Глава 53

      Нео ненавидела это место. Этот особняк. Эти пропитанные холодом, ненавистью и разочарованием стены, где она не могла найти ни дом, ни любви. И почему в итоге всё привело её сюда, обратно? Какой резон был у Семьи Шонг? Её «отец» важная шишка, но устраивать ради него подобное? Возможно, она не знала никаких деталей, поэтому терялась в догадках, но ей вдруг стало всё равно. Пусть этот старик будет хоть императором мира, ей всё равно. Ей не всё равно на то, что она испытала из-за него и «мамы». Как их безразличие, как их желания и требования уничтожили её! Как они убили Тривию Ваниль! Как они уничтожили всё её детство, а потом отправили в ту школу убийц, чтобы окончательно стереть всё в пыль! Девушка сжала зубы и злобно посмотрела на семейный портрет, который спустя пару секунд лоскутами упал на пол. Ложь! Никакой любви, никакой заботы, одни только требования! Они хотели идеального ребёнка! Идеальную дочь!       А она не разговаривала. Не могла. Просто не могла, но как же им было всё равно! Абсолютно наплевать! Они водили Тривию по врачам, они пичкали её таблетками и уколами, они обращались ко всяким лже-целителям!.. Они делали всё, чтобы она стала «нормальной»! А она была! Была, просто не могла говорить! Так распорядилась природа! Но нет — им бы лишь винить во всём её, а не себя! И когда она начала хулиганить и откровенно пакостить в отместку и из желания показать, что больше не хочет терпеть, родители только сильнее закручивали гайки! Потому что хорошая дочь не могла вести себя так и скидывать всё на своего выдуманного друга Неополитан! Сначала Тривия им не верила. Не верила в их ложь, не желая терять единственного друга… Но потом поняла: Нео и Тривия — это один человек. Просто первая это её желание быть свободной от всего. Делать всё, что она захочет. Дружить с теми, с кем она захочет. Быть свободной от клетки, в которую её посадили… А когда её проявление раскрылось, и девушку отправили в ту проклятую школу… Она поняла, что надо действовать. Тривия жива, но она боялась вылезти наружу. А вот Нео — нет.       — Вернулась… С шумом, как всегда, — её отец стоял и смотрел прямо на неё. Злобно и с презрением. Мать, стоящая рядом с ним, смотрела с испугом и разочарованием. Нео на это только беззвучно фыркнула и яростно улыбнулась, бросив им под ноги кучу взрывчатки, что она успела забрать, пока Криос занимался бандитами. Круто занимался, многие охотники позавидовали бы!       — Я тебе ничего не скажу. Делай своё дело, — отец прищурился. — Но знай одно: я всегда знал, что однажды ты вернёшь наше добро злом.       Добро?.. Добро? ДОБРО?! Неополитан сжала кулаки и зубы, еле сдерживаясь от того, чтобы не расплакаться и не разорвать этого человека голыми руками. Добра никогда не было! Были только клетка, требования и запреты! Ради её блага, как же! Девушка злобно посмотрела на отца, а потом и на мать, которая хотела было открыть рот, но Нео посмотрела ещё злее, что остановило женщину от слов. Нет. Больше никакого вранья или лжи. Никакого больше «разочарования». Никаких больше воспоминаний. Здесь и сейчас погибает её «семейство» и Тривия вместе с ни… Девушка быстро развернулась, когда до её ушей донёсся топот ног и лязг доспехов. Очень знакомый лязг!..       — Неплохой бункер. Прочная дверь, стены, не хватает только мебели и запасов еды, — Криос без шлема встал в проходе и с интересом осмотрел комнату, а затем перевёл взгляд на Нео, что встала как вкопанная. Что он тут вообще забыл?       — Нео, — голос парня был беззлобным, но твёрдым и требовательным. — Отдай мне детонатор.       Девушка посмотрела на протянутую к ней руку с удивлением, а затем подняла прищуренный взгляд на него. Лицо парня никак не изменилось: он смотрел прямо на неё, но во взгляде не было ни твёрдости, ни гнева, ни требования. Лишь просьба. Отчаянная просьба сделать так, как просит он. Нео… Заколебалась. Впервые в жизни кто-то, не считая Романа, просил от неё что-то. Не требовал. А просил.       — Пожалуйста, Нео. Тебе не нужно этого делать, — голос Криоса перестал быть твёрдым. Он неожиданно стал тихим и мягким. — Я не думаю, что это стоит того. Смерть твоих родителей не окупит твои страдания.       Девушка с удивлением посмотрела на парня, который в ответ вытащил из коридора большой семейный портрет, который она по дороге сюда пропустила. На ней была изображена она между её родителями, но тогда, когда она ещё жила здесь и не стала Нео. Она вздрогнула и нахмурилась, показав зубы. Мерзкая картина.       — Твои разноцветные глаза, телосложение и лицо выдали тебя. А также тот факт, что я знал тебя до розового цвета в твоём нынешнем образе, — в конце своих слов Криос хмыкнул и перевёл взгляд с портрета на неё. — Думаю, у тебя серьёзные причины так поступать, — он указал на кучу взрывчатки прямо посреди этой комнаты. — Не расскажешь?       Нео судорожно вздохнула. Он знал, но ничего не говорит? Ни о том, что она неблагодарная скотина, что она должна кланяться в ноги всем тем, кто её терпит? Что она, такая дура, злящаяся на родителей, потому что они просто хотели ей блага? Ни даже о том, что она больная или немощная, как говорили в той школе… И что это счастье учится там, иначе ведь такую никуда больше не примут. Ни с таким поведением, ни с отсутствием голоса. Но девушка быстро помотала головой из стороны в сторону. Она не хотела рассказывать что-то подобное… Ей было страшно. Страшно снова почувствовать всю ту горечь, которую она еле-еле смогла заглушить.       — Молодой человек, не думаю, что она…       — Помалкивай, пока я тебя не переломал, — взгляд Криоса мгновенно ожесточился, когда заговорил её отец. Парень мгновенно переменился в лице и стал злым, даже агрессивным. Нео чуть ли не чувствовала, как вскипела у парня кровь после того, как отец раскрыл свой поганый рот. Почему-то ей стало приятно на душе.       — Я не хочу слышать и слова от родителя, который не смог справится со своими обязанностями. А справляйся вы, Нео сейчас жила бы здесь и не переживала по лишнему поводу! — последнее предложение Криос прошипел, а затем пожевал губы, продолжая хмуриться. — Я не знаю всех деталей, но когда ребёнок становится напарником вора, а его родители живут в особняке — это выглядит крайне подозрительно и странно! И… — парень резко замолк и достал откуда-то из-под доспеха свой свиток, а затем прочитал сообщение. Нео отмерла, но всё ещё продолжала смотреть на Криоса круглыми глазами. Он вступился за неё?..       — Я…       — Молчать! — рявкнул Криос так громко и злобно, что Неополитан дёрнулась от неожиданности, как и мать. Отец сразу же захлопнул рот, услышав этот командный тон. Такое могут только командиры в Атласе, притом самые свирепые. — Я не стану разговаривать с тем, кто травил собственного ребёнка!

***

      Криос имел патологию — допытываться до каждой крупицы информации, если это необходимо ему для выполнения операций. Разведка, дополнительная разведка, сбор растений на анализ, опрос местных или даже чтение древних мифов, связанных с местом или обитателями. Потому что любая, даже самая мелкая деталь, может стать критической. Любой скол на колесе может стать причиной аварии и потери людских жизней. Любой камень — началом оползня. Любой крик — началом лавины. Маленькие, еле приметные, или самые большие и очевидные — он собирал любые куски и пытался собрать из них итоговый пазл. Не забывая о том, что этот пазл может оказаться и не последним, а лишь другим кусочком куда большей картины. Это не раз спасало жизни его солдат и его собственную, особенно при борьбе с людоедами и лютой природой. Или с разбирательствами в различных делах внутри полка.       И когда Нео рванула в особняк с кучей взрывчатки, Криос понял, что внутри явно те, кого она хотела убить. Желание настолько сильное, что она проигнорировала все меры предосторожности. Нечто, доводящее до белой ярости и пелены перед глазами. Злоба, гнев и ненависть. Яркие, словно звёзды. Девушка не прятала этого, а откровенно демонстрировала при помощи своих глаз, которые чуть ли не пылали от этих эмоций. Искренняя ненависть, порождённая травмами. Огонь, который можно потушить только огнём… Криос видел подобное. В армию идут не только те, которым больше некуда, у которых военная семья или просто есть желание защищать. Некоторые идут ради связей. Возможно, чтобы получать большие деньги и хорошие контракты благодаря отношениям с командованием. Или чтобы отомстить. Бывший капитан столкнулся с парочкой таких. Один хотел лично перебить всех бандитов и разбойников на дорогах, а второй — получить хорошее звание, чтобы стать больше тех, кто сломал жизнь ему и его семье. Криос не спрашивал подробностей, зная, что ничего радужного там не будет. И с Нео ситуация точно такая же.       Знакомые ему гнев и ярость… Что же нужно было сделать для такого? Как уничтожить жизнь, чтобы породить пламя подобной силы? Воитель догадывался, но лучше бы его догадки так и оставались догадками.       — Пойдём. Не стоит делать того, о чём ты потом станешь жалеть, — бывший капитан аккуратно положил свою руку на плечо Неополитан, которая в ответ шокированного на него посмотрела, а затем практически сразу нахмурилась и начала активно жестикулировать, дополняя всё мимикой. Как минимум, она негодовала. Почему ей стоило так поступить? Они заслуживали только смерти за всё, что принесли ей! За все страдания и всю боль! Или что, несправедливость так и останется?! Её родители просто станут разгуливать на свободе, словно ничего и не произошло?! Оставить всё, как есть, и забыть?! Забыть всё?! Словно бы это было просто!.. И подобные вещи. На эту эмоциональную тираду бывший капитан только грустно улыбнулся и покачал головой.       — Конечно, не должны. Я не знаю, что они сделали конкретно, но знаю, что это было больно, — бывший капитан исподлобья посмотрел на «взрослых», чтобы они даже пищать не смели. Для эффекта он ещё и меч, всё ещё покрытый кровью, воткнул в пол.       — Но и отнимать их жизни неправильно. Почему? — Нео задала ему беззвучно этот вопрос. Воитель на это посмотрел на потолок. — Потому что это ничего не изменит. Их смерть не восстановит твоё детство, не сотрёт старые шрамы и не вернёт счастливое время обратно. Всё останется с тобой. И кровь на твоих руках может сделать ещё хуже. — Нео скрестила руки на груди и вздёрнула нос, на что Криос криво улыбнулся. — Даже если тебе кажется, что это правильно. Что ты делаешь правильное дело и таким образом спасаешь себя. Может, даже других от их тирании.       Но это не работает. Криос старается забыть, стереть из своей памяти два момента своей жизни, в которых он поступил правильно… Но эту кровь так просто не стереть. Нет. Не просто. Невозможно. Она с ней до самого конца жизни, будет прямо перед глазами, напоминая о том, что воитель сделал. Какое преступление, хотя большинство не назвало бы избавление родителей от мучений грехом или преступлением. Но сам факт: бывший капитан самолично убил маму и папу. Первую, чтобы она не мучилась в виде мутанте эфириалов, а второго — чтобы он не умирал медленно от ран и огромной кровопотери из-за культистов Х’тона… Тот факт, что другого пути не было, не делает этот груз хоть немного легче. И Нео хотела взять его на себя, даже если ей кажется, что её решение единственно верно.       — Но поверь мне, этот груз будет преследовать тебя всю твою жизнь, даже если кажется, что это не так, — Криос посмотрел Неополитан прямо в глаза, отчего девушка опешила и перестала хмуриться, удивлённо уставившись на него. Родители, точнее, бывший родители Нео молчали, но её отец смотрел на него с презрением. Ну и пусть. Воитель не из тех, кто отрицает собственные грехи или пытается оправдать их, в отличие от некоторых. По крайней мере, как ему кажется.       — Это такая кровь, которую отмыть ты никогда не сможешь. Даже если ты станешь её просто игнорировать, — ответил воитель на немой вопрос со стороны Нео, которая обернулась в сторону родителей, посмотрела на них пару секунд, а затем перевела взгляд на взрывчатку. Девушка достаточно долго сверлила эту кучу взглядом, пока не перевела свои глаза уже на него. Во взгляде он видел сомнение и смятение. Она очень хотела сделать то, что запланировала, но видела и слышала, что воитель говорил искренне, поэтому теперь не могла решиться на что-либо. Стояла на распутье, пытаясь решить, как в итоге поступить.       — Если хочешь отомстить им, то оставь догнивать в сомнениях, страхе и жалости к самим себе. Это может стать куда худшей участью, чем просто смерть, — Криос перевёл хмурый взгляд на мужчину и ядовито ему улыбнулся. — Не думаю, что они станут жалеть себя, но знание того, что ты можешь взорвать их в любой момент, умерит их пыл.       Нео снова посмотрела вокруг, метясь в сомнениях. Ему не нужно было видеть её глаза или выражение лица, чтобы понять: внутри сейчас противостоят две стороны. Одна желает покинуть это место и забыть как страшный сон, начать жить без этого за плечами и просто выбросить родственников из головы. Вторая же сторона хочет радикально избавиться от проблемы, уничтожив её источник. Ведь тогда трагедия никогда не повториться и никто не посмеет ей даже в теории указывать. И у обеих сторон были хорошие аргументы в свою пользу, поэтому Нополитан и металась, пытаясь найти лучшее решение. Девушка вновь посмотрела на него сверлящим взглядом, а затем склонила голову набок, сменив взгляд со сверлящего на вопросительный.       — Я не хотел, чтобы ты потом жила с этим грузом, как и я. Ведь мне пришлось бы убить тебя, как опасную преступницу и террориста, — в данной ситуации честность — самое лучшее. Да и другого адекватного ответа у него всё равно не было. Неополитан на это открыла рот, а потом беззвучно рассмеялась, но когда Криос не поддержал её смех, она смолкла и удивлённо на него посмотрела. Воитель же лишь взглянул девушке прямо в глаза, чтобы она поняла: он не врал.       — Верно, — спокойно ответил бывший капитан на её немой вопрос, отчего Нео похлопала глазами, а затем беззвучно выдохнула и молча покинула помещение, оставив детонатор рядом с взрывчаткой. Криос облегчённо выдохнул. Убивать её было бы несколько неприятно, да и тогда бы погибла не самая плохая душа, тем более долг каждого солдата — это оберегать граждан. В том числе и от самих себя. Не проходить же мимо человека, который собрался покончить с собой? Вот тут то же самое.       — Теперь я понял, почему она бежала из дома. С такими родителями и враги не нужны, — презрительно бросил воитель и сплюнул на пол. Он не знал всех деталей, но то, что Нео хотел их взорвать — это большой показатель. А этого ему и хватит.       — Говорить с такой уверенностью, ничего не зная… Какая наивность, — огрызнулся в ответ её отец, но бывший капитан лишь пожал плечами. Тут ничего и не нужно знать, чтобы всё понять. Ребёнок был лишён детства родителями, поэтому ребёнок решил отомстить, сломав жизнь себе. В итоге-то победа всё равно в руках родителей-тиранов, а не сломанного дитя.       — Возможно. Но даже если вы одуванчики, а это Нео просто сумасшедшая, у меня всё равно вышло предотвратить большую трагедию, — нейтрально произнёс Криос, усталым взглядом смотря прямо на мужчину. — Спасти вас, её, особняк и множество людей, что стали бы жертвой такого большого взрыва. Ваше же настроение меня не волнует, как и отношение ко мне.       Воитель развернулся и зашагал прочь. У него нет ни желания, ни сил, ни настроения, чтобы ещё больше разговаривать с этим человеком и смотреть на мать, которая за это время сказала ни слова. Насколько же нужно быть забитой, чтобы… Криос покачал головой. Неважно. Важно, что в итоге всё обошлось, и теперь он имеет полное право вернуться домой с чистой совестью.