Часть 1

Эва сошла с ума. Как еще она могла бы объяснить кому-либо, что согласилась сопровождать Амена в его колеснице? Взгляд Реммао, брошенный на нее, был достаточно мягким по сравнению с глупостью, которую она только что сделала. Они уже подвергались сильному подозрению со стороны Амена и его людей, находясь так близко к ним, они рисковали жизнью еще больше. Ее самые ранние встречи с Аменом были детской забавой по сравнению с этим. Тем не менее она глубоко вздохнула и попыталась вникнуть в план поездки… Который, по общему признанию, был краток. Им предстояло встретиться с неумолимой пустыней и пробыть в ней в течение нескольких дней, прежде чем они прибудут в Фивы. И мысли о Фивах вызывали у нее тревогу. Это был город, которого боялся каждый черномаг, и, несомненно, Амен и Отряд Фараона будут внимательно следить за любой ошибкой, которую Реммао и его ученики могут допустить. Глаза Эвы обратились к Амену. Гигантский мужчина в плаще, скрывающем его странную внешность, выглядел совершенно непринужденно, управляя колесницей, как будто ухабистая езда его совсем не беспокоила. Его руки, однако, приобрели красный оттенок, так как плащ не защищал их. Кожа Эвы не сразу обгорела из-за солнца, но, тем не менее, чувство жжения ощущалось, когда она пыталась крепко держаться за колесницу. Не хотелось бы заблудиться на красной земле. Нил был поблизости, и его разлив был длинным, да, но от этого не произойдет чуда, если она когда-нибудь заблудится. Она, вероятно, умерла бы от жажды и жары, не вернувшись в город, если бы ее первым не увидел какой-нибудь разбойник. Ее руки сжали колесницу еще сильнее. Случайно взглянув на Амена, она обнаружила, что он посмотрел на нее с весельем в глазах. Эва хмыкнула. «Бесящий придурок», — подумала она. Сочтя его недостойным ее внимания, она повернула голову и посмотрела на Нил. Река была поистине подарком для их страны, и даже издалека она была прекрасна. К сожалению, ее плащ и маска были глубоко в ней. Что ж… по крайней мере, у отряда фараона больше не было шансов повесить на нее все. Минуты тянулись медленно, боль только усиливалась. Мысли Эвы были где-то в другом месте, чтобы не сосредотачиваться на боли. Она отвлеклась настолько, что не заметила большой камень, на который в конце концов наткнулась колесница. Когда колесница рванулась вперед, хватка Эвы была недостаточно сильной, чтобы оставаться у краев колесницы. Вместо этого, когда колеса наткнулись на очередной камень на дороге, ее тело сорвалось с места прямо на… колени Амена. Глаза Эвы вспыхнули от ужаса положения, в котором она оказалась. Льняная одежда под ней была явно дорогой, но часть ее обнаженной кожи непреднамеренно коснулась его ног, прикрытых штанами, пока колесница продолжала свою лихую езду. Несмотря на то, что она боялась, Эва повернулась, чтобы уловить выражение лица мужчины. Его светлая челка почти закрывала вид широко распахнутых от удивления светлых глаз, нахмуренных бровей. — Что ты делаешь? — рявкнул он на нее. Один из людей Амена, Тизиан, сидел рядом с ними и едва сдерживал смех. Эва отказалась смотреть дальше, чтобы считать выражение лица Реммао или ее друзей. — Дорога такая ухабистая, что моей хватки не хватает, чтобы усидеть на месте, — ответила Эва, чувствуя, как у нее горят щеки от смущения. Она снова попыталась схватиться за края колесницы, но из-за ужасной дороги это было невозможно. Когда колеса пролетели над другим камнем, руки Эвы попытались найти поверхность, за которую можно было бы зацепиться… которая оказалась грудью Амена. Ситуация, где ее сердце весило бы больше, чем перышко во время суда Осириса, была бы лучше, чем ее нынешняя судьба. Грудь Амена под ее пальцами была твердой, как камень. Необъяснимым образом она почувствовала, как его сердцебиение внезапно участилось, когда она прижалась к нему. Как бы она ни хотела, она не могла найти в себе сил или воли отпустить его грудь или освободить его колени. «Дорога слишком ухабистая», — сказала она себе. И действительно, так оно и было, поскольку Амен позволил ситуации продолжаться, даже несмотря на то, что колесница постоянно прыгала и, таким образом, Эва с ней. Безусловно, это повлияло на него. Эва прекрасно чувствовала, как ее движения действовали на самого доверенного человека фараона. Его возбуждение буквально упиралось в ее задницу, и с течением времени оно только росло. Она не могла винить его; трение могло свести с ума кого угодно. Она прекрасно понимала, что привлекательна, и более чем достаточно мужчин и женщин говорили ей об этом. Эва сама была поглощена этим, ее мысли блуждали все дальше, пока она бессознательно прижималась к груди Амена и чувствовала себя как дома у него на коленях. По мере того, как поездка затягивалась, лицо Амена приобретало интересный красный оттенок, то ли это было из-за солнца, то ли из-за того, что у него на коленях пополнение, Эва не могла сказать. Наконец, к несчастью для Эвы, они достигли точки пустыни, где почти не было камней, и поэтому было намного легче успешно ухватиться за края колесницы. Веселый взгляд Тизиана и нетерпеливый взгляд Амена — хотя это была лишь одна из эмоций, отражавшихся в его бурных глазах — ясно давали понять, что Эва задержалась на коленях у Амена. Рука Эвы упала с его груди, как будто обожглась, и неохотно села не на него, а на бок Амена. Краем глаза она могла видеть, как мужчина пытается поправить свою одежду, чтобы не выдать своего менее чем надлежащего состояния. Но теперь, когда Эва почувствовала лишь часть того, что было под его одеждой… она не могла перестать думать об этом. И теперь, когда ее пальцы познали тепло его груди… Она незаметно покачала головой. Эти мысли были опасны, учитывая текущую ситуацию Эвтиды и ее подруги. Стоила ли короткая интрижка с мужчиной, которому суждено было охотиться на нее, такой опасности? Эва должна была думать также о своем наставнике и друзьях, к концу поездки они все вместе застрянут в Фивах, их успех или неудача неразрывно связаны. Даже рассуждая сама с собой, Эва не могла не взглянуть, куда упала сумка с ее вещами. Она была совершенно уверена, что взяла по крайней мере один парик, и там определенно была красивая соблазнительная одежда. Поездка в Фивы займет несколько дней; конечно, время от времени они будут останавливаться у Нила, чтобы отдохнуть, поесть и искупаться. Может быть, ей удастся найти укромный уголок на берегу Нила, надеть парик и заманить туда Амена… Несмотря на то, что эта мысль была далеко не разумной, она безмерно взволновала Эву. Ее глаза снова обратились к Амену, она не знала, что он уже смотрит на нее. Хитрая ухмылка тронула губы Эвы, грязные мысли заполнили ее голову. Амен не знал, должен ли его испугать или очаровать такой взгляд.