80. Целительский массаж

      С утра Роза первым делом заглянула в комнату к Малфою, чтобы убедиться, что тот сдержал свое обещание. Таки-да. Скорпиус с голым торсом спал в своей кровати, а на полу была раскидана его вчерашняя одежда. Роза облегченно выдохнула и закрыла дверь. К ней тут же подбежал Чарли, начиная громко лаять.       — Тихо, — шикнула на него Роза. — Не буди, пойдем, погуляю с тобой.       Они спустились и вышли в сад. Было прохладно, поэтому Роза не собиралась гулять с Чарли долго. Однако у пса были другие планы.       — Нет, Чарли, мы не пойдем за калитку, — строго сказала Роза, которую все еще напрягало поведение ее питомца за пределами защитной зоны.       Она не понимала, почему он себя так ведет. Нет, Чарли никогда не был тихим псом, он любил гавкать и вилять хвостом, так он выражал свою радость. Но Роза могла понять, когда ее пес выражает радость ей или Скорпиусу, все же они его хозяева, он по ним скучает, им не всегда удается уделять ему нужное количество времени, но кого он так рад видеть в пустоте? Роза хорошо знала свою собаку и могла с уверенностью сказать, что он настроен вовсе не агрессивно к этому нечто. Порой ей казалось, что Чарли рад видеть эту самую пустоту больше, чем ее.       — Либо здесь, либо мы уходим домой, — строгим голосом повторила Роза. — Либо вообще больше с тобой не пойду гулять.       Чарли немного успокоился и лег на землю, словно в знак протеста, что ему не нужны такие прогулки. Пес положил мордочку на лапки и жалобно смотрел на нее, словно она его предала куда больше чем те люди, что его выкинули. Роза старалась не смотреть на него, у нее разрывалось сердце от этих грустных глазок.       — Не смотри на меня так, лучше давай, делай свои дела и пойдем домой, холодно, — сказала Роза.       Чарли не сдвинулся с места. Роза хмыкнула и укуталась в кофту, присаживаясь на лавочку в беседке. Интересно, посмотрел ли Малфой ее воспоминание?       Вдруг раздался звонкий лай Чарли. Он вскочил на ноги и начал радостно носиться по саду, подпрыгивая так, словно кого-то хочет лизнуть. Роза тут же схватилась за палочку, осматривая сад.       Она никого не видела, никого не чувствовала, а главное, что и заклинание обнаружения ничего ей не показывало. Снова мысли об Альбусе, что под его уникальной мантией-невидимкой невозможно обнаружить человека. Да и мысли, что оппозиция создала что-то приближенное к свойствам не покидали ее, Селвин явно на месте не сидит без нее.       — Чарли, кто там? — простонала Роза.       Роза терялась в догадках. Кто бы это ни был, почему не показывается? Зачем столько времени наблюдать? Получается, этот кто-то проник уже в сад, то есть за защитный барьер, значит, имеет доступ и в дом. Но почему тогда ничего не происходит?       — Пойдем, — приказала Роза собаке, направляясь к дому.       Но Чарли ее не услышал. Он радостно вилял хвостом и смотрел в одну точку. Розе было не комфортно.       — Пошли, кому я сказала, — грубее сказала Роза.       Снова никакой реакции. Розе пришлось наколдовать веревку в качестве поводка и буквально затащить Чарли домой. Ожидаемо, он остался стоять в прихожей и скулить возле двери, изредка скребясь в нее.       — Доброе утро, — сказал Малфой, опуская газету, кога Роза зашла в столовую, где уже был накрыт завтрак.       — Не такое уж и доброе, — сказала Роза. — Чарли опять на кого-то лаял, причем, уже в саду, а не за калиткой. Меня это напрягает. Получается, у кого-то есть доступ в наш дом.       — Это исключено, — сказал Скорпиус. — Защиту, которую я тут установил, пробить невозможно.       — Тогда что это такое? — спросила Роза в недоумении.       — Не знаю, может, у него с головой не в порядке? — предположил Скорпиус, изгибая бровь.       — У тебя с головой не в порядке, — буркнула в ответ Роза.       — У меня есть более важные вещи, с которыми надо работать, чем собака, которая на улице сходит с ума, — устало сказал Скорпиус.       Роза ничего не ответила. Малфоя не переубедить, если он в чем-то убежден. Возможно, он ей поверит, когда от дома останутся лишь щепки. Но спорить ей с ним не хотелось. Роза молча приступила к завтраку.       — Я посмотрел то, что ты мне оставила, — сухо сказал Малфой.       Роза сглотнула. Ему не понравилось? Что, она настолько все делает не так даже в мастурбации?       — Звучит так, будто тебе не понравилось… — закусила губу Роза.       Скорпиус не спешил отвечать, решив сначала допить свой кофе.       — В один момент… — Скорпиус нагнул голову, смотря на нее через весь стол. — Тебе захотелось чуть поменять позу, что правой рукой стало неудобно. Я видел, как ты хотела использовать левую руку, но так тебе стало еще неудобнее. Ты ничего не можешь делать левой рукой?       Роза уставилась на Малфоя. Он сейчас серьезно? Она там делала такие вещи, после которых любой парень набросился бы на нее еще ночью, едва это увидел, а Скорпиус сейчас пытается понять, почему она не взяла вибратор в левую руку?       — Ты правда спрашиваешь у меня именно это после такого воспоминания? — нахмурилась Роза.       — Если ты хочешь знать, возбудила ли ты меня этим, мой ответ да, — сухо сказал Скорпиус. — Но сейчас мне и правда важно другое.       — Мерлин, Малфой, я не знаю, — чуть повысила голос Роза. — Да, я всю жизнь всегда все делала правой рукой. Ела, писала, колдовала, варила зелья, как оказалось и мастурбирую тоже.       — Плохо, — сказал Малфой. — Как минимум колдовать ты должна уметь и левой, а еще лучше варить зелья, потому что может случиться такое, что ты останешься без правой руки.       — А ты, значит, умеешь все делать левой рукой? — спросила Роза.       По одному взгляду было видно, что Скорпиус принял ее вызов. Он ловко перекинул вилку в левую руку и закончил с остатком своего завтрака. Палочка в левой руке, манящие чары, и вот он уже идеально ровно, как и правой рукой, что не отличить, пишет на газете ее имя.       — В дуэли меня тоже одной левой победишь? — спросила Роза.       — Легко, — сказал Малфой. — Пошли в дуэльный зал.       — Пошли, — приняла его вызов Роза.       Они поднялись в зал и встали в дуэльные позы друг напротив друга.       — Хочешь, я усложню себе задачу? — спросил Скорпиус.       Роза кивнула. Все же Малфой очень в себе уверен, раз так быстро согласился на ее предложение. Лучше выбить себе фору.       — Я лишу себя правой руки и немного правой ноги, — сказал Скорпиус. — Фактически, она будет, но передвигаться слишком сложно, схоже на то, если в твое бедро попало проклятие.       Малфой вышел из зала и спустя пять минут вернулся с каким-то прибором. Кажется, Роза что-то подобное видела в шкафу в его номере в отеле. Приспособление для сексуальных игр. Только тогда он пристегивал ноги девушки между собой. Здесь, очевидно, можно было пристегнуть руку к ноге. Скорпиус чуть уменьшил расстояние между цепями. Хотя Роза была уверена, что он выиграл бы ее даже если бы привязал запястье к лодыжке, а не верхней части бедра.       — Я почти инвалид, — сказал Малфой. — Ты обязана меня победить.       Роза атаковала первая. Но Скорпиус с легкостью отбил ее заклинание. Ожидаемо.       Да, таким образом у них шансы в лучшем случае равны. Ей надо заставлять его двигаться, а заодно и себя. Тогда ему будет сложнее, нога постоянно будет одергивать правую руку, отчего та все равно будет ему мешать, отвлекать внимание.       Роза вспомнила то сражение, вспомнила все их тренировки. Ей повезло, что она выходила гулять с Чарли в лосинах. Ничто не сковывало движения.       — Экспульсо, — выкрикнула Роза.       Окно взорвалось, отвлекая внимание Малфоя, а Роза легким кувырком оказалась уже за его спиной, пуская оглушающее, но он отбил.       Дуэль началась снова. Малфой сумел так точно воткнуться в ее единственный недочет, что она тут же встала на место защищающейся, а не атакующей. Надо снова переводить атаку к себе.       Но было поздно. Малфой ловким движением руки, причем выгнув ее так, что Роза подумала, будто та сломалась, обезоружил ее. Палочка упала к ее ногам, сигнализируя об очередном поражении от него.       — Уизли, почему мне всегда надо доказывать, что я прав? — фыркнул Скорпиус, опуская левую руку с палочкой в ней. — По-моему, уже давно пора воспринимать мои слова как аксиому.       Роза фыркнула, поднимаясь.       — Никогда, Малфой, — сказала она в ответ. — Я все люблю проверять опытным путем.       — Это неплохо, — кивнул Скорпиус. — Но не всегда на это есть время.       — Поверь, я разбираюсь, когда времени достаточно, — Роза посмотрела на часы. — Например, до работы у меня еще полчаса…       Скорпиус, кажется, совсем не понял, куда она ведет, поэтому даже не стараясь отстегнуть свою правую руку, будто в который раз демонстрировал ей, что ему без разницы в какой руке палочка. Малфой быстро восстановил окно, уничтожая остатки осколков. Когда он повернулся к ней, Роза стояла, прижавшись к мягкой стене, чуть закусив губу.       — Что ж, ты доказал, что можешь есть левой рукой, писать левой рукой, побеждать на поле боя левой рукой, — загадочно говорила Роза. — Кажется, за завтраком ты называл что-то еще… Вылетело из головы. А, доставлять себе удовольствие левой рукой?       — Чего ты хочешь? — спросил Скорпиус, а его глаза загорелись недобрым огоньком.       — Пока что я твои слова не воспринимаю как аксиому, — игриво сказала Роза. — Мне нужны доказательства.       — Хорошо, — хмыкнул Малфой. — Я предоставлю тебе воспоминания сегодня же.       — Нет, так не пойдет, — Роза наматывала прядь своих волос, выбившихся во время дуэли из пучка, на пальчик. — Я прекрасно знаю, как ты умеешь подделывать воспоминания. Заменить правую руку на левую слишком просто для тебя. Я бы предпочла увидеть это в живую.       В дуэльном зале повисла тишина. И если Скорпиус поймал ее в дуэли на маленькой ошибочке, то здесь она поймала его на своем же самолюбии и желании быть правым. Он явно не хотел идти у нее на поводу, но при этом не доказать обратное тоже не мог.       — К твоему сведению, Уизли, мне не пятнадцать, — сказал Скорпиус. — У меня не встает по приказу, а желание не круглосуточное.       — О, не волнуйся, я тебе помогу, — сказала Роза.       — Да? — усомнился он. — Кажется, твое условие, чтобы я доставлял себе удовольствие сам.       Роза решила не отвечать на его вопрос, а сразу приступить к делу, тем более, что ей и правда нужно было на работу, они должны успеть уложиться в двадцать три минуты.       Она облизала свой указательный палец правой руки. Специально дразня его, показывая, что не хочет играть по его правилам. Они были как зеркальное отражение друг друга, правое и левое.       Достав палец изо рта, Роза стянула с себя футболку, оставаясь в одном лифчике. Он был совершенно обычный, тканевый. Роза легко оттянула ткань, обнажая свою правую грудь, и обвела стоящий сосок.       Скорпиус прикрыл глаза и судорожно выдохнул. Роза расплылась в улыбке. Как она любила играть в его игры и побеждать в них.       Кажется, Скорпиус сдался, потому что его левая рука быстро расстегнула пуговицу на штанах, а затем потянулась к молнии.       — Ты можешь закрывать от меня нашу рунную связь, — сказала Роза, продолжая играться с соском. — Но когда ты видишь меня такую, тебе сложно сдержаться…       — Хорошо, я сделаю это, — сказал Малфой. — Но у меня будет одно условие для тебя.       — Какое же? — поинтересовалась Роза.       — Это не твоя победа, это твое обучение, — сказал он. — А тебе ли не знать, что первое занятие это всегда теория?       — И что же мне надо делать? — усмехнулась Роза. — Конспектировать то, что я вижу?       Скорпиус внезапно достал из заднего кармана наручники, подошел к ней и ловко одной рукой застегнул их на ее руках.       — Достаточно просто наблюдать за мастер-классом, — шепнул он ей на ухо, обдавая горячим дыханием.       Роза с жадностью наблюдала, как он приспускает свои штаны вместе с бельем, а оттуда выпрыгивает возбужденный член. Левой рукой Скорпиус провел по всей длине, не сдерживая в себе стон. Роза чувствовала, как внутри нее все потяжелело.       Конечно, он не мог дать ей чувствовать свое превосходство.       Она снова лишь смотрела на его движения. С каждым разом они становились все резче и грубее. Роза в который раз отметила, что в такие моменты он всегда закрывает глаза и закидывает назад голову.       Роза поняла, что она попала в собственную ловушку. Если иногда через руны она чувствовала его возбуждение, но изредка могла сдержаться, то сейчас ей, как и ему, сдерживаться было сложнее. Он знал, что так будет, поэтому лишил ее любой возможности касаться себя.       Стоять было невыносимо, у нее словно началась чесотка, хотелось трогать себя везде, ласкать свое тело, стянуть лосины и трусики. Роза не придумала ничего лучше, как сжать ноги. Ей удалось усилить ощущения, но, кажется, не только свои.       — Решила схитрить, да? — глаза Малфоя сверкнули. — Что ж, ладно, мне говорили, что ты прилежная ученица, значит, тебе и отдуваться за всех, выходи к доске.       Роза не шевельнулась, чувствуя от его слов опасность, сейчас все снова пойдет не по плану, совсем не так, как она задумала.       — Отличница и такая трусиха? — усмехнулся Малфой. — Что ж, я сам к тебе подойду.       Малфой делал медленные и размеренные шаги в ее сторону. Роза нервно сглотнула. Паук идет к мухе, застрявшей в его паутине. Роза почувствовала, как головка его члена точно попала в ее клитор, но несмотря на трусики и лосины, она прекрасно его почувствовала. Она не сдержала стон, закусывая губу.       — Ой, извини, — притворно сказал Малфой. — У нас сегодня урок левой руки, а не других конечностей, что ж тогда вернемся к теме нашего занятия.       На секунду его член перестал упираться в нее, но практически сразу она почувствовала, как на ее лобок легла его левая рука.       — Для своей лучшей ученицы я готов продемонстрировать, что левой рукой я могу удовлетворить не только себя, — прошептал он ей.       Его пальцы сквозь ткань начали активно водить по ее клитору. Роза, как целитель, прекрасно знала анатомию человеческого тела, в том числе и разницу в строении половых губ у девушек. Если не вдаваться в более мелкие детали, которые тоже влияют на мастурбацию, у некоторых девушек клитор был закрыт половыми губами, отсюда при непрямом контакте возбудить девушку было сложнее и требовалось больше времени. Но это был не ее случай. Даже через ткань она чувствовала все слишком остро и ярко, как и Скорпиус.       — Мерлин, Малфой, — охнула Роза, когда он стал делать свои движения сильнее и грубее. — Сними их…       Но он был бы не Малфоем, если бы ее послушался. Однако, ему тоже хотелось прямого контакта. Через пару секунд его ладонь уже была в ее трусах.       — Я могу левой рукой доставить тебе оргазм такой силы, что все следующие разы ты будешь умолять меня дрочить тебе только ею, — снова прошептал ей на ухо Малфой, левым коленом раздвигая ее ноги шире.       Роза не успела ничего ответить, как почувствовала его два пальца внутри себя. Наручники издали шум, так как ноги подкосились, и ей захотелось за что-то схватиться, но в ее распоряжении была лишь стена. Малфой прижался к ней ближе, отчего она оказалась зажата между ним и стеной, а его член между их животами.       — Скорпиус, я… — Розе одновременно хотелось, чтобы он прекратил, но при этом никогда и не заканчивал.       Его движения были резкие и глубокие, отчего кроме их тяжелого дыхания в дуэльном зале еще слышались хлюпающие звуки.       — Малфой, — Роза сама не знала, чего хочет.       Последний громкий стон, напоминающий больше крик, вырвался из нее, а затем Малфой достал из нее пальцы. Ноги дрожали так сильно, что больше не держали ее, отчего Роза сползла по стене, продолжая все еще содрогаться. Сидя на полу она чувствовала, как все больше намокают ее трусы и лосины от выделяемой ее организмом жидкости, что она не сразу заметила липкую сперму на животе.       — Кажется, был звонок с урока, — сказал Скорпиус, освобождая свою правую руку и надевая штаны. — У моей ученицы будут вопросы?       Перед ее глазами все еще летали звездочки, а в голове было пусто, душа улетела куда-то далеко.       — Значит, все понятно, — сказал Малфой наставническим голосом профессора. — Мастер-класс удался, в следующий раз отвечать Вам, мисс Уизли, и я очень надеюсь, что вы не подведете меня. Время на подготовку не ограничено. Но мне нужен результат.       С этими словами он вышел из дуэльного зала, оставляя ее одну на полу, снова помеченную собой, но так и не тронутую.              — Что с тобой сегодня? — спросила Кристина, бросая в котел шкурки бурмслангов. — Плохо себя чувствуешь?       — Почему ты так решила? — удивилась Роза, которая сидела на стуле и пыталась левой рукой нарезать ингредиенты.       — Ну, сидишь, — пожала плечами Кристина. — Ты всегда нарезала ингредиенты стоя.       — А, не выспалась просто, ноги не держат, — отмахнулась Роза. — Практиковалась в дуэлях.       — Эх, а я уж подумала, что меня ждет пикантная история, чтобы скрасить ожидание кипения, — сказала Плишкова.       Роза покачала головой и продолжила нарезать коренья.       — Эм, ты что, левша? — нахмурилась Кристина. — Мне казалось, что ты раньше всегда…       — Да, — кивнула Роза. — Мне просто приснился кошмар, где я в дуэли лишилась правой руки. Вот и подумала, что нужно быть ко всему готовой, чтобы в случае чего не остаться без профессии. Вот ты умеешь?       — Ага, — кивнула Кристина.       Роза удивленно на нее уставилась. Она знала, что близнецы зачастую имеют зеркальное отражение друг друга. Так может теория Альбуса и правда верна, что на деле Кристина одна и просто амбидекстр, ведь у людей и правда не возникло бы никаких сомнений, что это другой человек, ведь пишет левой рукой.       — Давно? — спросила Роза, чуть прищурившись.       — С детства, — просто ответила Кристина. — Мы с сестрой любили, чтобы у всех все было одинаковое. Вот так и научились писать и руками друг друга. Зато потом было очень удобно меняться.       — Ммм, понятно, — протянула Роза.       Если хочешь что-то спрятать, то спрячь это на виду. Признаться самой как ни в чем ни бывало в том, что одна выдавала себя за другую. Как бы запросить сведения из школы, ведь если учились и правда обе, Кристина не смогла бы справиться одна, чтобы быть на всех уроках сразу, такое даже не получилось бы с Маховиком, если бы совпадали уроки.              После смены Роза навестила дедушку, а заодно и бабушку, которая не отходила от него с того самого дня, и отправилась домой. Дома горел свет, а на полу лежал боевой костюм Скорпиуса, весь в грязи и… крови. Роза почувствовала, как сердце пропустило удар, и она сразу побежала наверх. У них не было поступлений даже в морг, иначе она бы знала, может, сражение выиграл Гарри, поэтому Скорпиус ранен. Он же не говорил ей, что что-то планируется…       — Скорпиус? — Роза ворвалась в его спальню.       Малфой развернулся и поднял бровь, удивленно смотря на нее.       — Что-то случилось? — спросил он. — За тобой гонятся призраки, которых Чарли видит за калиткой.       — Очень смешно, — закатила глаза Роза. — Я видела твою форму, я подумала, что…       — Как видишь, все в порядке, — спокойно сказал Скорпиус и отвернулся к окну.       Роза все еще пыталась отдышаться. Нет, что-то не так. Он явно избегает смотреть на нее.       — Точно? — спросила Роза, делая шаг к нему. — Посмотри на меня.       Скорпиусу понадобилось секунды три, чтобы выполнить ее просьбу и все же повернуться.       — Точно, — чуть улыбнулся он, но его губы задрожали, и он снова принял холодное выражение лица.       — Ты мне не говорил, что будет нападение, — сказала Роза. — Да и я в больнице тоже ничего не слышала.       — Так, локальная стычка, — сказал Скорпиус. — Нападали не мы, поэтому это было немного неожиданно. В наших рядах есть потери. Но Селвин их быстро на ноги поставит.       Скорпиус очень странно себя вел и говорил. Что-то не так, она чувствует, даже видит. Только вот что…       — Я… видела кровь на твоей форме, — поджала губы Роза.       Она не хотела выводить его из себя. А такой вопрос мог это сделать. Но как целителю ей важно было знать правду.       — И что? — фыркнул Скорпиус, сдерживая кашель.       — Я побоялась, что ты… опять, — выдохнула Роза. — Я не хочу, чтобы ты еще раз переживал ритуал с рунами…       — Я не убивал, если ты хочешь это знать, — сказал Малфой. — Это кровь одного из моих бойцов, которого ранили, я доставлял его в Мэнор.       Почему-то Роза ему не верила. Он явно сдерживает приступ. Второй рунный ритуал лучше помог Малфою, в обычной жизни его не беспокоил его сгусток, а если сейчас он снова дает о себе знать, то это означало только одно, что на него было воздействие, что-то совсем не повседневное, а так как Роза не наблюдала на руках ран, то кровь и правда не его.       — Сними футболку, — сказала Роза.       — Уизли, у меня сегодня нет ни сил, ни настроения на предварительные ласки, — ответил ей Малфой.       — Я тебе говорю как целитель, — строго сказала Роза. — Раз было сражение, то мне надо тебя осмотреть. Заклинания и их последствия не всегда могут быть видны на теле. А если ты боролся так, как учил меня, то мог получить ушиб внутреннего органа. Я должна посмотреть. И это не обсуждается.       Скорпиус недовольно прожигал ее взглядом. Если бы она сейчас говорила об их отношениях и отсутствии нормальной близости, то проиграла бы эту битву взглядов. Но когда речь заходила о целительстве и здоровье, Роза знала, что она всегда права, здесь ее было не переспорить.       — Ладно, — сказал Скорпиус. — Но только диаграммы и все. Никакого тактильного контакта. Я и правда не в настроении.       Роза кивнула, порой с ним приходилось идти на компромиссы, но она уже знала, что что-то не так.       — Нет, внутренних повреждений и кровотечений нет, — Роза водила палочкой напротив Малфоя с головы до ног, чуть задержавшись на груди. — Да, сгусток не проснулся совсем, руны его успешно сдерживают, но он стал сильнее, чем был.       — Все в порядке, — Малфой явно врал. — Я его не чувствую.       — Чувствуешь, — сказала Роза. — Поэтому сдерживаешь кашель? Боишься, что будет как в прошлый раз? А я тебя предупреждала, что…       — Ты большая молодец, что предупреждала меня, но это часть моей работы, — сказал Скорпиус, надевая футболку обратно. — Я придерживаюсь твоих рекомендаций, как целителя, но я не могу на поле боя стоять и ничего не делать.       — Стоп, — вдруг воскликнула Роза, наблюдая за зашкаливающими показателями, на которые не обратила внимание. — Это…       Мышцы. Она ошиблась, что Скорпиуса беспокоил сгусток, он и правда был пусть и не совсем в пассивном состоянии, но и не настолько, чтобы доставлять ему значимый дискомфорт. Малфою было больно стоять и даже говорить, потому что его мышцы были напряжены до предела.       — Я же говорил, что все в порядке, а сейчас, с твоего позволения, я буду спать, — отрезал Малфой.       Это было странно. Скорпиус был очень спортивным, в отличие от нее. Это у нее после часа их тренировки в дуэльном зале могут забиться все мышцы, но у Малфоя идеальное тело и его подготовка.       — Дай сюда руку, — приказала Роза.       — Нет, — резко сказал Малфой.       — Дай сюда свою чертову руку, — членораздельно произнесла Роза, протягивая в ответ свою. — Я не буду тебя трогать, просто положи свою ладонь на мою.       Роза протянула перед ним свою идеально ровную ладонь. Ее пальчики были идеально ровными, прислоненные друг к дружке. Именно на такую ладонь легла ладонь Скорпиуса, на которой пальцы были согнуты.       — Разожми пальцы, — сказала Роза.       Скорпиус не шевельнулся. Его пальцы начинали дрожать, не выдерживая натяжения всей руки. Роза взяла их в замочек со своими, чувствуя, что они совсем ей не поддаются.       — Круциатус, — прошептала она.       Роза подняла взгляд на Малфоя, который уже он устремил на пол.       — Ты никого не убивал, — подтвердила его слова Роза. — Сгусток проснулся из-за этого, что темное воздействие было извне…       Скорпиус попытался одернуть руку, но Роза не разжала замочек на их пальцах. Она сделала шаг к Скорпиусу и провела по его предплечью. Его мышцы были каменными.       — Ложись, — сказала ему Роза. — Быстро.       Малфой и правда был находкой для целителя. Темный сгусток его убивал ровно настолько же, насколько делал его неуязвимым. Она даже боялась представить, какую дозу Непростительного заклинания выдержал Малфой, но все еще может стоять на ногах и даже припираться с ней.       — Выпей, — Роза быстро достала из своей сумочке флакончик с зельем и кинула Малфою.       — Что это? — недоверчиво посмотрел он на содержимое.       — Явно не яд, — отрезала Роза.       Расслабляющее зелье. Но доза была слишком маленькой, чтобы дать какой-то эффект. Придется самой.       — Будет больно, — предупредила Роза, садясь на попу Скорпиуса, отчего он зашипел от боли. — Но потом тебе станет легче.       — Ты всегда так говоришь, — сквозь зубы сказал он.       — И я хоть раз соврала? — спросила Роза.       — Нет, — буркнул Малфой. — Но я убеждаюсь, что ты наслаждаешься моими страданиями.       — Твоими страданиями наслаждается тот, кто это сделал с тобой, — сказала Роза.       Роза провела большими пальцами по его пояснице, со всей силы надавливая на каменные мышцы.       — А-а-а, — завопил Малфой.       Роза была рада, что он дал волю своим эмоциям и боли. Такие зажимы он пытался сдерживать сам, делая их еще более прочными. Тот, кто это сделал, и рассчитывал на это, он прекрасно знал, что Скорпиус не покажет боли и слабости во время пыток.       — Я предупреждала, — сказала Роза. — Мне придется сделать так еще много раз, прежде чем спазмы хоть немного уйдут и мышцы смогут расслабиться.       Роза провела еще раз по мышцам поясницы, а Скорпиус снова закричал, начиная дергаться под ней в судорогах.       — Расслабься, — сказала Роза уже более мягко. — Знаю, это нелегко, но так будет менее больно.       Снова истошный крик заполонил спальню.       Поразительно, как обычный массаж может быть по боли сравним с выжиганием рун на груди. Даже с рунами Малфой всегда терпел до последнего. Роза еще никогда не видела такого мощного Круциатуса.       Кто мог такое с ним сделать? За что? Почему он позволил?       — Уже лучше, — сказала Роза, чувствуя, как мышцы все больше поддаются ее пальцам.       Это чувствовал и Скорпиус, так как его крики прекратились, сменяясь шипением. Роза чуть усмехнулась. Обратный порядок нанесения рун, даже символично.       — Долго еще? — недовольно проворчал Скорпиус.       — Долго, Скорпиус, — ответила ему Роза. — Несколько часов.       — Сколько? — спросил он, утыкаясь в подушку.       — Я проработала только мышцы поясницы, а у тебя все тело такое, — спокойно пояснила ему Роза. — Я должна разработать их все, иначе ты долго будешь мучаться.       — Ведьма, — повторил Малфой.       Роза чувствовала, как начали забиваться и ее мышцы на руках. Как только она начинала проработку новой зоны, ей приходилось применять очень много своих сил. Она использовала масло, но все равно пальцы от такого количества трения начинали покрываться мозолями. Скорпиус ей не помогал, все еще тело было под напряжением, поэтому спустя пару часов Роза дала ему еще одно зелье, на этот раз снотворное. Наконец, он смог уснуть, и его тело стало поддаваться ей лучше.       — Кажется, такое уже было, — усмехнулась Роза, когда перевернула Скорпиуса на спину.       В тот раз он тоже спал беспробудным сном. Тогда она впервые потрогала его член. Впрочем, с тех пор ничего не изменилось, его член все еще для нее недосягаем, единственный орган, к которому он ее никогда не подпустит, даже как целительницу.       Роза проработала плечи, руки, пальцы, а затем перешла на его бедра. Сил у нее не осталось, стрелки часов перевалили за три часа ночи, но Роза не сдавалась. Тем более она чувствовала, как спазмы возвращаются, спина снова каменела.       Подобравшись почти вплотную в паху Роза отметила, что напряглись снова не только мышцы спины. Сквозь ткань трусов начали проявляться очертания головки. Роза усмехнулась.       — Прости, Малфой, не сегодня, — сказала Роза, без сил падая в кровать рядом с ним и засыпая.       Роза проснулась от того, что рядом кто-то ворочается и издает стонущие звуки.       — Как ты себя чувствуешь? — сонно спросила Роза, чуть приоткрывая глаза, но тут же их закрыла.       Скорпиус ничего не ответил.       — Малфой, — тяжело выдохнула Роза. — Тебе придется со мной говорить, как бы ты не хотел этого избежать.       Снова молчание, отчего Розе пришлось приподняться на локте.       — Ну, это определенно лучше, чем вчера, — сказала Роза, щупая его мышцы на руке. — Нужно повторить.       — Я говорил, что тебе это нравится, — буркнул Малфой.       — Да, именно, мне нравится делать так, чтобы людям становилось лучше, — сдержано сказала Роза.       Сегодня Скорпиус уже не кричал. Мышцы лучше поддавались. Роза надеялась, что вечером будет последний сеанс.       — Ты же знаешь, что я спрошу, — начала Роза, когда Скорпиус снова лежал на спине и не мог отвернуться.       — И что же ты хочешь спросить? — фыркнул Малфой.       — Кто это с тобой сделал, за что, а главное почему ты не пытался защититься, — задала свои вопросы Роза.       Ожидаемо, он молчал. Роза продолжала массаж. Она готова давать ему время, если за этим временем последует правда.       — Яксли, — наконец, сказал Малфой.       — За что? — Роза на секунду перестала массажировать его ладонь, взглянув ему в глаза.       — Нападение, — пояснил Скорпиус. — Это было неожиданно. У нас есть раненые. Разумеется, Яксли был зол.       — На тебя? — удивилась Роза.       — А на кого? — усмехнулся Скорпиус. — Я отвечаю за все, что касается боевых действий. Я должен был установить разведку, я же просился к Яксли утверждая, что у меня будет информация. Конечно, он не доволен, что что-то случилось без его ведома.       Ну да, это было логично. Даже если Яксли тебе сегодня верит, не значит, что завтра ты подтвердишь его доверие. Интересно, почему Гарри не предупредил Скорпиуса, или это не Гарри?       — Никогда не думала, что Яксли настолько жесток, — сказала Роза, переходя на ноги. — А главное, что он может нанести такие травмы. Нет, сила у него есть, особенно с этим зельем, я уверена. Но будто это недальновидно…       — Серьезно? — хмыкнул Малфой. — Ему плевать, Берк оказался заменим, Селвин справляется с его работой, Булстроуд справляется с его работой, если я его перестану устраивать, то на мое место просто придет другой, незаменимых людей нет.       — Тогда это недальновидно с твоей стороны, — сказала Роза. — Можно было притвориться, что ты все понял намного раньше, чтобы последствия были менее разрушительными.       Скорпиус молчал, пока Роза массировала левое бедро. Она его не доставала вопросами. В целом, было ясно и логично, вряд ли Скорпиус ей врал, хотя Роза хотела спросить у Гарри правда ли было нападение.       — Яксли делал это не сам, — вдруг сказал Скорпиус. — Он редко наказывает сам. Да и ты права, что он не настолько садист. У него есть люди, которые приходят, если требуются искусные пытки.       — Кто же это? — спросила Роза.       — Есть мысли? — ответно спросил Скорпиус.       — Нууу, — протянула Роза, проводя по напряженной мышце. — Селвин, наверное, мог бы. Правда, Круциатус ему меньше идет. Он бы использовал какое-нибудь свое изобретение.       — Еще варианты? — спросил он.       Роза в голове перебирала много мыслей, пока резко не замерла, с ужасом поднимая взгляд на Скорпиуса.       — Дельфи? — прошептала Роза.       Лицо Скорпиуса скривилось. Она попала в точку. Да, это тоже было очевидно, кто еще мог быть настолько жестоким, особенно по отношению к Скорпиусу.       — Теперь ясно, почему я никогда такого не видела, — сказала Роза, переходя к правой ноге.       — Надеюсь, ясно, почему я не сдался и терпел до последнего, — сказал Малфой.       — Понятно, — кивнула Роза.       Оставалось надеяться, что Дельфи была слишком занята именно пыткой, чтобы пытаться проникнуть в сознание Малфоя и смотреть на то, как она выполняет их договор. Она была уверена в барьерах Скорпиуса. Его тело выдержало эту пытку, ментальные барьеры тоже должны были выстоять, она в него верила.       — Кхм, — кашлянул Скорпиус. — Думаю, достаточно, спасибо, мне уже не больно.       — Малфой, вчера ты тоже возбудился, когда я тебе прорабатывала эту зону, — усмехнулась Роза, снова замечая его напряжение в штанах.       — Ты снова не сдержалась? — поднял бровь Скорпиус.       — Слишком ожидаемо, что уже не смешно, — сказала Роза. — Нормальная реакция организма.       — Видишь, а ты хочешь со мной отношений, — фыркнул Скорпиус. — Мне нечем тебя удивлять.       Когда последняя мышца спокойно поддалась ее пальцам, Роза слезла с его кровати.       — Постарайся сегодня не напрягаться, — сказала Роза. — Вечером сделаю еще раз, должно будет отпустить. По крайней мере тело. Поведение сгустка я не могу прогнозировать.       — Может, тебе не стоит идти на работу? — спросил Малфой. — Может, Яксли решит что-то сделать и тебе, подумав, что мне было мало.       — Я не могу не пойти на работу, Булстроуд за мной следит, — сказала Роза. — Да и если ты мне рассказал правду, то, кажется, ты накосячил не настолько сильно, чтобы вызывать тебе Дельфи на пытки, не думаю, что он меня тронет, максимум поговорить.       — Ладно, но будь осторожна, — предупредил ее Скорпиус. — И лучше не задерживайся.       — Хорошо, — кивнула Роза.       Придя на работу, Роза наблюдала за всеми, кто принадлежал оппозиции. Все было спокойно. Видимо, не хотели придавать значения.       — Пообедаем? — спросила Кристина, когда прошла первая половина рабочего дня.       — Боюсь, что сегодня Вам придется пообедать одной, мисс Плишкова, — в ее кабинет зашел Яксли.       — Мистер Яксли? — Роза изобразила удивление.       Она и правда ожидала его тут увидеть. Скорпиус ей явно что-то недоговорил. Даже если кто-то умер, у них огромная армия, Яксли не стал бы из-за него.       — Чем могу помочь? — спросила Роза.       — Все в порядке, я просто заходил к Булстроуду, решил и к тебе зайти, — спокойно сказал он. — Как успехи?       — С переменным успехом, — улыбнулась Роза.       — Ну, хорошо, — сказал Яксли. — Кстати, тебя очень заждались Себастьян и Алан.       — Да, спасибо, давно не заходила, много работы, — оправдалась Роза.       — А может личной жизни? — поднял бровь Яксли.       — Личной жизни тоже, — сказала Роза.       Яксли ушел. Розу напрягали такие визиты. Будто бы он что-то пытался выведать. Роза предпочитала правду. Пусть горькую, но правду.       Кажется, Скорпиус не соврал ей в главном. Остаток обеда Роза потратила на визит к Гарри. Они и правда вчера устроили импровизированное нападение на оппозицию.       Остаток дня она наблюдала и за Кристиной, но та вела себя как обычно, но при этом ничего и не спрашивала про Яксли. Темная лошадка. Как Розу это раздражало.       — Скорпиус, — позвала Роза Малфоя, когда вернулась домой.       Она выполнила обещание. Не задержалась. Ей хотелось обсудить с ним этот странный визит Яксли.       — Скорпиус, ты тут? — спросила Роза, заходя в столовую, все же время ужина.       Ужин и правда был накрыт, а посреди стола в вазе стоял огромный букет цветов.