Часть 24

— Доброе утро, самая прекрасная пациентка! Андрей проснулся уже час назад и ждал, когда настанет пробуждение Марии. Время нп часах — одиннадцать утра. Андрей уже успел сходить в магазин и приготовить завтрак — то, что умел — жареную яичницу. — А вот и мой доктор. — Сиплым и нежным от сна голосом сказала Маша с улыбкой на лице, протягиваясь в постели. — Как мне хорошо спало-о-о-ось... — Как Вы себя чувствуете? — Андрей присел рядом с диваном и стал щекотно водить пальцами по руке Маши. — Ну Андре-е-ей!.. — Она спрятала руку под одеяло. — Ваш завтрак уже готов. — Ну что же за прекрасная больница?.. — А если серьёзно, как ты себя чувствуешь? — Прекрасно. — Хитрая, наверное, просто хотела погулять учёбу! — Ну я устала! — Тепло тебе спалось в волшебных носках? — Очень. Спасибо. — Улыбнулась Маша. — Кстати, больным нужно завтракать по расписанию. Ну и здоровым тоже. А завтрак уже в сковороде. — Ты во сколько встал, Андрюш? — Да час назад. Не стал тебя будить. Сейчас произошёл приятный утренний диалог, а ещё несколько минут назад Андрей наблюдал за спящей Машей. За её красивым юным личиком, за её длинными и волнистыми запутанными волосами, рассыпающимися по подушке, за рядом лежащим полотенцем, которое ночью сползло с её головы. Даже утром Маша была прекрасна в глазах Андрея. Ещё прекраснее, чем днём или вечером. Как Андрею хотелось просыпаться рядом с ней каждое утро... — Маш, а ведь мы с тобой сегодня... Переспали. — Дурак! — Маша засмеялась. — Нет, нет ничего лучше на свете, чем спать рядом с тобой. *** — Что будем сегодня делать? — Спросила Маша за завтраком. —Сегодня прекрасный день, чтобы изолироваться от внешнего мира и провести самый романтичный в мире день. Маша молча улыбалась. — Ну или... Ещё не поздно появиться на парах. — Ну уж нет! — Маш, а я и не думал, что ты такая прогульщица. — Кто бы говорил! — Маша слегка ударила Андрея по руке. — Шу-чу. Эх. — Андрей опустил руки на стол и уперся в них подбородком, смотря на Машу с улыбкой. — Ты чего? — Настроение хорошее. *** Когда Мария Владимировна, — мама Андрея, — находилась в театре на репетиции, её пригласили в кабинет к кому-то из администрации театра. — Мария Владимировна, Вас к телефону просят. — Меня? — Да, Вас. Мария Владимировна взяла трубку: — Алло. — Добрый день, Мария Владимировна! — Это звонил мастер Андрея из театрального училища. — А что случилось с Андреем? Он не появляется в институте уже второй день подряд, и причина неизвестна. А поскольку он ещё несовершеннолетний, я вынужден связаться в родителями. — Да вы что? Как не появляется? — Ну, потеряли его. Дело в том, что он уже не первый раз пропускает занятия без каких-то причин последние два месяца. Мы, конечно, проведём с ним беседу, но и Вы, как родитель, поговорите с ним. А то что-то меня такое отношение к учёбе пугает. Хороший же мальчик. — Да что Вы говорите? Простите, ради Бога! Ну, я ему устрою! Спасибо, что сказали. Я ему устрою! *** День Маша и Андрей проводили обычно, но тем не менее хорошо и интересно: играли в какие-то советские настольные игры, Андрей показывал Маше альбом со своими детскими фотографиями, смотрели какие-то театральные передачи по телевизору. Самое главное, что они оба были счастливы от того, что они проводят весь день друг с другом. Маша стояла у шкафа и разглядывала застекленные полки, на которых что-то стояло или лежало — различные сувениры, фотографии, конверты, игрушечные машинки. Её интересовало все эти мелочи, хотелось знать их историю и то, как они оказались у Андрея и что они для него значат. Это было прекрасное чувство. — А это ты с кем? — Маша указала на маленькую фотографию в маленькой рамочке, где стояли в обнимку два подростка. — Это Кира, мой старший брат. — У тебя есть брат? — Ага. Ну, у нас общий отец... — Здорово... Кира — это как? — Кирилл. — А... — Улыбнулась Маша и смущённо заправила волосы за ухо. Андрей подошёл к ней сзади совсем близко — она почувствовала его тёплое дыхание на шее. Он положил руку ей на талию, а второй рукой медленно заправил волосы за второе ухо. Какое-то приятное оцепенение одолело Машу. Горло резко пересохло. Она накрыла ладонью руку Андрея. Что дальше? Андрей почувствовал рукой пульс Маши и как быстро нагрелась её ладонь. Как же хорошо... Чертовски хорошо. Каждое касание было сказкой, а сейчас особенно. Андрей нежно обвил талию Маши двумя руками, и дыхание её участилось. Казалось, что ещё мгновение, и она сдастся. — А эта... Эта собачка откуда? Можно посмотреть? Андрей отпустил Машу и достал с полки маленькую собачку, — кажется, она была сделана из глины, — и дал Маше. — Милая. — Это мне мама подарила, когда я был маленький. Привезла откуда-то. С гастролей. — Не помнишь уже? — Нет... Они так часто уезжали, что я даже не запоминал, куда и когда. Помню только, как оставался с нянькой и безумно скучал... Ну, вот. А в качестве награды я получал вот таких вот собачек... — Теперь эта собачка будет ассоциироваться у меня с тобой и с твоим детством. — Я могу подарить тебе её. — Ты что?.. Нет... Это твоя. Память из детства. — Мне не жалко. Если хочешь, возьми. Пусть она будет у тебя. Как талисман от меня. Пусть хоть что-то у тебя будет от меня. — Тебе правда не жалко? — Маша улыбалась. — Для тебя — нет. — Спасибо. — Маша поцеловала Андрея, а потом снова посмотрела на маленькую собачку. — Она прелестна. — И ты тоже... — И ты... — Маш... — Андрей взял Машу за руку, стоя перед ней. — Я хочу, чтобы этот день стал официально нашим днём. — Так... Как? — Приглашаю тебя на свидание. — Свидание? — Да. Сегодня вечером. У меня дома. — Но мы и так уже видимся, и и так у тебя дома. — Улыбнулась Маша. — Маш, не порти романтику! — Ну хорошо... — Тогда сегодня вкусный ужин? — А что? — Давай-ка подумаем. Вспомни, с чего началось наше знакомство. Маша задумчиво смотрела на Андрея. Он наклонился к её уху и шёпотом сказал: — С картошки. — Ах! — Улыбнулась Маша. — Ну да. И что, ты хочешь картошки? — Ага. Отвареную. Посыпанную укропом. — В шутку говорил Андрей, а Маша улыбалась. Сошлись на картошке по-французски, как это принято называть. — А вот насчёт напитка всё уже решено. У меня есть бутылка шампанского! — Шампанского? — Это был первый напиток, который мы пили. Помнишь? — Помню. Сложно забыть, как ты пытался открыть бутылку... — Они засмеялись. — Обещаю, в этот раз такого не повторится! — Театрально сказал Андрей, подняв вверх указательный палец и нахмурив брови. Маша хихикала. *** Андрей, как истинный джентльмен, сходил в гастроном за продуктами, и тогда Маша начала готовить. Пока картошка запекалась в духовке, Андрей стелил на стол белую скатерть. — Как в лучших ресторанах! — Откуда у тебя такая скатерть? Скатерть, Андрей! — Удивлялась Маша. — Ну а как! Такое должно быть! — Боже, какой ты хозяйственный. Достался же ты мне. Когда Андрей постелил скатерть, он достал два фужера и поставил на стол, следом поставил бутылку шампанского. — Не верю. Приглашена на свидание, а стою тут, у тебя на кухне в твоих носках и пижаме. Не может быть. — И знаешь, просто прекрасна! А все эти платья и помады... Не надо тут.. — А свидание у меня тут, с хозяином этой квартиры. Самым лучшим человеком на земле, как оказалось! — Ну Машуль, перестань. Подожди-ка здесь. Пока Андрей куда-то ушёл, Маша заглянула в духовку — почти готово. По квартире уже распространился очень вкусный запах, который придавал уютную атмосферу. Минуты через три на кухне появился Андрей, переодетый в пижаму. Он демонстративно, по-модельному встал, упираясь рукой в спинку стула и скрестив ноги. Маша громко засмеялась. — Мы же должны быть одинаково роскошны! — Андре-е-е-й, ну ты даёшь! — Теперь я объявляю наше свидание официально «пижамным». Удобно же, Машуль? — Очень. — Сказал Маша и достала две тарелки из шкафа. Как только Маша достала противень с готовым блюдом, Андрей тут же промычал: — Мммм... Когда Маша посмотрела на него, он лежал головой на столе. — Ты чего, Андрюш? — Я умер от этого аромата. — Пояснил Андрей. — Ну Андрюш... — Хихикнула Маша и слегка потрепала его рукой по голове. — Маш, а какие-нибудь гурманы могли бы нам позавидовать: мы едим запечённую с фаршем картошку и пьём шампанское. — А как по мне, так лучше и не придумаешь. — Ну конечно, это же я придумал! — Ц! — Ням-ням. Ну всё, садись. Стой! — Андрей соскочил с места и отодвинул табуретку для Маши. — Мерси. — Мило сказала она. — Так. Ну всё. — Андрей взял бутылку, преодолевая испытания с открытием. В этот раз у него это получилось намного быстрее, и фужеры наполнились шипящим напитком. — За нас... Нет. За самую красивую и лучшую девушку в мире. За тебя, Машуль. Маша мило глядела на Андрея, который протянул к ней свой фужер. Они «чокнулись» и выпили. — Боже, в очередной раз слишком вкусно. — Говорил Андрей, приступив к еде. — Маш, ты прирождённый повар. — Спасибо. — Знаешь, а я сегодня утром наблюдал, как ты спишь. — Серьёзно? — Да. Знаешь, ты такая... Милая. Спасибо за такую возможность. — Какую? — Наблюдать за спящей тобой. Нет, ну правда. Вот если бы не ты, за кем бы я бы наблюдал?.. Ничего прекрасного. А тут такое. Маша улыбалась, смотря своими большими карими глазами в глаза Андрея. Во взглядах обоих пробивалась любовь. — Как же всё-таки хорошо, что мы с тобой тогда встретились... Я до сих пор не верю, что... — Что? — Что кто-то обратил на меня внимание... — А почему тебя это удивляет? — Ну... Я слишком простая. Таких обычно не замечают. И ты не представляешь, насколько ты меня осчастливил. — Маш, в этом и дело! Мне вообще не важно, какая ты, ты... Такая, какая нужна мне! Поэтому мы сейчас здесь, вместе. Понимаешь? — Понимаю... — Это же настоящая судьба. — И сейчас я могу быть действительно такой, какой видишь и знаешь меня ты. Андрей улыбнулся. — А вот я тебя совсем не знаю, Андрюш. — В смысле? — Как оказалось! — Ты о чём? — Ты говорил, что обожаешь музыку и что у тебя куча пластинок. Но я до сих пор не слышала ни одной песни... — Это не проблема! Я мечтал об этом! — Андрей встал и подал руку Маше. — Позволите? Маша подала ему руку и встала. Андрей повёл её в комнату. — Можешь пока сесть, я выберу самое лучшее. Маша сидела и наблюдала за Андреем в углу комнаты, который рылся в пластинках, выбирая, что поставить. — Это ещё не всё. — Говорил Андрей, указывая на полки. — Большая часть дома. Но... Самое лучшее у меня! – Сказал Андрей и взял пластинку. Через несколько секунд в комнате заиграла красивая песня на английском языке с безумно романтичной мелодией. — Эта песня о красивой девушке. И я посвящаю её тебе. Потанцуем? — Андрей протянул руку, и они с Машей стали медленно двигаться, смотря друг другу в глаза. — Прости. Я сейчас. — Нежно сказал Андрей. Когда он подошёл к порогу комнаты, он сказал: — Маш, закрой глаза. Только не открывай, пока я не скажу! — Пугаешь! Хорошо, закрыла. Джентльмен расставил по разным местам несколько свечек (какой запасливый!), зажег их и выключил в комнате свет. Атмосфера в комнате мгновенно поменялась — стало теплее, уютнее и романтичнее. Стал чувствоваться приятный запах горящего воска. Маша стояла, закрывая глаза ладонями. Одна романтичная песня сменилась другой. Андрей подошёл к Маше, положив руки ей на талию. — Открывай. Маша медленно убрала руки с глаз и оглядела комнату, а потом стоящего перед ней Андрея. — Как красиво... — Ну как тебе музыка? — Чертовски прекрасна. Кажется, ты заразил меня этим словом... — Каким? — «Чертовски». Андрей улыбнулся. — Знаешь, что он сейчас сказал? — Шёпотом спросил Андрей. — Что? — Робко спросила Маша. — «Ты мне нравишься. Ты мне очень нравишься.» — Ты мой переводчик... — Прошептала Маша. — Маш... — Андрей взял Машу за руку и сел на диван, держа за талию стоящую перед ним Машу. — Ты мне нравишься... — Ты мне тоже... Очень.... — Маша приложила ладони к шее Андрея. — Очень нравишься... Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, и Андрей медленно поднял навверх рубашку Маши, сняв её. Перед ним Маша оказалась в одном лишь нижнем белье. Первое что увидел Андрей – грудь Маши, потому что мгновенно расстегнул её лифчик, чтобы пересилить все смущения. Ну вот... Ещё вчера он подавал ей в ванную одежду с закрытыми глазами, а теперь всё было перед ним. Маша села к Андрею на колени и впилась в его губы нежным поцелуем, параллельно пытаясь расстегнуть пуговицы на его пижаме. Они легли на кровать, прислонившись друг к другу своими телами, чувствуя каждую частичку тела друг друга, прижались так плотно, что своей грудью Маша чувствовала глубокое дыхание Андрея. Его грудь была очень сильной, как и дыхание. Казалось, что сейчас Андрей был уже не в состоянии переводить слова из песни, потому что уже не понимал, о чём поётся, в прочем, сейчас никто из них не слышал музыку вообще, потому что оба были сосредоточены только на одном, а голова горячела от ударившего в неё шампанского. Минуты шли, наступала ночь. По комнате разлетались тонкие стоны Маши, горящий огонь на свечках слегка пошатывался, воск медленно стекал вниз, и комнату наполнял жаркий запах страсти.