Но в тоже время именно этим я и занимался в первую ночь в этих подземельях (проза)

Д'арс пристально смотрела на Кахару, всё ещё не понимая мотивов этого мужчины. Они уже шестой раз добывают хлеб и делят его между собой, но от этого доверие всё равно не растёт... а ведь если бы в отряде был Ле'Гард, он бы точно искоренил из неё эти мысли, ведь она подрывает этим работоспособность отряда. Она с трудом сглотнула сухой кусок, который больше походил на запыленную глину, чем на привычный домашний хлеб, после чего жадно отпила такую же неприятно грязную воду. Но в таких местах выбирать не приходится, как лучше выживать. Кахара вызывал в ней смешанные эмоции. Она не знала, как на него реагировать. Она шла с ним спиной к спине, пробираясь сквозь полчища мерзких развратных тварей, которые наполняют эти подземелья. И в тоже время, даже не смотря на пройденный путь, он всё равно вызывал недобрые ассоциации... он же наёмник, дезертир, так ещё и известный грабитель, который был не лучше этих монстров, которых они поголовно истребляли. Она помнила листовки о его поимке, помнила шепотки среди своих соратников, которые явно презирали этого мужчину и считали его грязным отбросом, пылью на дороге, которая попадает в глаза, не более... а теперь она в его отряде на вторых ролях, вынужденная относиться к нему, как к брату по оружию. Она всё ещё не отводила взгляда от наёмника, который в этот самый момент прекратил грызть сухари и обратился к ней: — Ты так и будешь меня сверлить глазами, красотка? Заводит то, как мужчины мусолят сухарики остатками своих зубов? Эмоции резко перемешались внутри Д'арс, словно бы её встряхнули, как бутылку вина с осадком на дне. Она была уверена, что в данную секунду испепелила бы его огнём, если могла бы. Она недовольно фыркнула... это же какая наглость, так ей отвечать. Она принялась напряжённо протирать свой клинок остатками масла: — Ты думаешь, что сейчас идеальное время и место, чтобы отбрасывать наглые комментарии в мою сторону? — Ты вроде бы ничего не говорила в мою сторону, но твои глаза эти наглые комментарии бросают в меня весь наш путь от начала до кон... ой, хаха, а до конца-то мы ещё не добрались. Придётся меня потерпеть. — Почему-ты так ВООБЩЕ решил? — скрипя зубами, уточнила она, стараясь не отрывать взгляда от своего меча. Кажется, словно бы он её провоцирует. — Знаешь в чём проблема милых ангельских глазок? Они не умеют скрывать своих эмоций. В том числе отвращения и гнева. Слишком уж негативные эмоции... не подстать тебе. Д'арс уж было хотела ответить, но Кахара её опередил: — Дай-ка я угадаю твои мысли... всё равно мне сейчас скучно, хоть небольшая разминка для мозгов будет. Увидя меня в начале, ты возможно и не сразу поняла, кто я. Спешно приняла мою помощь и согласилась присоединиться к моему отряду... — Прибиться... - со стыдом ответила Д'арс. — Ну, что же ты так... люби себя. Ты же не собака какая-то, чтобы прибиваться к людям. Я понимаю твои эмоции... сначала спешно увидела возможность выжить, а потом поняла кто рядом с тобой, но в тоже время решила эту правду проглотить. Да, в этих тёмных подземельях я бы и сам даже нашего короля не узнал. В любом случае ты, как опытный рыцарь, понимаешь цену выживания, поэтому стараешься максимально молчать и не общаться со мной... не дай бог в порыве гнева чего лишнего скажешь. Боишься, что из-за этого наш отряд полностью распадётся, развалится и станет недееспособным, верно? Тебя так обучали. Знакомое чувство... проглатывать свои эмоции и хотелки, чтобы цели миссии в отряде не пошатнулись. Д'арс молча его слушала, сглатывая правду... и всё равно, когда он приравнял себя к ней, стало немного неприятно. Она ежесекундно поморщилась, хоть и понадеялась, что этот порыв останется незамеченным. Кахара продолжил: — Вот, даже сейчас! Хах. Даже сейчас тебе неприятно, я же вижу. Зачем ты это в себе скрываешь? Выскажи хоть что нибудь, чтобы у меня было чувство, что я в отряде не один. — Мы путешествуем с тобой... — Ахаха, путешествуем... — Мы делим с тобой хлеб, мы сражаемся бок-о-бок... чего ещё тебе не хватает? Я ничего не хочу говорить на эту тему! - эмоции внутри начали постепенно закипать. — А что тебе мешает? Д'арс вспомнила Ле'Гарда, точнее его тело с располосованной шеей от уха до уха, после чего съежилась так максимально, как позволял её плотный доспех. Вены на лбу вздулись и она часто заморгала: — Да отстань ты уже... что тебя не устраивает во мне? — Это тебя что-то в себе не устраивает, а меня устраивает всё. Просто выскажись уже... ты же понимаешь, что молчаливым осуждением ты делаешь ещё хуже, ежели бы просто сказала? — Ле'Гард... — с трудом выдавила она, после чего замолчала, сдерживая слёзы. — Я знал, что тебя это гложет. Ты ощущаешь вину за то что он мёртв. Но я не хотел на тебя давить с расспросами какое-то время... Д'арс продолжала тупить в пол, изредка метая тревожный взгляд в сторону наёмника. Кахара продолжил: — Просто скажи уже... что я мерзкий бандит и сам факт того, что я рядом с тобой ещё жив, тебя неимоверно убивает изнутри... такие как Ле'гард боролись с такими, как я. А теперь его нет рядом. Только я. — Я... — Д'арс чувствовала, как в груди всё жжётся, она до боли сжала свой кулак, после чего слёзы потекли по щекам... непривычно обжигающие. — Я... да иди ты! Знаешь, что... иди! Я не должна была вообще отпускать его сюда. Не должна была! — с каждым разом всё тяжелее и тяжелее было говорить, слёзы стекали ручьями по её лицу и затекали за ворот доспеха. Она опустила меч на землю и прикрыла лицо руками. — Да, мне противно от себя! Что я с такими... как... ты! Тишина... только её плач резал по собственным ушам. Так непривычно слышать подтверждение того, что ты слабая и никчёмная. Казалось, что мир вокруг сузился до размера душной каменной комнатушки, что окружение вот-вот схватит её за шею и свернёт её. Внезапно тёплые руки Кахары мягко обхватили её голову и прижали её к груди. Она не стала сопротивляться... его руки были непривычно нежны для грубого неотёсанного бандита. Напоминали руки Ле'Гарда. Она услышала слова Кахары сквозь свои громкие судорожные всхлипы: — Всё нормально... нам просто нужно выжить. И всё. Ты не виновата в своём положении. Как в целом никто не виноват. Ты не виновата в смерти Ле'Гарда. — Е-е-еслибы я понимала его с первого раза... если бы! Если бы я поддержала его! — Поддержала бы что? Оправдание массовых убийств невинных жителей в деревне? — Я... я не знаю... я запуталась! — Это в прошлом. Твоей вины в этом нет. Запомни. Он сам избрал этот путь. — Я плохой соратник... возможно он не избрал бы этот путь, если бы я его переубедила. Я знала, что это мерзкая затея, но поверила ему... а ведь столько людей полегло... — Иногда любимые люди могут быть мудаками. Она медленно отлепила своё покрасневшее лицо от его кирасы и взглянула в его глаза: — Да? — Да. Иначе бы у меня не было жены. Но она никогда бы не взяла мои грехи на себя... но любить не перестала бы. — Я... честно, я ненавижу плакать. — с нервным смехом ответила Д'арс и вытерла ладонью слёзы. Кахара усмехнулся: — И я тоже. Но в тоже время именно этим я и занимался в первую ночь в этих подземельях.