Глава 1

Эра Drunk-Dazed Энхайпен репетировали хореографию к Drunk-Dazed. Хореография не была особо сложной, но требовала синхронизации и командной работы. Хореографы иногда оставляли тренировки на Рики, и сейчас был такой случай. — Нет! Сонхун хен, это же не то! ты что глухой? Это на семь, а ты делаешь на пять. Считай хен, или тебя не учили? И, ау! Хисын не был доволен поведением макнэ на этой тренировке. Обычно он был мягок, и если кто-то ошибался, то он превращал это в шутку, и объяснял еще раз. Но на этой тренировке он открыто хамил, ругался, дерзил и даже принижал участников. Эти слова сказанные Сонхуну стали последней каплей. Хисын быстро подошел и макнэ, и взял его за ухо, выкручивая его. — Как ты смеешь говорить подобное нашим участникам? — почти шипел как змея от злости и недовольства хен. —Как ты смеешь говорить так со своими хенами!? А, Нишимура Рики? — Хен, отпусти! Ай! Боже, ой, хен, мне больно! Ты мне ухо сейчас оторвешь, ай! — Рики вцепился руками в руку своего хана, пытаясь освободить свое ухо, но все было напрасно, и Хисын только усиливал хватку. — Если вы все не можете нормально танцевать, как мне с вами разговаривать?! Этими танцами вы тянете нас на дно. Один Сону чего стоит! Джей тут же подлетел к Сону, глаза которого наполнились слезами от этих слов. Он с самого айленда понимал что не дотягивает в хореографии, и много тренировался. Но мемберам, и особенно Рики, удалось убедить его в том, что он прекрасно танцует, и не надо изматывать себя тренировками. А слышать от него подобные унизительные слова было жуть как больно. — Ну все, Рики, — Хисын под испуганные взгляды своих участников потащил макнэ в угол. — Попробуй хоть на миллиметр сдвинуться с места, и я клянусь, ты увидишь худшую сторону меня. Ты простоишь здесь всю практику, — в приказном тоне строго сказал Хисын. Ребенок внутри Рики хотел протестовать и истерить, но Ни-Ки понимал что у него большие неприятности, и это только еще больше усилило бы их. В глубине души он сожалел, что довёл Сону до слез и наговорил столько обидного своим хенам, которые растят его. Но он не признает этого, по крайней мере, сейчас. Оставив Ни-Ки в углу, Хисын успокоил и заверил младших что все хорошо, и они продолжили тренировку, но следил за всем уже Хисын. *** Три часа спустя. — Окей. На этом мы закончим. Все молодцы, я бы хотел сказать что бы вы собирались домой, но, — он выдержал короткую паузу между фразами, что бы убедиться, что его все слушают. —Пожалуйста, останьтесь в зале. Все прекрасно понимали почему Хисын попросил их остаться, и они сами этого хотели. Все шестеро были разочарованы поведением Рики. Просто стоять на одном месте очень тяжело, и за эти часы Рики очень устал. Когда он услышал что тренировка окончена, он одновременно обрадовался и испугался. С одной стороны, его выпустят, а с другой, его накажут. — Рики, иди сюда. — Подозвал Хисын. Парень вздохнул и медленно подошел к своим хенам, опустив голову. — Хены, мне очень жаль за то, как я с вами разговаривал, простите меня, я просто хочу что бы все было идеально, я перфекционист, и вы это знаете. Мои эмоции просто вышли из-под контроля, мне действительно жаль, — немного плача проговорил Рики. Усталость от диет, съемок, и бесконечных практик взяла над ним вверх. Чонвон подошёл ближе, и обнял Ни-Ки. Как бы они все не злились, они не хотели видеть его таким. У всех бывают неудачные дни. Чонвон всегда чуть больше любил Рики, ведь он его единственный донсен. — Чшш, давай, пойдем сядем. — Чонвон медленно подвел макнэ к дивану, и усадил. Мемберы сели рядом с ними. Джей и Сону сели на диван, а остальные на пол. — Мне очень жаль, простите меня, я буду лучше, правда! — мямля и заикаясь проговорил Ни-Ки. Через некоторое время Ни-Ки отпустил Чонвона. — Рики, ты и так самый лучший. Мы все сильно ценим тебя, — Хисын погладил его ногу. — Мы не держим на тебя зла. Успокойся, пожалуйста, ты можешь заболеть если продолжишь так сильно плакать. — Вы не злитесь? — всхлипнув, Рики виновато посмотрел на всех мемберов. — Нет, Ки, — практически одновременно сказали старшие. — Но это не значит, что ты не будешь наказан. Ты же знаешь, что если ты плохо себя чувствуешь, то можешь прийти к нам в любое время. Мы могли бы в силу своего возраста попросить отдых у компаний, — Джей нежно погладил младшего по щеке. — Я это понимаю, — Ни-Ки на мгновение опустил голову и вновь поднял. — Но, хены, вы все выглядели очень уставшими, мне не хотелось вас тревожить. — Ты бы не потревожил, если бы просто поговорил, то не прибавил бы усталости. Нам в радость заботится о тебе, — спокойно объяснил Сону. — О. Хорошо. Мм. Кто меня накажет? — Это решать тебе, — все удивленно перевели взгляд на Хисына. — Я не даю обычно такого выбора, так что пользуйся, пока можешь. Ты обидел каждого, и любой вправе наказать тебя. Порку ты получишь от одного из нас, но все могут наказать тебя по-другому, — выждав небольшую паузу и оглядев всех, он продолжил —Никто не против? Пятеро старших покачали головами, в знак того, что они не против. — Прекрасно. Рики, подумай. У тебя время до завтра. Я хочу, что бы мы все сейчас поехали домой и сразу же легли спать и отдохнули. — Но, хен, я, — младший хотел было возразить, но его нагло перебили не дав сказать и пары слов. — Что в моих словах тебе не понятно? — Строго спросил Хисын, глядя на Чонвона. — Прости, все понятно. — Вот и прекрасно. Пойдёмте уже. Как только все расселись по машинам, Рики тихо попросил прощения у своего младшего хена, за то, что из-за его поведения у него нарушились планы, но Чонвон просто отмахнулся и обнял другого. *** 5:00 утра. Ни-Ки всю ночь просто ворочался под одеялом. Его выбор был действительно сложным. Любой из них строго бы наказал его, но все же был кое-кто, перед кем он чувствовал бо́льшую вину. Ни-Ки приподнялся на локтях, и оглядел темную комнату. В пять конечно уже светло, но плотные темные шторы в помощь. Он делил комнату с Чонвоном, Сону и Сонхуном, и один из них ему нужен сейчас. Он тихо встал, стараясь не разбудить никого лишнего, и пошел к кровати, где спал Чонвон. — Хен, проснись. — Ни-Ки присел на корточки перед кроватью лидера, и тихонько шепотом позвал его. Чонвон чутко спал и это разбудило его. — Ни-Ки? Что такое? Тебе Плохо? — Чонвон тут же обеспокоенно осмотрел причину его пробуждения. Ни-Ки никогда еще не будил его просто так. — Нет-нет, все хорошо. Мы можем выйти? — О, да, конечно. Чонвон встал, и взяв макнэ за руку, вышел из комнаты, и они направились в ванную комнату. Это было единственное место, где они не могут разбудить кого-нибудь. — Мм, хен, — Ни-Ки стыдливо опустил голову. — Я хочу, что бы ты меня наказал. — О? Это, — от неожиданности он немного запнулся. — Это неожиданно, — Чонвон не хотел этого делать, но знал, что рано или поздно ему придется. Он всегда избегал таких наказаний, и просто напросто ругал мелкого, или давал другие наказания. — Почему именно я? Я думал, что ты выберешь старших. — Из-за меня ты не смог вчера встретиться с друзьями, а вы долго планировали эту встречу. — Ни-Ки, ну ты что, — Чонвон обнял младшего, успокаивая его. — Я же сразу сказал, что все хорошо. Мы сможем встретиться и в другой раз. Это не из-за тебя. — Может быть. Но все же, я уверен в своем решении, — Ни-Ки отстранился, и присел на край ванны. — Ты же понимаешь, что я не буду мягок? Мне придётся строго тебя наказать, а мне не хочется этого делать, — тоскливо сказал Чонвон. — Я понимаю. Хен, ну пожалуйста. — Ладно. Тогда возьми ремень с щеткой, и иди сюда. Рики вздохнул, но быстро принял это. Он знал, что примерно так и будет. Он обернулся в сторону шкафа и подошел к нему. Там лежала банная щетка. Дальше он снял тонкий ремень Сонхуна с сушилки. Он медленно развернулся и подошел к Чонвону, который сидел на стуле, рядом с зеркалом. — Куда мне это положить? — Дай это мне. Ни-Ки отдал всё хену и покорно встал рядом, ожидая того, что будет дальше. Чонвон действительно не верил что собирается так наказать его. Единственного младшего. Он даже предположить не мог того, что Рики выберет именно его. — М, иди сюда, сними штаны и ляг животом мне на колени, — чуть дрожащим голосом сказал Чонвон. — Хен, если ты чувствуешь, что действительно не можешь, то не нужно, я попрошу другого хена, — Ни-Ки стало жаль Чонвона, и он пожалел, что выбрал его. Чонвон действительно хотел согласиться, но понимал что не может, он хен, и это его обязанность. — Нет, все в порядке. Я в порядке. Ни-Ки недоверчиво посмотрел на лидера, но все-таки сделал так как ему сказали минутой ранее. — Ты получишь 20 щеткой и 5 ремнем. Я не хочу, что бы такое поведение ещё повторялось впредь. — Да, хен, мне очень жаль, — он уткнулся лицом в сложенные перед собой руки, и приготовился. Чонвон не стал долго ждать, и тут же резко опустил руку. Шлеп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп — Нравится тебе или нет, но ты макнэ, и ты будешь уважительно относиться к нам. Мы не требуем постоянной формальной речи, учитывая что ты японец, и у вас не все так строго, но и ты не должен переходить черту. Если есть проблема, то просто подойти к одному из нас, мы твои старшие, и всегда поможем тебе, — Ругал Чонвон, стараясь не обращать внимания на хныканье макнэ. — Ой! Хен, пожалуйста! Мне жаль, я больше не повторю этого поведения, — На последнем ударе Ни-Ки не выдержал и зарыдал навзрыд. Чонвон отложил щётку, и стал гладить младшего по спине. Его слезы ему совсем не нравились, а знать, что их причиной является он сам, было отстойно. — Еще пять и мы закончим. — Хен, пожалуйста, не надо ремнем, я усвоил свой урок, пожалуйста! — Я должен довести наказание до конца, уж извини. Я знаю, ты вытерпишь. Как бы бездушно это сейчас не звучало, но мы с тобой оба получали и посильнее от хенов. От Хисына особенно, — В конце предложения он нервно посмеялся. Он пытался хоть как-то отвлечь младшего от наказания, хоть и понимал что это нереально. — Так. Прямо сейчас мы закончим. Я хочу что б ты посчитал каждый удар. Ясно? — Да, — запинаясь ответил наказуемый. Чонвон взял в руки ремень и застонал. Он был действительно тонким, и тяжелым. И причинит большую боль. Но с другой стороны Ни-Ки это очень заслужил. Шлеп — Один! — Ни-Ки сильно вскрикнул. Это было безумно больно, и боль была больше похожа на ту, когда бьешься об скакалку. Нет, его ей не били, просто как-то раз случайно его друг задел ею его ногу. Шлеп — Хен! Пожалуйста, хватит! — уже кричит от боли младший. — Ну мне очень больно! Чонвон вздрогнул от крика. Он хотел отбросить ремень в сторону и прижать мелкого к себе. — Число, Ни-Ки. — с тяжёлым сердцем потребовал Чонвон. Он ненавидел себя сейчас очень сильно. — Два хен. — Мм, не считай дальше. Я просто быстро закончу. Ты выдержишь, я это знаю, — Чонвон одной рукой взял Ни-Ки за руку, а другой быстро нанёс последние три удара, из-за чего завывания и слезы стали сильнее. — Тише, все хорошо, я закончил, — Чонвон медленно опустил Рики на мягкий коврик, после сам сел туда, и обнял макнэ. На стуле было бы ужасно не удобно это делать. Рики чувствовал сильную боль, но так же были облегчение и усталость. — Хен, мы можем лечь спать? Я всю ночь не спал, и я хочу с тобой, — опустив голову на плечо старшего пробормотал Ни-Ки. Чонвон улыбнулся. — Конечно, сейчас еще рано, я напишу хенам что наказал тебя, и что бы они не будили нас. — Хорошо. Чонвон быстро написал в групповой чат, и взяв макнэ за руку, повел его спать в постель. Он и сам очень утомился от всего этого. *** 16:57 Ни-Ки медленно проснулся. Заспанными глазами он стал осматривать комнату. Был он один, и не понял почему. Хотя спустя мгновенье вспомнил про утро сегодня. – О боже.. Как же неловко,– Ни-Ки лег на спину и тут же пожалел. Наказанное место дало о себе знать, и Ни-Ки тут же встал. – Ну класс, теперь я не могу сидеть, – недовольно жаловался сам себе подросток, потирая больное место. Ни-Ки быстро переоделся, и решил выйти поискать кого-нибудь. Ему хотелось поддержки. Рики всегда после наказаний нуждался во внимании и был прилипчив к абсолютно всем хенам. – Айгу, Рики, ты проснулся. Иди к нам. Как только Рики зашёл в зал, он нашел там Сонхуна и Джейка. – О, а где остальные хёны? – Готовят ужин. Джей заставил помогать ему, но нас к кухне не подпустил, – Сонхун обвил руками тело младшего, как только он подошел ближе. – А, понятно. Мм, Хены, мне очень жаль за вчерашнее, я больше не буду так себя вести. Простите меня, пожалуйста, – Рики опустил голову, и стал разглядывать свои руки. Джейкхуны переглянулись. – Рики, все хорошо. Мы не сердимся, да и ты уже был наказан и уже просил прощения. Все хорошо, – Джейк потрепал младшего по голове. Рики улыбнулся им. – Хены! Идемте кушать! О, Рики, ты проснулся, – Как только Сону увидел Рики, то тут же подошел и обнял его. – Ты в порядке? Чонвон использовал ремень Хун хена, и это действительно больно, по себе знаю, – Сону со старой обидой глянул на Сонхуна. – Терпимо, хен. — И вообще, вы меня не планировали кормить? – Планировали, но когда ты проснешься, – Сону взял младшего за руку и повел на кухню. – Ну ладно. Как только Рики зашел на кухню, Хисын тут же обнял его. – Ааа вы все что ли теперь будете лезть обниматься, – ныл Ни-Ки. В душе ему это было нужно, и нравилось, но он не покажет этого. – Ты в порядке? – Чонвон с виной на лице посмотрел на мелкого. – Да. Хены, ну объясните вы ему что я в порядке. Он уже тысячу раз спрашивал. Все засмеялись над двумя младшими. – Ладно. Я еще раз прошу у всех вас прощения за то, как относился к вам. Я обещаю что с этого момента я буду лучше, – Ни-Ки поклонился старшим, и они тут же все обняли его. Ни-Ки был их ребёнком, они некогда не злились долго, и не обижались.