глубоко в глотку, царапают ротовую полость изнутри, а на выходе все таки вцепляется в зуб сбоку. — Как же легко разрушить человеческое тело, — Демон тянет и клык оказывается у него в лапе. Мальчишка давится, когда ему все таки приходится проглотить собственную плоть, но сразу же идёт рвотный рефлекс. Он не может из-за нахождения в воздухе даже нормально наклонить голову и поэтому буквально захлёбывается собственной рвотой. Ухо оказывается вновь во рту и он выплёвывает его, ощущая как болезненно ноет челюсть. Велиал хотел поднять упавшее, когда перед глазами немного померкло и встал образ уже другого парня. Он стоял на коленях перед зеркалом и вглядывался в него, тихо шепча наговор: — Не во имя Отца, не во Имя, не во имя Святого духа, кровью заплатил, водкой заплатил, деньги дал, Заходи по рукам, заходи по ногам! Существо фыркает и закатывает глаза: — Ну блять, малой прервал хоть какое-то развлечение в земном мире, — он осматривает напоследок изувеченное тело и бросает колкое, — Значит будешь жить. Живи и жди. Я все равно приду за тобой, — и вихрем растворился в пространстве, оседая грязным пеплом на пол, залитый чужой кровью. Подросток падает следом и его сознание, пожалев искалеченную психику и тело, наконец даёт долгожданное небытие. Велиал материализуется перед подопечным: — Ты, блять, пиздюк прервал мне хоть какую-то развлекуху, — на него насмешливо уставились темные, практически черные, бездны вместо глаз парня лет семнадцати на вид. — Я почти извиняюсь, — Влад тихо смеётся, показывая оскал и щуря взгляд, — Помощь твоя нужна... В момент пространство начало мелькать, темнеть, словно старый телевизор с помехами и раздается громкий писк, из-за которого... ...Девушка дёргается в кровати, распахивая глаза. Голубые радужки нервно заметались по потолку, а руки, дрожа, потянулись к своим пальцам, пересчитывая фаланги, присутствие ногтей и других частей. Тело нервно потряхивало после жуткого сна. Мелкие рыжие волосы прилипли к лицу, а остальная гурьба кудрей спуталась и лезла в глаза. Она прижимает ладони к груди, делая глубокие вдохи и выдохи, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце. Когда пульс стал медленнее, Арина запускает тонкие пальцы в волосы, ероша их. — Пиздец, — Романова трёт голубые радужки, чувствуя как сонливость возвращается после лёгкого всплеска адреналина. Желание спать навалилось вновь, но... Раздается стук из под кровати.