Часть 25

После известия о смерти отца в тюрьме, Гарри, хоть его отец и был тем еще настоящим злодеем, испытывал довольно смешанные эмоции и противоречивые чувства. Он испытывал печаль и грусть, ведь это все же был его отец. Невозможно было избавиться от некоторой привязанности и любви, которые существовали между ними. Даже при самых криминальных проявлениях Нормана, Гарри считал, что смерть отца для него невыносима… Конечно, сам Осборн-младший не спорил с тем, что также испытывал и облегчение от осознания того, что отец больше не сможет причинить вред другим людям. Утрата наполняла его. Норман был единственным родителем Гарри… Парень испытывал путаницу… неопределенность! Он чувствовал все это время презрение к нему! Гарри не знал, что делать. Он остался один в этом большом мире, не щадящем никого. Парень закрыл лицо подушкой и громко закричал. В этом не было смысла — в особняке он был один, никто не смог бы прийти и отругать его… Гарри убрал подушку от лица и посмотрел в темный потолок. — Все не должно быть так, — как в бреду прошептал он. В комнате царил мрак. — Чертова Гидра, — сломленным голосом прошептал парень. — Ненавижу. На улице начался дождь, и он мог слышать, как капли стали стучать по стеклу. Гарри сделал несколько вдохов и перевел взгляд на часы, что стояли на прикроватной тумбочке. Три часа ночи. Он не мог уснуть. Осборн поднялся с кровати и направился в ванную. Он подумал, что мог бы расслабиться в теплой воде, а после и заснуть. Гарри набрал ванну до краев и наполнил ее пеной, достал полотенце из шкафчика. Он уже выключил кран и собирался залезть в воду, но услышал какие-то посторонние звуки за дверью. Осборн положил полотенце на столик, раздраженно фыркнул что-то себе под нос и открыл дверь. Окно в спальне было открыто, а капли дождя проникали внутрь. Странно. Парень подошел к окну и закрыл его, продумывая худшие варианты случившегося… Кто-то проник в его спальню. Он не был уверен стоило ли ему дать знать, что он все понял… Гарри медленно обернулся и увидел перед собой фигуру. — Бу! Осборн испуганно закричал, отскочил в сторону, хватая с рабочего стола ручку и вытягивая перед собой, как бы защищаясь. Фигура засмеялась и включила свет. Это оказался Человек-Паук. Он снял маску. — Ты! Мать твою, что ты творишь?! — Осборн с облегчением осел на пол, сползая по стене. — Ну прости, — сказал виновато Питер и протянул руку. Гарри ухватился за протянутую ладонь и встал. — Что ты тут делаешь? Да ты весь мокрый! — Ну я просто патрулировал, когда пошел дождь. К тебе было ближе, вот я и… Гарри ринулся к шкафу, чтобы достать сухие вещи для гостя и остановился на его словах. — Ты издеваешься? Ближе? Ты в курсе, что особняк за городом? Паркер неловко почесал затылок. — Я как раз был тут неподалеку. Парень достал из шкафа пушистые домашние штаны и толстовку, протягивая Питеру. — Спасибо, — поблагодарил он и принялся переодеваться. Осборн фыркнул. — Тебе совсем нечего стесняться? Паркер удивленно уставился на него. — Я тебя смущаю? — улыбнулся он, полностью скидывая костюм на пол и натягивая штаны. Осборн засмеялся и поднял костюм с пола. — Я отнесу его в сушилку. Парень вернулся довольно быстро, обнаруживая Паркера, нагло развалившегося в его кровати. Гарри поднял руки в жесте «сдаюсь» и пошел в сторону ванной. — Отлично. Ты можешь просто посидеть здесь, пока я буду принимать ванну. — Я отвлек? Осборн посмотрел на него. — Да! — после чего скрылся за дверью ванной комнаты. Парень испытал большое облегчение, когда понял, что в комнату проник всего лишь Питер, а не какие-нибудь агенты Гидры, которые решили убить и его в придачу с отцом… Он сразу почувствовал, как напряжение покидало его тело. Вода приятно обволакивала кожу, мягко согревая. Осборн закрыл глаза и позволил себе насладиться этим моментом. Тепло проникало глубоко в мышцы. Дыхание становилось более глубоким и регулярным, сердце билось спокойно и ритмично… Он услышал негромкий стук в дверь и открыл глаза. — Га-арри… — Что? — Ты ско-оро? Осборн фыркнул, радуясь, что закрыл дверь. Он не был уверен зашел бы Питер к нему или нет, будь она открыта. — Я ведь только зашел. — Тебя нет уже целых пя-ять мину-ут… Гарри закатил глаза. — Да… Как до-олго. — Видишь! Ты и сам это понимаешь! Давай выходи! Я тут у тебя приставку увидел, поиграем! Гарри вздохнул и выбрался из ванны. Открыл слив, обтерся полотенцем, натянул штаны с футболкой и вышел за дверь. На полу там сидел Питер. — Приветик! Осборн прошел в комнату и сел на свою кровать. Паркер остался на полу у входа в ванную. — Почему ты пришел? — Говорю же, ты был ближе, когда начался дождь, — Питер невозмутимо поднялся с пола и прошелся по комнате, после чего сел в кресло за рабочим столом. — И что же ты тут делал? Паркер потерял свою невозмутимость. — Какая разница? — Это очень важно. Я сомневаюсь, что Старки отпустили тебя побегать ночью в качестве супергероя, особенно пока ситуация с Гидрой накаляется. Питер покрутился на стуле, после чего остановился и посмотрел на Осборна. — Верно. Меня никто не отпускал. Я просто взял и ушел. — И ты патрулировал город, пока… — Гарри махнул рукой, призывая продолжить. — Я решил сходить на кладбище к родителям, — честно сказал Питер. — Я был там, когда пошел дождь. И ты правда был ближе. — Ты глуп. Гарри закрыл лицо руками. — Как только дождь стихнет, ты должен вернуться. Питер кивнул. — Как ты? — неожиданно спросил он. Гарри приподнял брови. — О чем ты? Питер встал с кресла и подошел к кровати вплотную. — Ты знаешь, о чем я. Гарри стушевался. Конечно он понимал, что Питер имел ввиду. — Я держусь. — Мне жаль, что все так вышло, — Питер сел ближе к нему и посмотрел своими карими глазами, полными вины. — Ведь из-за меня все это случилось. Осборн покачал головой. — Я скучаю по нему, несмотря на все то, что он сделал. Твоей вины тут нет, Пит. Он сам связался с Гидрой и сам поплатился за это. Паркер кивнул. — Так… что насчет приставки? *** Друзья сидели на диване и наслаждались игрой на приставке. Они были вовлечены в игровой мир, сосредоточены и полностью погружены в игровой процесс. Нередко они шумно радовались, когда достигали новые уровни, побеждали противников или совершали эпические трюки. Они иногда оживленно обсуждали стратегии игры и обменивались советами, чтобы помочь друг другу достичь больших результатов. При этом их эмоции отображались на их лицах, от прыжков радости до выражения концентрации, когда они пытались пройти сложные уровни или сделать сложные задания. Грустные моменты полностью отдалились от них. Иногда они подшучивали друг над другом, но всегда в дружественной и игривой манере. Во время игры часто соперничали, соревнуясь друг с другом за лучший результат или пытаясь побить рекорд соперника. Они показывали свои навыки в игре и старались превзойти друг друга, но всегда сохраняли спортивный дух. По прошествии двух часов игры, выражения на их лицах стали уставшими, но удовольствие и радость от игры все еще явно видны. — Я думаю, что мне уже пора, — сказал Питер, выглядывая в окно, где уже заметно светало. Пять часов утра, через полтора часа у Пеппер подъем, так что нужно было поспешить. Гарри принес сухой костюм и вручил Питеру, когда соседнее окно с грохотом разбилось и внутрь проникли агенты Гидры. Они были вооружены и совершенно безжалостны. Подростки, напуганные и в панике, попытались сопротивляться, но бандиты были сильнее и проделали им несколько точных и мощных ударов, лишив их сознания. Схватка происходила с огромной интенсивностью. Агенты были хорошо подготовлены, скоординированы и обладали профессиональными навыками. Они быстро и ловко передвигались по дому, выстраивая свою тактику, чтобы обезопасить себя и справиться с подростками, учитывая, что один из них был улучшенным. Звуки грохота, возникающие от зловещего столкновения, наполняли воздух. Люди Гидры применяли жестокое насилие, руша все, что попадалось у них на пути. Мебель повернули наизнанку, таращились разбитые стекла окон, а вещи рассыпались по полу. Шум был настолько сильным, что его можно было слышать издалека. Питер искренне боялся за безопасность Гарри, когда его вырубили первым. А после он и сам потерял сознание. *** Питер медленно открыл глаза, ощущая пульсацию боли во всем теле. Вокруг него было темно, единственным источником света является далекий поток света, проникающий сквозь густые шторы. Он быстро осознал, что он не на свободе. Укрепленные оковами на гладком лабораторном столе, его руки и ноги неподвижны. Любые попытки освободиться мгновенно наталкивались на сопротивление. Глаза подростка бегали по комнате, пытаясь разглядеть все вокруг. Но его зрение ограничено, и он видел только контуры предметов и движущиеся тени. Где Гарри? Его взгляд упал на ряд экранов, на которых отображались сложные схемы, формулы и динамические графики. Питер понял, что это исследования, проводимые Гидрой. Ох черт, он попал к Гидре… Издалека до него доносились звуки голосов, но разобрать слова он не мог, несмотря на свой суперслух. Единственное, что ему удалось понять, это то, что здесь находились несколько людей, возможно, ученые и агенты Гидры. Сердце забилось быстрее, его инстинкты переключились в режим самозащиты. Он начал проверять степень скованности своих конечностей, попробовав найти слабые места в петлях. Он приходит к выводу, что единственный способ выбраться — это использовать свои паучьи способности. Каждое движение сопровождалось болью и напряжением, но он не останавливался. Он знал, что ему нужно сбежать и спасти Гарри. В комнату вошел высокий, худощавый ученый с алчным взглядом. Знакомым алчным взглядом. Он был в белом халате, при этом его волосы смяты и распущены, словно он только что закончил какой-то сложный эксперимент. Лицо ученого выражало заинтересованность, нетерпение и что-то еще… Ученый приблизился к Питеру, держа в руках набор инструментов, которые выглядели необычными и незнакомыми. Он аккуратно положил их на стол рядом со своими другими приспособлениями, пока его взгляд не отрывался от несчастного Питера, связанного на столе. — Я так долго ждал тебя, — хищно сказал ученый. Он начал изучать аппаратуру, которая уже была подключена к Питеру. Мигающие лампочки и провода создавали неутешительное зрелище. Ученый нажал на кнопку, вызывая слабое жужжание, которое наполняет комнату. Питер чувствовал, как что-то медленно начало проникать в его сознание. Сначала это была лишь легкая пульсация в его голове, но затем она стала усиливаться, заполняя каждую клетку его существа. Ученый изучал реакцию Питера, делая записи в своем блокноте. Он неподвижно наблюдал, как Паркер искривлялся от боли и напряжения. Судороги в его теле становились все сильнее, выглядя как реакция на введенное вещество или сигнал. Но что это за эксперимент и какие мрачные цели ученого? Это остается загадкой. В этой лаборатории таилось что-то необъяснимое, что заставляло Питера страдать, а ученого эйфорично выполнять свои наблюдения и манипуляции. — Кто Вы? — Тише мой, мальчик, если ты не будешь сопротивляться, больно не будет, — почти нежно прошептал ученый. *** Тони встал первым и направился на кухню, чтобы начать приготовление завтрака. Пеппер последовала за ним, и они начали искать все необходимое: яйца, молоко, хлеб, фрукты и другие продукты. Они с удовольствием обсуждали, что приготовить — омлет, блины, тосты или что-то еще. Каждый из них взял на себя определенные обязанности. Мужчина делал омлет, резал фрукты и готовил кофе, а Вирджиния со старательностью жарила блины и тосты. Во время готовки они постоянно разговаривали, смеялись и делились между собой планами на этот день. Тони говорил о том, что собирался взять Питера с собой на Хеликэрриер, чтобы попробовать поработать над кодом Баки вместе, а Пеппер планировала знаться делами компании. Когда завтрак был готов, они налили себе кофе и сели за стол. — Ница, не буди Питера, — попросил Тони и направился в комнату подростка, чтобы разбудить его к завтраку самому. Мужчина отрыл дверь и обнаружил, что подростка не было в его комнате. Неожиданно появилась тревога на его лице. — Пятница, где Питер? — Питер покинул здание сегодня ночью в костюме Человека-Паука. Тони завис на секунду. — Почему ты ничего не сказала?! Злость вспыхнула в глазах Старка. Первоначальная растерянность была быстро заменена яростным выражением лица. Взгляд Тони скользнул по пустой кровати и открытому окну, как будто тщательное исследование привело его к безвыходному выводу — Питер ослушался его и пошел патрулировать… Злоба была смешана с опустошением. Внутри бушевала буря, а его чувства предательства уплотнялись в камень, который перекрывал его дыхание. — Он у меня получит.