Глава 14.

Печальные вести дошли до Короля Синих Роз. Сонхва и так был, как на иголках, а теперь ещё и Красная Долина вновь хотела развязать войну с его королевством. Пак гадал, как же так вышло, что король Винсент узнал о дочери. Амели уже вторую неделю лежала в своей комнате и спала. Она так и не очнулась после того ритуала. Сонхва начал не на шутку беспокоится о её состоянии, проклинал Верховного Мага, что провёл тот ритуал. Сонхва был уверен, что они бы нашли другой способ остановить Ёсана. Верховный же, в свою очередь, всячески успокаивал молодого короля. Маг колдовал над Амели, поил отварами, которые должны были поддерживать в ней силы и понемногу взращивать её магию. Верховный был уверен, что именно поэтому Амели не очнулась сразу. Она не может так быстро принять магию своей крови, потому процесс занял так много времени. А Сонхва чуть ли не сходил с ума от одного вида Амели: почти бесчувственного лица, такой бледной нездоровой кожи, её спокойного вида. Пак осознал, что скучает по её улыбке, голосу. Он не мог спокойно спать, зная, что его супруга борется с чем-то внутри своего сознания. А именно так он всё и представлял — борьба за жизнь. Сонхва сидел в своём кабинете. Необходимо было решать государственные вопросы. Всё свалилось на его плечи не вовремя. Винсент грозил начать войну, ведь якобы по вине Сонхва погибла его дочь. Но ведь это не так. Амели жива, просто находилась в потустороннем мире, как объяснил Верховный Маг, в мире, где нет времени. Там, за той чертой, можно было блуждать долго, настолько долго, что без должной подпитки из реального мира, человек мог попросту умереть. Сонхва боялся, что такое могло случиться, но верил, верил искренне и всей душой в скорейшее выздоровление Амели. Она должна жить и будет. — Мой король! — в кабинет ворвался Хонджун. Он запыхался отчего-то, будто долго бежал с какой-то очень важной новостью. — Что случилось, Хонджун? — поднял бровь Сонхва. Он смотрел на него серьёзно, как и сам Хонджун. Вот только Ким был ещё чем-то сильно обеспокоен. — Юю... — тяжело дыша, произнёс Хонджун. — Дракон... Он вырвался из заброшенного крыла. — Что?! — Сонхва резко встал с кресла, удивившись. Дракон никогда не покидал своего убежища-клетки. Он всегда сидел там, никогда не показывался другим. Что же произошло? Хонджун и Сонхва кинулись на выход. Советник вёл своего короля в сторону, где стража старалась удержать или хотя бы уследить за разбушевавшимся драконом. Юю в это время ревел, пускал в стражу огненное дыхание, опалив тем самым траву на лужайке, где его пытались сдержать. У него не было намерений кого-то покалечить. Дракон, хоть и вырос в размерах, но просто оборонялся. Но стража, напуганная и не знающая о существовании такого существа в их замке (кроме некоторых стражников), была готова обороняться, защищать своего короля и королевство от страшного чудовища. Сонхва и Хонджун выбежали из дворца на лужайку и остановились. Пак старался быстро оценить ситуацию, подбегая к страже. — Отставить! — крикнул он. — Не троньте! — Но, мой король... — начал один стражник, однако его тут же перебили. — Я сказал — отставить! — со строгостью произнёс Сонхва. — Он не причинит вреда. Стражники не смели ослушаться команды своего владыки, потому опустили оружие, однако всё также настороженно наблюдали за драконом. Хонджун успел подойти к Сонхва, внимательно следя за Юю. Дракон равно дышал, но всматривался в фигуры снизу. Хонджуну стало несколько не по себе. Первый раз он видел это создание при дневном свете и на воле, да ещё и таким большим. Ким относился с осторожностью, но не был негативно настроен. Юю это ощущал, потому начал успокаиваться. — Мой король, при всём уважении к Вам, но это опасное существо из других земель! — произнёс старший страж. Он подошёл к королю, недоверчиво поглядывая на дракона, будто тот готов был сейчас же напасть на Сонхва. — То, что он из Красной Долины ещё не означает, что он опасен, — ответил Сонхва холодным тоном. Он смотрел на Юю, пытаясь понять, почему дракон вырвался из своего убежища. — Старший страж Монс, — обратился к нему советник Хонджун, — введите стражу по своим постам. И сами возвращайтесь к своей службе. Здесь не на что смотреть. — Мы обязаны защищать короля! — парировал названный Монс. — Вы слышали, что сказал мой советник, — ответил Сонхва. — Идите. И так шума натворили. Страж Монс не стал перечить словам короля, потому, дав знак страже, ретировался с ней по своим постам. Было страшно представить, что же Сонхва задумал. Неужто ли попытается заговорить с чудовищем? Но какая разница ему, командиру, старшему стражу. Даже если его король будет разговаривать с этим существом, ему не должно быть до этого дела. Это дела короля и только его. Сонхва же внимательно смотрел на Юю, который, успокаиваясь, начал постепенно меняться: дракон уменьшился, вернулся к своему состоянию, к которому привык быть в заточении. Чешуйки Юю теперь играли на солнце, слегка блестели, становясь ярко-красными. Юю наблюдал и за Сонхва, стараясь уловить его настроение. — Почему он вырвался? — спросил Сонхва, всё ещё глядя на Юю. Тот взирал в ответ. Они играли в какие-то понятные только им гляделки, будто это был их способ общения. Сонхва имел в своей крови частицы магии, но использовал её крайне редко. Да и такой способности, как разговаривать с животными, у него не было. Так что даже магия ему не поможет понять дракона. — Не знаю, — ответил Хонджун. — Я вообще следил за Амели по твоему поручению. Она всё ещё спит крепким сном. Верховный напоил её отваром каким-то. Ей даже стало несколько лучше, Сонхва. Появился лёгкий румянец, — хмыкнул Хонджун. Сонхва обернулся к нему лицом. Амели становилось лучше, что уже радовало. Значит, что она жива и почти что здорова. Пак кивнул, вновь повернувшись к дракону. — Чего ты разбушевался? — спросил Сонхва. Дракон резко выдохнул, отчего из ноздрей повалил пар. Юю бы и рад ответить ему, да вот только понять его могла только Амели или тот же Верховный Маг, который сейчас явно был занят другим важным делом. — Р-р, — прорычал Юю. Сонхва не знал, как можно было расценить этот звук, однако решил действовать по-другому. — Изменение в твоём поведении вызвано связью с Амели? — спросил Сонхва через пару минут. Хонджун тоже думал над тем, как бы добраться до истины, но Пак его опередил. И Ким понял, как его король и лучший друг собирается это сделать. Юю удивился, это было видно по его глазам. Но дракон кивнул, соглашаясь. — Значит, её состояние сказывается и на тебе? — спросил Сонхва, поняв, как ему действовать. Юю один раз качнул головой, а другой раз кивнул. Означало ли это, что всё не так однозначно? — Может, нам спросить у Верховного? — уточнил Хонджун с сомнением. — Мы всё равно не сможем понять его. — Ты прав, но Маг нам тоже не скажет всей истины, — закатив глаза, ответил Сонхва. Нет, Магу он доверял, ведь тот действительно помогал всем, чем мог. Но эта частичка недоверия, которая поселилась в Сонхва ещё с первой встречи с этим мужчиной, не давала покоя. Верховный не всегда был честен, скрывал какие-то подробности, не говорил до конца. Но Пак понимал, что так его пытались либо уберечь от ненужных переживаний, либо ему просто не нужно было знать о некоторых вещах. — Амели бы нам помогла, — грустно хмыкнул Хонджун. Но тут Сонхва что-то вспомнил. — Вы ведь связаны, — обратился он к Юю. — Ты можешь сказать, что с ней?.. — Сказать? — тихо усмехнулся Хонджун, приподняв брови в иронии. Но Сонхва не обращал на него внимания. — Ты же можешь сказать, где она находится? Она просто спит? С ней всё в порядке? — начал осыпать вопросами Пак. Юю поднял свою лапу и оттопырил один палец. Последовал кивок. Затем дракон приподнял ещё один палец, кивнул и мотнул головой, и когда показал третий — кивнул. Сонхва понял его «шифр». Да, Верховный говорил, что с Амели него страшного не происходит, что она просто борется со своей же магической силой, но всё же услышать, а точнее увидеть, от того, кто непосредственно связан с его супругой, было более убедительно. Сонхва и Хонджун обернулись, когда позади послышались торопливые шаги. — Мой король! — воскликнула Джиюн. На её лице играла счастливая улыбка облегчения, на глазах стояли слёзы. Она запыхалась, отчего говорила с запинками. — Королева... Она... Она... Хонджун подошёл к ней и положил руку на плечо, пытаясь успокоить девушку. Джиюн чуть отдышалась, пытаясь совладать с эмоциями. Она посмотрела на Кима, а после на Сонхва. — Она очнулась, мой король, — ответила она более спокойно, но не переставая волноваться. Слёзы побежали по её щекам от счастья, что с её госпожой всё в порядке. Джиюн переживала за неё не меньше короля. И от счастья она даже обняла Хонджуна, который опешил от такой реакции. Он стоял так некоторое время, осмысляя произошедшее, а после обнял в ответ, успокаивая служанку. Но Сонхва этого уже не видел. Он поверить не мог услышанным словам. Потому сорвался с места, как только услышал, что Амели стало лучше. Он бежал по коридору к её покоям, а когда добрался, то настежь открыл дверь, врываясь в комнату. Сонхва застыл, пытаясь отдышаться. Над Амели стоял не кто иной, как Кан Ёсан. В его руке находился какой-то бутылёк. Но на удивление король Дюн был спокоен, даже несколько грустным. Амели же лежала всё также с закрытыми глазами, но она просто спала. — Что ты здесь делаешь? — Сонхва закрыл дверь за собой, чтобы не привлечь внимания стражи. Вообще удивительно, как они не заметили чужака в покоях у королевы. Пак смотрел на Кана с ненавистью и настороженностью. — Пришёл проведать юную королеву, — ответил Ёсан. Его голос был обманчиво спокойным, а сам он стоял расслабленно. Сонхва стал медленно подходить к кровати. — Не волнуйся, я никому не причиню вред. только хотел помочь нашей дорогой Амели. — Как ты вообще посмел заявиться сюда после того, как пытался её убить? — спросил Сонхва. Он сузил глаза, со злостью наблюдая за Ёсаном. — Хотел, но не убил, — просто ответил Ёсан. — Я мог, но не сделал. Что-то меня остановило. Знаешь, поначалу я был рад знать, что ты страдаешь, что твоя милая Амели лежит тут в отключке. И даже Верховный не мог ей помочь, какая ирония. Из-за него, по сути, она упала в это состояние. Он же пытался ей помочь. Но он выбрал медленный путь. — Медленный путь? — переспросил Сонхва. — Я действительно пришёл помочь, — вздохнул Ёсан. У меня было время осмыслить всё, я понял, что не хочу, чтобы такой дар, как у неё пропал. Магия её рода должна жить. — Противоречишь... — Я знаю, — парировал Кан. — Но такова моя суть, не так ли? Я влил ей зелье своих знахарей. Знаю, что юная королева Синих Роз пытается справиться с могучей силой своих предков. — Служанка сказала, что Амели очнулась, — заметил Сонхва. — О, да, она очнулась, — кивнул Ёсан, хмыкнув. — Я влил зелье, пока все были заняты драконом. Сонхва удивился, но тут же усмехнулся. Всё это был план его давнего врага, что был другом. — А сейчас в тебе проснулось благородство, — вздохнул Сонхва. — Не серчай на меня, друг, — усмехнулся Кан. Он повернул взор на Сонхва. — Я не со зла. И да, кстати, с Красной Долиной я тоже тебе помогу. Это будет последняя моя помощь. — С чего такая щедрость? Да и как ты собираешься это сделать? — спрашивал Сонхва. — Допустим, я изменился, — Ёсан хмыкнул. — А то, как я собираюсь решить проблему, не так важно. Ёсан последний раз взглянул на спящую Амели. — Желаю вам благополучия, Сонхва. Береги её. Ёсан щёлкнул пальцами и растворился в воздухе. Сонхва не сразу даже понял, что произошло. А после присел на край кровати рядом с Амели и взял её за руку. Она чуть дёрнулась, но продолжала спать. Сонхва мог видеть, как её кожа стала более здоровой, не такой бледной, как была. Значит ли это, что Ёсан действительно помог или же это действовали отвары Верховного? Гадать не хотелось, ведь для Сонхва было важно другое — его Амели скоро вновь заговорит своим звонким голосом, вновь засмеётся, вновь обнимет его, а он — поцелует и больше никогда не отпустит.