Эпизод второй. Спасать нельзя смотреть

2.       Корсет у платья неприятно сдавливает рёбра, но Сэра губы сжимает и смотрится в зеркало. Возможно, слишком яркий макияж для пятнадцатилетней девочки, но она собирается на мафиозный вечер, а не на школьную встречу.       Красно-каштановые волосы уложены в причудливую причёску, и это результат работы самой Сэры — она оказалась способной ученицей, Коё Озаки с ней повезло. Повезло, пусть она сначала нос кривила и не питала особых надежд. У неё ведь уже был ученик — Чуя Накахара — и ещё в одном она не нуждалась, но разве скажешь слово против боссу Портовой мафии? Тем более, боссу, который исполнил её самое заветное желание. Вот и Озаки не сказала, высказывала своё недовольство взглядами и поджатыми губами, накрашенными нежно-розовой помадой. Высказывала молча и продолжала учить её искусству быть майко. Нужно было пройти несколько этапов, постигая искусство пения, танца и культурной беседы. Но Сэра упрямо усваивала уроки Коё и оказалась на редкость талантливой ученицей, схватывающей всё на лету.       — Вот видите, Озаки-сан, я что-то да могу, — Сэра позволяет себе вздёрнуть нос с проколотым крылом, когда у неё получается быстро выполнить задание, данное ей наставницей.       Чуя и Дазай звали её «Анэ-сан», но для Сэры она была только «Озаки-сан».       — Не задирайся, — кривит Коё тонкие губы. — Всегда есть, к чему стремиться. Накраситься можно было и получше. Учти это в следующий раз.       Но для сегодняшнего вечера она выглядит роскошно. Сэра демонстрирует всё, чему её учила Озаки, и в глазах мафиози читается одобрение. Ей на это всё равно, она ведь для них пока новое лицо, вскоре и сама сольётся с толпой.       Тётя стоит поодаль в тёмно-зелёном платье с пол с разрезом от бедра. Заметив, что племянница на неё смотрит, Ханако салютует ей бокалом с шампанским и мягко улыбается.       Сэра находит интересным тот факт, что тётя выбирает цвета, которые не носила её мама. Синий, фиолетовый, персиковый, теперь и зелёный — нет в гардеробе красного, розового или оранжевого.       Она переводит взгляд с тёти на Огая Мори, беседующего с одним из боссов мелкой семьи. Не все принимают Мори в качестве нового босса Портовой мафии Йокогамы, но ума хватает пока молчать и не лезть. Боссы других семей к нему присматриваются, и Сэра думает, что снисходительно к Огаю относиться не стоит. Да, молодой, но не стоит его недооценивать.       Огай на секунду переводит взгляд с лица своего собеседника на неё и едва заметно кивает. Не подвела: достойно себя показала.       «Я не сомневался в тебе, Кондо-чан».        «Спасибо», — отвечает ему одними губами Сэра. 3.       Дазай определённо знает толк в развлечениях. Сэра поджимает губы, щурится, мягко держа Осаму за запястье и забинтовывая его.       Взгляд подростка останавливается на губах напротив. Красные. Как будто Сэра накрасила губы кровью, а не помадой. И это единственное, за что возможно ухватиться, потому что глаз её не видит: Сэра увлечена устранением последствий его очередной попытки попрощаться с жизнью.       — Можешь меня не спасать.       — Я бы с радостью, но, боюсь, босс не простит мне такой вольности, — она завязывает маленький бантик и, еще раз взглянув на труды свои, отпускает руку Дазая. — Надо вызвать уборщиков. Столько крови. Что? Со мной что-то не так? — спрашивает Сэра, замечая на себе пристальный взгляд Осаму.       — Ты в этом платье похожа на цыпленка, — произносит Дазай. — Точно. Коко.       Сэра молча смотрит на него. Опускает голову и окидывает взглядом своё жёлтое платье. Утром, когда его надевала, выбор казался удачным, но вот сейчас… Какой она, к чёрту, цыпленок? Ещё и на французском. Терпеть же французское не может, при этом владеет языком. Странный Осаму Дазай.       Она никак не может его понять. За ним не угнаться: его настроение и мысли каждый раз не предугадать. Сэра, глядя на то, как обращается с Акутагавой Дазай, радуется, что ей досталась в наставницы Озаки. Да, со своими особенностями и недовольством, но модель поведения совершенно другая.       Он сам себе на уме и совершенно не боится смерти. Пока Кафу Нагаи в маленькой комнате подпольной больницы мафии борется за жизнь, Дазай добровольно отдаётся смерти.       Раз за разом.       Наверное, Кафу со счёт сбился, сколько раз его вытаскивал из рук костлявой; сбилась уже и Сэра, с недавних пор пристрастившаяся к медицине.        Глаза у него холодные и нечитаемые. Сэру нервирует, когда она не может по глазам понять, что думает собеседник. Улыбка Осаму говорит одно, глаза — другое, и это она не может раскусить. Кажется, под силу такое только Мори-сану, Сэра же разгадывать головоломки не хочет.       — У меня, вообще-то, есть имя, — она старается звучать максимально нейтрально, чтобы Дазаю не за что было зацепиться. По нервам кататься он умеет мастерски, Сэра гадает, с таким навыком надо родиться или его можно приобрести.       — Да, но так интереснее, разве нет? У всех нас есть прозвища. Тебе тоже полагается.       — Какая честь, — она сжимает окровавленные ватки в кулаке.       Дазаю всего пятнадцать, но, Ками, как же он раздражает.