Глава 3 Страдания Хайтани младшего

2017 год, Август, Токио.

Риндо стоял в своей старой спальне, в их с братом квартире в Роппонги. Парень рассматривал фотографии, что были на стенах, на столе и на полках в фоторамках, а также фотографии даже на потолке. Всё они были примерно десятилетней давности. Восемь лет… Хайтани Риндо страдал целых восемь лет. Эти годы казались ему просто адом на земле. Рядом не было ЕЁ. Но вот она «воскресла» год назад и вернулась к нему. Риндо подошёл к прикроватной тумбочке и взял рамку с фото блондинки, что стояла полубоком и широко улыбалась, смотря в даль. На её круглых очках отпечатались лучи заката. Но даже они не могли скрыть того огня, что горел в её сине-голубых глазах. Хайтани-младший, смотря на это фото, снова влюбился в эту пацанку. «Да ты же пацан в юбке!». — вспомнил парень свои слова, которые он когда-то много лет назад выкрикнул в лицо уже тогда любимой девушке. Хотя он об этом ещё даже не догадывался тогда, что именно этот «пацан в юбке» станет смыслом его жизни, причиной улыбаться и любить всем сердцем. «Милая, столько лет прошло, а я каждый день влюбляюсь в тебя всё больше и сильнее». От мыслей и воспоминаний его отвлек звонок от старшего брата. — Да, аники. — Я что-то не понял, Риндо?! — с небольшим психом пробубнил Хайтани-старший в трубку. Риндо же, держа смартфон у уха, слушал возмущения брата и всё ещё, держа в руке фоторамку, не мог оторвать взгляда от девушки на фото. — Свадьба у тебя, а с Сакурой за платьем должен мотаться я?! — Аники, ну не бубни. Ты же знаешь, Сакура замуж за меня отказывается идти. Что уж говорить о выборе платья. Ну, помоги братишке обзавестись семейным счастьем. — проговорил Хайтани-младший, возвращая на тумбочку фоторамку. — Надо было сначала жениться, а уж после детей делать. А вы, придурошные, всё наоборот сделали, ах. — простонал Хайтани-старший. На лице Риндо расплылась улыбка от возмущения старшего. — Ран, в четыре у нас назначена фотосессия. Я буду ждать вас там. Люблю тебя, Аники! — проговорил Хайтани и сбросил вызов. Риндо, держа смартфон в руке, слегка рассмеялся, зная, что старший сейчас покрывает его трёхэтажным матом. «Ну, помоги братишке обзавестись семейным счастьем». — пронеслось у Рана в голове. Хайтани-старший сидел за рулём своей иномарки, он уже направлялся в здание организации «Чёртова дюжина». Хайтани остановился на светофоре и вернулся в не самые лучшие воспоминания девятилетней давности.

2008 год, Август.

Ран в который раз топтался у дверей в комнату младшего брата. Видеть его в раздавленном состоянии уже месяц было просто пыткой. «Поэтому я не подпускаю к себе никого и не влюбляюсь». — проговорил про себя парень с косами. — «Кроме семьи, точнее Риндо». Брат для него всегда был ближе и роднее всего и всех. Его даже родители так не беспокоили, как младший братишка. Парень стоял, в который раз решаясь раскрыть двери в комнату. Нужно было на лицо нарисовать улыбку. Но у него это тоже выходило с трудом. Сакура и Субару были для него семьёй. Ран болел не меньше, но всё же ему было легче, чем Риндо. Выдохнув, парень раскрыл двери. — Братец, что ты делаешь? — недоумевая, поинтересовался Хайтани-старший, держась за ручку двери. Риндо расклеивал их с Сакурой фото на стену. Младший обернулся, стоя на мягкой кровати, и слегка улыбнулся. — Красиво, правда? — поинтересовался парень с круглыми очками на лице. Ран молча кивнул головой, на глазах предательски навернулись слёзы. «Ранчик. Эй, Ранчик…». — игривый голос Сакуры так и звенел в ушах. Но Хайтани-старший набрал в грудь воздуха и выдохнул, сдержав свои слёзы. Если и плакать наподобие девчонки, то точно не перед братом, которому и так хуже всех. — Сакура мечтала обклеить стены нашими фотографиями. Поэтому мы часто фоткались. — ответил на немой вопрос старшего Риндо, вернувшись к своему занятию. Они и вправду в последний год очень много и часто фотографировались, словно Ито предчувствовала свою скорую и внезапную смерть. — Давай, я помогу тебе. Ты же не против, братец? — вошёл в комнату Ран и подошёл к столу, на котором лежала просто куча фотографий. — Нет, не против. Я думал, ты скажешь, что всё это очень глупо. — проговорил Риндо, обернувшись к брату. Ран молчал, ему нечего было ответить. Младший вернулся к своему занятию и, не смотря на брата, вновь заговорил: — Я знаю, что она мертва. Но она жива, Ран. Братья одновременно обернулись друг к другу, заглянув в глаза. — Она жива в моём сердце. — договорил Риндо. Старший закивал головой в знак согласия. Ведь это была — правда. Близнецы были живы в их сердцах и памяти. Братья каждый год отдавали дань памяти Ито. Младший со временем ушёл даже в долгий и затяжной запой. Рану ничего не оставалось, как просто наблюдать за братом, что стремительно падал в бездну. Но и сделать он ничего не мог, сердце младшего болело от тоски и боли. «Утрата возлюбленной — это настоящий ад и самая страшная пытка». — это вбил себе в голову Хайтани-старший, смотря на младшего. Решив, что он никогда в жизни никого так сильно не полюбит. (Ох, как же ошибался Ран по этому поводу). Старшему уже всякие мысли приходили в голову, но не сдавать же родного брата в наркологичку. И, решившись на этот шаг, всё изменилось. Появилась Мацио Минори. Точная копия Сакуры в годы юности. Девушка из бедной семьи, что Риндо нашёл и «подобрал» в баре. Рану она, само собой, не нравилась. Девушка знала, что Риндо зависим от неё и, по мнению старшего, активно этим пользовалась. Зная, что братья далеко не бедные люди в городе, да что уж в городе — в стране. Хайтани-старший, сидя за рулём автомобиля, стиснул зубы и дотянулся до панели, где лежала пачка сигарет и зажигалка. Его всегда внутри потряхивало при одном лишь малейшем воспоминании о Минори. Ран подкурил сигарету и, выдохнув табачный дым, усмехнулся. Ему вспомнился один из вечеров в их с братом клубе, который Риндо построил по проекту Сакуры после её «смерти».

***

2014 й год, Токио.

Хайтани-старший, облаченный в классический костюм, вошёл в их с братом кабинет директора. Риндо сидел за рабочим столом и, несмотря на довольно сексапильную секретаршу, что-то ей объяснял. Прошёл уже год, как Хайтани-младший сошёлся с Мацио и не обращал никакого внимания на посторонних девушек. Ну, как не обращал. Обращал, но только не на тех, что были в его кругу. Новенькая секретарша стояла у стола и, слушая парня, прикусывала нижнюю губу. Девушка пыталась кокетничать с Хайтани, но её в упор игнорировали. Ран, стоя в стороне, усмехнулся, расплывшись в ехидной улыбке. — Сейчас, Мина, я принесу документы. — проговорил Риндо и встал из кожаного кресла. Парень направился в другой конец огромного кабинета. — Привет, аники.- бросил младший, проходя мимо брата. — И тебе привет. — бросил в ответ Ран и направился к рабочему столу. Мина, стоя у стола, томно вздыхала, взглядом сопровождая Хайтани-младшего, что метался у полки с документацией. — Понравился? — игриво поинтересовался Ран. — Угу. — угукнув, закивала головой шатенка. — Увы, шансов нет.- проговорил Хайтани-старший. Он знал, что Риндо не переспит со своей секретаршей, ибо их должны объединять только рабочие отношения. А вот Ран такого правила не придерживался. Мина бросила взгляд на старшего Хайтани. — Прям совсем? — поинтересовалась девушка. — Угу. Он помолвлен. — проговорил Ран. Девушка искривила уголок рта, принимая «вызов» — отбить мужчину у другой женщины. Рана её реакция позабавила, и он продолжил: — Он помолвлен с покойницей. Девушка расширила глаза. «Вот это да! Войну с духом ревнивой невесты никому не хотелось устраивать. Да и она верила во все это, ибо бабуля её была повернута на духах и эзотерики.» Хайтани-старший, присев в кожаное кресло, вытянул длинные ноги, скрестив их, и закивал головой, подтверждая свои слова. Шатенку заметно бросило в дрожь. — Жуть. — вымолвила Мина. — Ещё какая. — подтвердил Ран. И он ничуть не врал. — Зато я ни с кем не помолвлен и абсолютно свободен. — Хайтани вильнул бровями. — Господин Хайтани, Вы специально придумали всю эту легенду с умершей невестой?! — психованно прошипела девушка. — Нет, обрати внимание на его руки. — бросил Ран бегло, услышав, что Риндо возвращается к ним. Шатенка теперь не сводила взгляда с пальцев рук Хайтани-младшего. И правда, на левой руке, на безымянном пальце светилось платиновое кольцо, похожее на парное. Такое же, поменьше, Риндо носил на своей цепочке. «Видимо, когда были студентами». — пронеслось у девушки в голове.

***

Машина Хайтани-старшего остановилась на стоянке здания организации. Выйдя из автомобиля, парень широко улыбнулся и направился внутрь. «А вот и наша покойная невеста». — проговорил про себя Ран. Смотря на брюнетку с округлившимся животом и пухлыми щечками. «Боже, я стану дядей! Пиздец, мне не верится!». — пронеслось у Рана в голове. Смотря с наслаждением на живую Сакуру, что сейчас носила под сердцем его племянников. — Ну, чего ты лыбишься?! — бросила брюнетка с раздражением. — Очень рад видеть тебя, Сара. — ответил Хайтани-старший. — А сейчас хватит сопротивляться и поехали за платьем. Мой брат больше не должен страдать. Он просто обязан стать счастливым мужем и отцом! Сакура замялась, слушая слова Рана. Ей стало дико неловко, ибо Ран был прав. «Аргумент» — пронеслось у брюнетки в голове. Она своей смертью заставила страдать Риндо долгие годы. Избегала встречи с ним, страдая сама. Девушка, вздохнув полной грудью, встала из-за стола и, взяв Хайтани-старшего за руку, подчинилась, поехав с ним в свадебный салон. «Как же долго я ждал этого дня. Пожалуйста, хоть бы это был не сон!». — пронеслось у Риндо в голове, когда он встретил в фотостудии свою живую невесту. Сакура расплылась в улыбке. «Как же я люблю тебя, Рин!». «Давай наконец-то станем счастливыми, будем жить долго и счастливо. И умрём в один день!». Взявшись за руки, смотря друг другу в глаза, они дали эту клятву, молча, но каждый из них знал каждое сказанное слово.

Конец третьей главы…