Сезон 2. Серия 11. Страшная правда.
29 июля 2024, 19:31 Слышать милования голубков было просто до тошноты противно. Бэк пробил дыру в крыше, и, увидев на крыльце Ён и Сехуна, рванул в тёмный лес подальше от волн приторной любви.
Парень скинул сообщение. Стоя на ветру возле лежавших в снегу вагонов скоростного поезда, он оценил работу тёмного конгломерата: «Что-то до ужаса долго они возятся со сферой Чонина. Не мог же он поставить хитроумный замок на неё?! — буквально через пару минут, не поворачиваясь, он спросил. — Чего так долго?»
— А ты чего наглеешь, мелкий? Для тебя есть работа.
— Кому из вас нужна редкая душа? — Бэк усмехнулся и, предвкушая интересную охоту, облизнулся.
Где-то на задворках сознания одинокий голос повторял: «С тобой что-то не так. Разве ты не чувствуешь? — а Бэкхён отвечал ему. — Всё так. Я не обязан всю жизнь быть для них батарейкой. Я всегда помогал. А что они сделали в ответ»?
— Ты что-то сказал? — Чанмин не слышал отчётливо слов Бэка, только несвойственное этому типу ворчание.
— Сказал, что ты очень медленный, — он уклонился от одной из чёрных стрел, пущенных Богом разрушения. — Ещё и косой. Покеда. Доберусь обратно сам.
Но внутренний голос не унимался: «Ты ведь всё ещё связан с ними. Ты часть стаи. — Бэк очутился возле храма, где дорожки покрылись мелким снежком, потому что больше некому было ходить по ним. — Это как раз мне на руку», — а затем набрал номер местного отделения полиции.
Бэку на Хоккайдо было холодно. Несмотря на то, что Итык снабдил их тёплыми вещами в дорогу, дал хороший такой пуховик, Щенок хотел скорее всё закончить и вернуться. Кто-то из донгов обмолвился, что этот храм и есть священное место для Минсока. Бэк немного иначе представлял любимый курорт Старшего: «И где его кошечки? Наврал всё, — впрочем, сейчас ему было всё равно. — Так. Устроим сладкую жизнь Минсок-хену»! — усмехнулся парень.
Мистер Бён успел насладиться жутким зрелищем, которое в небольшом храме и на прилегающей территории спа-комплекса устроили донги: «Взрослые мужики, а ведут себя как дети в песочнице»! — Бэк покачал головой и кинул снежок в оторванные ворота, чтобы сбить шатающуюся на одной петле створку.
Он сидел на бревне, оставшемся от красных ворот торий и пил пиво, когда услышал шуршание шин. Смяв с упоением банку, парень поднялся, попутно разминая затёкшие мышцы. А внутри уже всё трепетало от предвкушения сладкой мести.
На повороте остановилось такси. Минсок вылетел пулей. «А где Ян? Он что потерял ее по дороге?!» — Бэк решил, что прежде чем вывести хена из строя, неплохо было бы его допросить.
***
Умини —хен звонил в гостиницу, но никто не брал трубку. Рядом на парковке не было ни одной машины. И это в разгар сезона! Парень беспокоился. Он был очень привязан к этому тихому месту, где всегда находил покой и умиротворение. По ступеням поднялся быстро. Если бы его сила всё ещё была ему подвластна, он бы избавился от сугробов. А теперь пришлось погружаться в снег почти по колено. Все выглядело слишком подозрительно. Никаких огней над гостиницей. Машина хозяина стояла во дворе, укутанная снегом. «Эй. Есть кто-нибудь»?! — но ответом служила лишь звенящая тишина. Минсок несколько раз постучал в каждую из дверей — ни звука. Ещё там, внизу, возле широкой храмовой лестницы, он ощутил запах крови. Человеческой крови. И теперь он уже не мог успокоить себя тем, что кто-то из гостей порезался или хозяйка решила приготовить курицу. Наконец, парень решился и выбил дверь, ударив ногой по замку. Внутри гостиницы царил хаос. На полу валялись куски разбитого фарфора, усыпанные деревянными обломками чайных столов, черепками сервизов. Один из тяжёлых стеллажей закрыл вход в центральный зал. Старший с трудом приподнял его и отодвинул. Только оставшаяся после недавнего полнолуния сила волка могла помочь разгрести завалы. Белые кеды коснулись половиц, залитых красным тягучим сиропом, мелкие пятнышки забрызгали подошву. Глаза Минсока приобрели зеленоватый оттенок. От запаха крови в голове всё помутилось. Труп хозяина гостиницы лежал на каменной плите, которая всегда была скрыта в полу. Впервые за весь этот длинный день Минсок с облегчением подумал: «Как хорошо, что Яндэ сейчас не со мной». Инстинкты говорили — беги, но человеческий разум не поддавался. Парень хотел узнать: кто и зачем расправился так жестоко с его знакомым, найти следы и убийцу. За спиной скрипнула оставшаяся часть разбитой двери. «Кто здесь»? — Минсок обернулся, но никого не увидел. Медленно, шаг за шагом, переступая через осколки фарфора, парень возвращался ко входу. Он чувствовал присутствие кого-то из своих. Уникальный, присущий только ему запах. «За стойкой регистрации? Но почему? — времени предаваться размышлениям не было. — Бэкхён? Бэкхён! — молчание. — Вылезай. Что ты тут делаешь»? — Хён, — Минсок мгновенно обернулся на его голос и тут же оказался прижатым к полу. Капли крови попали на осколки, хрустнувшие под тяжестью двух тел. Сюмин не сразу понял, что произошло. После удара в глазах двоилось. — Хён, ты такой неосторожный. — А ты такой внезапный, — ответил ему кот. — Ты что творишь? Слезь с меня! — Мне кажется, я ударил слишком слабо, — Минсок лишь успел повернуть голову. — Бэк! Какого чёрта?! — Старший наконец мог ясно видеть перед собой летящий кулак. Они сцепились на полу, и оба уже были перепачканы чужой кровью. Снежный барс никогда не задумывался над тем, может ли он быть сильнее волка. И только лишившись своих способностей, понял, что забыл о том, что он не только волшебник, но и человек. — Хён, — Сюмину показалось, что этот Щенок злорадствует, — ты помутился рассудком после убийства. — Какого убийства? Я его не убивал! — Конечно, суд примет во внимание твоё состояние аффекта. Наверное, — и теперь он уже откровенно смеялся. — Бэк, прекрати! Это ты сошёл с ума! — А если и сошёл? — противник прижал руки хёна к полу, навис над жертвой точно коршун. — Никому ведь нет до этого дела, — казалось бы, он ослабил хватку. Минсоку удалось скинуть его. Старший мгновенно поднялся и попытался убежать обратно в зал, но хитрый волк поставил ему подножку. Мин полетел на пол и теперь ударился носом. «Я же говорил, что ты неуклюжий. Даже неинтересно, — Бэк снова уместился на хёне и теперь скручивал его руки верёвкой. — Полежишь так до приезда полиции. Кстати, пока ты ещё в сознании. Скажи-ка мне, — внутри у Минсока всё похолодело, когда он увидел нож, пронёсшийся рядом с его щекой и вонзившийся в пол, — где Яндэ»? Сюмин узнал кухонный нож, которым вчера утром нарезал колбаску. Сейчас с же с блестящего лезвия стекала кровь. Полиция его волновала меньше всего. Тонсэн действительно был не в себе. А что послужило триггером — несложно догадаться. — Думаешь, я скажу тебе? — Скажешь. Если отрезать парочку пальцев — скажешь. — Ты точно псих! Помогите! — закричал он на всех известных языках. Тонкий слух Минсока уловил лай собак. Конечно, он никогда не думал, что может оказаться в такой ситуации. Тем более, что будет изувечен руками любимого младшего братишки. «Тебе сегодня просто повезло», — бросил Бэк на прощание. Он тоже почуял приближение чужаков, потому поспешил ретироваться, дабы полиция его не увидела. Мин перекатился несколько раз, чтобы добраться до выхода. Одна опасность миновала, но впереди его ждала не менее неприятная встреча, которую так заботливо спланировал тонсэн. Если бы только у Сюмина были его силы, он смог бы разорвать не только верёвку, но и сбежать в любой момент, слившись со снежным вихрем. Он понимал, что если останется в доме, то что бы он ни говорил, полиция обвинит его в убийстве. Ведь он знал Хозяина, бывал часто в этом отеле. А ещё нож с отпечатками пальцев, следы, отодвинутый шкаф — улик хватало. «Нужно бежать! Нужно подняться и бежать. Я ещё могу успеть»! Мин привалился к косяку и стал, словно гусеничка, подтягиваться. Ноги, оказавшиеся в луже крови, скользили; пальцы цеплялись за деревянный столб; тело поднималось на несколько сантиметров и снова падало. «Проклятие»! — барс был бы рад сейчас жуткой снежной буре, которая бы скрыла гостиницу. Полицейским бы пришлось добираться сюда в разы дольше. «Сюмин! — он думал, что ему показалось. После пережитого кошмара её голос стал чужим. Да и откуда здесь взяться Яндэ?! — Минсок»! — она вбежала в комнату и чуть не растянулась на размазанной луже крови. Ухватившись за косяк, она удержалась на ногах. В той же кожаной куртке, с растрёпанными волосами, прилипшими к подбородку. — Подними меня. — Да! — она схватила парня за куртку и потянула вверх. — Твои руки… — Нет времени. Бежим, — одна из калиток вела в лес, нужно было добраться до неё как можно быстрее. В остальных комнатах мебель и утварь тоже пострадали, будто бы землетрясение или ураган сносили всё на своём пути. Парень и девушка неслись в дальнюю часть дома. Даже Яндэ теперь слышала крики японцев и лай грозных собак. Руки дрожали, потому не с первого раза удалось разблокировать замок. Холодный ветер тут же накинулся на беглецов, оказавшихся в саду камней. Ян приметила один большой булыжник, который мог закрыть их обоих, и потянула туда друга. «Ты ранен»! — шептала она, пытаясь платком стереть кровь. В тот момент преследователи отошли на второй план, как и вопрос: откуда она здесь. Минсок почувствовал облегчение. Но тут же накатила новая волна вины. Он, взрослый мужчина, бросил девушку в беде. Сюмин прекрасно знал, что она находится под защитой иных сил и потому не стал паниковать и искать её в аэропорту. А сел в самолёт и прилетел в Японию. Это было жестоко. Яндэ — не чужой для него человек. И потому видеть искреннее беспокойство в её глазах, чувствовать биение её сердца — словно забивать гвозди в своё собственное. — Прости меня, — ответил Мин, если бы руки его были свободны, он бы стёр набегающие слезы с её порозовевших щёчек. — Мини-хён! — но обняла его она, к тому же так крепко. Он впервые чувствовал, как его пронзил электрический заряд. Ещё никогда её объятия не приносили ему такую муки и одновременно блаженство. Каждая клеточка тела наполнялась энергией. Вновь он чувствовал, что готов заморозить весь мир, превратить его в литой хрустальный шар. «Я надеюсь этого хватит, — голос её приобрёл радостные нотки, постепенно девушка отстранялась. — Беги туда, где можешь найти защиту». Мин хотел ей ответить, но понял, что уже не сможет. Из горла вырвался только глухой стон. Тугая верёвка спала с лап и оказалась на снегу. Теперь не человек, а прекрасный серый барс сидел рядом с девушкой. «Ещё увидимся», — она погладила его большую морду, стёрла капельки воды с тёмного носа и нежно улыбнулась на прощание. *** Наступила ночь, а Бэкхён так и не вернулся. Парни потихоньку просыпались. Пока Ён готовила ужин, Сехун успел немного вздремнуть. — Еда готова? — жалобно спросил он. — Конечно! — Ён вынесла в маленькую комнатку, которую они использовали как столовую, керосиновую лампу и осветила парням путь. — Правда, уже слиплись макароны. — Пофигу, — Смуглянка посмотрела на Кая с таким подозрением, потому не слышала от него никогда таких слов. Ели молча, свет лампы едва освещал пространство. «Надо попросить хотя бы свечей завтра у хёна, — подумал Сехун. — А как мне теперь оставить их одних? Чёртов Бэк! Загулял в самый неподходящий момент». Позже они легли на кровать втроём, прижавшись друг к другу. Макнэ пришлось куда подальше засунуть свою ревность, ведь он понимал, что Чонину нужно получить хоть немного энергии от Ёнхейя. Все вымотались, времени беспокойно ворочаться не было. Старший хён не вернулся и на утро. Звонить было бесполезно. Сехун про себя выложил на него пару десятков обвинений в самых разных грехах. Ён тоже беспокоилась, она боялась, что пока он один, то кто-то из донгов нападёт на него. Чонин в углу шуршал курткой: — Что-то потерял? — спросила девушка. — Нет, — он задумался, видимо, вспоминая всё ли на месте. — Просто кое о чём забыл, — он свернул одежду так, чтобы скрыть подарок, спрятанный внутри. Они не забыли про день рождение Ёнхейя. Если бы мир не рухнул в одночасье, сегодня они бы устроили грандиозную вечеринку. Чонин знал, где лежат пожарки, потому пока Сехун спасал Ён, они с Чондэ бросились их собирать. Жаль было только большого медведя, который не поместился в руках. Они едва успели выпрыгнуть из дома. Игрушка же догорала теперь где-то возле обломков мебели. Стая разделилась. Теперь никто из парней не мог выразить ей свои чувства. Но Кай знал, что подарки были важней его лица или руки, и нисколько не сожалел. Оставалось только торжественно их вручить. Сехун, зная о скрытых сокровищах, поманил Смуглянку на кухню: «Знаешь, я тут сказать тебе хотел. По поводу вчерашнего…», — снова им помешал какой-то грохот, будто кто-то потревожил многострадальные перила. Парочка бросилась на выход. Оба подумали, что что-то случилось с Бэком или Каем. Но Нини тоже выбежал на улицу. Ругая всё на свете, в ближайшем сугробе барахталась подозрительно знакомая фигура, которая к тому же где-то шапку посеяла. «Не мог меня закинуть в нормальное место»? Затем пампушка поднялась, отряхнула чёрные брюки, недавно подаренные Ифанем. Она первый раз выгуливала их, когда собиралась в аэропорт. Наконец, девушка взглянула на растерянных аборигенов. И радостно выпалила: «Аппа»! Запнувшись о несколько снежных комков, Белянка подбежала, чтобы со всей силой обнять тощенькое тельце макнэ. Много раз её интересовал вопрос: сколько Сехунов поместится у неё в руках — оказалось, что только один. При этом довольно мягкий и пахнущий раменом. — Эй! — Ён завозмущалась, когда Яндэ стала тереться о её парня носом. — Ты на мне так метки ставишь? — спросил смущённый «молодой отец», но Кактуси только рассмеялась. — Что? Метки? На моём Сехуне? — Томатик не знала радоваться ей или отлеплять подругу от свой законной добычи. — Слышь, дамочка! Пойдём выйдем, — пусть это смотрелось как сцена ревности, на самом деле Ёнхейя едва сдерживала слёзы счастья. — Пойдём, — девушка отошла от волка, поправила на нём свитер, сдула несколько невидимых пылинок и, наконец, повернулась к подруге. — Заяц! — Смуглянка сделала вид, что надулась. — Ну Заяц! — Яндэ протянула руки, чтобы потискать такое знакомое пузишко, но вместо этого её саму сгребли в охапку. — Соскучилась? — спросила довольная Шам, покачивая большого зайчика. «Ты где была»? — Ён была на грани истерики, она обнимала подругу и не верила, что всё происходит на самом деле. И даже не осознавала, что всё было как в их настоящей жизни. Эта манера говорить и этот «заяц». — А меня? — Чонин наигранно надул губки, преследуя свои немного корыстные цели. — Мишка! — Ён пришлось уступить место другу, на мгновение Ян потеряла тепло подруги и почувствовала такой холод. — Тёплый Мишка-Нин! Наверное, впервые Яндэ обнимала Чонина так крепко и так ласково. Ему всегда казалось, что она держится на расстоянии, что только разговаривает с ним и избегает физического контакта. Теперь он понимал, что быть может причина была в том, что она с каждым прикосновением будто ударяла током. Хотя это не было неприятно, скорее бодрящее лёгкое покалывание. С Ёнхейя такого никогда не испытывал. Шампунь же поняла, что ничего зазорного не было в том, чтобы как и всех обнимать танцора. В отличие от её горделивых китайских друзей, он был куда проще. Он искренне смущался, улыбался. Иногда у него даже проявлялись такие, как у Исина, ямочки. И девушка никогда бы этого не увидела, если бы не приблизилась к нему. «Что ж мы стоим мёрзнем?! — к Ён вернулась решимость, наконец она готова была всё прояснить, в том числе и о потере памяти. — Заходим — заходим», — в ней проснулся Генерал и как раз вовремя. Ян что-то шепнула Каю и тот, наконец, расцепил объятия. Ощущалось лёгкое головокружение, но вместе с тем был и небывалый прилив сил. Чонин подумал, что сейчас готов свернуть горы. — Сехун, я сам схожу к хёну. — Ты уверен? — Я быстро, — и он исчез в небольшом вихре из снежинок. — Красиво, — Ян улыбнулась, поглядывая на руку Сехуна, которая то и дело тянулась к Ёнхейя. — Так. Не отвлекайся! — прикрикнула подруга, когда им удалось разместиться в «столовой». — Ты где была? Почему ты не с Минсоком? Откуда ты здесь? — Столько вопросов. Мам, я прям потерялась, — в глаза она не смотрела, на губах блуждала натянутая улыбка. Сехуна вдруг посетила не самая приятная мысль о том, что Яндэ может быть подделкой. Он никогда не видел, чтобы она раздавала энергию, а вот хёны были очень даже на это способны. По крайней мере, в этом он был уверен. А в Шампуни нет. Чем больше он об этом думал, тем больше фактов всплывало в его памяти. Тем яснее он понимал, что это была не та Яндэ, с которой они на той неделе сидели на кухне и обсуждали планы на вечеринку. Это была прежняя коварная дурашливая слегка высокомерная хозяйка комнаты с балконом. — И память к тебе вернулась, — волк решил высказаться прямо и тут же встретился с очень неприятным, прожигающим взглядом, от которого стало не по себе. — Мне правда неловко тебе говорить это, Сехун-и, — тон её голоса резко стал колючим холодным. — Но нам с Ён надо поговорить наедине. — Ёще чего! — решительно заявил макнэ и поднял небольшой сквозняк. Колыхнулась паутина под потолком. А сам он придвинулся к Смуглянке чуть ближе. Этот жест защиты не ускользнул от голубых глаз. И вызвал тонкую улыбку на губах, которую можно было принять за усмешку. — Сехун?! — Смуглянка с удивлением взглянула на своего избранника и хотела потребовать объяснений. — Я знаю, что вы пришли из другого мира. Так что выкладывай всё! — он думал, что этим фактом разрушит притворство, но просчитался. — А когда это успели стать такими смелыми? Страсти за столом накалялись. Ян и Хун сверлили друг друга взглядами. Ён очень хорошо знала это выражение лица, эти сомкнутые губы, готовые в любой момент раскрыться и обнажить клыки. И это было не о Сехуне. Её лучшая подруга была зла. Она не терпела, когда кто-то в её присутствии перетягивал одеяло на себя. А ещё она ненавидела пустое хвастовство. И если собеседник не отступал, то в ход могли пойти кулаки, стакан воды и ногти с зубами, а также мерзкие жестокие слова. Скандал был неминуем. Смуглянка решилась одёрнуть Шампунь. Всё-таки волки были для неё дороги и она очень часто сдерживала свои эмоции, чтобы не навредить им. — Впрочем, — подумав о чём-то своём, Ян смягчилась. — Сейчас с Минсоком всё в порядке. Я, правда, хотела уточнить, — снова обратив свой взор на макнэ, она уже не выглядела столь устрашающей, но разговаривала всё ещё неприятно, словно бы шипела. — Сехун, когда вы оборачиваетесь волками, то питаетесь тоже как волки? Оба посмотрели на девушку, как на восьмое чудо света. Ён просто не ожидала такого вопроса, а Сехун пытался припомнить, когда последний раз так надолго оставался оборотнем. — Ну…да, — очень неуверенно ответил он, вспоминая пойманную Минсок-хёном мышь. — Ну тогда точно не пропадёт. Думаю, на Хоккайдо есть чем поживиться. — Один? — решила уточнить Зайка. — Ну не знаю. Может, со своими кошечками. Надеюсь, что он всё же вернулся к своей семье. Я не знаю, сколько времени он сможет провести в облике кошки. Но лучше, чтобы никто не видел его человеком. Вкратце девушка рассказала о том, чем закончилась их встреча. Буквально в двух словах. Но по взволнованным лицам она поняла, что это межнациональный союз не устраивает. Однако твёрдо решила пока не упоминать Тао и заморочки с другими мирами — сама не разобралась. А уж о том, что она и сама попала из какого-то третьего мира сюда, лучше вообще забыть. — Это всё. Я не знаю, кто напал. Не знаю, что произошло дальше, — оба после этого затихли: переваривали внутри себя информацию. — Хён сильно ранен? — Я не думаю, что это так. Внешних повреждений я не заметила. Но я и не Исин. На крыльце послышались шаги — вернулся Чонин. Он принёс большую кучу пакетов. Яндэ представила, как Suju кидают ему вещи в догонку. Несколько пледов и подушек. Свечи и зажигалки. Бутилированная вода. Курица, готовая еда, рамен и коробочки с печеньем. «Самая нужная вещь, — хмыкнула девушка, глядя на содержимое мешка. — На сколько дней этого хватит? Или это на пару часов. Ах, да! Забыла самое главное, — и поспешила к Мишке. — Так. Встань ровно, — но Чонин предпочёл бы лечь куда-нибудь и поспать, путешествие до города его очень сильно утомило. — Всего минутку постой, — и когда, парень, выпрямился, Ян положила ему на сердце руку. — Не шевелись, — но это было трудно сделать после удара током, словно бы к нему приложили дефибриллятор. — Стой! — другой рукой она крепко схватила танцора за запястье. — Потерпи, пожалуйста», — стиснув зубы, парень наполнялся энергией. Ён и Хун молча смотрели. Девушка понимала, что Яндэ так передаёт энергию. Вопрос был в том, что это уже случилось второй раз за день. К тому же выглядело специфично. Но потом Зайка вспомнила возвращение из «другого мира». Тогда и она пыталась отдать энергию сразу двоим. И вообще пришлось столько «трупиков» воскрешать. И Ян тоже это делала. После нескольких минут Шам отошла от Чонина, потирая замёрзшие руки: — Как чувствуешь себя? — Как будто заново родился, — Чонин всё ещё тяжело дышал, ему нужно было привыкнуть к этой клокочущей, рвущейся наружу энергии. Сехуна подозрения не оставили. Всё же многие детали в её рассказе не сходились. Точнее все. Как она попала к ним? Как успела прийти на помощь хёну? — Почему ты исчезла из аэропорта? И почему потом рядом с Минсоком появилась? — его вопросы больше походили на допрос, он стал смелее, ведь теперь в доме было больше волков, — Ён только поджала губы, она и сама была бы рада узнать подробности. — А еще твоя память… — А что память? — Шам прищурила глаза и нахмурилась. — Способность Хека не исключает ее восстановление, — нагло соврала она и даже не переменилась в лице. Затем она посмотрела на Кая. Всем своим видом показывая, что он не должен этого слышать. Потому что хотела защитить уже развалившийся на части мир. Она хотела, чтобы нежный Мишка остался в неведении. И тем более, чтоб он не был свидетелем того, как она «разрывает» макнэ на ленточки. Ён считала этот взгляд. Она находилась сейчас меж двух огней. Как она могла разделить себя? Быть на стороне подруги и быть со своим волком. Потому молча она взмолилась, желая, чтобы Ян услышала её: «Ты же его не выгонишь? — но и услышать в ответ отрицание в её планы не входило. — Чонина, даже не думай идти спать». Ян поджала губы, подлизнула их и закусила, тем самым показывая, что ход подруги разбил её тактику. И теперь ей приходится менять план. — А я и не собирался! Мне хорошо, — он сел за стол так, чтобы оказаться между Сехуном и Яндэ. — Так что там насчет Хека? Как много ты смогла вспомнить? — Вспомнила ли? Может, это иллюзия Юнхо, — Сехун был настроен крайне враждебно и готовился дать отпор всем врагам. — Ха! — выдохнула девушка, закатывая глаза. Наконец, она поняла, к чему клонит этот комок шерсти. — Может, мне еще доказать, что я это я? — Докажи! — Да пошел ты! — Ян, конечно, всегда была груба, но она еще никогда с такой злостью не посылала ни одного из мемберов. В комнате позади с кровати слетела стопка одеял, волосы Сехуна заколыхались от создаваемого им ветра. Чонин придвинулся ближе к девушке и приготовился в любую секунду телепортировать её. В этом конфликте он считал, что должен быть на стороне меньшинства. Бэкхёна в доме не было, Ян некому было поддержать и защитить. — Почему ты исчезла из аэропорта? И почему потом рядом с Минсоком появилась? — если бы Хун мог метать молнии, он бы это сделал. — Яндэ, прекрати его провоцировать! — воскликнула Ёнхейя, остановить подругу было бы проще, как она считала. — Я что-то тебе должна? Я должна доказывать ТЕБЕ? — кричала Белянка, пытаясь унизить оппонента. — Может сказать, где у кого родинка находится? На Библии поклясться? Прочитать священное заклинание? Что? — Ты не видела нас всех голышом. Скажи, где находятся наши татуировки, — предложил Чонин, который был уверен, что ещё в Пусане девушка успела рассмотреть все анатомические особенности их тел. Так себе доказательство подлинности, если честно. Ёнхейя посмотрела на Сехуна, который ждал. Посмотрела на Чонина, которого это ничуть не смущало. И затем уже на подругу, что умудрилась посягнуть на невинность её щеночков. Впрочем, она лучше кого бы то ни было знала, где находятся чернильные картинки. Ведь не раз и не два они обсуждали это, прежде чем перенести на страницы истории. «Будете считать? — на лице Шампуни плясала торжествующая улыбка, а в глазах было снисхождение. Она тоже понимала, что доказательство аховое, но пока её устраивало. Можно немного передохнуть. — У Минсока татуировка на шее третий и четвёртый позвонки. У тебя, — она показала пальцем на Сехуна. — Должна быть на левой лопатке ближе к плечу, — в конце-концов в Пусане его не было. — У Пак Чана она тянется от левого локтя до запястья, опоясывая руку. У Кёнсу вдоль шеи прямо по сонной артерии. У Сухо справа между ключицей и плечом. У Ифаня на правом виске. У Лу на левой икре сразу под сгибом. У шифу на пояснице единорог красуется. У тебя, — она кивнула на Кая, — между лопатками. — У Чондэ на пятке, — она начала тараторить, — у Тао на запястье, — у Бэка на бедре пониже попы. Всё»! — она выдохнула воздух и стала осматривать стол в поисках стакана с чаем или водой. Всё, безусловно, было верно, вот только такая информация у донгов могла иметься. Это ещё нельзя было считать настоящим доказательством. Хотя девушка вела как в самом начале их знакомства, такая колючая, ещё неприрученная любовью Бэка. — Доволен? — Ян приняла пиалу из рук подруги и вылакала содержимое, а потом с вызовом посмотрел на мистера детектива. — Это ещё ничего не доказывает. — Ну, — её голос постепенно стал походить на расплавленный мёд, наполненный сарказмом. — Раз уж ты знаешь о том, что донги могут читать ваши мысли, то должен понимать, что они знают всё про вас. А про то, что знаем только я и Ён им неведомо. — Так и скажи чего-нибудь, — сквозь зубы прошипел волк, ударяя ладонями по столу, но Ян это явно не напугало. — Я же сказала. Это наши секреты, — она сделала акцент, и страсти всё больше стали накалятся. «Стоп! Хватит ругаться! Яндэ настоящая. И не надо никому ничего доказывать, — она не смотрела на любимого, но эти слова были обращены к нему. Затем глотнула больше воздуху и излила гнев на Шампунь. — А ты? Чего ты добиваешься? Мы не в другом мире. И этот Сехун — твой любимый «аппа»! И вместо того, чтобы тут ругаться…» Ён приподнялась, а потом снова опустилась на тонкую подушку. Она едва не заплакала. И тогда молниеносно Сехун положил свою руку на её правую ладонь. Одновременно с ним это сделала Яндэ, сжала левую лапку любимого Зайчика. — Яндэ, — Мишка явно был немного напуган произошедшим, он понял, что сейчас нужно действовать так, чтобы не поддаваться лишним эмоциям. — Расскажи нам всё, пожалуйста. Если ты этого не сделаешь, то мы не сможем помочь друг другу. — Кай-и, — вздохнула девушка, которая никак не хотела расстраивать пирожочка. Ян всё ещё сжимала руку подруги, ища в первую очередь у неё поддержки. Они хранили свои секреты так долго, они столько врали каждому в этом мире в глаза. Сейчас предстояло во всём признаться. Да. Теперь она уже не боялась их осуждающих взглядов. Она лишь волновалась о том, что Ён могла не захотеть рассказывать. Смуглянка в отличие от неё переживала за свою репутацию. Очень стыдилась некоторых идей и вещей, связанных с их прошлыми наполеоновскими планами. А ведь рассказанное сейчас могло заставить парней навсегда отвернуться от девушек. И поэтому Яндэ прежде хотела наедине со Смуглянкой поговорить. — Они знают, что мы из другого мира, — проговорила Ён. — Все знают. — Охохо, — посмеялась подруга. — Может они ещё и про фанфик знают? — решила она выложить сразу все карты на стол. — Не кричи на меня. — Я не кричу, — продолжала давить Шампуня. — Ты хочешь, чтобы я сказала им сейчас, что это мы с тобой заварили эту кашу? У Чонина из рук выпал телефон, Сехун, услышав такое заявление, покачнулся и едва не упал. Но, опомнившись, он вскочил, чтобы прижать к себе Ёнхейя. И она прильнула к нему, инстинктивно ища защиты. Яндэ сидела, опираясь на согнутую в колене ногу и выглядела расслабленной и уверенной. Но это была лишь игра. Повисла пауза. Противники вновь сверлили друг друга взглядами. Яндэ хотелось сбежать. Она завидовала той паре, что была перед ней. Завидовала и понимала, что ей уже не обрести это счастье. Что из воздуха не появится Бэкхён и не решит её проблему, не вступится за неё, как на сходке стаи. Не окутает своим притягательным облаком и не укроет в их розово-ванильном мире. И от этой мысли к горлу начал подкатывать комок. Мир, тщательно выстраиваемый ею на протяжении столь долгого времени, рушился прямо сейчас. — Продолжай. Что ты подразумеваешь под «заварили эту кашу»? — глаза Сехуна горели ненавистью, он был готов вытрясти из Шампуни всю дурь, его останавливало только то, что Ёнхейя его за это никогда бы не простила. — Мне важно услышать, что знаешь ты, О Сехун. Почему-то мне кажется, что вы, ребята, тоже нам правды не говорили, — на стол легла ещё одна карта. — Бэк знал о фанфике, — она заметила как блеснули глаза Зайки. — Он меня спрашивал о том, что должно случиться. И как давно он это знал, я понятия не имею. Но он же мог и вам обо всём сказать, — а сама тут же мысленно ударила себя, ведь она хотела ему верить, хотела считать, что тайна останется только меж ними. Ёнхейя слушала этот диалог и чувствовала себя вдвойне обманутой. Они были подругами, они хранили общие секреты. Вот только Яндэ решила всю партию провернуть без неё: сама всё решила, сама стёрла себе память, кинула её. И теперь говорит, что знала о том, что парни были в курсе всего. — Яндэ. — Что? — девушка посмотрел на Чонина. — Хён нам ничего не говорил. Зря ты думаешь… — Я уже ничего не думаю! Тут и её прорвало. Приложив кулак ко рту, Шампуня пыталась проглотить слёзы, которые предательски выступили при упоминании имени Бэкхёна. Она снова провалилась. И снова оскорбила его чувства! На правах адекватного человека, Кай попытался сгладить ситуацию: — Мы догадывались, что он что-то не договаривает. Поверь, для него это было тяжким испытанием — хранить ваш секрет. Но сейчас нет смысла ничего таить. «Ты знаешь, — Ян обратилась к Ёнхейя, — что всё дело даже не в фанфике? Мы с тобой ничего не придумали. Мы просто попали в ловушку донгов. Всё, что мы считали своими фантазиями — было на самом деле информацией об этом мире. То что они волки, что обладают силами». Ён смогла найти силы, чтобы посмотреть в глаза подруге. Она отстранилась от Сехуна, размазала по лицу слёзы рукавом: — Что ты этим хочешь сказать? Мы всё это писали вместе! Писали до того как переместились. И вообще с чего ты взяла, что всё не так? — Мы не в мире фанфика, — Смуглянка не могла сосредоточиться, слова никак не связывались в предложения. — Мы в параллельном мире. Таком же как и тот, «другой мир» с капитаном Ли. Этот мир отражение нашей реальности, как и сотни других. — Господи, опять! Какие ещё параллельные? — вопрошала Ёнхейя, готовая в очередной раз к повести о наличии миллионов вселенных. — Хиро может копировать миры, — объясняя подруге ситуацию, она всё больше убеждалась в собственной вине. — Юно делает иллюзию реальностью. Они подкинули нам информацию о том мире, который бы хотели получить. Мире, в котором они всем управляют. И стоило нам поверить в то, что он есть где-то во Вселенной, всё стало реальным. Мы ничего не придумали, кроме своей причастности к этому. — Нет, — мотала головой кареглазая. — Она была создана нами от начала и до конца. Чонин, который и до этого относился скептически к рассказам о других мирах, пытался понять суть происходящего. Он не мог поверить в то, что его отношения с девушками — это лишь фанфик, придуманный ими для удовлетворения своих желаний. Всё было слишком реально. Слишком реально, чтобы даже быть иллюзией. — Тебя заставили в это верить, — вздыхала Ян. — Ты просто боишься принять тот факт, что всё идёт не так, как тебе хочется. Как было написано. — Неправда! Всё пошло не так ещё с ноября. Мы обе это прекрасно знаем. — Вовсе нет, — Белянка печально улыбнулась, ведь она-то пришла из более позднего времени. — Это звенья одной цепи. Ты помнишь ещё те задания от донгов? Они подумали, что если дадут нам в руки всё, что захотим, то мы никогда не разрушим эту иллюзию, что отдадим им все свои мечты и энергию. Они прикидывались нашими друзьями и покровителями. Дали нам фальшивые личности, деньги и возможности. А что в итоге? — в короткую паузу Смуглянка не успела даже обдумать ответ. — Они хотели убить нас ещё в доме A-Jax. Но посчитали, что энергии недостаточно. А перед новым годом окончательно убедились, что от нас лучше избавиться. Ведь им верить мы перестали. Ты же прекрасно знаешь, что это они стояли за историей с лабиринтом. Они хотели нас убить, чтобы больше никто и никогда не узнал об их истинной сущности. А теперь они готовы избавиться и от ребят. — Но если ты говоришь, что вы дали им эти возможности, — наконец, Сехун решил вступить в бой на равных. — Зачем убивать, если вы даёте им энергию? — Это, — Ян сделала глубокий выдох. — Не так, как ты себе представляешь. Не разовая акция, как тогда, после возвращения. Мы верили в то, что написанное нами — это правда. Будем считать, что оживили эту иллюзию. Но после ноября всё пошло наперекосяк. Это уже была не наша история. Каждый персонаж стал диктовать свои условия и жить своей жизнью. Бэкхён узнал о содержании фанфика и решил жить вопреки ему. Пришла Фэн. Ты ведь знаешь, что она блокирует силы. В том числе и силы донгов. А значит, иллюзия разрушится и всему придёт конец. Они перестали получать энергию. Мы поверили, что не они, а вы — центр Вселенной. Ёнхейя схватилась за голову. Боль разрывала нейронные связи на части, виски пульсировали и готовы были взорваться. В девушке клокотали страх, отчаяние. И всё это смешивалось с тошнотой. Так разрушалось заклинание Хёка. И к Смуглянке пусть и смутно стали возвращаться события того рождественского вечера. Приход бапов, опасные игры с пистолетом, похищение. А потом. Потом этот бесконечный кошмар. Яндэ тут же кинулась к ней. Стиснув подругу в объятиях, она шептала: «Всё хорошо. Тише. Я рядом. Я с тобой». Она называла её настоящим именем. Гладила по спине и умоляла всех богов сделать так, чтобы этот хаос в её душе исчез. Если она могла делиться энергией с волками или колдунами, так почему же не отдать её самому дорогому человеку. Каждым прикосновением она передавала частичку себя и снова шептала: «Мы справимся. Мы выберемся. Мы всё преодолеем». И, наверное, это сработало. Вулкан на время успокоил бурлящую лаву, стало даже немного легче дышать. Ён, ещё немного побыла в объятиях подруги, прежде чем тихо попросила уставшим голосом: «Отпусти меня, Яндэ». Белянка посмотрел на Ён щенячьими глазками. Она боялась, что так просто подруга её не простит и сейчас замкнётся в себе, и перестанет разговаривать. Поэтому она не отпускала её руку. — Надо всё им объяснить обстоятельно. Посмотри, — Ян пришлось оторвать взгляд от дорогого сердцу смуглого лица, — они в панике. Ты ведь не этого хотела. Я в порядке, — она насильно убрала пальцы, цепляющиеся за её кофту. — Хун, Нини, я понимаю, что для вас это как гром среди ясного неба. Но мышь в мешке не утаишь. Мы, — она посмотрела на Яндэ, улыбнулась одними губами, — наконец, можем вам всё рассказать. Длинным ли был тот рассказ? Сложно сказать. Может быть, это всего несколько предложений. А для Яндэ — это была почти вся жизнь. Смуглянка рассказывала подлинную историю, а Белянка всё больше погружалась в пучину отчаяния. Ведь в настоящий момент не донги выглядели как истинное зло — а она. Та, кто использовала бездумно силу, чтобы воплощать свои мечты в реальность. Не будь её глупых эгоистичных желаний — не было бы и проблем, не было той грусти в глазах Бэкхёна. Не было того крика в самый последний миг, когда он своим тёплым нежным светом разогнал тьму. И пусть — это были лишь обрывки воспоминаний, похожих на сон, принадлежащих другой Яндэ. Боль и грусть были самыми настоящими. — И всё же. Возвращаясь к тому, с чего мы начали. Яндэ. Это твоя сила перенесла тебя сюда и к Минсоку? — осторожно спросил Чонин. — Нет, — Ян смотрела на лучи заходящего солнца, отражающиеся от окна под потолком. — Это сила Тао. — Тао? — удивилась Ён, она была уверена, что Яндэ сама всё это устроила, ведь она же уже пыталась исчезнуть тогда из Пусана. — Он в безопасности? — Сехун, мрачный как осенняя туча, наконец, решил спокойно заговорить с этой жестокой женщиной. — В безопасности. Поэтому я не могу сказать вам, где он. Ситуация, в которой мы все оказались, практически патовая. Если ничего не предпринять, то силу потеряют все. А затем и жизнь. — Что ты ещё от нас скрываешь? По крыше застучали одинокие капли. Яндэ посмотрела на крыльцо, которое можно было видеть в щель неплотно запертой двери. В место того, чтобы сидеть на допросе, она предпочла бы сейчас искать обладателя сферы. Ей столько всего нужно было рассказать лидеру. А ещё попытаться узнать секрет скрытой силы. — Алло! — подруга щёлкнула пальцами у неё перед носом — Мён лишился своей силы, — с тяжким вздохом проговорила путешественница. — Юнхо украл её прямо на моих глазах. — Как? И ты ничего не сделала?! — вскричала Смуглянка. — Что я могла сделать? — сорвалась Яндэ. — Что? — слёзы катились из её глаз и падали на деревянный стол, покрытый трещинами. — Теперь у них в руках ещё и сила Ханя! И я волнуюсь за него. Они ведь могли… Чонин не смог терпеть дольше. Душевная организация Медведя не могла выдержать поток женских слёз. А уж если дело касалось стойкой Шампуни, для которой не было ничего невозможного, то и вовсе терялся. И даже сейчас он не понимал до конца, как Бэкхёну хватало сил поддерживать её, быть её щитом и самым тёплым облаком. Яндэ преодолела столько трудностей, чтобы добраться сюда, чтобы дать ему энергию. И он не мог не поделиться с ней в ответ. Потому прижал к себе и позволил слезам замочить его футболку под распахнутой курткой: «Нуна, — ласково позвал он, — нуна, не переживай. С Хань-гэ вс хорошо. Если бы что-то случилось, мы бы почувствовали это. Позже я разыщу его. Он будет переживать, если ты продолжишь лить по нему слёзы». Шампунь ещё раз всхлипнула, шмыгнула носом и попыталась вернуть утраченное душевное равновесие. Слова Чонина подействовали словно волшебное заклинание. «Снег, телекинез и вода. И это без учёта их собственных сил. Что мы сможем этому противопоставить»? — генерал Ён понимала, что сейчас ей стоит задвинуть собственные претензии куда подальше и состряпать план. Она повернулась к Сехуну, представила, как Сеул накрывают торнадо и пообещала себе сделать всё возможное, чтобы не допустить этого. Но мысли о том, что на самом деле она слишком слаба и неспособна противостоять никому из пятёрки, тут же начали грызть душу. — У меня остаётся мало времени, — Белянка отодвинулась от Чонина, чтобы поделиться своими мыслями. — Я так и не узнала, какими сведениями владеет наш «аппа», — Ян приготовилась к атаке, на этот раз от каждого слова зависела вся дальнейшая жизнь. — Совсем немногими, — коротко ответил тот. — Цену себе набиваешь? — бросила Ян, шмыгая носом, Ён протянула ей платочек. — Я, — Сехун проигнорировал её слова, — видел как-то, что вы называете «фанфик», рассыпалось в пыль в кабинете у донгов. — А что это ты там, интересно, делал? — Ёнхейя уже стало не по себе, её милый тихий волчонок постепенно превращался в незнакомца. — Я пришел по просьбе Бэкхёна. Он выглядел как куча ксерокопий. Я сперва не предал этому значение, но всё же мне стало любопытно. Это была история о древних богах. Из заметок на полях я понял, что речь шла о Цзайфэе. Уж не знаю человек он или бог. Я не силён в китайском. Ян насторожилась. Слишком уж странно было то, что в кабинете донгов имелись такие сведения. Бэкхён рассказывал, как выглядел «фанфик» который он прочитал. И то что видел Сехун, и его версия — оба отличались от оригинала. Хотя доподлинно неизвестно, из какого мира донги украли рукопись: — И что ещё ты там прочитал? — Листы начали превращаться в пепел, я успел ухватить лишь несколько страниц. — Они всё ещё при тебе? Мы можем их прочитать? — Да, они есть у меня. Там слишком много традиционных иероглифов, но я думаю, у тебя получится прочитать, — ответил он Чонину. Это вселило в беглецов надежду. Жажда приключений проснулась в каждом. Им всем не терпелось взглянуть на таинственный документ. В этот самый момент Шампунь услышала голос Тао: «Ян, я не могу больше её задерживать». Белянка вспомнила о клепсидре и о том, что раздавала энергию направо и налево. Конечно чаша опустела, а жизнь её висела на волоске. Девушка тут же сунула руку в карман: — Ён! — она окрикнула подругу. — Лови. Это сфера Сухо. Передай её ему, когда увидишь! — А… — прямо на глазах у изумлённой троицы девушка растворилась в воздухе. — Я очень люблю вас. Несмотря ни на что, — её голос сохранился на мгновение в комнате, а затем не осталось даже и следа присутствия.***
«Что мне теперь с ней делать»? — вопрошала Смуглянка. Она сжимала в ладонях священную реликвию. Хотя ей казалось, будто у неё в руках вся жизнь лидера. — Кажется, теперь ты должна её защищать, — Чонин хотел попросить подержать её, но младший брат бесцеремонно его опередил. Сехун взял волшебный предмет в свои руки. Покрытая росписями сфера будто сверкала изнутри. На центральной диагонали проявлялся символ в виде капли. Парень хмыкнул. Он никогда не воспринимал всерьёз ту легенду про экзо-планету. Считал, что её придумал хён, чтобы скрыть их силы. Как, например, тот пожар, устроенный Чаном. А рисунки и татуировки — это всего лишь часть образа. Но оказалось, что всё не так. И реальность куда более безумная. Как только макнэ коснулся сферы, он ощутил неприятное покалывание, поэтому осмотр длился недолго и драгоценность вернулась к Зайке. — Постарайся не разбить, — съязвил Сехун напоследок, пристально глядя в глаза Смуглянке. — Хун? — Ён просто не ожидала столь резкой перемены в отношениях. — Пожалуйста, не буравь меня взглядом, — попросила она, пряча сферу в карман. — Хотя бы дай мне объяснить… — Что ты объяснишь? — высокомерно бросил макнэ. — Как придумала буквально всё, что было в нашей жизни? — Не всё. Это совершенно не так. Я… — оправдывалась Ён. — Сехун, успокойся! — теперь пришла очередь Чонина выступить и в качестве рыцаря Ёнхейя. — Может, это тоже часть сценария? — не унимался младший. — Скажи, хоть что-то было искренним? — Пообещай, что выслушаешь меня спокойно и до конца. Каю было ужасно неловко наблюдать эту сцену. Ему хотелось скрыться подальше с глаз. И тут же остаться, чтобы задать миллион вопросов. Ведь и его гордость тоже была задета. Он понимал, что в написанной истории получил роль «просто хорошего парня». По законам жанра он никогда не мог рассчитывать на большее. От этой мысли даже становилось немного смешно. Как будто бы он когда-то хотел стать главным героем, а на самом деле лишь второстепенный персонаж. Но это были глупые мысли. Мишка тут же в них убедился. Ведь его жизнь — это и есть его история. И в ней он главный герой, как ни крути. И это в его жизни появилась девушка, с которой он мог просто съесть на двоих шоколадку. Просто поржать над смешными картинками. Просто рассказать о своих мыслях. Да, наверное, она всё же отличалась от братьев-волков. Она не была скована законами стаи. И никогда ничего от него не требовала. «Хочу, чтобы ты вкусно поел, хорошо поспал и не получал травм», — вот и все её желания. Глядя на всё со стороны, Ин понимал, что список требований к Сехуну значительно выше. И вряд ли бы он сам смог им соответствовать. Впрочем равно как и другие хёны. Потому незаметно для парочки, выяснявшей отношения, он переместился в окружение далёких холодных гор. — Постарайтесь меня понять, — начала Ёнхейя, теребившая пальцы. — Это правда… Что мы… Мы это написали, мы хотели быть с вами. Но мы никогда не думали, что всё это станет реальностью, — говоря это, она сама себе не верила. — Яндэ же сказала, что не мы, а донги всё это воплотили в жизнь. — Ёнхейя, а стоит ли всё сваливать на других? — Сехун скрестил руки на груди и упёрся боком в один из столбов опоры. — Она сказала, что ваша история была удачно интегрирована в наш мир. — Я знаю, но это так… Я сама не могу до конца понять, что произошло, — умоляла Смуглянка. — Не всё идёт по сценарию! Мы написали историю только до ноября. Всё остальное — это вы настоящие. Каждое сказанное после слово и каждое событие. — Ты изначально прописала наши отношения? — задал макнэ интересующий его вопрос. — Да, — прошептала Ён после паузы, чувствуя, как подкашиваются ноги, а каждый удар сердца отдаётся в ушах. — Но я была искренней во всём, что когда-либо сделала или сказала тебе. Всем вам. Чонин раздобыл кое-какую информацию. Он надеялся, что буря, разразившаяся в маленьком ветхом домишке уже прошла, но оказался в самом эпицентре: «Но ведь всё могло пойти не так, как вы придумали»? — спросил он, пытаясь перетянуть внимание на себя. — Конечно! — ухватилась Зайчишка за ниточку. — Именно это и случилось с появлением Фэн. И даже раньше. — Ты навязала мне чувства к тебе, — Ёнхейя молчала, она не могла подобрать слов для ответа. — Нельзя играть чужими чувствами. — Я никогда не надеялась, что смогу быть рядом, — тихо пробормотала девушка, — но это случилось, — она шмыгнула носом, прежде чем продолжить. Пусть плакать и унижаться она не собиралась, но и гордо постоять за себя уже не могла. Её чувства сейчас просто втаптывались в грязь. Она не могла отмахнуться и сказать, что всё это было игрой, что маски сорваны. Ведь это были лучшие фрагменты её жизни. — Всё, что было с нами после Хэллоуина, я переживала по-настоящему. И я не вкладывала тебе в голову всё, что ты говорил и делал. Чонин всё ещё водил глазами из стороны в сторону, и Ён чувствовала на себе его взгляд. Ему хотелось бы увести разговор в другое русло, но в голове была каша. Сехун так же, как и он, пытался разобраться со своей. Осознание того, что он был марионеткой в чужих руках, неимоверно злило его и задевало собственное Я. Получается, то, что происходит сейчас — вина эти двух девиц. Ещё какие-то время назад он был готов легко смириться с тем, что Ёнхейя и Яндэ не принадлежат этому миру. А теперь, узнав наконец правду, он хотел бы вернуться в то время, когда слепо следовал сценарию. Он жаждал сейчас увидеть Бэкхёна и спросить его, глядя в глаза, смирился ли он с ролью марионетки. Ведь хитрый жук знал о фанфике и, быть может, даже намеренно послал его в тот день к донгам. — Мне надо обо всём подумать, — подытожил макнэ и развернулся, чтобы уйти из дому. — Хун, пожалуйста, прости меня! — но этот крик отчаяния, эта мольба лишь усилила его раздражение. — Я не хочу окончательно потерять всё, что мне дорого, особенно тебя. Сехун не хотел оборачиваться, он не хотел видеть её глаза. Сейчас он не мог наверняка сказать, что правда, а что прекрасно разыгранная роль: «Мы решим, что делать дальше, попозже, — макнэ был непоколебим. — Я иду колоть дрова». Смуглянка вздрогнула, когда услышала шаги Чонина. Он неловко улыбнулся ей и пошёл рыться в запасах, видно разыскивая что-то съедобное. А девушка так и осталась стоять в «столовой» в одиночестве. Перед глазами стоял их мир, который рушился, словно треснувшее стекло. Осколки падали один за другим, утягивая за собой новые кусочки. Грани осколков постепенно становились неясными, заволочённые пеленой слёз, подступившей к глазам Зайчика. «Может нельзя было позволять Яндэ лишаться памяти? Может, стоило выйти в ту тёмную дверь в лабиринте? Может, стоило отказать Сехуну в их сотый день или не соглашаться на его свидание? Или вообще не начинать всё это»? Теперь, когда в ушах звенело, всё это действительно казалось невероятной сказкой. Только Ён не видела даже проблеска счастливого конца. Пустота постепенно заполняла сердце. Она осталась в одиночестве. Больше не было шумной компании, не было друзей, не было любимого — ведь всё это она попросту выдумала. И мир этот стал таким холодным. Этот мир чужой. В нём нет семьи, нет привычных вещей. И даже подруги нет. Ёнхейя впервые захотелось закрыть глаза и оказаться дома. Яндэ почти смогла это сделать, когда была в Пусане. Смуглянка подумала, что её сильное желание тоже способно вернуть её домой. Впервые она гготова была отказаться от мечты и от всего, что было связано с фанфиком. В спальне она взяла куртку и выскочила на мороз. Он щипал щёки, пока девушка шла вдаль от дома, куда-то вперёд, запинаясь о торчащие из снега ветки. Хотелось быть смелой и оставаться спокойной, но на это уже не было сил. Ей хотелось кричать и плакать от обиды. Зацепившись за очередную корягу, она упала в сугроб и, чертыхаясь, выползла из него, усевшись на когда-то рухнувший ствол дерева. Обернувшись, она к сожалению осознала, что ушла не так и далеко, и её было прекрасно видно из окон. И никакого перемещения. «К чёрту всё»! — выругалась Зайка и в откинулась назад. Снег оказался совсем не мягким. Спина тут же отозвалась тупой болью. Над головой нависло серое угрюмое небо, которое с каждой минутой становилось всё темнее.***
Фигура в длинном чёрном пальто неловко пробиралась по оставленным глубоким следам. Не очень-то ему хотелось покидать относительно тёплый дом. Вот только дом этот становился холодней льда, покуда в нём не было Ёнхейя. Девушка поняла, что он остановился в метре от её головы, но не хотела никак реагировать. Тогда Чонин спросил: — Какой рамён ты хочешь съесть? — Не ври. Ты здесь не за этим, — буркнула Ён, когда Мишка уселся рядом и протянул ей руку. — Ладно. Не за этим, — признался Кай. — Я хотел сказать, чтобы ты не уходила далеко, это может быть опасно. К тому же у тебя сфера хёна. — Хорошо, не пойду, — бесцветным голосом ответила она. — Ён, — позвал Чонин, рассматривая профиль девушки. — Ты должна рассказать всё, что тебе известно, чтобы мы могли двигаться дальше. — Хорошо, — повторила она, копая ботинком снег. Чонин не знал, как прогнать чёрные тучи вокруг подруги: — Знаешь, — начал он неуверенно, — как бы там ни было написано, этих записей уже нет. Я хочу верить, что делал выбор сам. — Возможно, так и было, ведь я не могла управлять тобой здесь, — согласилась Зайка. — Но хочу сказать… — Чонин замялся, а потом сжал лежащую рядом ладонь Смуглянки. — Спасибо, что сделала меня своим другом. Глаза Ёнхейя заслезились с новой силой, губы задрожали и она всхлипнула, выдавив «пожалуйста» сквозь грустную улыбку. Не такой эффект хотел получить танцор, поэтому развернул её к себе: — Я не всё сказал. Я рад, что не я сейчас ударяюсь лбом о ближайшие деревья, — и кивнул в ту сторону, куда ушёл макнэ. — Ким Чонин! — она плакала и одновременно пыталась укорить его. — Да. Я — Ким Чонин, приятно познакомиться. — Опять твои шуточки, — пискнула Ён и хотела отстраниться, но он крепко обнял её. Тёплая смуглая ладонь продолжала похлопывать Зайчика по спине, пока слёзы не закончились. Ин чувствовал, что всё делает правильно. В этом его «роль», он должен стать той самой жилеткой. Он хотел быть тем, с кем можно перемыть косточки недалёкому возлюбленному, с кем просто можно выпить пивка зимним вечером. И от этой мысли становилось всё теплей. — Ты замечательный, — когда Смуглянка заговорила, голос её всё ещё был наполнен всхлипываниями. — И это по-настоящему. — Приятно это слышать, — отозвался парень, не расцепляя объятий. — Здесь, конечно, хорошо, но нам лучше пойти в дом. Там хотя бы есть еда. — Ты проголодался? — большие карие глаза наполнились беспокойством, а в руках появилась уверенность. — Тогда пойдём поедим! — она готова была утащить его снова на спине, но Чонин её остановил. — Тебе стало лучше? — Нет, — ответила девушка, помотав головой. — Не уверена, что вообще станет. Кажется, я пропустила всё сквозь пальцы. Он больше никогда мне не поверит… — Фигня, — Ён всё больше убеждалась в том, что придуманный ею «Ким Чонин» куда-то испарился. — Просто дай ему всё принять, а потом он сам придёт. Он та ещё обижёнка, — а потом внезапно добавил. — Но я не собираюсь делить тебя с Яндэ! — Какие глупости, — Зайка была просто ошарашена. — Я не прошу за меня бороться. — А просить и не надо. И, пожалуйста, курицу мне и шоколад вне очереди. Вставай, — он потянул её за собой за руку, будто кран, но она слабо поддавалась. — Ким Чонин! — Что? — Ты говоришь сейчас прямо как Яндэ, — и она засмеялась. «Значит, всё было не зря, — подумал Ин и продолжил тянуть за собой растерянную Смуглянку. — Но с Сехуном тебе всё равно придётся поговорить», — добавил он вслух, когда они подошли к крыльцу. — Что я ему скажу? — ныла девушка, пока они поднимались по шатким ступеням. — Ты его любишь? — спросил Мишка, резко поворачиваясь к ней лицом. — Да, — тут же ответила Ён, стараясь удержать равновесие. — Вот это и скажешь. Мне позвать его? — Нет, не надо! — выкрикнула Томатик и быстро огляделась в поисках макнэ. — Я сама… — а Чонина уже след простыл. Запорошённые снегом ботинки и тёплая куртка были бесцеремонно брошены на пол. Зайка потёрла ладони, прогоняя холод, и шагнула в глубину комнаты, где скрылся Сехун. Он восседал на циновке возле печи и пытался засунуть поленья внутрь. Макнэ играл скулами, будто разминал их и присутствие гостьи его нисколько не отвлекло. — Можно? — она подошла ближе, а затем прямо задала решающий вопрос. — Какой ты вынесешь вердикт? Сехун безразлично пожал плечами — не совсем то, что хотела увидеть Зайка. — Я хочу, чтобы ты понял, что я лишь выразила на бумаге свои чувства, желания. Называй как хочешь, — начала она, пристраиваясь возле более-менее чистой стены. — Ты мог действовать иначе, мог говорить по-другому, мог вообще не обращать на меня внимания. Но всё вышло так, как вышло. Это что-то значит? — Разве может кукла двигаться не повелению кукольника?! — ответил Сехун. Ён скептически посмотрела на точённый профиль. Уж больно волчонок переигрывал. Слова-то какие подбирал, строил из себя самого обиженного в мире человека. Но Томатик переступила через эти чувства и продолжила свою защиту: — До октября. У нас было искреннее желание быть рядом с вами, а донги его осуществили. Они использовали нас всех, — немного помолчав, она добавила. — Главное лишь то, что я не играла каждый раз, когда мы были вдвоём. — Я очень хочу в это верить, — сознался Сехун, затем тоже выдержал театральную паузу. — Но у меня есть вопросы. — Какие? — насторожилась Ён. — Ты знала, что до вашего прихода мы видели сны с вами? — Смуглянка округлила глаза и согласно кивнула.— Почему мне ничего не снилось? — наконец, с досадой в голосе задал Хун долгое время мучавший его вопрос. — Только мне одному из всех, ни ты, ни Яндэ. Почему? — Я не знаю, — призналась девушка. — Правда не знаю. Я писала про помидоры. — Выдумал я всё про эти помидоры! — рыкнул он, а потом, успокоившись, продолжил. — Ты специально сделала так, чтобы я увидел тебя на концерте и вспомнил? — Что? В каком смысле «вспомнил»? — на лице Смуглянки читалось искреннее удивление. — Я не понимаю… — Я видел, как пел тебе. Я был «другим» и ты была «другой», но ты была рядом и я знал, что ты моя. — Подожди, ты видел тот «другой мир»? — недоумевала девушка, пытаясь припомнить хоть что-то из старых фрагментов, но ничего сверхъестественного на концерте не планировалось. — Нет, не его. Мне кажется, это больше походит на перемещение во времени. Наша одежда сильно отличалась от современной. — Я клянусь, что ничего об этом не знаю! — уверяла Зайчик и что-то в её голосе убеждало Сехуна в том, что она говорит правду. — Видимо, кто-то решал всё за нас обоих, — макнэ выдал слабую улыбку и Ёнхейя стало чуточку легче. — Или я с самого начала действовал, как хочу я. — Именно это я и пытаюсь тебе объяснить, что ты живой и сам решаешь, как поступать дальше. От меня уже ничего не зависит, — снова попыталась убедить его Зайка. Он был так близко и теперь так далеко. Ён хотелось что-то сделать, что угодно, но она не решалась даже подойти. — Если я хочу зацеловать тебя до дикой боли в губах и обнимать, чтобы остались яркие следы от моих пальцев, или уйти и больше никогда тебя не видеть, то что мне выбрать? — спросил вдруг Сехун. Вопрос полоснул уши и сознание Зайки словно нож, и девушка не знала, от какой части ей больше не по себе — ни то, ни другое её совсем не радовало. Она с трудом сглотнула, гадая, что заставило его спросить именно это, но осталась стоять на месте. — Зачем ты это говоришь? — Может, пытаюсь понять, что мне теперь делать. — Мне не нравятся оба варианта, — призналась Зайчик, поёжившись. — И мне кажется, что я не смогу ни то, ни другое, — тихо произнёс Сехун. — И не хочу. — Тогда что? — спросила кареглазая в ответ, едва заметно вздрагивая. — Какая теперь разница, кто в чём виноват и что создал, — ответил Сехун и замолчал, подбирая слова. — Как раньше уже не будет. — Почему? — внезапно для себя прошептала Ёнхейя. Молчание парня сводило с ума и начинало раздражать. Теперь она прекрасно понимала его вопрос о выборе: броситься в объятья или резко уйти казалось лучшим вариантом, нежели утомительное ожидание. Мозг дал команду и Ён оставалось только два исхода: либо он оттолкнёт её, либо позволит эту вольность. Не до конца осознавая, что делает, она рывком оторвалась от стены, и, не давав макнэ опомниться, толкнула его на пол. «Почему не будет? — настаивала она, заглядывая в прикрытые глаза. — Что между нами изменилось? — его руки опирались об пол, пока Смуглянка же нависла над ним, чтобы погладить пальцами бледные щёки. — Послушай меня, — твёрдо заявила девушка в отчаянии, сжимая широкие плечи. — Я скажу тебе всё, а потом можешь делать какие угодно выводы. Возможно, мне будет больно, но я не могу больше смотреть на твоё безразличие. Да, пусть я что-то придумала, но не просто так. Я любила тебя задолго до того, как оказалась здесь. Это имеет для тебя значение? Любила до октября и после него каждый чёртов день. И люблю сейчас, для меня не поменялось абсолютно ничего. Что ужасного я сделала, что ты категорически изменил своё мнение"? Сехун водил глазами из стороны в сторону, осматривал её лицо и гонял в голове мысли, которыми не спешил делиться с Ёнхейя. Пока она прерывисто дышала после своей тирады, его взгляд опустился на губы Зайки. Макнэ подумалось, что стоит послать всё куда подальше и пользоваться моментом, но на задворках всё ещё витали сомнения, что его беспощадно использовали. Смуглянка воспользовалась промедлением парня и прижалась к его губам: — Теперь ты ощущаешь это по-другому? — спросила она и снова взорвалась после молчания. — Боже, что мне ещё сказать?! Вечно просить прощения? Но согласись, что ты не особо сопротивлялся! — Да потому что… Сехун прервался на полуслове, когда за дверью послышался топот бегущих ног. Ён вздрогнула и выпрямилась, но не успела подняться. "Извините, что помешал, — весело проговорил запыхавшийся Чонин, — но там Бэкхёни-хён вернулся". Мишка исчез так же быстро, как и появился. Пара переглянулась, и щёки Смуглянки покрылись румянцем, что не ускользнуло от глаз макнэ. — Как и обещала, предоставляю тебе полную свободу действий, — подытожила кареглазая, намереваясь таки встать на ноги, но парень умудрился коленом задержать её. — Я собирался сказать, что и не хотел сопротивляться, — фраза звучала спокойно, будто Чонина здесь только что и не было. — Сейчас я бы выбрал зацеловать до боли в губах. — Я тебя не понимаю, Хун, — мотала Зайка головой. — Сначала ты не реагируешь, а теперь… Разберись со своими мыслями, придите уже к общему заключению, и тогда мы поговорим нормально. — Ённа, — позвал он, и девушка сочла это вполне себе хорошим знаком на пути к разрешению ситуации. — Я хотел сказать… — Давай ты скажешь потом, когда будешь полностью уверен в этих словах? Я прекрасно понимаю, что непросто переварить всю эту кашу. — Я сказал, что как раньше не будет. Но это не значит, что на этом всё кончено. — Может, обсудим это потом? — предложила Ён, когда на улице раздался гром. Сехун сдался, молча кивнул и вышел вслед за Смуглянкой, которая уже неслась к заблудшему сыну.***
Блудный сын вернулся очень не вовремя. Чонин и Сехун были сейчас в крайне нестабильном состоянии. Ёнхейя не знала куда податься. Всё ещё она не была уверена в том, что имеет право оставаться рядом. Что парни хотят этого. С другой стороны и пойти в лесу ей было некуда. — Хён, ты где был? Мы волновались за тебя. — Я? Да то тут то там. Побегал по округе. Вообще я рядом был. — Признайся уже, что ты просто потерялся, — Се похлопал его по плечу. — У нас к тебе есть разговор. Макнэ спустился по ступенькам. Ён хотела последовать за ним, но её не пустили. Впрочем, оно и понятно. «Решили судьбинушку мою обсудить», — рассудила девушка и вернулась на кухню вскипятить чайник, в надежде, что горячий напиток её немного успокоит. Больше чем своя дальнейшая судьба, её сейчас волновало то, куда делась Яндэ. Ей не хотелось думать, что подруга одна сбежала в их родной мир. Очень не хотелось. Но эта мысль приходила к ней с периодичностью раз в десять минут. С другой стороны. Шампунь сказала, что не понимает, почему мотается туда-сюда. Сначала она оказалась где-то, потом с Миноком, потом рядом с донгами. Была велика вероятность, что сейчас она снова попалась на глаза злым волшебникам. И не было никакой возможности это проверить, ни как-то помочь ей. В это время Сехун, решил, наконец, прояснить: какая роль была уготована его хёну: — Бэк, — оставив лишние формальности, макнэ пустился в атаку. — ты ведь нам многое недоговаривал. — О чём это ты? Настроение у парня было хуже некуда. Оба тонсэна были крайне удручены, это могло быть следствием того, что правда о домработницах выплыла наружу. Ему только разборок сейчас не хватало. Однако выдавать себя с головой так просто он не собирался. — Ты уже давно знал, что они нас обманывают. — Ты тоже это знал, — Бэк уселся на то самое поваленное дерево, где недавно грустила Ён. — Мне кажется, у нас разные объёмы информации. Не хочешь поделиться? Чонин пока тактично не вступал в разговор, но ему тоже было интересно, почему и главное, как хён от них так долго это скрывал. И как он смог это принять? — Ты сейчас больше бесишься из-за того, что оказался выдуманным или из-за того, что твоя гордость ущемлена? — Ты… — в глазах макнэ пробежал огонёк жгучей злости. — Я. Кто сказал, что это тоже правда? Все эти сказки про другой мир? Никто из нас там не был и не видел собственными глазами. Зная Яндэ, я могу утверждать, что она вам и половины правды не рассказала. — Хорошо. Какова твоя версия, хен? — спросил танцор. — Моя версия? Она ничуть не отходит от всего прочего. Даже если пришли из другого мира, то они никак не могли нас выдумать. Они боги? Чупакабры? Ведьмы? Что-то слабо верится. — А как же фанфик? Или что то там? — Я читал его. И он сильно отличается от той действительности, в которой мы живем. — А ты так спокойно на это реагируешь. Неужели тебя абсолютно не волнует то, что Яндэ тебя бросила? — но вот этого Бэк простить никак не смог, он толкнул Сехуна и тот отлетел в сугроб. — Хен! — Чонин снова стал щитом. — Не смей говорить то, о чем не знаешь, щенок, — прорычал Бэк и направился к домику. Сейчас ему важно было выяснить, откуда появилась Яндэ, куда пропала. Как смогла помешать его планам. Сейчас знать об этом могла только Ён. Бэку нужно было ее доверие. Ведь Ян никогда бы не бросила самого дорогого человека — человека из ее мира. Бэк решил, что неплохо было бы воспользоваться шансом и втереться в доверие: "И да, — бросил он через плечо. — Кю-хен сейчас где-то в часе езды отсюда застрял, помогли бы вы ему. А я хочу спать". Конечно, Кай и Хун тут же побежали на выручку, не думая о том, что оставляют зайчика с волком. — Бэк? — Смуглянка отреагировала на слабый стук по косяку. — Привет, Ёнхая. — Нагулялся? — Ну, есть такое. Чаю дашь? — Только с пустом. Ужин пока не готов. — Как ты? — Нормально, — отвечала бесцветно девушка, заливая пакетик. Suju пару часов убили на то, чтобы найти хоть какой-то пакетированный чай. Им бы в России затариться. — Больше ничего нет, — ответила Ён на гримасу Щеночка. — Я понял. Почему-то сейчас Бэк вспомнил, что Ян любит греться о чашку с чаем и гладить ее. И сам погладил ручку, едва не получив ожёг. — А где Чонин? — Они помчались помогать Кюхену. — И бросили меня, — подытожила девушка. — Похоже на то. — Спасибо, успокоил. — Всегда к вашим услугам, — заулыбался парень. Ён подумала, что как-то сейчас не время распускать нюни. И срываться на Бэке тоже. — Яндэ была здесь, — она сама начала этот разговор. — И она все вспомнила, - Ён не знала, как Бэк это воспримет, но не думала, что он просто улыбнется. — Привет передавала? — Ну как сказать. — Значит, нет. Теперь Смуглянке стало обидно за него. Подруга ведь действительно не спросила о нем за все время, ничего не передала, хотя и все вспомнила. И даже оправдать ее она не могла. — Тоже хочешь меня спросить о том, почему не проболтался? — Нет. Но я, правда, не ожидала от тебя…м… — девушка задумалась. — Такой стойкости. — Какой я непредсказуемый! — возгордился парень. И, впрочем, это было правдой. Ведь Ёнхейя тоже никогда не думала раньше, что он может быть таким взрослым, спокойным, а не клоуном всея EXO. И это было именно то, что девочки никогда бы не узнали, если бы не познакомились с ним лично. — Злишься на нее? Все его естество кричало «Да!», сто раз "да". Но злился он не из-за лжи. Точнее не из-за другого мира. Сейчас ему было по сути все равно, что на самом деле являлось правдой. Он знал, что Ян предала его и отвернулась. — Злюсь. Ты ведь тоже не знала о потере памяти. Тебе тоже нелегко пришлось. — Да, — Ён не могла больше сдерживаться, слезы стали капать на многострадальную толстовку. Она лишь почувствовала прохладную руку, сжимающую ее ладонь. — Прости, Хена, — и извинялась она не сколько за себя, сколько за глупую подругу. Чуть позже Зайка за приготовлением пищи постепенно привела мысли в порядок. Бэк сделал вид, что уснул от усталости. Парни вернулись через три часа. — Нам нужно уходить отсюда. — Почему? И даже не поедим? — возмутилась девушка. — Я тоже хочу поесть, — новый персонаж внезапно появился на арене. "Эм, здрасте, — Ён как-то видела его на работе, но лично знакома не была. - Хорошо еще что Донхэ не приехал», — додумала она про себя. Когда все сели за маленький стол, Бэк встал с лежанки и присоединился к трапезе. — Сейчас в этом районе небезопасно. Сильные дожди размыли дороги. Мне было трудно сюда добраться. Съездим в соседний город, а там… Ён поняла, что парни не рассказали хенам о своей волчьей жизни. Потому как плохие дороги не были проблемой для хвостатых. "Я постараюсь вас пристроить", — пообещал хен похрустывая жаренными крылышками. После он отправился заливать бензин, а беглецы остались в доме. — Кстати, Бэкхен-хен, — Се был предельно вежлив. — Яндэ ничего не говорила тебе про сферы? "Про сферы? — едва не выкрикнул парень, — что за сферы? - Ён вытащила из кармана загадочный шар. Глаза Бэка загорелись недобрым огнем. — Дай мне посмотреть. - Бэк долго вертел предмет в руках, что становилось несколько подозрительным. - Хах, - усмехнулся он, вглядываясь в тусклые отсветы, следующими мыслями делить он не стал. - Она такая обычная, что даже скучно. Моя в разы интересней. Вы же всё равно не сможете её открыть без Чунмёна. Если её отдала Яндэ, значит, она смогла её украсть у донгов. - но усмешки быстро сменились азартом. - Сколько же ещё секретов ты скрываешь?» — Бэк, — Ён показалось странным то, что парень смотрит на сферу как на рождественский пирог, холодок пробегал по спине от такого пристального взгляда. — Отдай её мне.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!