Часть 13: Кейси Джонс

Снова. Леон стоял посреди тёмного поля, окружённого густым лесом. Небо было серым и даже немного темноватым, а по нему плыли большие чёрные облака, закрывая собой любой свет, что мог бы проникнуть. Вся земля была утыкана перевёрнутыми деревянными крестами. Из них торчали острые ветви, словно защита от незванных гостей. Они тихо шатаются от проносящего ветра, создавая противный гул. Он эхом раздаётся по всему кладбищу. Лео медленно подходит к одной из них. Под его ногами трескаются засохшие листья. Пальцы чувствуют неприятное покалывание от островатых углов. Он аккуратно поднимает табличку, что хлюпко висит на единственном гвозде. "Хамато Леонардо 2006 - 2044 гг." Леон испытывал странные эмоции. Он был в недоумении, но в то же время… Рад? Возможно, что всё, что с ним сейчас происходит, это лишь его воображение. Его сходящий с ума мозг пытается придумать что-то перед тем, как полностью отключиться. Это было бы отлично. Не успел он отпустить табличку, как в его затылок стукнул холод. Его мозг перешёл на автомат и глаза моментально открылись. Руки схватили острую катану и он поднялся, судорожно осматривая помещение. "Опасность рядом. Обезопасить окружающих. Устранить опасность", – кричал ему мерзкий холод, распространяясь всё дальше по уставшему телу. Сердце начало биться быстрее с каждой секундой. Он быстро начал будить братьев. − Подъём, скорее, скорее, нам нужно уходить отсюда! − затараторил Леон, тряся Рафаэля за плечо. − О боже... Что с тобой не так? − спросонья начал бубнить Раф. − Где-то здесь опасность, нам нужно уходить! − продолжал кричать Леон. Рафаэль помнил, как обернулся прошлый раз, когда они не послушали его. Черепаха в красной маске быстро начал будить остальных, пока Леон отправился наружу. И едва он приоткрыл дверь, как его зрачки уменьшились от увиденного. Огромный робот стоял прямо перед их дверью. На его голове горел яркий голубой глаз, освещая всё пространство. Безумное количество ужасных воспоминаний нахлынуло на Леона. Ненависть заполыхала в его крови, нагревая её до состояния кипятка. Он повернулся к сонным братьям, смотрящим на него. Их лица передавали недоумение, они не понимали всей паники черепахи. − У нас больше нет времени на подготовку. Он нашёл нас. Сейчас вы все направляетесь к производственному зданию, и начинаете выполнение плана. Предупредите Эйприл. Я разберусь с ним, − твёрдо сказал Леон. Он откинул все мысли о прошлом из головы, надевая маску холодного лидера. У них не было времени, чтобы показывать эмоции. − Ты сумасшедший? Тебя же в клочья сотрут! Ты не пойдёшь один, − настороженно ответил Раф. С каждой минутой нахождения в этом месте он чувствовал, как воспоминания о последний минутах жизни дорогих ему людей выбираются на свободу из самых тёмных уголков его памяти. Его раздражало это и показательно моргнул, преображая взгляд в холод. − Отставить! Выполнять приказ! − крикнул Леон и бросился наружу. Робот обратил на него внимание, переводя яркий свет на черепаху. Лео не стал ждать первого удара и сам бросился в атаку, целясь в яркий глаз. Существо отбило его тяжёлой рукой; Леон с грохотом влетел в ближайшую стену. Боковым зрением он заметил, как его семья... И Мамочка выходят из треугольного помещения. Чудовище также это заметило и перевело взгляд на них. Леонардо поднялся на ноги и со всей скорости бросился к существу. Использовав портал, он оказался прямо перед его ногой и одним быстрым движением открыл под ней большой портал. По сравнению с технологиями Кренгов, состоящих на половину из плоти на половину из металла, эти существа на 100% состояли из металла. Из них не вытекала противная слизь при пробивании брони. Но это ещё и большой минус для них. Да, они стали прочнее и сильнее, но это не мешает загонять их в порталы. Хотя бы их конечности. И, собственно, они не смогут регенерироваться. Кожу у руки Леона начало неприятно жечь и он поменял руку на металлическую, не обращая внимание на состояние органической. Существо теряет равновесие и с тяжёлым грохотом сваливается на землю, а его глазной лазер стреляет в небо. Закрыв портал, Лео тем самым отрубает конечность робота и она на большой скорости мчится прямо к голове машины. Черепаха телепортируется над падающей конечностью. Он вновь открывает портал и из него на всех парах мчится состав. Он с ещё большей силой врезается в конечность прибавляя скорости и силы удара. − Съешь, чёртова машина! − яростно выкрикивает Лео. Существо поднимает руки перед собой. Отрубленная нога и состав сжимаются под его силой. Они становятся лишь смятым куском металла. Сжимаются так легко, словно железная банку из под напитка. − Чёрт, а я так красиво начал... − скулит Лео и спешно махает оружием, открывая портал. Существо откидывает от себя груду металла. Оно с противным звуком разбивается об здание, пробивая малую часть стены. Поднимается огромное облако пыли и закрывает собой тело робота. Лео приземляется на землю, скользя по острым камням. Его ноги жалостно ноют от боли и усталости, умоляя отдохнуть хотя бы пару минут. Лео устало и громко дышит. Его лёгкие набиты грязью и пылью. Вздохи напоминают жалостливый хрип. Сейчас он больше всего страдает от своего возраста. Слегка отдышавшись он вновь собирается с силами и поднимает взгляд. Весь воздух и обзор заполняет облако пыли, в котором он находится. Лео старается приглядеться, несмотря на то, что его глаза полыхают от попадания в них песчинок. Облако медленно развеивается, и перед черепахой постепенно загорается ярко-голубой глаз. Лео быстро реагирует и бросается в полуслепое бегство вокруг робота. Краем глаза он замечает постороний силуэт в этой битве. Эмоции на лице Леона с агрессии и ненависти изменились на холодный страх и агрессию. Почему они просто не могут послушать? Неужели всегда обязательно геройствовать?! Можно же послушаться его хотя бы один раз? Существо медленно отводит взгляд в сторону низкого силуэта. Лазер полностью заряжен. − Отец! Лео тянется в сторону отца, с надеждой протягивая руки вперёд. Голубой свет существа устремился к Сплинтеру. Мгновение – и руку Леона безумно зажгло. Адская агония распространялась по ней достигая самого плеча. Он вскрикивает от боли и разжимает руку. Слишком горячо. Слишком горячо. Слишком горячо. От неожиданной боли он падает на землю. Его металлическая рука сжимает пылающую от боли. Существо вновь поворачивает голову к Леону. Угроза до сих пор не устранена. Черепаха отставляет боль на второй план и ещё сильнее сжимает оружие в руке. Лео со всей скорости направляется прямо к загорающемуся глазу. С каждым его шагом свет загорается всё больше. Он вонзает острую катану в самый центр глаза существа. Вытаскивает оружие – и вновь втыкает в него. Вытаскивает и втыкает. Вытаскивает и втыкает. Глаз затухает. Лео опирается на воткнутый меч и тяжело дышит. Он смотрит на свою руку. На ладонях кожа приобрела красный оттенок и безумно горела. Вдоль до самого плеча показались красные пятна, по форме напоминающие молнии. " Очередной шрам, " − пессимистично подумал он. Леон болезненно прошипел и убрал катану в ножны. В голове мелькает ужасная мысли. Он быстро кидается на то место, где ещё несколько минут назад стоял отец. Асфальт почернел, но праха, как в прошлый раз, не было. Он судорожно осматривается по сторонам. − Отец! Тишина. Лишь гул ветра. − Отец! Ответь мне! Тишина. "Он жив. Он же Лу Джитсу. Он не умрёт вот так просто. Это же моё время. Всё хорошо. Всё будет хорошо. Может, может это вовсе не он, а какая-нибудь крыса? " − Успокойся, Лео. Ты должен успокоиться, − повторяет он, всматриваясь в тёмные переулки. −−− Брюс сидел в своём кабинете, разглядывая портрет Большой Мамочки. Её глаза были замазаны чёрной краской, стекающей маленькими струйками вниз. Теперь портрет Брюса возвышался над остальными, осматривая комнату своим острым взглядом. Он улыбался. Он был доволен своей работой. Как вдруг его прервали громкие голоса змей, ворвавшихся в его кабинет. − С-сэр Брюс-с! Они победили номер двенадцать! − сказал змей, попутно восстанавливая дыхание. − Мне нужна запись с устройства. Я надеюсь, она цела? − повернувшись в кресле в их сторону, спросил ёкай. − Да, конечно! − сказал змей в очках, протягивая диск в руки Брюса. Ёкай забрал его и вставил в устройство, встроенное в стол. Перед ним показалась голограмма того, что видело существо. Все удары Леона и его разгневанное лицо перед тем, как проткнуть глаз существа. Он смотрел на это с удовольствием, на его лице появилась еле видная ухмылка. − Это был всего лишь прототип. Вложите в их базу данных приёмы из этой записи, пускай вымотают его, а потом приведите ко мне, − прикрывая глаза, сказал Брюс, вновь отворачиваясь к портретам. − Будет с-сделано с-сэр Брюс-с! − одновременно сказали змеи, удаляясь в коридор. −−− Лео уже приближался к строению. Поблизости никого не было. Было тихо, и это пугало черепаху. Его длинный плащ извивался по воздуху, пока он перепрыгивал с одного здания на другое. Засев на ближайшей крыше он начал осматриваться. Это было обычное серое здание, по форме напоминающее параллелепипед. Тишина продлилась недолго. Из сооружения послышались глухие взрывы и механический вопль. Огромные двери раскрылись и из них вышли огромные существа с голубыми глазами. Они начали осматриваться, пока их ослепляющий свет не упал на Леона. Они издали противный звук и направились в его сторону, зажигая лазерные глаза. Леонардо моментально среагировал и бросился в атаку, доставая острое оружие. Он спрыгнул с крыши, на всей скорости несясь в сторону существ. Горящий лазер пронёсся прямо перед ним, загораживая путь. Леон в ту же секунду создал портал к голове одного из них, целясь в пылающий глаз. Леонардо проткнул его насквозь и существо на огромной скорости рухнуло вниз, издавая ужасные вопли. Они были намного неповоротливее, чем создания Кренгов, и в их движениях чувствовалась тяжесть, замедляющая их. С ними было легче, чем с пришельцами. Создав очередной портал высоко в воздухе, Лео уворачивался от лазеров оставшихся чудовищ. Он не сможет победить их всех. Легче будет оставить их снаружи. Черепаха продолжает уворачиваться от лазеров, двигаясь к открытым воротам здания. Пока Леон сражался на улице, команда выполняла план внутри. Всё здание кишело агрессивными ёкаями и опасными роботами. Микки разрубал нападающих на него роботов своими острыми цепями, Лео складывал в кучу побитых ёкаев с помощью порталов, пока Рафаэль и Кейси ломали все возможное оборудование, оставляя лишь искрящиеся обломки. − Приём, Донни! Как у вас идут дела? − спрашивает Раф в наручное устройство. − У нас всё под контролем! Мы уже пробираемся в хранилище. Тут все стены обклеены сумасшедшими рисунками! − сказал Донни, подбирая нужный пароль к железной двери. Позади него в это время Эйприл, Мамочка и Сплинтер отбивали заметивших их охраников. Они были похожи на заражённых кренгами, но менее мерзкими. У них поменялся лишь цвет глаз и их речь превратилась в мерзкие звуки. − Как, говоришь, ты телепортировался? − спрашивает Эйприл, отбивая тяжёлой дубиной очередного ёкая. − На меня посмотрело это чудовище, потом был ярко-голубой свет – и я уже с вами. Это было довольно странно, − сказала старая крыса, закручивая ёкаев своим длинным хвостом. − Может, это Леон тебя телепортировал? − размышляет девушка. − Возможно, но он же не может сейчас делать этого без оружия? − задумался Сплинтер, вырубая последнего ёкая и отряхивая руки. − Я слышала немало рассказов от Брюса об этой черепахе. Думаю, вы его недооцениваете, − сказала Мамочка, принимая человеческую форму. −−− Леон бежит по извилистым туннелям, направляясь к главному кабинету Брюса. Чем дальше он бежал, тем краснее становились стены и тем больше странных надписей и рисунков на них были. Где-то вдалеке были слышны тяжёлые удары и приглушённые голоса его братьев. Свернув на очередном углу, он оказался в длинном коридоре, стены которого были увешаны различными вырванными записями из книг и свитков. Рядом с ними были каллиграфические надписи. Ещё дальше начинались фотографии людей и ёкаев со всех сторон и ракурсов, написанные данные о них и личные записи. Краем глаза он заметил знакомые силуэты. Лео остановился и подошёл к стене. Там были все данные о его семье. Все их привычки и увлечения были расписаны каллиграфическим почерком, но вместо его фотографии был лишь рисунок, смутно напоминающий его силуэт. Из данных был написан только возраст и имя. Это было..странно? Неужели ему удалось узнать о всей его семье, но он не смог узнать больше о Леоне? Он один ловким движением катаны разрезал эти листы на множество маленьких кусочков и двинулся дальше. Наконец, достигнув конца коридора, Леон оказался стояла большая деревянная дверь с алым рисунком дракона. Точно такой же он видел в здании клана фут и точно такой же был на той заброшке. Он выбил противную дверь и встал в оборонительную позу... Но в комнате никого не было? Она была пустой. Леон не стал расслабляться и медленно начал двигаться вперёд, осматривая кабинет. Все стены комнаты были ярко-красного цвета с жёлтыми узорами в углах. С левой стороны стоял бильярд и пара кожаных диванов чёрного цвета. У стены красовался большой аквариум с яркими рыбками внутри. Посередине стоял небольшой стол с тусклой лампой. Над ним висели портеры Шреддера, Большой Мамочки, Барона Драксума и самого Брюса. У всех них кроме портрета ёкая-дракона были закрашены глаза чёрной краской. Это было похоже на комнату сумасшедшего. Правая часть комнаты скрывалась за стеной, из-за которой виднелся ярко-голубой свет. Леон осторожно двинулся в ту сторону, попутно оглядываясь назад. Заглянув туда, он увидел большой стол с множеством различных бумаг. Прямо над ним висела яркая лампа синеватого цвета, что освещала всё поблизости. Лео подошёл поближе и пригляделся. Эти огромные листы были расписаны записями о нём же с прикреплёнными фотографиями. Это было похоже на личный дневник с мыслями об определённом человеке. Леон ужаснулся от увиденного и слегка попятился назад. − Что за сумашедший фанатик этот ёкай?! − вскрикнул он от удивления. − Оу, разве тебя не учили, что смотреть на чужие секреты – нехорошо? − жалостно спросил ёкай, держа в одной руке чашку кофе. Этот голос был противен для Леона и в нём с новой силой всколыхнула ненависть. Он быстро повернулся, наводя острую катану в сторону ёкая. − Ты не выглядишь как ёкай, следующий правильному воспитанию, − огрызнулся Леон, ещё крепче сжимая рукоять оружия. − Сдашься по-хорошему или по-плохому? − улыбаясь спросил Брюс. Леон медленно попятился к столу и склонил одной рукой горячую лампу к бумагам, заставляя их дымиться. Он ухмыльнулся, продолжая смотреть прямо в глаза ёкаю. Лицо ёкая мгновенно поменялось: – Ох, значит, ты хочешь по-плохому, − он отпустил кружку, и та с громким звоном разбилась об пол. Ёкай достал свою катану из ножен и поднёс остриём ко рту. − Ты увидишь смерти их всех, − сказал он, безумно раскрывая глаза, и из его рта хлынул огонь, нагревая остриё оружия. Леон бросился в его сторону на всей скорости, целясь в грудь ёкая. Ёкай пригнулся, цепляя горячим концом катаны плечо черепахи. Лео болезненно прошипел и повернулся лицом к улыбающемуся ёкаю. Недавний ожог начал пульсировать и из раны маленькой струйкой потекла алая кровь. − Что? Уже слишком стар, чтобы противостоять мне? − ухмыльнулся ёкай, сводя изогнутые брови. Брюс помчался к нему, направляя смертоносную катану в сторону живота Леона. Черепаха телепортировалась вправо, целясь катаной к шее ёкая. Ёкай опрокинул голову назад, и лезвие пролетело в дюйме от его лица. Проскользив назад, Лео направил оружие в сторону ёкая. При использовании порталов его левая рука начинала дико болеть. Брюс продолжал улыбаться, оскаливая острые зубы. Он снова начал атаку, размахивая раскалённым металлом в сторону Леона. Он медленно отходил назад, пока не упёрся панцирем в холодное стекло аквариума. Острое лезвие катаны Брюса остановилось в паре дюймов от лица черепахи. Черепаха сдерживала его своим оружием. Ёкай сильно давил на него, и от этого стекло аквариума начинало трескаться. − Да, да, да! Величайший Мастер Ниндзя! Покажи на что способен, дряхлая ты черепаха! − смеялся Брюс. Леон растерялся от таких слов. Он встал в ступор. − Ты сейчас хвалишь меня или это очередная манипуляция? − холодно спросила черепаха, смотря на восхищённое лицо ёкая. Дракон-ёкай отбросил оружие черепахи в сторону. Теперь Леон безоружен. − Лучший боец, выживший в инопланетном апокалипсисе, − продолжал говорить ёкай. Брюс схватил и со всей силы ударил Леонардо по лицу. Небольшое количество крови вылетело из его рта. Стекло аквариума с треском разбилось, и на них вылилось большое количество воды и острых осколков. Лео упал на пол, а ёкай продолжал стоять неподвижно. Руки черепахи тряслись, когда он встал, опираясь на них. Брюс с усмешкой наблюдал за ним, держа своё оружие в руках. Лео поднялся и принял оборонительную позу, вооружаясь тяжёлыми кулаками. Его глаза бегали по комнате в поисках оружия. Дракон смотрел на него широко раскрытыми глазами. В ту же секунду он кинулся к Леону и схватил его за руку, опрокидывая его на холодный пол. Он встал перед ним, возвышаясь, словно божество. Его горячая катана легко прошла в плоть незащищенного плеча черепахи. Леон зажмурил глаза от боли и зашипел от обжигающего ощущения в плече. − Я восхищён тобой, − с широко открытыми глазами и такой же улыбкой, сказал ёкай, медленно давя на рукоять оружия. − Ты стал моим главным стимулом ко всему, что происходит сейчас. Ты. Твой вид. Твои шрамы и порезы. Твои движения и слова. Всё это прекрасно, − оскаливая зубы, устрашающим голосом сказал он. − Я бы мог оставить тебя в живых, но мы ведь оба знаем, что ты никогда не останавливаешься и всегда идёшь до конца, так ведь? − создавая грустную гримасу, спросил ёкай. Его ярко-голубой глаз смотрел прямо в еле открытые глаза Леона. Он начал медленно вытаскивать оружие из плеча черепахи, создавая ещё больший дискомфорт. Лео болезненно шипел, пытаясь выбраться из крепкой хватки ёкая. Внезапно двери в комнату распахнулись и в помещение вбежал Кейси, направляя своё оружие на них. Глаза Лео в миг удивлённо раскрылись. Ёкай тоже был удивлён внезапным вторжением в их сражение. − Оу, это же твой сын, − посматривая на черепаху с язвительной улыбкой, сказал Брюс. − Кейси, сейчас же уходи отсюда! − крикнул Лео, сильнее сжимая руку ёкая, держащую раскалённое оружие. Кейси промолчал, молча сжимая модернизированную клюшку в руках. Ярко-зелёные глаза его маски устремились прямо на ёкая нависшего над его сенсеем. Он был готов к нападению. − Как мило, − ухмыляясь пробормотал Брюс. − Пожалуй, я убью его на твоих глазах, − добавил он. Ёкай резко вытащил оружие из плеча черепахи и молниеносно направился к Кейси. − Кейси, берегись! − крикнула черепаха. Он пытался подняться, опираясь на протез, пока его рука полыхала от невыносимой боли. Его тело тряслось, а зубы так и сжимались, чуть ли не трескаясь от давления. Кейси ринулся в сторону, уворачиваясь от удара. Ёкай повернулся в его сторону, слегка проскользив по полу. Выражение его лица преобразилось в нечто, гораздо более зловещее. Брюс быстро наносил удары и единственное, что мог сделать Кейси - блокировать их. Лео, с трудом поднявшись, схватил свою катану и бросился нападать на ёкая, метая в него множество сюрикен с разных сторон. Ёкай с лёгкостью маневрирует между ними. Кейси пользуется моментом и атакует его остреём клюшки. Брюс раскрывает драконий рот и прямиком в лицо младшего врезается столб пылающего огня. Джонс сжимает глаза от боли. Ёкай бьёт его локтём по груди, и он с большой силой врезается в бетонную стену. Лео телепортируется прямо перед Кейси, закрывая его своим телом. Младший снимает маску. − Как ты? − взволнованно спрашивает черепаха, не поворачиваясь к младшему. − Всё хорошо, маска приняла удар на себя. Я в порядке. Кейси откидывает неисправную маску и поднимается, опираясь на клюшку. Его дыхание обрывистое и неровное. Удар был достаточно сильным, чтобы заставить выйти весь воздух из его лёгких. − Слишком слабый. Слишком самонадеянный. Слишком упрямый. Слишком глупый, − усмехается ёкай, вновь нагревая остриё оружия. − Довольно забавно. Он совсем как ты в этом возрасте! − Брюс язвительно смеётся. – Похоже, это у вас семейный идиотизм! − Смотри, не надорвись от смеха, − фыркает черепаха. Ёкай вытирает выступившую слезу. − Да, ты прав. Ещё слишком рано, − он продолжает улыбаться, оскаливая острые зубы. Лео не выдерживает и кидается в сторону ёкая. Брюс откидывает его в сторону, впечатывая в холодную стену. − Будет лучше, когда мы посмеёмся вместе, Сенсей, − фыркнул он, сводя брови. На секунду посмотрев в сторону черепахи, Джонс теряет ёкая из виду. Его глаза начинают бегать по комнате в поисках противника. − Кейси! В следующее мгновение он заметил над собой надвигающегося разгневанного Брюса. Не успев уклониться, он лишь закрылся своим оружием и зажмурил глаза. Острая, жгучая и невыносимая боль разошлась по его телу. Его грудь полыхала от боли и он со всех сил сжимал её руками. Из его рта раздался глухой хрип. Он начал медленно скатываться вниз по стене. Крепкая рука ёкая схватила его за кисть. − Скажи "привет" папе! Кейси открывает глаза и видит своё тело, истекающее тёплой алой кровью. Воздух покидал его лёгкие. Брюс разжимает руку и Джонс с хриплым стоном падает на пол. Его полные крови руки трясутся, пока он медленно старается прикоснуться ими до своего лица. Он жалостно смотрит на черепаху. − Такая себе тряпичная кукла. Я думал, что выйдет лучше, − расстроился ёкай. Лео посмотрел на ёкая, нависшего над истекающим кровью ребёнком. Брюс, почувствов на себе взгляд, посмотрел на черепаху в ответ. Его глаза широко раскрыты, а рот растянулся в ужасающей улыбке. Его лицо выглядело безумно. Ёкай насмехался над ним. В голове Лео словно сработал переключатель. Он, крепко сжав оружие, рванул на ёкая, игнорируя боль во всём теле. В глазах сменялись моменты, как Брюс стоит с таким же лицом, но на месте Кейси лежит бездыханное тело близнеца. Он вмещает в этот удар весь свой гнев. Он делает один удар, два, три, десять. Взгляд затуманивается. Он чувствует лишь нескончаемую ненависть и гнев в своей груди. Уронив на пол своё оружие, он подбегает к Кейси, сжавшемуся у холодной стены, что с ужасом смотрел на лужу крови под собой. Лео смотрит на окровавленное тело младшего, пока тот не осознает происходящее. Он кладёт свою руку на холодную шею Кейси, меряя его пульс. Слабые биения чувствуются на его пальцах. Кейси кладёт голову на тёплую руку черепахи, складывая окровавленные руки на ней. Он трётся об неё, прикрывая глаза. − Папа, что происходит? − тихо спрашивает он. Его голос не звучит обеспокоенно, встревоженно или как-либо ещё, он скорее спокоен, словно ничего не происходит. В его глазах угасает жизнь. Они становятся похожими на прозрачное стекло, отражая в себе лицо черепахи. Пульса нет. Он больше не чувствует биения в его шее. Он не чувствует ничего. Холодное тело самого дорогого в его жизни человека прямо сейчас касается его руки, но он не в силах ничего сделать. Он беспомощен. Всегда был беспомощным. Лео, трясясь, ложит свою голову на холодную грудь Кейси и закрывает глаза. Звуки вокруг словно исчезли. Он больше ничего не слышит. Все его мысли растворились в миг, оставляя после себя лишь белый шум. Он лишь сильнее прижался к крошечному тельцу, сжимая его в своих руках. Он изо всех сил сжимал его в своих руках, словно это могло помочь. Казалось, что он перестал чувствовать собственное тело, оставив после себя лишь холодную пустоту. Все его надежды, мечты, желания, его душа покинули его вместе с Кейси. Словно он стал ничем и никем в этом мире. Чьи-то тёплые руки схватили его за плечи, настойчиво тряся. Он не обращал на это внимания. По его лицу стекали крошечные солёные слёзы одна за другой. Он ничего не мог поделать, и это убивало его изнутри. Загадочное нечто потянуло его тяжёлое и дряхлое тело за собой, пока он не на секунду не ослаблял хватку. Лёгкий холод пронёсся по его телу, а уже через секунду тёплый свет комнаты сменился на темноту. Он не осмеливался открыть глаза. Не сейчас. Звуки, окружающие его, начинали постепенно появляться. Он слышал братьев, но не мог ничего сделать. Его тело, оно словно превратилось в статую, и он больше не способен управлять им. − Как я и думал, Мамочка вновь скрылась. Надеюсь, мы больше не встретимся с ней, − пробормотал Донни, осматриваясь вокруг. Микеланджело замечает пятна крови на руках старшей черепахи. − Что случилось?! Кейси, всё хорошо? − спрашивал Микки, подбегая к старой черепахе. − Прости, Большой Лео, возможно, мы сильно увлеклись своей миссией и не заметили того, что Кейси сбежал, − виновато сказал Раф. – Всё ведь... Хорошо? − заметив кровь на руках черепахи, добавил он с ноткой неуверенности в голосе. Рука Микки была в дюйме от того, чтобы дотронуться до Леона. − Не прикасайся ко мне, − огрызнулся он. Испугавшись подобного тона, Микеланджело отпрыгнул в сторону, чуть ли не падая на холодную землю. − Да что, мать твою, не так?! − вскрикнул Лео, тяжёлым шагом направляясь в сторону своей старшей версии. Одним резким движением он повернул лицо Кейси к себе. Всё оно побледнело и поледенело. Его губы стали более синего оттенка. Лео отшатнулся. − Кейси, что с тобой?! − вскрикнул он. − Из-за меня... Снова, − сквозь слёзы пробормотала старая черепаха. Его руки сильнее сжимали бездыханное тело. Он делал это так, словно пытался отыскать хотя бы крошечное тепло в этом кромешном холоде. Надеялся, что это очередной кошмар, и что сейчас он откроет глаза и окажется на мягком диване, а около него будут все его родные, живые и здоровые и ждущие, пока тот проснётся. "Всё это кошмар, кошмар, кошмар. Ну же, проснись, проснись, проснись, проснись. Я не могу продолжать видеть это, прошу, проснись. " Но он не просыпался. Он так же продолжал чувствовать леденящую пустоту в своей груди, в своём сердце. − Мне жаль...− тихо пробормотал Рафаэль, посматривая на остолбеневших братьев. Лео не хотел отпускать его. Ещё чуть-чуть. Его хватка лишь усиливалась, параллельно с количеством слёз, стекающих по его лицу. Его дыхание становилось неровным и он вздрагивал, пытаясь ухватить побольше воздуха. Рафаэль присел около Леона, медленно ложа руку на его плечо. Старая черепаха вновь вздрогнула при прикосновении. − Ты должен отпустить его. Мы подлатаем тебя и сразу же вернёмся, хорошо? − медленно поглаживая раненое плечо черепахи, спросил Рафаэль. Лео не мог или не хотел говорить, но как бы то ни было, ответа от него не последовало. − Ладно, Лео, тогда я немного помогу тебе, − начиная медленно вытаскивать холодное тело из рук черепахи, сказал Раф. − Нет, нет, нет, нет! − резко вскрикнул Леон. − Лео, это труп! − продолжая вытягивать холодное тело из рук старшего, крикнул Рафаэль. − Это не труп! Это Кейси! Я обещал ей, что позабочусь о нём. Ты не можешь отобрать его у меня! − продолжал кричать он. Рафаэль, поняв, что простыми силами он не справится, создал магические руки и выдернул из рук старой черепахи окровавленный труп. Раскрыв глаза, Леон увидел, что все его руки и пластрон были покрыты алыми пятнами крови. Это он убил его, и это лишь ещё одно подтверждение. Он виноват в этом, и они знают это. Он закрыл лицо собственными руками, не желая показывать его своей семье. Он – убийца, так почему же они не убьют его? По крайней мере, он заслужил это своими поступками. − Умоляю, верни его мне! Я не могу потерять и его! −−− Лео не помнит, как попал в логово. Его разум словно затуманился и он перестал воспринимать происходящее. Он лежит в своей тёмной комнате, его глаза устремились в серый потолок. Его глаза налиты кровью от пролившихся недавно слёз, и кажется, что они до сих пор продолжают стекать по его горящим щекам. Он видит перед глазами стеклянный взгляд Кейси, которого он обещал оберегать ценой собственной жизни, словно застывший кадр. На его руках до сих пор остались пятна засохшей крови. Его крови. Папа, что происходит? Словно заевшая пластинка, эти слова всё повторяются вновь и вновь, эхом разносясь в голове черепахи. Такие простые слова, но они острой стрелой ударяют в самое сердце, протыкая его наскозь. Папа, что происходит? А он продолжает молча смотреть на умирающего ребёнка в своих руках. Застыл на месте, словно статуя из камня, чувствуя слабое биение в его шее. Папа, что происходит? А он продолжает бездействовать, смотря на то, как его ребёнок умирает. Папа, что происходит? А он заставляет своего ребенка умирать, мучаясь от боли. Краем глаза он замечает лёгкое свечение рядом с собой. Он отрывает взгляд от потолка и смотрит на незваного гостя. Силуэт Микки вновь решил заглянуть к нему. Его лицо как всегда не передаёт эмоций, а яркие глаза словно усмехаются над ним. Так сложно спасти хотя бы одного человека в своей жизни? Он принимает сидячее положение и продолжает смотреть на яркий силуэт. Его глаза слегка приподнимаются, словно он пытается сказать черепахе что-то. − Нравится смотреть, как я страдаю, да? − сжимая руки в кулаки настолько сильно, что костяшки пальцев побелели, спрашивает Леон. Глаза силуэта удивлённо раскрываются и он замирает на месте. Спустя некоторое время, он начинает отрицательно разводить руками и головой. − Я ведь знаю, какой ты лжец. Я вижу это в твоих глазах, − продолжает он сквозь стиснутую челюсть. Он отводит взгляд в сторону, пытаясь сдерживать полыхающий гнев внутри себя. Микки, ещё больше удивившись, опускает руки. Его глаза принимают более грустный вид. Словно тяжело вздохнув, он медленно тянет руку, покрытую паутинными трещинами, к плечу брата. Лео чувствует мёртвый холод на своём плече. Он с ещё большей силой напоминает ему о всех трупах его родных, что он прижимал к своему пластрону, в надежде, что согреет их безжизненные тела собственным теплом. В надежде, что это очередной ужасно-реалистичный кошмар и что прямо сейчас, открыв глаза, он увидит перед собой живую и улыбающуюся ему навстречу семью. Прямо сейчас он откроет глаза и поймёт, что это сон. Что сейчас 2022 год. Никакого апокалипсиса, никаких кренгов. Его семья уже ждёт его за завтраком и он, сев за стол, расскажет им об этом, не сдерживая слёз, что накопились внутри. И они поддержут его, пообещают, что всегда будут рядом, и обнимут так крепко, как никогда прежде. Его руки изо всех сил будут держаться за них, и не будет никакого страха, что их тела обмякнут, мёртвым грузом падая на его хрупкие плечи. Он будет чувствовать их тепло у своей груди, слышать биение их сердец. Но, вновь открывая глаза, он чувствует лишь холод и пустоту внутри себя. Он знает, что это не сон. Он чувствует холод их тел у своего пластрона. Он слышит тишину в грудной клетке каждого. Он помнит последние слова каждого и не забудет никогда. Прости. Мне осталось ещё немного. Я люблю тебя, сын. Удачи. Позаботься о нём, прошу. Папа, что происходит? Он видел их застывшие гримасы. Глаза, что покрылись льдом смерти, и смотрят глубоко в его душу. Проклинают всё его существование. Проникали в его сны каждую ночь, заставляя тело болезненно ёжиться от скользящего по костям мёртвого холода. Так сложно перестать убивать своих родных? И теперь, когда казалось, что у него наконец есть шанс обезопасить их, хотя бы в этом времени, он терпит очередную неудачу. Он вновь прижимает обмякшее тело к своей груди, ясно понимая, что всё это полностью бесполезно. Что всё это – лишь его вина. В его груди бурлит ненависть. Он сжимает металлический кулак и изо всей силы ударяет силуэт. Тот рассыпается, словно песок, рассеиваясь во тьме комнаты. Он оставляет черепаху в холодном одиночестве. Так сложно спасти самого дорогого человека в своей жизни? Лео хватается за голову, сворачиваясь в постели. − Хватит, прекрати думать об этом!! Прекрати!! − кричит он сам себе, в надежде перекричать собственные мысли, пожирающие его изнутри, словно множество паразитов. Так сложно? Его голова начинает безумно болеть от множественных мыслей, и он ещё сильнее сжимает её, надеясь, что это поможет. Но это не помогает. Лео, трясясь, поднимается с кровати и судорожно кидается с одного угла комнаты к другому. Он замечает на столе обезболивающее и снотворное. Он проглатывает несколько штук, не задумываясь о побочных эффектах. В горле появляется ужасное чувство. От головной боли он съёживается на холодном полу, не в силах добраться до кровати. Кажется, что прямо сейчас его череп раскалывается на мельчайшие кусочки, врезаясь ими глубоко в мозг. Со временем боль начинала успокаиваться, но он так и не смог заснуть. Его взгляд был прикован с холодному оружию, лежащему на тумбе неподалёку. Даже в темноте его острый, испачканый в запёкшейся крови наконечник был хорошо виден. Казалось, что он слегка поблескивал, тем самым маня черепаху к себе. − Ты сделал всё ради победы! − кричит от боли в ноге Донни. Но всё равно потерпел поражение. −−− Ранним утром Рафаэль, как обычно, встаёт с нагретой постели и направляется на кухню, в предвкушении горячего чая. Вчера был один из самых тяжёлых дней в его жизни. Слишком много боли он вчера испытал. К его удивлению, на кухне уже сидел Донателло, попивая горячий кофе. Это было не свойственно для него. Он всегда был любителем поспать до обеда. Посмотрев на часы, Раф убедился, что время было к шести утра. − Не думал, что встречу тебя так рано, − обращая внимание брата на себя, сказал он. − Вчера был траурный день, к сожалению, я не смог уснуть, как бы не пытался. Ты слышал ночью звуки из комнаты Старшего Лео? − устало пробормотал Донни, облокотившись на стол. В голове Рафаэля, словно сработал переключатель. От резкого осознания он выронил кружку из рук и со всей скорости кинулся в комнату Леона. Вчера он был в шоковом состоянии и мало ли, чего он мог натворить. Он еле как дотащил старую черепаху до логова, пока тот кричал об обещании и о том, что всё происходящее – его вина. От подобных криков его сердце обливалось горячей кровью, затапливая грудную клетку. Ему было ужасно больно смотреть на брата в подобном состоянии. Как он мог оставить своего брата в таком состоянии в полном одиночестве? Войдя в комнату, он быстрым взглядом проверил тёмную комнату, но так и не обнаружил Леона. В груди стала нарастать паника. Его взгляд остановился на сверкающем от света наконечнике катаны. Судорожно дотягиваясь до выключателя, он нажимает на него. Оружие, испачканное в свежей крови, лежит на темно-синем шарфе, пока крошечные алые капли стекают с него на холодный пол вагона. Рядом с оружием лежит хоккейная маска с красными полумесяцами у глазах. На рукояти катаны красуется новая голубая маска с длинными концами, свисающими на пол. Над кроватью большими алыми буквами, слегка стекающими вниз по металлическим стенам, написано: "Снова вместе" −−− Голубоватый портал закрывается за спиной старой черепахи. Он обессиленно падает на холодную землю. Его глаза закрыты от усталости и боли. Он устал. Собравшись с силами, он поворачивается на панцирь. В лицо черепахи бьёт лёгкий ветерок. Он на маковом поле. Множество цветков окружают его со всех сторон. Алые бутоны медленно раскрываются вместе с восходящим солнцем. Приятный аромат наполняет лёгкие, успокаивая измученную душу. Забавно осознавать, что именно в этом месте умерла его семья. А ещё забавней, что теперь и он присоединится к ним. Они ведь так и не узнают, в каком красивом месте их сердца перестали биться. В будущем это лишь холодная безжизненная земля, а здесь – ароматное поле, укрытое скатертью цветков. Он медленно касается своего тела и чувствует алую кровь на руках. Он подносит окровавленную руку к цветку, сравнивая их цвет. Они оказываются одинаковыми. Алые лепестки ароматных цветов, точно такие же, как и металлическая кровь, что стекает из тела к холодной земле. Лео медленно моргает, наслаждаясь прекрасным видом. Его веки с каждым разом становятся всё тяжелее и тяжелее. Пока полностью не закроются. Он открывает глаза, но теперь вместо тёплых лучей света его встречает белая пустота. Он был готов к этому. Он знал, что, как бы он не хотел просто исчезнуть, он окажется здесь. Черепаха медленно поднимается на ноги. В нескольких футах от него стоят его братья. Его отец. Они точно такие же, какими он видел их в недавних снах. Лео смотрит на своё отражение в прозрачному полу и понимает, что он точно такой же. Вместо мутанта с зелёной кожей он стал голубоватым силуэтом. Единственным отличием от братьев было, что на его лице красовались алые полумесяцы и не было даже подобия глаз. От его отметин исходили алые паутинные трещины, покрывающие всё лицо. Он не мог найти только одного члена семьи. Лео стал осматриваться по сторонам в поисках него. − Где он? Почему я не вижу его? − спрашивает силуэт Лео. − А ты ещё не понял? − интересуется силуэт Донни. Лео с удивлением смотрит на брата. − Он ведь не Хамато. Он Кейси Джонс.