Глава 9

— Господин Гор! — послышался знакомый голос сзади. Царь Египта стиснул зубы и нахмурил брови под маской. Он не хотел ни с кем разговаривать. Не сейчас, когда его мать пытается спасти его любимую от проклятия паршивого змея. Но Гор заставил себя расслабиться и повернуться к богине любви. — Я слышала, что произошло с сестрой. Бедняжка...я должна была это заметить. В последнее время она была такой бледной и исхудавшей... По непонятной причине, Гора это разозлило. Казалось, ее беспокойство - просто притворство. Полубог не был глупым и наивным мальчиком. Он прекрасно видел, как Хатхор пытается привлечь его внимание. Но Гор не мог судить ее из-за влюблённости с первого взгляда. Он ведь сам такой, верно? Он лишь взглянул в её янтарные глаза, как его сердце было готово выпрыгнуть из груди прямо в нежные руки богини исцеления. — Мама помогает ей всем, чем может. Я уверен, что это с ней сделал Апофис. — он сжал кулаки от его упоминания. — Чёртов змей. Хоть он и не обращал особого внимания на рядом стоящую богиню, но заметил, как она побледнела и расстерялась от упоминания бога тьмы и хаоса. — Д-да... Н-но... Разве может он поступить с той, которую так сильно любит? Может это кто-то дру... — Любит? Я своими глазами видел, как он приставал к ней. Ей явно было от этого неприятно. Чувство одержимости и желание иметь - это не любовь. — Гор отвернулся. — И вы как богиня любви должны об этом знать. — Я... — но не успела и вымолвить слова, как юноша ушел прочь в храм своей матери. Кулаки Хатхор сжались. — Почему она?...

***

Гор нежно погладил богиню по щеке. Он снял с себя маску, не видя смысла скрывать свое лицо от кого-то. Кроме них двоих никого в комнате не было, да и Селкет лежала на кровати без сознания. — Хочу снова взглянуть в ваши янтарные, подобны солнцу, глаза, моя госпожа. — его палец коснулся нижней губы девушки, нежно погладив. Он прищурился, глядя на ее манящие розовые губы. Он наклонился, приоткрыв губы, желая прикоснуться к ней, но... — Что я делаю?! — он встал с места и ходил по комнате. — Хотел воспользоваться ей, пока она борится с проклятьем и лежит без сознания?! Я не чертов Апофис! Гору хотелось кричать от злости. И, наверное, он бы и закричал, если бы не был в одной комнате с богиней. Он сжал ладони в кулаки настолько сильно, что ногти впились в кожу и кровь маленькими струйками текла по ладони. — Никогда. Я никогда не стану таким как этот змей. Я добьюсь ее сердца сам. — стиснул он зубы, что они заскрипели. Но он смягчился, снова взглянув на богиню. Полубог аккуратно взял ладонь девушки и поцеловал ее тыльную сторону.

***

— Опять ты? Да почему ты никак не угомонишься?! — кричала богиня. — Я просто хочу забрать то, что принадлежит мне. — с ухмылкой ответил змей. Селкет стиснула зубы и сжала кулаки. Она схватила его за прядь волос, заставив наклониться к ней. — Ты показал свои чувства ко мне, когда предал матушку! Мне стоило догадаться, что ты... ты никогда меня не любил, как я тебя. — Хах... Хахаха! — рассмеялся Апофис. — У нас разные понятия о любви, но я действительно любил тебя. По-своему. Бог перехватил ее запястье, схватил за талию и прижал к себе. — Одержимость не является любовью. Я была глупой и наивной! Верила тебе...прощала каждый твой ужасный поступок. А ты лишь пользовался этим, чтобы приблизиться к матуш... — богиня замолчала, упав на колени, когда щека её покраснела от пощёчины. Она положила свою ладонь на покрасневшую кожу и улыбнулась. — Даже сейчас...ты не изменился за эти столетия. — улыбка резко пропала, а брови нахмурились. — Раньше я прощала тебе такое отношение к себе из-за своей наивности, но сейчас этого не жди! Глаза девушки расширились, когда тело змея отдалилось и начало исчезать. Она тут же встала с колен и начала бежать к нему. — Я больше не стану терпеть тебя! Апофис, слышишь меня?! — Будь осторожна, Селкис...ведь тебя могут предать близкие тебе боги. Последнее, что увидела Селкет - ухмылку бога хаоса. — Ублюдок! Она проснулась, подскочив на кровати, тяжело дыша. — Госпожа Селкет! — сразу подбежал Гор. — Вы наконец-то проснулись!.. — Гор..? — С вами все в порядке? Как вы себя чувствуете? — Я...нормально... — промямлила богиня, но полубог понял, что она врет. — Я лучше позову маму... — Нет! — она схватила его за запястье, не дав встать. — Не надо...беспокоить её из-за меня... Просто... Просто сядь! Дважды повторять не пришлось и Гор, как послушный щенок(в нашем случае голубь) сел у ног богини. — Я... Он мне опять приснился... Теперь я точно уверена, что это его рук дело. — Апофис. — прошипел Гор и сжал кулаки. — Что он говорил? — Ничего нового. Но после пощёчины он сказал, что меня могут предать мои близкие, которым я доверяю... Гор нахмурился под маской, задумавшись, но затем его будто осенило. — Какой пощёчины?! И почему вы так легко об этом говорите, будто это не впервые раз? — но, получив в ответ молчание, стиснул зубы. — Значит не впервый. И часто он поднимал на вас руку? — Это...это не твое дело, Гор! Занимайся своими... — Обязанностями?! Вы опять меня прогоняете?

***

— Черт... — Апофис сжал свою ладонь, которой ударил богиню. — Каждый раз она...она будто специально пытается меня разозлить и попасть под горячую руку! Он с тяжелым вздохом откинулся голову назад, расхаживая по Дуату. Уловив какой-то тихий шорох, он посмотрел в бок. Белая змея пыталась бесшумно проползти мимо бога, но не вышло. Апофис приподнял одну бровь и ногой наступил на хвост змеи. — А ну-ка стой. — Господин! — вскрикнула змея, перевоплощаясь в человека. Белые волосы ниспадали на плечи, а черные глаза посмотрели на бога. — Ну за что вы так со мноооой? — Заткнись, Каир! От твоего нытья только сильнее раздражаюсь. Давно бы тебя убил не будь ты полезен. Каир, посчитав это за похвалу, гордо поднял голову и улыбнулся. Бог же закатил глаза. — Кстати, господин, та богиня, а... Хатхор! Придет еще? — Что? Хатхор? Зачем она мне здесь? — скрестил руки на обнажённой груди. — Она свою часть выполнила и теперь мне не нужна. Только не говори мне, что втюрился в нее. Парень покраснел: — Нееет! — пытался отмахнуться Каир. — Я верен только вам, господин! Апофис ударил себя по лбу, а его слуга глупо захихикал. — Ребенок умнее тебя, Каир. Смотри мне, не пощажу.