Часть 1

сравнивать никого не нужно. то, что у Кости оказывается девушка, с которой все так прекрасно складывается, что та дожидается его из армии, что та такая красивая — это все от лукавого, так не должно быть. в плане, рад он за них очень, повезло тебе, гром, ши-шикарно повезло. ну, разумеется, Юра сравнивает. не может не. Аня — красивая. Юра смотрит на себя в зеркало, испытывает смешанные эмоции, забирает волосы и так, и эдак, вписываясь в них длинными пальцами. красивый? красивый. на него табелями готовы вешаться девушки, еще со школы, Юра пользуется популярностью, пользуется во всех смыслах. красивый ли для грома? ахахаха. блять. не может избавиться от детской, глупой обиды, и ты меня, променял на нее, да? да? Костя никого не променивал, Костя, даже не знает, что в голове у Юры у тех двоих соревнование в самом разгаре. Юре интересно, это только у него или у обоих. потому что не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы видеть, что они не нравятся друг другу. нужно быть только громом, в упор не видящим ничего никогда ( и слава богу ). вкус у той плохой — нет, отличный. ей не нравится Юра, который, между прочим, нравится всем, это упущение. ей нравится Костя, что неудивительно, здесь, Юра ее понимает, категорически. кому гром не понравится? его дурной характер в уравнение не берем. к хорошему вину Костю приучает не Юра, а, между прочим, мог бы он. Юра думает, что из Кости ценитель мог бы выйти по всей красоте, тащит не абы какую бутылку в один день, знает, что у грома есть бокалы, которые тот никогда не достает, но стоят, пылятся. он представляет, как тот их достанет, Юра смахнет с них пыль, и чужие пальцы на тонкой ножке будут смотреться охуенно, а Юра будет не дрочить вовсе, вино развивать и любоваться, прикуривая. на деле Костя разливает вино в ближайшие кружки, из одной просто вытащив чайный пакетик, перезаваренный тысячу раз. и тот-то вытаскивает Юра. Юра хохочет с того, как это расходится, а потом и бросает попытки приучить, переучить — грома бесполезно. вино иногда приносит, да мирится с громом. наслаждается той эстетикой, которую гром придают любой самой высокой изысканности. а потом, спустя года, сидя в гостях, смотрит непонятным взглядом, как гром разливает вино по бокалам, качает бокал, держит его так. грому эта изысканность идет, как родная. ничуть не хуже, чем хлебать вино из чашки, как чертов чай. это колет смешной на деле обидой, что это мог бы быть и он, кто научил бы грома пить вино красиво, правильно. смотри, Юр, поддается дрессировке. тебе — нет. ( что ради него никто не стал обучаться искусству вина ) ему и не надо было, ему и достаточно, как гром его на себе под пулями тащил. но обиде никакой рациональной причины не нужно, да зачем она. Юры недостаточно — ни сейчас, ни когда-то. просто смешно, как его жизнь повторяет этапы. семья Юры, тайна за семью печатями для всех новых знакомых, семья Юры, не пример для подражания, не то чем хвастаешься перед друзьями коллегами. пьющий отец, для которого он так и не стал достаточным. маломальски таким, каким он хотел. Юра не знает даже, что с ними, незачем, не хочет. но что знает, так это то, что ему то, что он сейчас работает на страже порядка, кем он стал, это все никому ненужно. это все равно окажется не тем. еще, семья Юры так же далека от интеллигентности, как Костя — от чувства самосохранения. лучше Костя понимает только намеки. и слава богу, Юр, слава богу. когда как Аня происходит из семьи интеллигентной, профессоров. Юра ставит еще один минус себе. еще, Аня женщина, сравнением здесь, она, в принципе, бьет все сопоставления, обнуляет их. затем, еще, Анна Валерьевна беременна. еще, он — Костик — делает ей предложение, она его принимает, конечно. никто бы не отказался. минусы в общий счет, в счет Юры сыпятся один за другим, Юра давит из себя улыбку, хлопает в ладоши, говорит, браво, Костя, б-браво! выдыхает на одном дыхании какой-то поздравительный экспромт о том, как он рад. он вовсе не хочет сейчас сдохнуть. да ну с чего вы взяли.