Не уследили

      Пламя свечей колыхнулось, стоило дверям резко распахнуться. Вскоре послышались тяжёлые шаги.       — Что случилось? — На ходу спросил Султан, буквально вбегая в покои жены.       Не взглянув на застывшую Афифе, Сулейман продолжил путь и остановился лишь возле кровати. Увиденное заставило его шумно выдохнуть. Тёмная ночная рубаха Хюррем выделяла болезненную бледность её кожи. На лбу, едва не опускаясь до виска, алела рана, которой утром точно не было. В воздухе отчётливо витал запах трав и лекарств.       — Что с ней произошло? — пытаясь взять под контроль эмоции, спросил Султан.       Утренняя поездка к ветви для осмотра кораблей перетекла в давнюю привычку — ходить по рынку в облике простого человека. Ему всегда нравилось ощущать, как жизнь протекает там, за громадными стенами Топкапы. Уши наполнялись многочисленными разговорами, улавливали шепотки о себе и пашах. Десятки монет были розданы малоимущим, а в школы записаны дети.       Лишь перепуганное лицо Михримах по приезде во дворец стерло удовлетворённость от прошедшего дня, сменяя его на беспокойство. Фраза «С матушкой что-то случилось» буквально заставила Султана напрячься. Уж слишком много всего происходило с Хюррем в его отсутствие.       — Мы не знаем, Повелитель, — ответила Афифе. — Стражи нашли Госпожу в Мраморном павильоне. Она была без сознания и с тех пор не приходила в себя.       Сулейман опустился на край кровати и привычным жестом потянулся к лицу жены. Пальцы мягко погладили щеку, а тёплая кожа позволила немного расслабиться. Он пытался не тянуться к любимым золотистым волосам, чтобы случайно не задеть рану на лбу. Вместо этого пальцы мягко очертили челюсть и легли на щеку.       — Что сказала лекарша?       — Она обработала рану, но нам нужно ждать пробуждения Госпожи. Лишь тогда мы сможем понять, принесла ли эта травма последствия или нет, — спокойно ответила Афифе, хотя знала, что ничего спокойного не было ни в их тихом разговоре, ни в произошедшем. Плохое настроение Султана можно было ощущать кожей.       — Как Хюррем вообще оказалась там одна? — Слегка повысил голосом Сулейман, но опомнился. Хюррем нужен был покой и тишина. — Где были её служанки? С кем она встретилась?!       Выливая малую долю своего гнева на многочисленные вопросы, Падишах неотрывно смотрел на лицо любимой женщины. Он все ждал, чтобы Хюррем очнулась, но равномеренное дыхание подсказывало, что ночь будет долгой.