09.07.*297 Вспышка

09.07.*297 — Отстань, — рыкнул Итан, взмахнул рукой, едва не ударив девушку. Лина сделала короткое плавное движение, отстраняясь, глубоко вдохнула, на короткий миг прикрыла глаза. — Приятель, я понимаю, тебе плохо, тебе надо выместить куда-то свою злость, но я сейчас ничего тебе не сделала, — тихо проговорила она, — если тебе надо поговорить… — она осеклась, перебитая. — Да что ты можешь понимать! — резко выкрикнул Итан, оборачиваясь, сжимая кулаки. — Да, ты прав, — начала было Лина своим самым спокойным тоном, — я не могу тебя полноценно… — Да никак не можешь! — снова перебил ее Итан, резко вскидывая голову, — что ты можешь мне сказать? Что мы все чем-то жертвуем ради этой работы? Лина спиной почувствовала, как Алекс поднялся из-за стола, сделал в их сторону пару шагов. — Итан, ты лезешь куда не стоит, — негромко, но с нажимом проговорил он. — А ты чем пожертвовала? — будто не услышав, продолжил юноша, — любовью, скажешь? Слышал уже! — он едва не переходил на крик. — Только ты, похоже, вообще любить не умеешь, — скрипнул он зубами. — Итан, перегибаешь, — повысил тон Алекс, опустил руку на плечо Лины, будто она прямо сейчас могла броситься на собеседника. — Любить не умею? — вдруг очень тихо угрожающе протянула девушка и с удивлением обнаружила едва заметную дрожь в своем голосе, — свою единственную любовь я хранила четырнадцать лет, — процедила она сквозь зубы, — хочешь знать, что с ним случилось? — Лин, пожалуйста… Хоть ты себя в руках держи, — почти с мольбой протянул Алекс. — Ты даже не представляешь, насколько я держу себя в руках, — Лина чуть двинула головой, глубоко вдохнула, позволяя полубезумной улыбке скользнуть на лицо. — Ну давай, расскажи, что ты потеряла, расскажи, чем пожертвовала ради такой жизни? — во взгляде и тоне Итана вспыхнул вызов. — Однажды ты полезешь в архивы и узнаешь, насколько всем я пожертвовала… — процедила сквозь зубы девушка, — а еще ты узнаешь, что единственную свою любовь я убила в момент, когда встал выбор между ним — моим вечным счастьем — и целостностью этой реальности, разрушение которой должно было начаться, как только я соглашусь на предложение, от которого нельзя отказаться. — Она не двигалась, говорила медленно ровно, глядя на собеседника исподлобья. Тот в ужасе отшатнулся, бестолково моргая. — Вот этими руками, — Лина показала раскрытые ладони, — я сначала отказалась от абсолютной власти, а потом, спустя много лет, уничтожила свой единственный шанс на счастье… — девушка горько усмехнулась, откинула с лица челку, — я знаю, что такое жертва, я могу понять твои эмоции, и я точно не заслужила, чтобы меня обвиняли в бесчувственности только потому, что я попросила пустить меня к кофемашине, — ее голос снова стал привычно усталым, зазвучал спокойно, только будто отрешенно. Алекс молча вложил ей в ладони горячую чашку, заглянул в глаза и, получив благодарный кивок, вернулся на свое место. Итан смотрел на Лину ошарашенно, почти перепуганно, а она вдруг, сделав глоток тьмы из чашки, улыбнулась. Тепло, ласково, как улыбаются добрые бабушки: — Все пройдет со временем, станет легче, — она мягко похлопала собеседника по плечу, — ты имеешь право на свои эмоции, но будь добр не выливать их на кого попало, — девушка вернулась за стол, чуть виновато глянула на Алекса, — ты уж прости за концерт. Я готова убивать, когда меня не пускают до кофе, — она тихо усмехнулась, принимаясь, наконец, за завтрак. — И мы просто сделаем вид, что ничего не произошло? — ошарашенно уточнил Итан, вздергивая брови. — Нет, мы еще уточним, что Сиду об этом знать не обязательно, я не хочу опять сдавать тест на наркотики из-за его паранойи, — безразлично пожала плечами Лина, — омлет просто божественный, спасибо. — Обращайся, -- хмыкнул Алекс, тоже возвращаясь к еде. — То есть ты сейчас излила мне душу, а теперь предлагаешь просто спокойно сесть завтракать? — Итан покачал головой. — Советую сделать себе чаю или кофе, — пожала плечами Лина.