Слом

С

   Л

      О

         М

      Сектор С. Блок 03. Общественная библиотека.       В который раз ноль-четыре сидела один на один с ноль-третьей в ожидании двух других протекторов в стенах библиотеки. Каждый раз одно и то же. Тягостное молчание порой томило хуже подколов от ноль-первой. Время тянулось предательски долго. Наконец, 03 решила нарушить тишину.       «Как тебе вчерашнее небо?»       «Отлично».       «Видимо, не совсем. Я почувствовала всполох негатива в эфире, когда уходила».       «Верно. Я была шокирована тем, что ты пряталась. Кстати, какого чёрта?» — подумала 04 с нотками возмущения.       «Я сказала тебе как есть — не хотела мешать. В общем-то оказалась права. Появись я раньше, ты бы сбежала. Мне не нужен биорезонанс, чтобы понять ту простую вещь, что пересекаться ты с нами не хочешь ни в каком виде. Я ведь тоже хотела посмотреть на небо. Решила не ждать пока ты там всласть настоишься».       «Угу. Понятно. Разговор подслушивала?» — 03 могла соврать и подумать иное. Проверить это можно было только полностью подключившись к её сознанию. Зная сей факт, 04 всё равно решила задать вопрос.       «А, с этой-то? Твоей подопечной? Да больно надо слушать вас. Единственный раз, когда погода позволяет, решаешь посмотреть на звёзды и конечно же, специально подслушать вашу болтовню ни о чём».       «И конечно же, ты выбрала именно крышу, да?»       «Там лучше видно. Не ты одна такая умная, кто до этого додумался. Твоя Шторх тоже туда захаживает, раз покуривает».       «О-о-о! Совсем разболталась дисциплина в четвёртом блоке!» — подумал знакомый опостылевший мысленный голос. — «Видать блок-страж забил на свои обязанности.»       «Рада, что у тебя нет абсолютно никаких нареканий по дисциплине», — парировала 04, едва сдерживаясь. Эти упражнения в колкостях ей порядком надоели.       «И вам всем не хворать», — приветствовала 02. Блок-стражи поздоровались с библиотекарем и уселись за стол, поставили рации. 04 отвернулась, якобы с интересом осматривая обстановку.       «Вы сегодня припозднились», — заметила 03.       «Ага. И повод был. Тут недавно начали расползаться слухи, что гештальты чем-то недовольны. А впереди праздник Мондфест. Мы проверяли информацию, не готовятся ли провокации».       «И как? Нашли что-нибудь?»       «Не-а. У нас пока тишина», — ответила 01. — «Вам тоже не мешало бы проверить свои блоки внимательно».       «Да, всегда проверяем внимательно».       «В тебе-то я не сомневаюсь. А вот ноль-четыре вызывает беспокойство», — 01 ехидно улыбнулась. 04 этого не видела, но явственно ощущала. Ноль-один взяла со стола бутылку своей коллеги, которая традиционно её сопровождала. — «Я попью?»       «Эй! Своё приноси!» — шутливо подумала ноль-три, но позволила взять бутыль.       «Ты такая умная. Может, за меня мой блок прочешешь?» — обернулась ноль-четыре. Она подождала пока объект раздражения прильнёт к пластиковой бутылочке с водой и… Бутылка сожмётся чуть сильнее обычного. Ноль-один не ожидала такого поворота, отчего немного захлебнулась; часть воды пролилась ей на нагрудник. Бешеными глазами она взглянула на 04.       — Ах, ты мелкая дрянь! — прошипела осаженная реплика сквозь зубы. На плеск воды так же обратил внимание библиотекарь, но, видимо, решив, что связываться с протекторами себе дороже, попытался сделать вид, будто ничего не видел. Тем более, что самое драгоценное — книги — не пострадали, ввиду их отсутствия на читательском столике. А сварные реплики сами между собой разберутся. Лучше под руку не лезть.       Ноль-три прыснула смехом, стараясь не привлекать внимания библиотекаря из вежливости, а ноль-два улыбнулась.       «Ну, уж точно не меньше тебя», — продолжила насмехаться ноль-четыре.       «Это всё на что ты способна?! Жалкая тварь! Да, я тебя!..»       «У-у-ух… Да, весело. Ты давно напрашивалась, ноль-один», — отдышавшись подумала 03. — «Удивительно, сколько 04 вообще держалась».       «Кого ты поддерживаешь?!»       «Я никого не поддерживаю», — 03 бросила серьёзный взгляд остервенелой реплике. — «И ты это прекрасно знаешь. Ты больше всех тут хамила».       «Очень смешно, правда», — вмешалась 02. — «Но знаешь, к чести 01, она никогда не использовала биорезонанс в перепалке, ноль-четыре. А ты преступила порог», — от последней фразы, 04 начала терять самообладание.       «Какой порог, ноль-два? Какой? Иди ты, знаешь куда? Строишь из себя тут хрен знает что. Самую ответственную корчишь, а толку? Иди, доложи об этом, раз такая правильная».       Теперь уже 02 гневно зыркнула в сторону 04. Всё её скромное веселье как рукой сняло в один момент.       «Я. Никуда. Никогда. Никому. Ничего. Не докладывала. А поводов вы двое давали достаточно. Обе хороши».       «Вот это у вас началось...» — помыслила 03 на свою голову.       «Ты тоже иди в задницу, ноль-три», — не успокаивалась 04. — «Сидишь с важным видом и плюёшь на всё будто Шторх какая-то. Тебе всё равно ни до чего нет дела!»       «Аккуратнее с мыслями, четвёрка», — предупредила в ответ тройка.       «Истеричка чёртова!» — оскорблённая 01 не хотела отступать. — «Берега попутала, тварь поганая! Я тебе этого не забуду! Представится случай...»       «Пошла ты, сука!» — 04 схватила со стола свою рацию и спешным громким шагом направилась к выходу. Библиотекарь изо всех сил старался не замечать происходящей молчаливой сцены, однако нутром чуял, что между протекторами произошло недоброе. — «Знаете что? Напишите общую докладную. Втроём. И проблема решится. Меня быстро спишут. Один плюс — я рожи ваши больше не увижу!»       «ДУРА!» — крикнула ей вдогонку 02.       Блок-страж направилась к себе в апартаменты. Внутри всё кипело, разъедало от злобы подобно кислоте. Трио реплик действовало на нервы сегодня как никогда раньше. Или терпение Колибри иссякало? В любом случае, сейчас ей требовалось побыть одной.

***

      Сектор С. Блок 04.       Холодная вода освежала. Смывала моральную грязь и усталость за прошедший цикл. Реплика посмотрела на собственное отражение в зеркале отсутствующим взглядом. Капельки воды стекали по щекам. Она снова пыталась найти ответы в красных огоньках окуляров, но их не было. Молчало всё окружение: холодный свет уборной не давал ответов, стены из белого кафеля не давали ответов, молчало зеркало, молчало отражение. Лицо в отражении, которое было призвано спасти её от дня прошедшего, ответов не давало. Всё было мертво. Она сама себе казалась блеклой декорацией, частью интерьера в отражении.       «Маски тяжело носить», — помыслила реплика.       Бывали ощущения, когда маска сползает под собственной тяжестью, но сегодня… Сегодня она не сползла, а истлела на месте. Колибри посетила привычная мысль, что следует опять заместить негатив, однако была быстро отброшена. Всё потеряло смысл. До сей поры серьёзную неприязнь ей удавалось скрывать, однако этим вечером она всплыла наружу. Что-либо замещать больше было незачем. Наверняка, рано или поздно, это произошло бы. Правда, сама реплика не была готова к такому повороту событий. Серьёзное отклонение от нормы могло привести к “замене”.       «Похоже, это всё-таки случилось. Надо было стерпеть. Огрызаться, кусаться, но не переходить черту. Выходка с водой могла бы сойти с рук, если бы я не начала срываться на всех… Могла бы. Бы. Бы. Теперь поздно. Как же мне хотелось, чтобы первая просто заткнулась! Заткнулась и не говорила больше ни слова! Никогда! Как она меня бесит».       Вся оборона, которую так тщательно выстраивала протектор рухнула карточным домиком за один вечер. Или… Ещё был шанс? Реплика покинула уборную. Устало приземлившись в красное велюровое кресло, откинулась назад, устремив взор на потолок. Надо всё хорошенько обдумать.       «Они не докладывали ни разу в Протекторат. Странно. Почему? Вряд ли проявление заботы. Не было весомого повода для докладной? Теперь он определённо есть. Даже если не напишут общую, кто-то один из них это сделает. М-м-м… Ноль-один наиболее вероятный кандидат. Все эти подколы… Хотела подсидеть меня? Что ж, тогда она победила», — реплика прикрыла глаза, прислушиваясь к собственным ощущениям. Раздражение от прошедших событий уже не захлёстывало её, однако чувства продолжали кипеть внутри. — «Или не напишет? Неизвестно. До этого тоже не писала, хотя давно могла бы уже избавиться от меня, если не терпится. Достаточно было написать, что я уже длительное время избегаю глубокого телепатического контакта. Этого хватит, чтобы устроить проверку и… Проклятье! Впереди же ещё проверка от командующей!»       На мгновение вся злость утихла и место её заняло опустошение. Её нынешнее эмоциональное состояние могло сыграть против неё на проверке. Время для того, чтобы заглушить эмоции физической болью упущено. Всплеск был слишком длительный, слишком сильный. Если сейчас нанести увечье, в памяти всё равно будет наблюдаться большой разрыв по времени между травмой и негативным психическим состоянием. Остаётся только плыть по течению, питая надежду на лучший исход.       «Подведём промежуточные итоги. Скоро проверка эксплуатационных качеств. Психика оставляет желать лучшего. Появится ли докладная — вопрос открытый. Шансы на продление функционирования минимальные. С эмоциями есть вероятность управиться до прохождения проверки. Если что-то вскроется, то стоит сказать правду. Мол, так и так — поссорились, бывает. Такого больше не повторится. Пожалуйста, простите-простите. И надеяться, что беда минует. А вот докладная… Завтра придётся идти в библиотеку, разведать обстановку. Если повезёт, не писали. Это добавило бы спокойствия. Повысило бы шансы на успех... Ох, Революция! Как же мне не хочется туда возвращаться!» — последняя мысль отозвалась дребезжащей струной в душе. После сегодняшних событий, реплика не хотела видеть троицу протекторов.       Ноль-четыре переместилась на кровать. Следовало хорошенько отдохнуть, ведь как бы там ни было с отношениями коллег, а работу никто не отменял. Правда, в последнее время отдых перестал быть полноценным. Мешала тревожность, беспокойные сны.       «Смешно. Кажется, для реплик не выпускают снотворного. Жаль».

***

      Ступать было тяжело. Мешала вода и песчаное дно. Ноги реплики, не предназначенные для перемещения по пересечённой местности, ощутимо вязли в песке, а вода оказывала сопротивление. Сказывалась усталость. А вокруг ни души. Куда ни глянь — вода простирается до горизонта, где соприкасается с ночным звёздным небом. Впереди горели светло-молочные пурпурные сумерки не то заката, не то рассвета, плавно переходящие в ночь позади. Стоял штиль, абсолютно ровная гладь отражала белые точки-звёзды, нарушаемая расходящимися волнами ряби от движения реплики. Сильно хотелось спать, прикрыть окуляры и упасть. Но нельзя — везде от полуметра воды. В полумраке не проглядывалось ни кусочка суши, ни единого островка или валуна, торчащего из воды. Лишь бесконечная водная гладь в этом тихом краю смерти. Здесь не на что было опереться, чтобы перевести дух, оставалось только идти вперёд, превозмогая тянущую усталость. Будь с ней хотя бы один гештальт или другая реплика… Неважно кто — друг. Друг, готовый подставить плечо, она бы с радостью согласилась.       Реплика никогда не задумывалась, что смерть может быть такой странной, такой глупой, такой бессмысленной — умереть от истощения, утонув в лимане. Воды по колено, она выглядит безобидно. Воде некуда торопиться, она ждёт, когда жертва сдастся, упадёт. Тогда она примет несчастную в свои холодные плотные объятья, проберётся внутрь тела, заполнит собой каждую полость и на этом всё закончится. Можно было попробовать биорезонансом сделать пригорок из песка, чтобы присесть отдохнуть, но вода всё равно размоет его со временем под тяжестью тела. Можно было полететь, но куда? В какой стороне находится суша? Ответов не было. А использовать биорезонанс в её состоянии крайне трудно.       — Не могу больше, — бедолага упала на колени, погрузившись в воду по грудь. Взгляд пал на водную гладь, расходящуюся волнами и поигрывающей белыми точками. Последний раз она обратила свой усталый взор к небу. Звёзды ответили холодным белым светом. Некоторые задорно перемигивались, будто издеваясь, иные лениво меняли интенсивность излучения, третьи смотрели не мигая. Они видели это множество раз. По-другому в этом краю никогда не бывало. Всё всегда заканчивалось одинаково — это конец, спасения нет.       Звёзды размылись от накатившей влаги слёз, переливаясь калейдоскопом. Реплика увидела одну движущуюся звезду. Взглядом она провожала её к горизонту, не заметив, как начала заваливаться на бок, следуя за звездой.       «Я не хочу умирать!» — проскочила последняя мысль перед тем, как туман окончательно затянул пеленой сознание. Реплика потеряла равновесие, прохладная вода коснулась лица. Один вздох и…       Блок-страж проснулась на кровати, лёжа на боку. В комнате стояла тишина и мрак. Не было никакого бесконечного лимана в… непонятно где. Как и ночного неба с циничными звёздами-свидетелями. Колибри облегчённо вздохнула.       «Очередной сон. Когда-нибудь они меня добьют».

***

      Сектор С. Блок 03. Общественная библиотека.       Весь цикл настроение у 04 было нерабочее. Мрачнее любого шторма Ротфронта. Ей опять придётся столкнуться с блок-стражами. Ожидать, что её примут радушно после вчерашней сцены, не приходилось. Это чувство было взаимным. Надо было убедиться по поводу докладной и быстро отступить. Больше задерживаться там незачем. Нарываться на новый конфликт, дестабилизируя собственное без того шаткое психическое состояние не стоило. В теории. На практике может произойти что угодно.       Протектор приближалась к библиотеке блока. Заблаговременно на подходе она почувствовала присутствие ноль-третьей. Впрочем, это никогда не менялось. Обе реплики не приветствовали друг друга. Ноль-четыре молча прошла мимо библиотекаря, предвкушавшего то, что сегодня опять что-то произойдёт между его постоянными посетителями, и заняла своё обычное место за столом поодаль. Ноль-три читала какую-то книгу. Или делала вид, чтобы не замечать четвёрку.       Время опять тянулось. Царило тягостное молчание. Ноль-четыре не желала заговаривать первой. Ноль-три же молчала по неизвестной причине. Оставалось только гадать. В атмосфере ощущалось напряжение до той степени, что воздух казался плотнее. 04 хотела узнать всё до прихода 01 и 02, но 03 упорно хранила молчание.       «Можешь идти», — наконец подумала 03.       «А?»       «Можешь идти, говорю. Ты ведь не хочешь тут находится».       «Успокойся. Пойду, когда посчитаю нужным», — 04 раздражал этот надменный позволительный тон, отдающей нотками мерзкой аристократичности.       На какое-то время обмен мыслями прекратился. Снова навалилось тягостное ощущение напряжённости.       «И как? Полегчало после вчерашнего? Выговорилась?»       «Сама как думаешь?»       «Не знаю. Я же не была в твоей голове, потому и спрашиваю».       «Я остыла, хорошо? Но ничего не забыла».       «Зря ты так. Твой поступок может выйти тебе боком».       Ноль-четыре уловила то, что её интересовало — «может выйти». Значит, никто ещё не предпринял никаких действий. Эту отметку она нащупала своим сознанием и быстро отпустила, специально не пытаясь осознать сказанное телепатом, чтобы не выдать своих намерений.       «Вашу подружку это не сильно беспокоит. Может, она порадуется, наконец. Да и вы тоже».       «Как ты вчера сказала — мне всё равно».       «А, ну, и на том спасибо».       «Ты всё ещё продолжаешь», — словно школьный учитель сделала замечание 03. Выносить такое 04 не собиралась. Чаша терпения за прошедшие годы была переполнена ещё вчера.       «Больше не буду», — реплика собралась на выход. — «Меня ты увидела. Формально я тут присутствовала. На том и разойдёмся».       Прямо на выходе реплика столкнулась с парочкой Колибри, ноль-один и ноль-два. Все переглянулись презрительными взглядами. Ничего не говоря и стараясь не думать, 04 прошла мимо.       «Бежишь? Давай. Давай, беги!..» — мысленно кричала ей вслед 01.       «Не начинай, первая!» — попыталась утихомирить свою коллегу 02. Однако та не слушала.       «...Беги к себе в блок, как ты всегда делаешь! И больше не показывайся оттуда, неудачница!»       Чаша терпения стала закипающим котлом полным ненависти плотно закрытым крышкой. Прочность иссякла, давление внутри перешло в закритическую зону и она сорвалась, высвобождая наружу пар с горячими брызгами. Ноль-четыре остановилась, шумно выдохнула.       «Пойдём, выйдем?» — четвёрка решила закончить этот конфликт раз и навсегда. Реплика направилась к оппоненту, глядя той в оптику.       «Чего?» — не сразу поняла первая. — «Драки хочешь?»       «Какая драка?!» — вмешалась 02. — «Вы совсем рехнулись?! Прекратите обе!»       «Поздно, вторая. Раньше свою подругу надо было останавливать! Ну, так что?»       «Уверена в этом, соплячка? Спуску не дам», — злобно подумала 01. — «И где ты хочешь драться? Тут везде камеры.»       «Третья! Помоги их успокоить! Они сейчас устроят дебош!» — 04 впервые видела 02 растерянной. Самая дисциплинированная реплика не могла контролировать ситуацию и, кажется, впадала в панику.       «Я знаю место без камер. Пошли на крышу. Там нам не помешают».       «Хм. Ты пожалеешь об этом. Идём,» — 01 и 04 пошли в сторону лестницы.       «Это мы ещё посмотрим, мразь».       «Тройка, блин!» — 02 осталась стоять в нерешительности.       «Не стоит так орать», — 03 показалась на пороге библиотеки. — «Пусть выпустят пар. Сейчас бесполезно их разводить».       «Пошли за ними! Дел ведь натворят!»       «Да, проконтролировать их стоит», — согласилась 03.       Вскоре квартет реплик забрала ключ от крыши у местного консьержа. По дороге зачинщицы конфликта пытались уязвить друг друга словесно, не обращая внимания на своих спутниц. Ноль-два всё время причитала, а третья шла молча, ни о чём не думая. Когда все оказались на месте, третья закрыла ключом выход, чтобы никто из посторонних случайно не стал свидетелем конфликта и на всякий случай сканировала ближайшее окружение, не забывая про крышу соседнего блока 04, если вдруг объявится курящая Шторх.       На крыше блока 03 отсутствовал детский городок и лавочки, так как в его составе не было объектов социальной инфраструктуры — школы и детского сада. Погода стояла такая же ясная, как и два цикла назад. Красный глаз был единственным свидетелем предстоящих событий.       — Не могу поверить! Просто, сука, не могу поверить! — 02 продолжала свою тираду.       — Ну, что? Померимся биорезонансом или предпочитаешь рукопашную? — спросила 04, снимая снаряжение.       — Я по-любому тебя одолею, — 01 так же сняла броню.       Обе реплики оставляли свои вещи лежать прямо на снегу. И та, и другая оставили только ремни, обмотав ими правые запястья для предохранения от серьёзных повреждений.       — Какой, биорезонанс, твари?! Ваша драка волнами разойдётся в эфире на весь район! Это говно сразу заметят и мы все огребём!       — Так, свали отсюда, плакса! Хрен ли ты пришла? Тебя не звали, — ответила ей четвёрка.       — На крыше стоят антенны! Если вы тут что-нибудь сломаете, нам хана! — аргументировала вторая. — Я запрещаю вам использовать резонанс! Деритесь так! Или я вмешаюсь!       — Как же ты боишься отгрести! — чуть смеясь, заметила 04.       — О, Революция… Просто покончите с этим уже!       — Да, жаль не разгуляться в полную силу, — разочарованно протянула 01. — Так и быть. Рукопашная. Нападай, сучка. Сейчас я покажу тебе, где контра на Ротфронте зимует.       — Угу. Смелые слова для мочёного протектора.       Соперницы встали в боевые стойки. Ноги расслаблены, хотя репликам нужно уделять особое внимание в работе с ними, так как в их конструкции не были предусмотрены ступни, а, значит, они были менее устойчивы, чем те же гештальты. Руки согнуты в локтях и прижаты к голове. Расстояние между ними было около четырёх метров. Первая не спешила и заняла выжидательную позицию, вынуждая 04 напасть. Так как вызов бросила четвёрка, ей придётся атаковать первой.       Чтобы достичь успеха, можно было попробовать прочитать намерения в разуме оппонента, однако каждая реплика внутренне держала оборону, не допуская чтения собственных мыслей. Так же для борьбы с резонантом имело смысл сделать обманный манёвр — специально допустить прочтение собственных действий противником дабы ввести его в заблуждение, а на деле выполнить иные действия, не те, что якобы задумал читаемый субъект. Это особая психологическая практика требовала определённого уровня подготовки. В боевых условиях трудно сочетать рисование ложной картины воображаемых действий, отделяя их при этом от реально исполняемых на ходу, да ещё и чередовать это с защитой от чтения мыслей. Добавить к этим приёмам ещё использование биорезонанса и голова может пойти кругом. Высшим пилотажем в сражениях у резонантов считалось умение одновременно держать психологическую оборону, атаковать противника на уровне психики, производить физические, биорезонансные и гибридные атаки. На такое способны только единицы среди талантливых гештальтов-резонантов, прошедших серьёзное обучение, да опытные боевые реплики с мощными вычислительными процессорами и резонансными модулями. Рядовые бойцы-резонанты обычно пользовались чередованием и сочетанием различных приёмов, выжидая, когда противник допустит ошибку, откроется для какого-нибудь вида атаки. Но в этот раз блок-стражи настояли только на физическом контакте, поэтому резонансные приёмы исключены, а чтение мыслей малоэффективно, если противники равны по силам и хитрости.       Ноль-четыре бросилась вперёд, атакуя правой рукой для удара по голове. Первая шагнула в левую сторону, уклоняясь от замаха, одновременно занося левую руку в контратаку, целью которой тоже была голова соперницы. Четыре заметила это движение и хотела было уйти, нырнув в другую сторону, но не успела. Гравитационный пузырь, возникший между репликами на секунду, раскидал их в разные стороны. Обе упали, проехавшись около полуметра по снегу.       — Третья?.. — опешила 02.       — Какого хрена ты творишь?! — заорала 01.       — По лицу друг друга не бить, — спокойно отвечала 03. — Я всё вижу. Ваши разбитые морды трудно будет объяснить дружеским спаррингом.       — Чтоб тебя!.. — хотела было выругаться 04.       — О-о-ох… — жалобно протянула 02. Видимо, она надеялась, что третья решила помочь ей разнять оппонентов, но ошиблась.       Реплики поднялись, отряхиваясь от налипшего снега. Вновь заняли боевые стойки. В этот раз ноль-один решила взять инициативу в свои руки. Сблизившись с 04, она начала поочерёдно наносить быстрые короткие удары, целясь по корпусу. Соперница всячески блокировалась, но не могла поймать момент для контратаки, слишком силён был натиск со стороны 01. И вот один из ударов она пропустила. С левой руки 01 удалось попасть в бок по рёбрам.       — А! — 04 потеряла концентрацию от боли, отчего пропустила удар уже с другой руки под дых. Она сразу осела, хватая ртом воздух. Рядом с окулярами начала выделяться влага.       — Получила? — победно спросила 01. — Могу ещё добавить. Или с тебя хватит?       — Погоди, тварь. Ещё ничего не кончено.       Двойка цокнула языком и прикрыла лицо рукой. Эта глупая затея действовала ей на нервы всё время с самого начала. Она давно знала первую. Четвёрку тоже, но не настолько хорошо, так как последняя всячески отказывалась вступать в телепатический контакт. С другой стороны, они никогда не настаивали, но прекрасно знали, чем это может закончится. Сейчас она спрашивала себя, всё ли было правильно в их действиях? Надо ли уважать чужое ментальное пространство или лучше было бы давно насильно вмешаться в сознание четвёрки? Может, тогда бы не было никакого конфликта, исчерпай они его на начальном этапе.       Отдышавшись, 04 встала. Дыхание всё ещё было сбито, а окуляры подтянуло пеленой влаги, что несколько осложняло ориентирование. Зачинщица избавилась от ремня на руке, сейчас он только мешал. Обе вновь сошлись в серии ударов и блоков. Уклонившись от очередного удара, ноль-четыре двумя руками нанесла удар в сплетение. Первая отшатнулась, расслабив кисти и схватившись за грудь, отчего ремень размотался и выпал на снег. Видно, она не ожидала такого приёма и сейчас ей было не по себе. Это было заметно по тому, как она злобно сверкала красными огоньками оптики.       — Может, хватит, а?! — завопила 02. — Сколько ещё вы будете продолжать?       — Не лезь, — прохрипела 01. — Без тебя разберёмся.       Когда соперницы перевели дух, сошлись в третий раз. Однако 01 теряла терпение. Драться она начала более неистово. В одно мгновение, когда 04 атаковала её очередным ударом, реплика перехватила руку оппонента, дёрнула на себя и с размаху ударила коленом в живот. Ноль-четыре охнула, согнувшись пополам.       — Ну, как?! Мало тебе? — орала 01. — Ещё хочешь?       Четвёртая Колибри уже откровенно плакала. От боли физической и душевной. Комок обиды подступил к горлу. Она тихо выла. Всё, что накопилось за годы, всё то, что она скрывала выходила наружу, словно вода, прорвавшая плотину. От переполнявших горечи, обиды и ярости, реплика бросилась на ноль-первую. 01 хотела было ударить её ещё раз, чтобы завершить начатое, но угодила в выставленный блок. Врезавшись всем весом тела в противника, 04 удалось сбить 01 с ног. Подсобил тот факт, что реплики в ближнем бою не слишком устойчивы ввиду отсутствия стоп, анатомически аналогичных по конструкции ногам гештальтов. Сама она неуклюже упала сверху, придавив 01 к полу. Рыдая, она начала наносить обидчице удары по корпусу, по животу. Однако долго эта сцена не продлилась. Какая-то сила рванула её назад, словно тряпичную куклу. Реплика отлетела на несколько метров, проехавшись по снегу. Больше 04 встать не пыталась. Силы её кончились, она продолжала плакать.       «Реплики не плачут! Реплики не плачут! Реплики никогда не плачут! Особенно протекторы!» — Колибри не могла сдержать своих чувств. Контроль окончательно потерян. Она опозорена, унижена и побита. От неспособности сдерживаться было ещё обиднее. Будь у неё возможность провалиться под землю, без раздумий так и поступила бы.       — Достаточно, — констатировала 03. Это она биорезонансом откинула 04, предотвратив дальнейшие избиения коллеги. — Побесились и хватит.       — Хвала, блин, Революции. Наконец-то, — раздражённо сказала 02.       — Идиотка… Сама начала, теперь рыдает, — проговорила 01, поднимаясь и держась за живот.       — П-почему?.. — всхлипывая, бормотала 04.       — Что? — не поняла 01. — Что ты там тявкаешь?       — Почем-му ты м-меня цепляешь?! — выпалила 04.       — Потому что я тебя не уважаю! Ты — позор Протектората! Свалилась к нам из управления и за что? За плохую службу! Ты всё время бежишь от проблем! Магазин книжный нормально проверить не можешь! Говоришь про какой-то шанс для гештальта! Какой нахрен шанс?! В добренькую решила поиграть, а?! От меня было бы больше пользы, будь я в Управлении!..       — Будь ты в Управ-лении, ты бы обосралась от страха! — прервала её 04. — И это всё из-за зависти? Работаешь т-тут, внизу, блок-стражем и радуйся! Там, куда ты хо-хочешь попасть, ошибок не прощают! Да, я ошиблась! И меня могли за это списать! Т-тебе когда-нибудь уг-рожали с-списанием? Мне повезло, что просто понизили!       Блок-стражи переглянулись. Кажется, общая мысль посетила библиотечную троицу.       — Почему раньше не сказала? — спросила 01 спокойным тоном. Её былой пыл исчез.       — А ч-что мне оставалось?! Вы п-поставили себя так, что я не хотела чувствовать вас в своём сознании!       Ноль-один подошла к плачущей Колибри и протянула руку.       — Давай, вставай, — проговорила она как можно мягче.       — Ос-ставь меня, — четвёрка явно никуда не собиралась.       — Лучше пойдём, первая, — позвала коллегу 02.       Реплика поколебалась какое-то мгновение в нерешительности. Однако, поняв, что бывшая соперница не двинется с места, отступила.       — Как знаешь, — 01 пошла собирать свои вещи. Очистив их от снега, направилась к выходу вместе с 02. Последняя вопросительно посмотрела на 03.       — Я тут задержусь, — сказала 03 и кинула ключ 02. — Присмотрю за ней. Ключ оставьте в двери.       Ноль-два кивнула в знак согласия. Реплики ушли, оставив 03 и 04 наедине. Ноль-четыре лежала на снегу, свернувшись калачиком. Тройка собрала вещи реплики и подошла к ней.       — Эй. Ты как? — спросила она, положив рядом снаряжение.       — Какая тебе разница? — Колибри почти перестала рыдать. Лишь слёзы предательски продолжали литься.       — Может, никакой, — 03 присела рядом. — А, может, и есть разница.       — Чего тебе надо?       — Крышу закрыть.       — Оставь ключ, я сама закрою.       — Могут возникнуть вопросы, если ты выйдешь с крыши вся зарёванная, — 03 протянула четвёрке платок золотистого цвета. Реплика села, взяв псевдоткань из рук. Биорезонансный материал немного отдавал теплом. Четвёрка вытерла лицо, но из глаз всё равно ещё проступала влага.       — Тебе-то что? Меня скоро спишут.       — Почему?       — Скоро командующая будет проводить сезонную проверку. Мне не хватит времени восстановиться, — Колибри опустила голову, обхватив колени руками.       — Когда?       — Не знаю. Даты в письме не было.       — Когда пришло письмо?       — Два цикла назад.       — Слушай, ещё есть время. Мы поможем тебе восстановить своё состояние.       — Каким образом?       — Знаешь, телепатическая связь для нашей серии служит чем-то вроде терапии. А ты давно не погружалась в неё.       — Ваше поведение не способствовало моей стабилизации, а теперь помощь предлагаешь? — недоверчиво глянула на собеседницу 04.       — Согласна. Мы… перегнули, — судя по выражению лица тройки, она серьёзно озадачилась.       — Отдельное “спасибо” первой.       — И раз мы подставили тебя, то давай поможем.       — Хах! Смешно. Вы сделали достаточно, чтобы я не хотела иметь с вами связь.       — Зря отказываешься. Если сейчас напрячься, возможно, получится всё исправить.       — Не думаю, что твои подружки согласятся.       — Я поговорю с ними. Согласятся обязательно.       — Мне не нужна ваша помощь. Уходи, — ноль-четыре отвернулась. Истерически смешно было принимать помощь от тех, кто травил или кому было плевать.       Тройка поняла, сейчас переубеждать 04 бесполезно. Надо дать ей время. Реплика поднялась и, отряхнувшись от снега, пошла к выходу.       — Ты всё равно приходи в библиотеку. Мы будем ждать.       Колибри ничего не ответила. 03 ушла, оставив дверь открытой. Она всё ещё переживала произошедшее. Успокоившись, стала обдумывать своё незавидное положение, но никаких положительных перспектив в обозримом будущем не видела. Реплика привела себя в порядок, ещё раз обтерев лицо платком. Когда необходимость в нём отпала, золотистая ткань растворилась в воздухе за ненадобностью. Протектор посмотрела на небо, на газовый гигант, взирающий на Ротфронт своим Красным глазом.       — Скоро всё закончится… Скоро, — собрав вещи, она покинула крышу.

***

      Сектор С. Блок 04.       Блок-страж вернулась в свои апартаменты, минуя офис. Она сняла снаряжение и вытащила пистолет из кобуры. Пояс с нагрудником остались лежать на столе. Колибри устало провалилась в кресло. Всё было кончено. Слёзы выплаканы, грусть исчезла, комок обиды в горле ослаб. Осталась только пустота. Тупая, немая пустота. И осознание скорого конца. Такое ясное, обыденное, само собой разумеющееся как закон природы. Реплика сняла пистолет с предохранителя, приставила дуло оружия к виску. Металл приятно холодил кожу. Колибри закрыла глаза. Один раз нажать на спуск и цикл страданий прервётся. Ей не придётся проходить проверку, выкручиваться, чтобы избежать списания. А если её всё-таки вычислят, наверняка, арестуют со всеми прелестями задержания: насилие, допросы, пытки. В конце расстрел или отключение. Что одно, что другое — всё равно. Но стоит один раз нажать и… ничего этого не будет. Она представила себе какими фразами будут пестрить отчёты о происшествии.       «Протектора нашли мёртвой...»       «Блок-страж деградировала...»       «KLBR-R16-04 застрелилась...»       Весьма позорно для Протектората. Случай посчитают резонансным, попытаются скрыть, а для общественности придумают какую-нибудь байку. Взять те же инфильтрованные элементы, которые они ищут. Свалят на них и никто разбираться в деле не будет. Кому какое дело до реплики-самоубийцы?       Несколько мгновений она сидела в кресле с пистолетом как застывшая статуя. Мысли о последствиях обоих выборов быстро пролетели в голове. Реплика никак не могла решиться сделать последний шаг.       «Я даже застрелиться нормально не могу», — ей не хватало смелости. Отвратительное чувство собственной беспомощности окутало протектора. Колибри убрала оружие от головы и принялась задумчиво рассматривать предмет. По неизвестной причине на раме затвора отсутствовал серийный номер оружия. Вместо него была выгравирована надпись “Уйти”. Впрочем, данный факт не удивил реплику. Она опустила оружие.       Внезапно включился телевизор, стоявший на прикроватном столике, привлекая к себе внимание. Комната озарилась неприятным ярким красным светом от экрана. На красном фоне появились чёрные буквы. Из-за чрезмерной яркости Колибри не сразу разобрала, что было написано. Телевизор будто бы уловил желание зрительницы, притушив свет в то время, как буквы на экране стали больше и шире.       «Принять», — наконец, смогла прочитать надпись протектор. От увиденного она выронила пистолет. Оружие тяжело стукнулось об пол. Реплика вздрогнула и посмотрела в сторону источника шума сонным взглядом. На полу валялся табельный пистолет, которым она хотела застрелиться.       — Какая же я жалкая, — похоже, она уснула в кресле от переутомления и полученных эмоций, не сумев исполнить задуманное.       По внутреннему хронометру время позднее. Раз суицид не удался, надо поспать хотя бы немного, чтобы суметь воскреснуть завтра. Свою пулю она успеет получить из чужих рук, торопиться больше некуда. Можно расслабиться и отдохнуть.