Новая ячейка общества 🥳

Василий был типичным троечником. Ходил ссать, курить и пить за гаражи. Девчонок дергал за косички и юбки, а в портфели им подкидывал жаб и ржал, как ненормальный. Учителям на стульях оставлял кнопки, натирал доску мылом и бессовестно прогуливал около пятидесяти процентов занятий. Рогатку или трубочку в его руках видно было чаще, чем карандаш с линейкой, а горлышко бутылки с наперсником и пригоршнею рябины в кармане и того чаще. А сколько его мать платила за разбитые окна, раскачанные стулья и сломанные парты сосчитать страшно. В общем, типичный Васёк. Бати у пацаненка не наблюдалось лет так уже семнадцать, да и не планировалось. Мать в одиночку не могла управиться с растущим сыном, так что рос он балбесом и раздолбаем, по которому женщина ночью в кухне лила горькие слезы - не добьется же он ничего в жизни без образования, а она не сможет вечно его содержать, даже если устроится на ещё одну работу. Спать придется всего час в неделю, и это уже будет праздник… Лена производила впечатление девушки далеко не глупой, но отличницей она не была. Парни перед ней на колени штабелями не падали, в очереди 14 февраля не стояли, чтобы вручить валентинку, да и косички её им, почему-то, не нравились. Самое большое проявление внимания к себе она испытывала, стоя перед доской, пока учитель отчитывал её за разговоры с подругами. Почему-то одну её, хотя общались они вчетвером. Нечестно, но стукачество хуже несправедливости, так что Лена молча глотала слезы, выступившие на глазах от резких слов Ивана Ильича, и садилась на свое место, робко поправляя фартучек. В остальном же она оставалась невидимкой, хотя порой к ней и подсаживались одноклассники, чтобы «сверить решения». Списывали они просто. Вася матери своей помогать не стремился, да и женщина не толкала сына на работу, наоборот, заверяла, что всё хорошо. Наверняка после ухода мужа катастрофически боялась потерять ещё и сына, поэтому скакала вокруг него зайчиком. И посуду за ним помоет, и в магазин сама сходит, и уберется сама, и на работу ещё одну устроится, если вдруг сынок захочет новый MP3 плеер. Сынок и не привык, разумеется, дергаться. Сделав уроки, Леночка шла гулять с младшим братом, перед этим покормив младшую сестру и уложив её спать в люльку, пока мать, беременная очередным, пьяно храпела в комнате. Лена мечтала никогда не вернуться. Взять за руку Тёму и Улю, выйти с ними за пределы квартиры и больше никогда не переступать её порог. Через год она наконец сможет это сделать. Может, даже с третьим ребеночком. Она пока не знает как будут звать плод и какого он пола, потому что обычно узнается это постфактум, во время родов. Главное, чтобы роды эти были… Вася Ленку не замечал вплоть до одиннадцатого класса. А потом вдруг пригляделся к ней. Ухаживания полились на бедную девушку просто рекой. Лена влюбилась почти моментально, неискушенная в таких вопросах, и для неё не было ничего романтичнее, чем нацарапанное ржавым гвоздем на парте «Л+В» в сердечке. Она смеялась и смотрела на Васю с благоговением, отчаянно желая оставить его несмотря ни на что. Но где гарантии, что Васенька не бросит Леночку через неделю или две, когда надоест? Правильно, их нет. А вот опасения имелись всегда, и Лена пошла за советом к подружкам. Девчонки общались все перемены, и из этих разговоров Лена поняла, что, если она хочет быть уверена, что Вася останется с ней, она должна дать ему то, чего он хочет. Это же природа мужская, им без этого никак, да и они уже почти взрослые. Да и сам Вася уже делал недвусмысленные намёки. Лена, боясь, что её отказ станет последним для их отношений, в следующий раз сдалась под натиском Васиного желания. Впервые тогда она не пришла домой вовремя, чем вызвала бесконечный гнев отца. В тот день она стала женщиной, но параллельно с этим обзавелась парочкой шрамов от отцовой пряжки. Лена не жалела. Через пару недель после того дня Леночка почувствовала недомогание, но решила, что перспектива провести целый день дома намного хуже, чем из последних сил сидеть в школе, поэтому направилась во «второй дом». Несколько раз по пути её стошнило, а потом то же самое повторилось и в школе, и бедной девочке пришлось пропустить целый урок. Она бесконечно пила, борясь обезвоживания, и пыталась понять, что же с ней такое. Школьная медсестра только покачала головой и озвучила сразу несколько диагнозов, с чем это может быть связано. После нескольких наводящих вопросов и ощупывания живота девочки, женщина нахмурилась. -Эти дни у тебя давно были? -Не помню, - призналась девочка, тут же холодея от понимания, к чему клонит женщина. -А мальчик у тебя есть? Лене пришлось только кивнуть. На лице женщины тут же отобразилось презрение. -Ты должна сделать тест. А я обязана рассказать твоим родителям. Дома Лену ждал грандиозный скандал. От криков и оров плакали младшие дети, пугаясь своих родителей. Они с тоской смотрели на старшую сестру, которая тоже не могла не плакать, и сейчас нуждалась в помощи сама, из-за чего не могла помочь младшим. -Ты - позор семьи! Да ты хоть понимаешь, что мы в тебя столько вложили, столько нервов и денег было потрачено на тебя, на твое обучение, а ты, неблагодарная шлюха, спуталась с каким-то проходимцем! В таких криках Лена жила ещё не один день, пока в итоге из неё не вытянули информацию о Ване. Его матери тут же позвонили. Женщина только плакала от бессилия. Красивая, ещё достаточно молодая женщина сейчас была похожа скорее на старушку - плечи опущены, спина сгорблена и потряхивается, глаза давным давно уже потухли. Она позвала сына и вместе с мужским голосом из трубки домашнего телефона начала его отчитывать, при этом чуть не захлебываясь своими слезами. Вася на это лишь рукой махнул, привыкший, что мать проблемы все решит. Мать Василия действительно решила. Их срочно расписали в загсе, позвали всех родственников обеих семей, заставляя Васю и Лену играть роль влюбленной до безумия парочки, которые настолько уже взрослые, осмысленные и самостоятельные, что готовы прямо сейчас жить одни, отдельно от родителей, скрепленные узами брака. О беременности Лены никто не знал, а погрешность а пару недель могли списать на худобу девушки, так что никто и не узнал, что брак их был по залету. Родилась новая ячейка общества. Создалась новая семья. Наверняка счастливая.