Часть 2. Ночь первая (продолжение).

      Набережная. Вечер. Я бреду с велосипедом сквозь толпу. Недалеко гремит музыка, кто-то выступает на сцене. Пытаюсь дозвониться до Маши и Алисы. Но, такой грохот и шум от музыки, что не слышно собственного голоса. Пишу Алисе в Вацап, что ушла в сторону ж\д моста и собираюсь ехать домой. Только пытаюсь сесть на велик, как сзади слышу голос: «Елена Владимировна! Добрый вечер! А где же ваша Алиса?» Оборачиваюсь, стоит он, наша «звезда» с пляжа. В кепке и тёмных очках.  – А она с мамой своей, я так понимаю, в первом ряду на вашем выступлении! А вы вот почему-то тут!  – О, а я уже отстрелялся, так сказать. Теперь там другая группа будет выступать. Мы просто должны были улетать сегодня, но что-то там с расписанием напутали, летим завтра утром. А вы?  – А что я? Вот приехала прогуляться по набережной, думала, успею Вас послушать. Спасибо, кстати за билеты. Хорошо, Алиса глазастая, увидела, что вы мне билеты подарили. Ну, конечно, я их дочке и внучке отдала. Вы же их кумир, как говорят в Азии – Айдол. Они сполна насладились вашим выступлением. Такое счастье привалило неожиданно. Ну, а мне просто приятно, что и я тоже смогла стать на время феей. До звания «Сбытчицы мечт» мне ещё далеко.  – Ну, раз такое дело…может у вас есть ещё какая-нибудь мечта? Мне что-то очень понравилось быть тем самым сбытчиком.  – Мечта у меня сейчас очень маленькая и простая, даже не мечта, а так сказать желание: выбраться отсюда и поесть. Уже вечер, а я что-то только сейчас поняла, что не обедала. Склероз, однако…  – Ну, вот и прекрасно! Тогда я приглашаю вас на обед…  – Скорее уже на ужин!  – Думайте, как больше вам нравится. Только идёмте отсюда, а то, если меня сейчас заметят, то нормально уйти не удастся.       Мы идём вверх, в горку…разговариваем… не знаю о чём… что-то про песни, мелодии, музыку…город, жару… По Красному идти неудобно, шумно от машин… Я сворачиваю на более тихую Советскую… Велосипед как-то незаметно перекочевывает в руки к знаменитости. Он даже успевает на нём прокатиться. Доходим до какого-то кафе, у него есть летняя веранда. Но места все заняты, и мы идём дальше… В результате доходим до гостиницы, где остановилась группа. Я оставляю велик на велопарковке, вижу, как он смотрит на меня, пока я пристёгиваю замки. Мы заходим вовнутрь гостиницы, поднимаемся на лифте. Он кому-то звонит, я слышу, как тихо договаривается о чём-то. Я вдруг отчётливо пытаюсь понять: как я могла с ним сюда прийти, зачем? Почему вдруг он привёл меня к себе? Раздаётся стук в дверь, он идёт, возвращается с тележкой. Там полно всякой еды.  – Я заказал из ресторана по-быстрому, всё, что уже есть готового. А то мы просто с голоду умрём. Так что предлагаю отпраздновать знакомство и моё новое звание.  – Звание? (пытаюсь сообразить – может я что-то упустила, его наградили чем-то, надо поздравить наверно, но с чем?) Когда? Какое?  – Сбытчика мечт, конечно. Ну и простых желаний. Я прямо себя джинном ощущаю. Надо же такое придумать: сбытчик мечт!       Я смеюсь, объясняю, что это не я придумала, а подруга так своего мужа называет. … потом был провал … всё как в тумане … знаю, что мы ели, всё было вкусно… он ещё раз выходил к дверям – кто-то стучал, а я почему-то переживала за велосипед на парковке… в результате тот оказался в номере… и ещё помню, что мы стоим у балконной двери… Он обнимает меня за плечо, прижимает к себе, моему левому локтю становится больно, я протягиваю руку у него за спиной и кладу ему на талию. Пальцы скользят по рубашке и упираются в брючный ремень. Я чувствую кожу ремня, впадинки и волнистый рисунок под пальцами. Чувствую его тело сквозь рубашку. Он очень высокий. Моя голова едва достигает его плеча. Мы смотрим, как встаёт солнце. Рассвет.  – Мне пора. Давай вызовем тебе такси (когда мы перешли на «ты» – я, как бы, не в курсе!)  – Нет. Я сама. Доеду на велике. Всегда мечтала покататься на рассвете. Вот и ещё одна мечта сбудется. Ты мой великий сбытчик мечт! Спасибо тебе за всё! Порадовал Хальмони.  – Кто это Хальмони???  – Это мой ник. Он означает по-корейски – бабуля.  – Ну, ты придумала! Какая же ты бабуля!?  – Самая настоящая! Ты же знаешь, что у меня есть внучки и внук. И я очень рада, что я бабуля.  – Да уж! Но только теперь ты ещё и моя Хальмони тогда. Хотя, наверно, надо сказать – моя женщина.  – Мне это приятно слышать. Хотя и очень странно.       Мы смотрим в окно. Светает. Он вдруг поворачивает меня к себе лицом, берёт за плечи, сначала наклоняется ко мне – я вижу близко его глаза, тёмные, как морская пучина, с отражающимся в них рассветом, потом он выпрямляется, притягивает меня к себе, обнимает (я стою, уткнувшись носом ему в грудь) и говорит, будто сам с собой:  – Всё очень странно. И…там прохладно, я дам тебе что-нибудь, ты ж мерзлячка (опять вопрос – когда он успел это узнать?), ещё замёрзнешь, пока доедешь до дома…       Он отпускает меня, идёт к чемодану, открывает его, достаёт оттуда тёмно-зелёную толстовку с капюшоном и приносит мне. Я надеваю её, она чистая, но я чувствую от неё запах его тела. Голову кружит. Хватаюсь за него…  – Что с тобой?  – Всё хорошо. Просто наверно, бессонная ночь. Вот и болтает. Не двадцать, однако, мне – сутки на ногах.  – Ты точно решила, что сама доедешь?  – Да, проветрюсь. Потом отдохну. Высплюсь и буду ждать твоего сообщения. Ты ведь, напишешь, как долетишь и устроишься?  – Можешь не сомневаться.       И вот я уже на улице … Стою с великом … Рано. Город пуст и тих. Только одиночные авто проносятся мимо. Включаю колонку, висящую на руле. Звонит телефон: «Ты чего встала? Езжай!» Я нажимаю кнопку, и из колонки начинает петь Майк Анджело, мой любимый тайский певец.       Оглядываюсь на гостиницу. Вздыхаю. Сажусь и уезжаю. Ветер приятно обдувает лицо. Мелодия песни погружает меня в приятные воспоминания. Я опять чувствую запах от толстовки. Прохладно ногам в шортах. Я еду. А дальше... я проснулась…Я так и не видела его лица... Только рубашку, расстёгнутую на груди… Кое-кто пришёл и разбудил меня…