Гладиатор

      В семь лет я навеки семью потерял,       Жестоко страдал, а ещё — голодал.       Терпеть этот голод уж не было сил;       Я двинул на рынок и хлеба стащил.       Торговец поймал меня, страшно ругая,       Мясницким ножом надо мной потрясая.       Глаза от торговца я в страхе отвёл;       Я думал, что тут и конец мой пришёл.       И даже помойная яма моя       Казалась прекраснее небытия.       От смерти я в ярости злой вырывался,       Крутился змеёю и волком кусался.       А рядом гулял офицер молодой,       На солнце сверкая кирасой стальной.       Он что-то увидел во взгляде моём       И к нам подошёл, загремев кошельком.       Внёс выкуп герой мускулистой рукою       И тут же меня потащил за собою.       Он запер меня в многолюдный барак,       Оставив мне с текстом дощечку в руках.       «Отныне тебя будут хлебом кормить       И разным приёмам сраженья учить.       Отныне глядит на тебя император:       Ты раб и хозяин, боец-гладиатор.»

***

      Сегодня я опытный, сильный борец.       Любой находил со мной в схватке конец.       Я слышу, ликует толпа за стеной:       Сейчас предстоит гладиаторский бой.       И вот механизмы раздвинули стену:       В стотысячный раз я иду на арену.       С трибуны судья огласил приговор:       «Тот, в кожаной маске — отъявленный вор.       Он дерзко ограбил святыню богов       И должен быть к смерти, конечно, готов.       Но если он Беллума сможет обставить,       Себя от позора сумеет избавить!»       Я — Беллум. Сразиться я с маской хочу.       Врагу-святотатцу я гневно кричу:       «Клянусь моим другом, что после потерь       Меня не бросал — где ты, братец, теперь? —       Что в дни сиротливые улицы жуткой       Дарил мне заботу свою в промежутках       Меж наших походов за хлебом с водой,       Что вместе со мною справлялся с бедой,       Пока не нашёл меня добрый Марцелл,       И биться не выучил наш офицер,       Клянусь перед всеми, кто видит арену:       Тебя до костей я руками раздену!»       Ужасно проворен и ловок был вор:       В глазах у меня он прочёл приговор.       Он бегал вокруг; я уставший и злой.       Звучит в голове моей марш боевой,       И я исполняю свой номер, рассержен:       Коленом под челюсть — противник повержен.       Я снял с трупа маску, вгляделся в черты…       Знакомое что-то… О Марс! Это ты?       Мой детства товарищ, тебя узнаю!       На лбу я отметину вижу твою!..       Тот, кем я поклялся убить святотатца,       Теперь предо мной будет мёртвым валяться…

***

      Я вновь на арену под крик выхожу,       Поник головой, на людей не гляжу.       Излечит от грусти, что может снедать,       Моё злое дело — людей убивать.       Я вновь исполняю свой номер коронный,       Звучит в голове моей марш похоронный…