***

— Говоришь, что та женщина с огромной чёрной шляпой даст чаевые первее, чем та, которая надела на себя платье с глубоким декольте? — прищурив глаза и исследуя внимательным взглядом двух женщин лет тридцати, спросила Люмин. — Мгм — не отрывая глаза от единственных в заведении женщин, кивнул Венти.       Люмин кинула на друга беглый взгляд. Закатывая глаза от его ответа, она прошептала, обращаясь к тому едким тоном: — Думаешь, что выиграешь? Но ты только посмотри на то, как одета та женщина со шляпой. Она выглядит так, будто не готова отдать хоть цент за услуги, предоставленные тобой! Даже, если она и сжалиться над твоей дурьей башкой, оставит только сущую мелочь.       Чуть помолчав, она добавила: — Бедная как церковная мышь… — Пф! — не выдержал Венти и прыснул со смеху от слов подруги. Но быстро вспомнив, что нужно вести себя тихо, прикрыл рот рукой. — Ты и вправду оцениваешь людей только по внешнему виду, раз можешь судить о той барышне, как о бедной. С твоей точки зрения та, что меньше всего подходит под твоё понятие богатства, автоматически берёт на себя клеймо «бедная»?       Не награждая взглядом своего оппонента Люмин возразила: — Прекрати нести чушь! Я лишь говорю, что не считаю её столь состоятельной, сколько ту, — указывая пальцем на женщину, которая ела обильно облитое глазурью пирожное, Люмин невзначай бросила: — Полагаешь, что она и та, сидящая как истукан одного статуса? Не смеши меня!       Венти решил, что бесполезно спорить с той, чьё мировоззрение состоит только из внешнего вида человека и социального статуса. Потому проглотив слова со стороны подруги, он молча продолжил наблюдать за двумя единственными во всём помещении посетителями.       Обе ели не спеша. Сначала клали небольшой кусочек блюда в рот, пробуя его на вкус, а после не торопясь, прожёвывая, глотали лакомство и принимались к следующему. И так по кругу, изредка запивая напитками.       Вся эта процессия была донельзя скучной и утомительной. Вот скажите, кому захочется смотреть, как две незнакомые тётки едят свои угощения и попивают с трубочек прохладные напитки? Разве здесь есть на что смотреть? Те же мысли были и у Венти с Люмин. Обоим было неинтересно, но оба не могли оторваться, ведь от этого зависела их победа в споре. Если упустить ту, чья рука первая положит деньги на стол, то можно сразу засчитывать проигрыш и слышать от победителя слова:"А я говорил/а!"       Никто из подростков не собирался сдаваться и проигрывать. Хоть сам процесс и не зависит от них и их умений, но вот ставка определённо да! — Ведь на кого поставил на том и наживёшься, — мысленно произнёс Венти, решительно смотря на женщину в огромной чёрной шляпе.       Он верил, что именно она должна была оставить ему больше прибыли, чем та, которая сидела у окна и медленно ела своё пирожное, смотря в телефон. Венти не привык судить людей только по внешней оболочке, но он же мог хотя бы предположить, так? Его домыслы насчёт этой женщины были весьма двоякими. С одной стороны она и вправду выглядит более роскошно, чем та, которая ела клубничный торт, смотря в одну точку перед собой. Но если смотреть с другой, с чего бы богатой оставлять больше чаевых? А если она скряга? И её скорее жаба задушит, чем она отдаст больше, чем пару монет и то, в качестве вежливого жеста. Мол: "Это всё, чего ты достоин! Я ещё сегодня добрая, оставила на цент больше, не благодари". Брр, не дай бог она такое выпалит! Настроение будет испорчено с самого утра и продлится на целый день.       Мысленно Венти бросил: — Лучше не думать об этом, возможно , она не такая уж и плохая, а я уже так о ней отзываюсь. Плохо, Венти, твоё общение с Люмин приводит тебя к таким мыслям об окружающих!       Из внутренних терзаний Венти приходит в себя от слов Люмин: — Кажется, что они заканчивают?       Четыре пары глаз смотрели на двух клиенток, заканчивающих трапезу. Наконец этот момент настал! Объявится победитель и проигравший. И вот, рука дамы в платье с глубоким декольте кладёт на стол.... — Ничего?! — чуть ли не крикнула Люмин, но быстро закрыла рот, чтобы не наводить шуму. Округлив персиковые глаза от гнева, она молча уставилась на женщину, которая собиралась уходить. — А я говорил, что богатство не определяется по внешним признакам. "Не суди книжку по обложке", слышала такое выражение? — кокетливо улыбаясь, говорил Венти. — Что уж говорить, я сам... — и переведя взор на женщину с огромной шляпой, он не договорил, увидев, что та тоже ничего, кроме грязной посуды, не оставила. — ... — ... Ничья.