Часть 6: Кошмары становятся реальностью

Туман. Такое простое слово, но при этом оно казалось таким мерзким, пробирающим своим холодом до самых костей. Всегда, когда появлялся туман, происходило нечто ужасное. Туман словно окутывал весь город своими извилистыми руками, закрывая глаза Лео, когда тот осмеливался раскрыть их. Будто он пытался скрыть все те несчастья, что ждут его в этот морозный день. Как бы широко он не открывал свои очи, они были закрыты его собственной самоуверенностью. Лишь вместо пустой тьмы он видел перед собой серый холод. Совпадение ли это? Лео находился на песочном берегу. Со всех сторон его окружал леденящий туман, всё так же закрывавший половину его обзора. Крошечные волны разбивались у его ног. Вода была безумно холодной, его ступни, казалось, покрывались инеем, принимая противный синий оттенок. Но несмотря на безумно низкую температуру, вода была прозрачной, словно зеркало отражая его лицо с кровавыми полумесяцами, что занимали большую его часть. С них стекали крошечные алые капли, что падали в зеркальную воду у его ног. Они падали медленно, но каждая капля деформировала его лицо в отражении, искажая его всё более странным образом. Небо приобрело серый цвет и покрылось тёмными тучами, собирающимися вокруг определённого места. Каких-либо звуков не было. Полная глухота. Посередине туч открылся огромный глаз, похожий на глаз кораблей кренгов. Он посмотрел на стоящего на берегу Лео. Его взгляд был холоден. Совсем как взгляд черепахи. Вода под глазом начинала подниматься, закручиваясь в воронку. Она медленно поднималась, поглощая в себя глаз, всё так же пристально смотревший на черепаху. Достигнув облаков, оно двинулось в сторону Лео. Он повернулся и начал бежать вглубь тумана, пытаясь скрыться от опасности, и вскоре он перестал видеть хоть что-то. Черепаху окружала холодная непроглядная пелена, пробирающая до самых костей, но он не останавливался и бежал до того момента, пока не споткнулся обо что-то. Он упал лицом в мокрый песок, немного проскользнув по нему. Сразу же поднявшись, он болезненно шипит, отряхивая своё лицо от оставшихся на нём песчинок. Не понимая, в какую из сторон бежать, он начинает осматриваться, в надежде увидеть около себя любой ориентир. В густом тумане виднелось что-то темно-зеленое. Что-то до боли в груди знакомое. Медленно приблизившись к объекту и спустившись на колени, он осторожно дотронулся до него. Это была холодная, безжизненная рука его близнеца. Почувствовав касание, она схватила его за запястье и из плотного тумана показалось лицо его брата. Его безжизненные и холодные глаза смотрели прямо в душу брата, словно прямо сейчас он вцепится своими острыми когтями и вырвет глаза Лео, оставив на их месте лишь кровоточащие дыры. " Ты победил. Так почему же я не вижу улыбки на твоём лице? " − хихикая, спрашивает Донни. Лео резко открыл свои глаза и увидел свою вытянутую руку перед собой. Ему уже начинают надоедать эти постоянные кошмары. С каждым разом, как он ложится спать, он чувствует себя ещё более уставшим. Сон не приносит ему ничего, кроме ещё большей боли. С безумной тяжестью в груди, он добирается до ванны и, снимая маску, в который раз смотрит на алые полумесяцы, что покрывают собою большую часть его лица. Он поворачивался в разные стороны, чтобы рассмотреть их с каждой из них, под каждый углом. Растягивал кожу под глазами и тянул её в разные стороны. И что только Кейси нашёл в них? Что ему так понравилось, чтобы нарисовать их на своей маске? С каждой секундой, что он холодным взглядом смотрел на них, в его груди вскипала жуткая ярость, перемешанная с холодным страхом. Перед глазами мелькают кровавые сражения, в которых он участвовал. Истекающие кровью тела его родных, что из последних сил смотрели на него, произнося свои последние слова. Их ещё тёплая кровь на его руках. Всё это он помнит и чувствует каждую секунду своей ужасной жизни. Его собственное лицо начинает деформироваться в отражении: его слегка покрасневшие склеры заливаются ярко-жёлтым цветом, а зрачок – алой краской, уменьшаясь до крошечных размеров. На месте, где должна быть его правая рука, отрастает розовый отросток из кренговой слизи и прямо на нём открываются сотни глаз, смотрящих прямо на него. Его алые полумесяцы начинают истекать кровью, словно свежая рана, маленькими каплями скатываясь по его подбородку. Плечи черепахи начинают трястись и он закрывает своё лицо шарфом, пытаясь не видеть этого. В его голову приходит странная идея и он трясущимися руками ищет ножницы, раскидывая стоящие на полках вещи. Хватая их, Лео отрезает большой кусок от своего шарфа, делая вырезы для глаз. Закончив работу, он завязывает его на своём лице, и безумно крепко хватаясь за зеркало, вновь смотрит на себя. Кривой вырез глаз сразу же кидается в глаза и слегка закрывает вид. Кривая форма маски закрывает его отметины, не оставляя любого намёка на их существование. Цвет шарфа и его прошлой маски значительно отличались и в отражении, теперь он кажется потускневшим, а единственной яркой краской на его теле остаётся ярко-жёлтая отметина на его левой руке. Черепаха смотрит на своё отражение, проверяя, не появятся ли эти воспоминания снова, но на них даже намёка нет. Он слегка выравнивает вырезы для глаз и кладёт ножницы на место. Лео опускает голову вниз и тихо смеётся, так он стал себя чувствовать определённо лучше. −−− Уже настал полдень, а Леон так и не встретил никого из родных и, медитируя, сидел в додзё. Он слышал их приглушённую болтовню и громкие шаги. Он ощущал их присутствие, но их не было рядом. Он был полностью сосредоточен на своих мыслях и верил, что если периодически слушать их, то они перестанут всплывать в неподходящие моменты. Некоторые из них были несвязными репликами людей, которые он когда-то слышал, другие – странными вопросами, что возникали также быстро, как и пропадали в этом бесконечном потоке. Они создавали холодную пустоту внутри черепахи. В этот момент он словно перестал чувствовать что-либо, кроме неё. – Слушай... Ам... Я хотел бы извиниться, − выдавливая из себя слова, сказал Лео. Он встал в проходе в тренировочный зал, смущённо отводя взгляд в сторону. Вся его поза говорила о том, как ему неудобно говорить это. Леон сделал глубокий вдох и устало выдохнул, готовясь к очередному неприятному диалогу. – Всё нормально. Ты ещё ребёнок и такое свойственно для твоего возраста, − безэмоционально ответил он. Леон старался не отвлекаться от своей медитации и не стал открывать глаза. Он часто практиковался в слепом бою, и потому ему не составляло труда вообразить действия младшего по звукам в своей голове. Тихие шаги направились в его сторону, после чего младший присел около него. − Мне всегда было интересно... Как ты потерял свою руку? − тихо спросил младший. Такой вопрос был ожидаем с его стороны. Леон предполагал, что это произойдет намного раньше. Ведь когда люди видят кого-то без каких-либо части тела, у них всегда возникают подобные вопросы. − О, это поистине кровавая история. Ты уверен, что хочешь её услышать? − он уже смирился, что сейчас не продолжит свою медитацию, и открыл один глаз, наблюдая за младшей версией себя. − Я не боюсь крови, − резко ответил Лео, показательно складывая руки на груди. Старая черепаха вновь закрыла глаза и опустила голову вниз. Все они так говорили, а после этого мерзкого рассказа одних начинало тошнить, а во взглядах других, обращённых на него, появлялось отвращение. Но ведь... Он предупредил его, верно? – Гадкая слизь кренгов начала пробираться к нашей базе, и мы большим отрядом отправились расчищать тоннели от неё... Леон шёл вперёди всех по тёмным туннелям, держа острую катану в руках. На его поясе виднелось большое количество пробирок с гербицидом, что слегка светились в темноте. Сразу же за ним шли Донни, освещающий туннель яркими прожекторами из своего боевого панциря, и Эйприл, что держала в руках два пистолета, стреляющих химикатами. За ними тянулось ещё около десятка вооруженных специальным оружием человек. Перед ними показалась развилка и все они остановились по команде Лео. − Оба этих пути захвачены их слизью. Если мы хотим справиться с этим как можно быстрее, то нам стоит разделиться на две группы, − сказал Донателло, выводя голографическую карту туннелей перед собой. − Эйприл возглавляет группу "Б" и направляется в левый туннель, а группа "А" продолжает путь по правому. Будьте на связи и, при случае опасности, сообщайте, − быстро отдал приказ Лео и последовал в правый туннель со своим отрядом. Через несколько минут ходьбы перед ними показались огромные заросли слизи, покрывавшие собой весь туннель. − Нам предстоит большая работа. Чем быстрее мы её выполним, тем быстрее отправимся обедать. За работу, ребята! − с улыбкой сказал Лео, начиная прорубаться вглубь туннеля, пока остальные начали распрыскивать гербицид, сжигая противную слизь. Но когда он наносил удар за ударом, его вдруг охватил странный холод в груди, и он застыл на месте прямо перед очередным жёлтым глазом, смотревшим прямо в его душу. − Лео, берегись! − крикнул Донни. Лео не успел среагировать, как ужасная жгучая боль охватила его правую руку. Он недоумевающе взглянул на неё. Вся его рука с огромной скоростью начала обрастать этой слизью, покрываясь ею вверх к плечу, и на ней начали открываться сотни ярко-жёлтых глаз, смотрящих прямо на него. Зрение начинало приобретать более розовый оттенок и перед глазами начали появляться те же самые глаза. Они кричали что-то непонятное в его голове. Они заставляли его что-то сделать. Разум черепахи охватила паника; в ушах он слышал лишь безумно громкие удары собственного сердца и учащённое дыхание. Он в страхе на секунду посмотрел на своего брата. Люди позади него уже направили своё оружие прямо на Лео, а сам он в ужасе смотрел на них в ответ. Его взгляд метнулся к катане, которую он до сих пор крепко держал в руке, а потом – вновь на обрастающую глазами руку. После чего он, сжав зубы и зажмурив глаза, нанёс ослепляющий своей болью удар самому себе. Следующие секунды его жизни были словно в тумане. Он помнит лицо близнеца, который, вероятно, говорил ему что-то. Яркий свет и холодный потолок медицинского кабинета. –... Но, к счастью, там было достаточно много людей, которые помогли мне, − закончил свой рассказ Леон и посмотрел на свою младшую версию. Глаза младшего были широко распахнуты, а его лицо передавало большой букет эмоций. − То есть ты серьёзно просто взял и отрезал собственную руку?! − в шоке спросил он. − По-твоему, я должен был просто подчиниться этому? Это был мой последний шанс на жизнь, − обиженно сложив руки на груди, возмутился старший. − У нас Рафа заразили этой штукой, но нам удалось с ним поговорить и он сорвал с себя её. Разве твои солдаты не могли сделать то же самое? − Раф был заражён?! − чуть ли не подпрыгнув, спросил старший. − Если честно, то там долгая история, − отмахнулся Лео. − Ох, ладно. Но если у тебя настолько короткая память, то я напомню, что мои солдаты были вооружены гербицидом и с лёгкостью могли убить меня, и вообще... Прекращай говорить так, словно я был виноват в этом, − обиженно ответил Леон. − Ох, ладно... Как скажешь, обиженный старик. Вы узнали, из-за чего это произошло? − Ах, да. Донни позже сказал, что на меня плюнул какой-то цветок или что-то вроде этого. Думаю, в этот момент я был в бреду или чём-то подобном, чтобы правильно воспринимать его речь, − быстро закончив мысль, ответил старший. Он вновь принял медитативную позу. Эти воспоминания были слегка неприятными для черепахи. Он даже думает, что то, что он порой видит в зеркале, как-то связано с этим происшествием. Возможно, кренг успел как-то повредить мозг черепахи и теперь ему видится подобное. Он тяжело вздохнул, вновь собираясь с мыслями. − Что ты делаешь? − спросил Лео. Он явно был заинтересован в действиях старшей черепахи. − Медитация. Почти то же самое, что тренировка нимпо, − спокойно ответил Леон. − Это выглядит так, словно ты спишь, только сидя, − странной интонацией произнёс младший. − Можно сказать и так, но при этом я делаю ещё это, − сказал Леон, и над головой младшего появился маленький голубой портал, из которого на него вылилось небольшое количество воды. − Эй, какого чёрта?! − вскрикнул Лео, стряхивая с себя воду. Старшая черепаха выпустила лёгкий смешок и его лицо расплылось в блаженной улыбке. Он чувствовал, как Лео обиженным взглядом пытается прожечь дыру в его голове, и это смешило его ещё больше. Этот парень и вправду ведёт себя забавно. Через секунду теперь уже на него вылился слабый поток воды. Он открыл глаза, злобно смотря на младшего. − Чёртов ребёнок! − крикнул он, стискивая зубы. Лео самодовольно улыбался, показывая язык старшему. Это безумно выбесило черепаху, и в следующие мгновения он вновь намочил младшую черепаху, теперь уже с большей силой. −−− − И кто из вас двоих виноват в том, что практически всё логово в воде? − спросил Раф, складывая руки на груди и строго смотря на двух мокрых черепах, что сидели перед ним. − Глупый ребёнок, − огрызнулся старший, указывая пальцем на младшего себя, что стоял недалеко. − Ворчливый старикан! − вскрикнул Лео, показывая пальцем на свою старшую версию. − Получается, убирать всю эту воду вы будете вместе, − ехидно улыбаясь, сказал Раф. Красноухие черепахи посмотрели на друг друга яростным взглядом. − Ооо нет, братец, похоже, я потянул спину, пока этот глупый ребёнок обливал меня водой. Я уже слишком стар для уборки, − скулит Леон, показательно держась на спину. Лео с ещё большей злостью посмотрел на старшего себя, сжимая руки в кулаки так сильно, что казалось, кости треснут от этой силы. − Но ведь он врёт! Не верь ему! Он - это я! −−− − Зачем ты так часто принимаешь обезболивающие и снотворные? − спросил Донни, заходя в комнату Леона. Старший лежал на своей кровати в форме звезды и смотрел в потолок. На слова близнеца он устало повернул голову в его сторону. – Разве? Щупальца Донни схватили две небольшие коробочки, стоящие неподалёку от черепахи, и, когда они потрясли ими перед собой, из них раздался характерный звук. Они были почти полностью пустыми. Леон не ожидал этого, и его глаза стали более удивлёнными на секунду, после чего вновь обрели спокойный вид. Его голова вновь повернулась к потолку. − Ну, знаешь, от постоянных головных болей и с ума сойти можно. Это вроде как успокаивает их... Ненадолго, − ложа руку на голову, сказал старший. − И давно они у тебя? − поинтересовался Донни. − Ам... Возможно, несколько лет? − задумываясь, сказал Леон. − О, слушай, я как раз недавно собрал новое изобретение. Оно поможет узнать нам причину твоих головных болей, − с желанием протестировать новое изобретение, предложил Донателло. − Да, хорошо. Всё равно терять мне нечего, − согласился Леон, поднимаясь с постели. −−− Донателло собрал всю семью в своей лаборатории, пообещав, что его изобретение намного облегчит всю медицину и что все обязаны это видеть. Эйприл и Кейси после окончания школы сразу же отправились в логово. Он смог позвать даже Сплинтера, который целыми днями сидит у телевизора. Только Драксум не пришёл, сказав, что сейчас он отправился по делам в Скрытый Город. – И так дамы, господа...и Лео. Я представляю вам моё новое супер-полезное изобретение! − радостно воскликнул Донни и сдёрнул простыню, закрывающую часть его лаборатории. За ней открылось большое пространство с проводами и праздничными шарами. Посреди него на стуле сидел Леон. Ко всему его телу были прикреплены различные липучки с проводами, а на голове его был шлем с таким же количеством проводов. Леон не ожидал, что Донни позовёт сюда всех, и такое большое количество взглядов начало давить на него, всё больше с каждой секундой, но он не подавал виду и всячески отводил взгляд в сторону, не настраивая зрительный контакт. − Это точно не расплавит мне мозги? − настороженно спросил старший, смотря на такое неисчислимое количество проводов. Донни в это время уже стоял над пультом управления и быстро клацал на нём кнопки. − Конечно же нет, − уверенно ответил Донни, − возможно, − шёпотом добавил он позже и сразу же нажал кнопку запуска устройства. Леон слегка вздрогнул от слов близнеца и уже хотел возразить, как провода у его тела начали вибрировать и издавать не обнадёживающие звуки, и он сразу замолчал, осматривая себя. Процедура длилась недолго и уже через несколько секунд Донни вновь начал набирать что-то на пульте управления. Он находился так, что старший не мог видеть того, что показано на мониторе близнеца, и ему оставалось только лишь ждать его ответа. Остальные члены семейства уже стояли у монитора в предвкушении увидеть результаты. В мгновение лицо Донни изменилось на чистый ужас и он застыл на месте, смотря в экран. − Неужели там всё настолько плохо? − возмутился Лео и протиснулся к близнецу. И через секунду его лицо приобрело такой же вид, и он стал смотреть то на экран монитора, то на свою старшую версию, что в недоумении сидела в паре метров. Он не осмеливался сказать ни слова. Теперь уже вся семью смотрела в один монитор. Лишь лицо Кейси было в таком же недоумении, что и у его сенсея. Леону надоело это и он, оторвав с себя все провода, направился к монитору. На его пути выскочил Раф, закрывая собой изображение на нём. − Чувак, там всё в пооолном порядке, тебе не стоит смотреть на это! − слегкп потея, сказал Рафаэль. − Что с вашими лицами не так? − возмутился Леон, пытаясь посмотреть на монитор через широкое плечо брата. − Твой мозг настолько чист, что у нас челюсть отвисла! − также нервно сказал Лео, пытаясь успокоить свою старшую версию. Это выбесило черепаху; оттолкнув Рафа и Лео, он подошёл к монитору, у которого до сих пор стоял застывший в ужасе Донателло. Взглянув на него, он увидел снимок своей головы. Он был обычным, но только в правой его части виднелось странное пятно, похожее на слизь. Оно было небольшим и обхватывало маленькую часть его мозга. − Что это такое?! − спросил Леон, слегка отталкиваясь от стола. "Кренг, " − тихо прошептал Донни, медленно поворачиваясь к близнецу. Леон замер в ступоре, а его лицо было направлено лишь на монитор и тёмное пятно на его мозге. Его начал пожирать леденящий холод. − Но ведь Рафаэль тоже был заражён и даже намного дольше, чем Мастер Леонардо! Разве у него не должно быть того же? − испуганно спросил Кейси. − Рафаэль именно что сорвал с себя кренга, избавившись от него полностью, тогда как Леон избавился только от заражённой конечности, − сказал Донни. В его голосе был слышен страх. Перед глазами старой черепахи начали на мгновения вновь появляться жёлтые глаза, смотрящие прямо на него. Его тело начинало трясти. "Как я понимаю, этого недостаточно, чтобы контролировать его тело. Но, смотря на его поведение, могу сказать, что этого достаточно, чтобы мучить его разум, " − продолжает свою речь Донни. В ушах нарастает противный шёпот странных людей, и голова черепахи начинает болеть всё больше. Дыхание становится неровным и быстрым. На мгновения он видит свои кровоточащие полумесяцы в зеркале, такое же испуганное лицо близнеца, который смотрит на него в тот момент, когда его рука обрастает розовой слизью с множеством глаз. Лицо Донни сейчас точно такое же. Он боится своего близнеца. Шёпот и воспоминания давят на него с ещё большей силой и он хватается за свою голову, пытаясь успокоить их. Он должен уходить. Теперь он не может находится рядом с ними. На секунду ему мерещится, что его правая рука вновь становится лишь розовым отростком. Сплинтер пытается прикоснуться к нему и медленно протягивает руку. Леон вздрагивает от крошечного прикосновения не давая трогать себя. Он задыхается. Лео поднимает взгляд и видит, что его родные приближаются к нему, но вместо их обычных лиц – окровавленные останки и пустые глаза. Он достаёт своё оружие, отгоняя их от себя. Лишь Кейси остаётся на прежнем месте, продолжая медленно приближаться к нему. Леон быстрым шагом отстраняется. − Сенсей, мы можем всё исправить! Успокойтесь и дайте нам помочь вам, прошу, − жалостно произносит Джонс-младший. − О, нет. Кренг в моей голове! Я опасен. Ты должен сейчас же отойти на безопасное расстояние, − холодно сказал Леон, продолжая пятиться назад. − Вы не думаете, сколько времени он там? Ведь раньше ничего и не случалось! Вы ни разу не нападали на меня или кого-нибудь другого без причины! Рука черепахи трясётся. Он не может направлять оружие на собственного ребёнка. Не может, не может, не может. Он должен уйти, убежать, покинуть это место. Он опасен для них. − Это приказ, Кейси Джонс! Все, кто находятся под воздействием кренга - враги, в том числе я. − Но ты ведь не враг, ты мой сенсей! − на его глазах начинают накапливаться маленькие слезинки. Он ускоряет шаг и через мгновение уже со всей силы обнимает дрожащую черепаху. − Нет, Джонс! Отойди на безопасное расстояние, я опасен! − повторяет Леон и пытается выбраться из крепкой хватки младшего, но так, чтобы не навредить ему. Но Кейси лишь сильнее прижимается к нему. Он будет рядом с ним, даже когда он кричит о своей опасности. Лео судорожно смотрит на своих братьев позади. Они стоят на месте, не осмеливаясь сделать и малейшего шага в его сторону. Он пытается телепортироваться, но его силуэт от этого лишь начинает глючить и края светятся ярко-голубым светом. Маленькие порталы с обрывистыми краями на мгновения появляются около него и сразу же пропадают. Он всё так же продолжает пятиться назад, пока его панцирь не соприкасается с холодной стеной, и он прижимается к ней со всей силы. Его дыхание обрывистое и голова начинает кружиться от недостатка воздуха. Он выпускает своё оружие из рук; с громким железным лязгом оно падает на пол. Перед его глазами всё чаще и чаще мигают жёлтые глаза и он слышит лишь быстрое биение собственного сердца. Его голова безумно пульсирует от бешеной паники внутри и он не может придумать, что делать. – Я с вами, сенсей. Я знаю, почему вы так реагируете на это, но... Мы справимся с этим вместе, хорошо? − спокойно говорит Кейси, не ослабляя хватку. Леон вновь смотрит на ребёнка, прижавшегося к его пластрону со всей силы, а затем на свою руку, ногтями впившуюся в бетонную стену. С тяжестью отрывая её оттуда, Леон кладёт руку на него и теперь уже смотрит в пол, выравнивания дыхание. Почувствовав тёплую руку на себе, Кейси поднимает голову и слегка ослабляет хватку. Ноги черепахи подкашиваются, и он ускользает вниз по стене вместе с прилипшим к нему ребёнком. Лео сильнее прижимает к себе Джонса, и прячет своё лицо в его плече. – Да... Конечно, Кейси, − тихо и до сих пор немного дрожащим голосом говорит черепаха, чувствуя родное тепло у своей груди.