Глава 3 — Семь минут тишины

      Чонин бесшумно поставил сумку на пол комнаты, которую отвели Ари и девушки Хенджина. — Извини, — она виновато сморщила нос. — Скорее всего тебе придётся спать с девушкой Хена… или, если повезёт, одна. — Всё хорошо, правда, — Ари успокоила её мягкой улыбкой. — Чонин, пойдём. Покажу, где ты будешь спать. Скорее всего — с Хеном, или… — она хохотнула, — на диване в гостиной. Она указала на соседнюю комнату, и ребята скрылись за дверью. — Чонин! Спасибо ещё раз! — крикнула ему вслед Ари. Он лишь повернул голову и, не говоря ни слова, коротко улыбнулся ей через плечо. Ари сняла куртку, оставшись в простой футболке и джинсах, и спустилась вниз.       В гостиной шум стоял плотной волной: кто-то смеялся, кто-то спорил, музыка играла уже значительно громче, чем в начале. Все постепенно расслабились — пицца, бокалы, разговоры. Спустя какое-то время девушка Хенджина хлопнула в ладоши: — Давайте сыграем в «7 минут в раю»! Только проигравших выбираем картами! Алкоголь сделал своё — все охотно согласились. Минхо с Чонином ушли разбирать маленькую кладовку под лестницей, чтобы там могли уместиться двое. Судя по смеху, идея им явно понравилась. Скоро все расселись по кругу, и игра началась. Сначала проигрывал кто-то один, потом проигрывал следующий и они шли в кладовку. Хенджин с Минхо, потом Минхо и Хари, Хари и девушка Хена — смех, комментарии, дурацкие подколы. Ари наблюдала за игрой, крутя в руках бокал. Пила она мало, но достаточно, чтобы чувствовать тепло в груди и лёгкое приятное расслабление. Хари, возвращаясь из кладовки, села рядом и надула губы: — Ты хоть раз можешь проиграть? Нечестно так! — А зачем? — Ари хохотнула, наклоняясь к ней. — Тебе же весело. Но судьба — вещь упрямая. Спустя пару карт она проиграла сама. — Вот, видишь? Сглазила! — Ари засмеялась и подняла руки, сдаваясь. Началась новая партия. Она лениво следила за движениями карт, взгляд ускользал куда-то в сторону, мысли блуждали. Бокал медленно вращался в её пальцах. — Чонин! — взорвался смех Минхо. — Ты специально проиграл, да?! Ари резко подняла глаза. Чонин сидел чуть напротив, держа карту между пальцев. Невинная улыбка светилась, но глаза выдавали другое — осознанность. Тихую, опасную. — Нееееет, — протянул он, смеясь, — само вышло. Он поднялся и протянул ей руку. Помог встать, его рука задержалась сжимая ее ладонь. И не отпуская, повёл к кладовке. — Будильник поставил! — крикнул Минхо им вслед. Чонин открыл дверь и шагнул в сторону, пропуская её внутрь. Ари вошла — и сразу ощутила, насколько здесь тесно. Когда Чонин закрыл дверь и шагнул ближе, пространство сократилось до минимума, стены заставляли их стоять почти вплотную. Он молчал. Но его молчание было громче любых слов. Ари чувствовала жар его тела, горячее дыхание, внимание — острое, обволакивающее. И его взгляд, даже в темноте, прожигал расстояние между ними. В таком маленьком темном месте каждое чувство становилось сильнее. Каждый звук — отчётливее, движения скованные и постоянно задевающие друг друга. Она сглотнула, пытаясь собраться. А Чонин стоял спокойно, уверенно. Слишком уверенно для человека, который «случайно» проиграл. — Тебе некомфортно? — его голос прозвучал прямо возле её уха. Ари вздрогнула. Она и подумать не успела, что он стоит настолько близко — в темноте расстояние исчезло, оставив лишь дыхание и тепло. — Почему ты так решил?.. — слова сами сорвались шёпотом, неожиданным даже для неё самой. — Это чувствуется, — тихо ответил он. Его пальцы коснулись её талии едва заметно — проверяя её реакцию. Секунда. И ладонь уверенно легла ей на спину, притягивая ближе. Через ткань футболки она почувствовала жар, совсем не похожий на случайное прикосновение. Ари рефлекторно коснулась его груди — тёплой, плотной. — Чонин?.. — она попыталась разглядеть его лицо, но темнота скрывала выражение глаз. — Ммм? — он чуть повернул голову, и его губы скользнули по её щеке. Невесомо, почти случайно. — Ты можешь оттолкнуть меня, если тебе не нравится. Голос у него был глубокий, спокойный — пугающе уверенный. Не тот звонкий, открытый Чонин, к которому она привыкла. Совсем другой. От алкоголя мысли путались, но ощущения — наоборот — становились острее. Его близость, запах кожи, тяжёлое дыхание… Всё это не только пугало её, но и тянуло. Слишком сильно. Она замерла на пару секунд, пытаясь понять, чего хочет. Чего боится. Чего ждёт. И всё же руки сами поднялись — медленно, по своему внутреннему импульсу — скользнули вверх по его груди и нашли его плечи. Он вдохнул глубже, именно этого ждал. Уголки его губ дрогнули в темноте. — Умница, — прошептал он. Вторая его рука легла ей на затылок — мягко, но так, что отступать уже было невозможно. Лёгкое движение — и её губы встретились с его. Поцелуй требовательный, напористый, язык жадно прорвался в её рот, не оставляя ей ни одного шанса перехватить инициативу. Ари поддалась мгновенно — она уже не держала ситуацию под контролем, тело выдавало её желание. Её пальцы скользнули на его шею, и она прижалась к нему всем телом. Его объятия были крепкими, властными, но в этой силе не было давления — только желание держать её ближе. Его губы были горячими, вкус вина смешивался с его дыханием, а движение губ было таким, что в груди у неё что-то срывалось с места. Ари почувствовала, как её спина почти слилась со стеной, а тепло его рук охватило её бедра. Он был здесь полностью, владел ситуацией. — Ты такая… — его голос низкий, хриплый, почти шепот, скользил по её губам. — Мне хочется запереть тебя и не отпускать. Он провёл губами по скуле, скользнул по подбородку, коснулся шеи. Поцелуи были не мягкими, они оставляли след, намёк на собственность — метку, которую она почувствовала всей кожей. Ари закинула голову назад, дыхание учащалось. В груди всё горело, а тело требовало большего. Её пальцы цеплялись за его плечи, норовили удержать, направить, но при этом терялись в его волосах. — Чонин… — прошептала она, смешав в голосе лёгкую жалобу и желание. Он не спешил отвечать словами. Движения рук, уверенность в каждом касании говорили за него. Вторая ладонь скользнула вниз по талии, обвила бедро, прижимая к себе ещё сильнее. Его дыхание на шее было горячим, губы едва касались кожи — достаточно, чтобы вызвать дрожь. Он наклонился, губами коснулся ключиц чуть сильнее, и Ари невольно вздрогнула, дыхание сорвалось, вырываясь почти как крик. Его взгляд был неподвижным, уверенным, и в нём таилась хищная игра — он чувствовал каждое её движение, каждое прикосновение, каждое желание. В этом пространстве — тесной кладовке, во тьме и близости — существовали только они двое.