Часть 5

***

       Вечер был ясным, заходящие за горизонт солнечные лучи пробивались сквозь листву деревьев, наполняя воздух теплом и ароматом свежих овощей и фруктов. Харуми неторопливо шла по знакомым узким улочкам деревни, направляясь на местный рынок. На рынке, не смотря на время, было шумно. Харуми, с удовольствием заглядывала в корзины с разнообразными овощами, сладостями и фруктами. Она расправила плечи, в ожидании сегодняшней встречи. Харуми собиралась вновь навестить Ллойда, но перед этим она хотела зайти на рынок. Она давно здесь не была и когда практически вышла с него, её взгляд упал на знакомые силуэты. Ева и Мико, сидели на недавно построенном фонтане наслаждаясь своим времяпрепровождением. Девушки, завидев Харуми замолкли. Они глядели на неё, после чего начали оживленно переговариваться. Харуми, стараясь не замечать да ужаса раздражающие лица, продолжает неспешно идти в перед. Но вдруг она слышит как её кто-то зовёт: — «Смотри, кто пришёл.» — с насмешкой сказала Ева, изогнув бровь и вздыхая. — «Это же наша Сумасшедшая!» Мика хихикнула и добавила: — «Уже окончательно на болото переехала? » — уже не скрывая смеха говорит Мико. —«Все еще в облаках витаешь, как и раньше? А лохушка? » Харуми почувствовала, как в груди собирается злость. Она не собиралась слушать их идиотский и не чем не обоснованный смех, но и проигнорировать их не могла: — «Вы не понимаете…» — «Ах, да, конечно!» — перебила её Ева, с ухмылкой на лице — «У шизиков ведь свои секреты, да?» — «А я вижу у вас всё очень хорошо…» — шепотом сказала Харуми рассматривая землю под ногами. Ева и Мика продолжали хихикать иногда переговариваясь, тем самым думая что издеваются над ней. Она молча повернулась беря в руки ближайший камень у ног. Не задумываясь она со всей силы метнула его в сторону девчонок. Камень изменяет положение, и словно стрела попадает точно в лицо Евы, заставив её кричать от боли. Она дёрнувшись падает прямо в фонтан, выплёскивая воду. Мокрая от воды Мико замерла на мгновение. Ева продолжала вопить, из её носа уже ручьём текла кровь. С ужасам на лице Мико повернулась к Харуми: — «К-какого чёрта?!» — воскликнула Мико, в тоже время Ева молча таращилась на Харуми. Ей было всё ровно. От того что она сделала, из-за этого она почувствовала слабое облегчения. Развернувшись она спешно идёт к мосту, а затем на болото.       Она шла не долго, за всё это время она наизусть изучила эту местность. Знала самые короткие и безопасные пути. Подойдя к известной ей иве она тут же замечает Ллойда сидящего на старом бревне. Тем самым подмечая то что раньше его не было: — «Привет!» — воскликнула она привлекая к себе его внимание. Она подбегает ближе, замечая его хитрую улыбку. Харуми подошла к нему очень близко, начиная что-то спрашивать: — «Ллойд.» — «Я прийду ночью.» — Ллойд перебив Харуми поставил её в недолгий ступор. — «Приготовь что нибудь к моему приходу. Думаю ты знаешь что я люблю.» — улыбаясь заявил он. Харуми услышав что от неё хотят тут же засветилась от счастья. Хотя и была небольшая проблема с тем, что живность, скорее всего, поймать будет довольно-таки сложно. Но что не сделаешь ради него? В переизбытке эмоций она быстро подходит к нему, мимолётно целуя в ярко-фиолетовый кристал в центре лба, заставив вечно красные глаза расширится. Резко отскочив от него Харуми направилась обратна в спешке проговорив: — «Тогда я пойду, надо ещё еду с поймать!» — сказав это она скрылась за листвой.

***

      Выйдя из леса Харуми ещё около десяти минут просидела у себя в комнате, размышляя о том какие будут её будущее действия. Она уже определилась со своей дичью, а значит пора действовать. Она встав с кровати, бросилась к двери, прислушивалась, схватила чёрную тряпку накинув её себе на плечи и выйдя из комнаты пошла на выход из дома, осторожно, неслышно, как кошка. Предстояло самое важное дело — забрать из сарая топор и быстро наточить его. О том, что дело надо сделать топором, решено её уже давно. У неё был ещё складной садовый ножик, на всякий случай. Она так часто представляла то как она заносит над головой этой стервы топор, как он впивается в хрупкий череп и как начинает брызгать кровь. Но это не сейчас это будет чуть попозже… Ей хотелось смеяться над собой со злости, за то что она не могла сделать это раньше… На как только она вошла в сарай, злоба отступила изменяясь спокойственой радостью. Старый сарай, окружённый запахом древесины и пыли убаюкивал сознание. Она медленно подошла к деревянному столу, на котором лежал старый заржавевший топор. Её небесно-голубые глаза мерцали в темноте, смотря на лезвие. Оно уже начало тускнеть от времени: — «Прекрасно…» — подумала она, странно усмехаясь. Это её чрезвычайно ободрило. Она взяла топор в руки и начала затачивать неспешно его, вслушиваясь в то как металл царапает овальный камешек для заточки. Движения были плавными но решительными и уверенными. Когда топор наконец стал достаточно острым, как бритва, Харуми поднесла его кверху, любуясь проделанной работе, хитро ухмыляясь.

***

       Несмотря на то что ночи здесь наступали да ужаса быстро.У Харуми не было проблем с поисками своей дичи, так же как и со зрителями данного представления. В это время деревенщины уже попрятались по своим домам, эта уже была традиция. Родители давно спали в своей постели (хотя их бы тоже следовало убрать). Они всегда ложились очень рано. Мама и папа от бессонницы сейчас принимали снотворное. Что была очень хорошо. И вот выйдя из своей лачуги она направилась на площадь. Харуми знала что сейчас в доме никого кроме Евы нет. После ей надо будет просто дождаться прихода загулявшей сестрёнки. Небольшой деревянный домик стаял у окраины деревни. В период их дружбы Харуми часто спрашивала — «Почему?» на это девочки лишь отвечали — « Мама захотела.» Сейчас же ей это было на руку, да и вдобавок отца у них не было, что гораздо упрощало работу. Однако всё же была одна проблема — это их мать, которая часто любила заходить в комнату девочек без стука.       Тихо пройдя садик она осторожно вошла в раздвижные двери. Зайдя в дом она направилась вперёд. По памяти она примерно помнила где находилась спальня их матери. Было уже темно поэтому она набравшись смелости и оставила топор за одной из тумб вытащив из-за пазухи небольшой садовый ножик. Не создавая больше лишнего шума она подкралась к двери. Света за дверью не было поэтому слегка приоткрыв дверной проем Харуми, уже привыкшая к темноте, заметила на кровати мирно лежащую женщину. На её светлых волосах четко, даже для темноты, красовались большие наушники. Было слышно небольшое звучание мелодии. Харуми даже обрадовалась такому положению дел, так как можно было вести себя не особа так тихо. Судьба была явно на её стороне. Но все ровно аккуратно открыв дверь она незаметно подошла к женщине. Та, как Харуми думала, дремала не особа долга. Так как по своему опыту знает то что спать в наушниках, а в тем более в таких не особо лучшая затея. Но быстра откинув мысли в сторону она поднесла руки к лицу женщины. Одна легла на её рот от чего та сразу же проснулась но звука так и не издала. Другая вместе с ножиком замахнулась над горлом, делая неаккуратный надрез во всю глотку. Темно алая жидкость плюхнула на белые простыни и полилась из-под ладони. Женщина впадала в забытьё от боли, негромкие булькающие звуки стихли вместе с попытками сопротивляться и тогда удостоверившись, что женщина на против больше не дышит, Харуми аккуратно вышла из комнаты. Вытирая окровавленную ладонь об стену и чёрную тряпку на её плечах. Поднимаясь на второй этаж.       Она очень осторожно поднималась по скрипучей лестнице на верх и вот пройдя небольшой коридорчик она предстала перед дверью. Но не успев сделать и шага как дверь к противным скрипом открылась настежь и перед ней появилась Ева. Она увидев Харуми широко разинула глаза, уже намереваясь что-то сказать. Сейчас нельзя было терять ни одного мига. Она совсем достала топор, взмахнув обеими руками, едва чувствую что прилагает какие-то усилия, будто на подсознательном уровне уверена в том, что сзади её находится ещё один человек, помогающий ей совершить сей поступок. Почти машинально, она опустила лезвие на голову Евы. — *Как и всегда, была вычурно красива… Бесит! * Удар пришелся в самое темя , чему способствовало то, что она немного уступала Харуми в росте. Ева вскрикнула, но очень слабо, и вдруг вся обмякла и опустилась к полу. И тут она ударила из-за всей силы ещё раз, и другой, и третий, и всё по темени. Кровь хлынула, как из опрокинутого ведра, и тело повалилось на пол. Харуми отступила, дав ей упасть и вновь подойдя, присела. Глаза были вытаращены как будто хотели выпрыгнуть, а лоб и всё лицо были искажены судорогой. Харуми поднявшись пошла внутрь комнаты дожидаясь третьей гостьи. Вдруг за спиной послышался легкий крик. Обернувшись она увидела Мико, она стояла в проходе, и смотрела в оцепенении на убитую сестру, вся белая как бумага, не в силах даже крикнуть. Увидев Харуми, она задрожала как лист, мелкою дрожью. Приподняв руки, она раскрыла было рот, но все-таки не вскрикнула и медленно, сла отходить назад, пристально смотря на неё, но всё ровно не кричала, будто воздуху не достаточно. Прижавшись к стене она медленно опустилась вниз садясь на пол. Харуми не став больше ждать бросилась к ней с топором. Губы Мико перекосились так жалобно как у маленьких детей которые чего-то очень сильно бояться и уже готовы заплакать. Несчастная Мико была проста и напугана, что даже руки не подняла защитить себе лицо, хотя это был самый необходимый и естественный жест в эту минуту. Удар пришелся прямо по черепу, острием, и сразу прорубил всю верхнюю часть лба, почти до темени. Она так и рухнулась замертво ни проронив не слова: — *Это было быстро* — они не сопротивлялись. На удивление самой Харуми всё прошло куда быстрее чем планировалась изначально. Она рассчитывала на крики и вопли но ничего. Поэтому тихо упаковав Мико с собой, она со спокойной душой направилась до дома. Ведь шума так и не было поднято, а значит что остаётся лишь одна проблема. Готовка…

• • •

      Харуми дотащив то что осталось от Мико до дома оставила её рядом с сараем. Она не волновалась о пролитой на землю крови, сейчас было главное другое. Харуми направилась дамой, зашла на кухню и моментально включила плиту, поставив на сто — сто двадцать градусов. Оставив кухню позади она направилась обратно к сараю. Она осторожно положив тушу на стол во дворе (где раньше стояли мамины тюльпаны) и начал её разделывать. Харуми, взяв столовый нож в руки разделяет её на части: плечи для жарки на медленном огне, бедра запечём в духовке, груди также, предплечья тушить. Забрав куски мяса в дом она обмыла их на кухне после чего начала готовку. Харуми обильно посолила и приправила каждый кусок мяса, ощущая под пальцами его мягкость и свежесть. Бедра и грудь она заботливо запихнула в предварительно разогретую духовку, чтобы на них плавно появилась золотисто-коричневая корочка, улавливая аромат трав и специй, которые смешивались в воздухе. Запах с кухни не доходил до комнаты родителей, это не как не могло их разбудить. Они и так спали очень крепко, а со снотворным их не разбудить и из пушки. Поэтому не заботясь о том что происходит в комнате родителей, она продолжила. Мясо с плеч Харуми уложила на сковороду с маслом, слегка прикрыв крышкой, чтобы она медленно пропиталась ароматами и сохраняла свою сочность. Затем она принялась за предплечья Мико, начав тушить его с овощами в большой глубокой миске, чтобы мясо стало мягким и невероятно ароматным. Час прошёл незаметно, в течение которого кухня наполнилась неповторимыми запахами. Грудь и Бедра соблазнительно запекалась в духовке, плечи томилась в своих соках на сковороде, а предплечья сочился ароматом трав и специй. Всё было готово. Харуми выключила плиту и духовку, накрыв на стол она устало уселась и стала ждать.       Но не прошло и десяти минут как в дверь тихо, будто звон колокольчика постучали. Харуми встрепенулась и подошла к двери. Открыв её перед ней во всей своей красе стоял он. Ллойд всё такой же, красные глаза, рога, чёрное пальто и сапоги. С их последней встречи в нём изменилась только прическа. Пшеничные волосы были распущены, а по бокам было заплетено несколько мелких косичек. Завораживает. Ллойд мягко, слегка игриво улыбается, улавливая запах. Но он стоит даже когда Харуми отошла от двери он стоит, и тогда она говорит: — «Проходи, можешь садится за стол.» — Ллойд тут же вошёл в дом, дождавшись всё-таки предложения. Они вместе сели за стол с удачно приготовленным мясом. Харуми взяла кухонный ножик намереваясь разрезать запечённые бедра. Под коричневой хрустящей корочкой сверкнуло серовато-белое мясо с желтоватой полоской жира, потек сок. Ллойд пристально смотрел за действиями молодой барышни, попутно замечая небольшое написание мелодии.

Time Skip

три дня спустя

      Ниндзя вместе с «сенсеем» Гармадонам направились в деревню Чаймэй-шу на так называемую встречаю родственников. Они уже больше трёх лет, каждый месяц посещают его. И вот вновь они здесь но что-то тут точно не так. Оживленная деревня подозрительно стихла оставляя после себя не приятный осадок на душе. Гармадон первым войдя за ворота ужаснулся не меньше стоящих за его спиной ниндзя. Деревня мертва, двери выбиты, на земле по мимо крови видны вырванные внутренности. Из каждого дома виден след крови. Нет не животных, не взрослых, не детей. Всё что осталось это небольшое отпечатки крови ведущие к мосту. За которым, из глубины болота, слышится тихое но звонкое похожае на золотые колокольчики пение. Мелодичное, не громкое и вечное…