Часть 1

— Мальчики, с высоты этих пирамид на нас взирают четыре тысячелетия! Представляете, через четыре тысячи лет — они по прежнему будут здесь! А кто знает — будет ли человечество. — Альбьери... — с некой усмешкой произнёс Лукас. Он считал некоторые умозаключения крёстного смешными и нереальными. — А может когда-нибудь люди перестанут умирать? — параллельно рассматривая пирамиды, спросил Диогу. — А если не перестанут, то люди сделают клонов — копию человека! Только подумайте: когда я начинаю стареть — я делаю себе копию! Это способ жить вечно, победить время, смерть! Древние египтяне старались победить время делая мумий. Альтернативой двадцать первого века станет клон! — А если бы вы могли создать клон, кого бы вы клонировали? — Кого, Альбьери? Кого?       На этот вопрос мужнина не ответил, а продолжил любоваться красотой египетских достопримечательностей. — Мальчики, посмотрите туда, — Альбьери указал огромного каменного на Сфинкса. — Знаете, что Сфинкс говорит человеку? "Разгадай меня, а иначе — сожру!" Либо мы разгадаем загадку жизни, Либо она нас уничтожит! *** — О Господи, Зорайде, я ничего не слышу! — Тише, Латифа!       Девушка и служанка стояли за узорной решёткой, чтобы подслушать разговор. Буквально недавно Латифа была сосватана за молодого и перспективного Саида Рашида — первого красавца на медине. Он окончил экономический и юридический факультеты университета в Сан-Пауло, открыл там же магазин, которым руководит двоюродный брат Саида, Мохаммеда и Назиры — Мустафа. На данный момент планирует расширяться и в Сан-Криштоване и Рио-де-Жанейро. В дом к будущему родственнику Али Эль Адиб — самому уважаемому человеку в Марокко, семья Рашид пришла для решения важного вопроса, который требовал немедленного решения. — Дядя, — первый обратился Мохаммед. — наша сестра Назира хочет вас спросить. — Говорите, Лара Назира. — Сид Али, сегодня я услышала разговор и у меня сердце сжалось в предчувствии. У Латифы случайно не было кормилицы ливанки по имени Тамара? — Тамара... Кормилица Латифы... Да, Тамара! — В таком случае, свадьба Латифы и Саида не может состояться, потому что Тамара кормила также и Саида!       В шоке были все, даже два партизана, которые прятались за решёткой. — Они родственники?! Если была одна кормилица, то Саид и Латифа — родственники! — Раз так, то они не могут пожениться!       В комнате повисла напряжённая тишина. И первым эту тишину прервал Мохаммед, который держал брата за руку, поддерживая его: — У нас есть предложение! Я тоже ищу жену! Меня не кормила молоком Ливанка Тамара, поэтому я могу жениться на Латифе! — Мохаммед положил руку на грудь. — Если вы согласитесь, я могу жениться на ней вместо Саида!       Али начал понимать, что к чему, и на его лице появилась улыбка. — Да?.. Это может быть хорошим решением! Это хорошее решение! Я согласен!       Напряжение между присутствующими спало. — Так что, наши семьи всё равно породнятся! *** — Что случилось, мама? Что случилось?       Жади возвращалась с пляжа. Сойдя с автобуса, она торопилась домой. О том, что Сауле стало плохо и она упала, девушке сообщила соседка, которая жила рядом с ними. Услышав это, она стремительно направилась в дом. Преодолев крутую лестницу, Жади оказалась в комнате, где в постели лежала её мама. — Моя дорогая девочка... — Врач... Я иду за твоим врачом! — Жади уже собиралась уйти, но женщина не дала это сделать положив свою руку на неё. — Нет... Ни куда не ходи, — Сауле было тяжело говорить — боль охватила всё тело, но она продолжала улыбаться, чтобы не огорчать любимую дочурку. — Пробил мой час — я знаю! Слава Богу! Слава Богу!.. — Не говори так, мама! — девушка не могла и не хотела верить сказанным словам матери. — Врач сказал, что у тебя здоровое сердце и что лечение было правильным!       Саула любовалась дочерью. Как она выросла, стала такой красавицей. Ей было тяжело оствлавлять её одну. Но время пришло: написанное Аллахом не изменить судьбу не обмануть. Она жалела, что раньше не вернулась в Марокко — на родину. Жалела, что Жади не выросла среди религии и обычаев, в которых воспитывалась она сама. Хоть женщина и воспитывала дочь по законам и предписаниям Аллаха – в другой стране, на другой земле это было гораздо труднее. — Мой цветочек, — Саула нежно провела рукой по лицу дочери. — Моя принцесса... — Где у тебя болит, мама? Скажи! — Жади взяла руку матери в свои руки.       Времени осталось совсем мало. — Твой дядя Али позаботится о тебе, как заботится о твоей кузине Латифе, — уверенно ответила Саула. — Ты увидишь, как прекрасна наша земля. Ты увидишь оазисы, рынок золота, караваны в пустыне...       Всё внутри у Жади сжалось. Слёзы подступили к глазам, а слова проговаривались через силу: — Я не хочу этого видеть, мама! Я хочу, чтобы ты выздоровела! И всё!.. — Когда ты была маленькая — женщина глубоко вздознула — ты очень любила кататься на верблюде...       Пульс замедляется, говорить становится ещё тяжелее. — Мама... — по щекам девушки покатились слёзы, а голос предательски дрожал. — Там — ты почувствуешь себя своей, мой цветочек! — голос задрожал. — Ты будешь счастлива! Очень счастлива!       Саула закрыла глаза. Дыхание прекратилось. Всё вокруг будто остановилось. — Мама! Не надо так, мама! Мама, не оставляй меня одну! У меня никого нет, мама! — слёзы полились с большей силой, плач уже перерастал в истерику. — Мама, не уходи от меня! Не оставляй меня одну, мама! У меня есть только ты — не оставляй меня здесь одну!..