Часть вторая: ведьма и Пан. Глава 10. Наставник

Костя с улыбкой дождался, пока дверь за Ванечкой закроется, а потом резко развернулся к Ирине. – Ты хоть понимаешь, что делаешь, сестренка? Сестренка? Ведьмочка недоверчиво смотрит в глаза кумиру: – Что не так? – Все не так. У тебя столько силы, что ты не думаешь о своей защите. Прежде чем лезть напролом, не думая, научись защищаться, это сейчас для тебя самое важное. Хочешь, я буду твоим наставником, пока ты не найдешь себе учителя? – вдруг предложил Кот, однозначно поняв выражение легкого недоумения на лице собеседницы. Ирина не поняла тогда всех нюансов предлагаемого. Зато поняла главное: Пан, ее обожаемый кумир, предлагает свою помощь в овладении магией… Ну, не прелесть ли? – Я… Очень хочу этого… – тихонько прошептала она. Мужчина тяжело вздохнул: «Хочешь этого – вместе со мной? Ну, хорошо, опять же, в виде исключения…» Пан подошел к девушке, осторожно взял за плечи, притянул к себе и поцеловал в лоб. – Это защитит тебя в первое время. А потом я научу тебя защищаться от всего и от всех! Ирина прижалась к Пану, так, что он слышал быстрое биение ее сердца. В каком бешеном ритме она живет! Впрочем… Пан вздохнул. Она такая молоденькая, его сестренка. К двадцати пяти годам она будет в пике силы, и, знаний. Но у них есть еще несколько лет до этого срока. Ожидание красивых жестов и романтики всегда вгоняли Пана в тоску. Особенно когда это касается отношений с женщинами. Пан таков, каков он есть, и никогда не будет другим. Он не может дать любой женщине больше, чем… Глаза Кости стали какими-то неземными, искристыми и нежными. Он отстранил от себя девушку: – Не хочешь со мной поужинать сегодня? – А потом позавтракать? – поинтересовалась ведьма насмешливо… Пан кивнул, не смущаясь: – Если на то будет твое желание, – пожалуйста. Ведьма вздохнула: – Желание есть… Еще какое. Но… Нельзя мне. Я пытаюсь быть верной женщиной. – Давно? – поинтересовался Пан. Девушка пожала плечами: – Пока полгода… – Ничего себе пост! – присвистнул Пан. – Соглашайся, ты не пожалеешь. А твоему… м-м-м… мужчине мы ничего не скажем. – Пан сам не понимал, почему он настаивает, если дама против. Может, не хочет дать им обоим упустить даже малейший шанс на сближение? Ведьма вздохнула и призналась едва ли не со слезами на глазах: – Я… Еще девственница. Теперь пришла пора вздыхать Пану. Вот и все, последний шанс канул в небытие: – Тогда не надо. Как бы я не был терпелив и нежен, но психологическую обработку так быстро я провести не смогу. Отложим до следующего раза! – у Пана сложилось стойкое впечатление, что они с сестренкой не раз еще встретятся. И это произойдет еще до того, как ей исполнится двадцать пять лет. Столько он подождет. Ведьма осторожно заглянула в глаза Пана: – Ты не обижен на меня? Тот откровенно расхохотался: – За что, милая? Запомни раз и навсегда: дама не обязана говорить «да», когда ей делают подобное предложение, если ей этого не хочется. Кто бы это ни был, понимаешь? – Понимаю. – кивнула ведьма. Наверное, ее запутало, что это Пан, кумир и ее тайная мечта. Потом, когда это будет безопасно, ведьма будет рыдать и выть от желания… А пока… Пока она сумела удержаться на краю падения. Еще не время. Может быть… Как-нибудь потом. Когда ведьме будет уже не устоять… Нет, не сейчас! И тут в гримерную врывается Маршал. Он нежно обводит взглядом представленную ему картину и обращается к Пану, слегка наигранно и насмешливо: – На пару минут, коллега! Тот кивает ведьме, извиняясь, и выходит. Ведьма устраивается на стуле. Ну, в чем дело? Уже сказаны все слова, можно идти домой. Чем дольше она находится рядом с Паном, тем труднее ей отсюда уйти. Но бежать? Нехорошо. Нужно дождаться кумира и попрощаться. Дождалась. Пан возвращается обратно, черен ликом, как туча. Подходит к ведьме, опускается на корточки у ее ног, берет ее ладошки в свои холодные (прямо-таки ледяные) руки, а лицо у него – воплощенная Христова скорбь. – Эх, ну, как ты могла?! В дверь заглядывает улыбающийся Маршал. Он, видно, крайне доволен произведенным эффектом. Ведьма вздохнула. А ведь Маршал не со зла это Пану рассказал. Просто так… Чтобы все по-честному было. Она сжала ледяные руки Пана в своих ладонях, стараясь согреть, и послала в ладони энергетический поток. Ох, и что теперь Костя с ней сделает? – Я… Не хотела… Так уж получилось, понимаешь… Коллективное сумасшествие. – руки Пана, кажется, потеплели. Он улыбнулся ведьме своей совершенно непередаваемой улыбкой: – Кажется, понимаю! – он выдернул одну руку из ладоней ведьмы и осторожно погладил ее по щеке. Потом поднялся на ноги, обернулся к Маршалу: – Закрой дверь! – Но ты обещал… – запротестовал было Маршал. Пан ухмыльнулся: – Мое обещание в силе, не бойся. Закрой дверь! – Ладно. – передернул плечами Маршал и исчез с поля зрения. Пан навис над ведьмой, поднял ее со стула, обнял за талию. Девушка не пыталась вырваться, лишь в глазах ее паника сменилась вожделением, и снова – паника… Неплохо девушка собой владеет… – Хочешь меня? – Хочу. Но не сейчас. – ведьма подумала, что если Пан вдруг сейчас начнет настаивать, то никуда она от него не денется. Он наклонился и поцеловал ведьму. Это был жесткий и агрессивный поцелуй, но было в нем что-то, что невозможно забыть никогда. – Это чтобы ты меня всегда помнила… Всех со мной сравнивала. А когда придет время – мы увидимся… И все остальное. – Пан легкими движениями таза изобразил это «все остальное» и ведьма покраснела. – Договорились. А ты что, очень на меня сердишься, да? Лицо Пана потемнело: – Меня еще никогда так не оскорбляли… Тебя я прощу, потому что мы с тобой еще через многое пройдем вместе. А его – никогда. Ему я отомщу! – Почему? – За любое унижение нужно расплачиваться. Всегда! – отрезал Костя. Ведьма пожала плечами: – Кто я такая, чтобы отговаривать тебя от мести? Пан ответил совершенно серьезно: – Моя сестра. Давай, что ли, обменяемся адресами и телефонами, чтобы не потерять друг друга… И пойдем, нас уже ждут, останешься ведь на пресс-конференцию? – Пойдем. Конечно, останусь. – Ирина быстро записала в блокноте продиктованные Константином адрес и телефон (по-хорошему, она могла бы их и от троюродного брата узнать, и ведь даже в самых смелых мечтах не могла бы девушка предположить, что сам Панфилов захочет поддерживать с ней связь и чему-то ее учить). В коридоре, проходя мимо бас-гитариста, Ира посмотрела на Маршала глазами раненой лани: – Зачем ты рассказал?! – Зато теперь все честно. – ответил Маршал тоном поборника справедливости.