Episode 2 - "Провокация"

      — Нам, пожалуйста, бутылку сливового вина, две порции скотча со льдом и пиво для начала, — вдумчиво, но в тоже время бодро произнесла Ханако, прикидывая в голове, насколько дорого ей обойдется вся эта попойка. Конечно, праздновать было рано, но девушка была оптимистично настроена, и поэтому ей хотелось разделить момент радости со своими подругами, предвкушая своё назначение замом.              Их разношерстная компашка предпочитала и напитки разные — Каори любила красные вина и крепкие коктейли, Ханако заливалась пивом, а спокойная уравновешенная Мей — виски, джин и ром.              — Пиво, как всегда? — молодой бармен, с темным пластырем на носу и двумя милыми хвостиками, задорно подмигнул и улыбнулся постоялице.              Облизнувшись, рыжеволосая быстро кивнула в ответ и подняла ладонь, подтвердив растопыренной пятерней желаемое количества напитка для разогрева.              Ханако часто посещала данное заведение, будь то в компании подруг или одна. Домой она не спешила — не было к кому спешить, а небольшая неоновая вывеска всегда выглядела чертовски привлекательной, зазывая заглянуть внутрь и охладиться бокалом пива. Да и сама судьба велела как следует отдохнуть, не зря ведь бар находился прямиком напротив бизнес-центра, в котором все дружно работали, а потом так же дружно шли выпивать.              За всё это время, проведенное вне офиса, Ханако успела познакомиться со всем персоналом заведения, в особенности она любила поболтать с милым юношей, что обслуживал её каждый раз. Чосо — симпатичный бармен, с мягкой улыбкой и красивыми сильными руками. Желая оплатить учебу, он работал здесь почти каждый вечер, доводя себя до изнеможения. Гото уже даже и не помнила, когда видела беднягу хорошо выспавшимся и без синяков под глазами, и видела ли вообще его таким? Тем не менее, юноша никогда ни на что не жаловался, лишь вежливо улыбался и интересовался делами клиентов.              Будучи осведомленным нездоровой любовью Ханако к алкоголю, он всегда угощал девушку дополнительной бесплатной порцией напитка. Так и сейчас, она ничуть не сомневалась, что парень принесет шесть, а то и семь бокалов пива, вместо пяти.              Вернувшись назад к столику, Ханако плюхнулась на стул напротив девчонок: Мей сдержано сидела, ожидая возвращения подруги, а вот Каори вовсю крутила головой, наблюдая за подвыпившими мужчинами вокруг, явно подбирая себе жертву на вечер.              Покрутив бокалом по массивной деревянной столешнице, Ханако громко стукнула напитком, заставив белесую пену подскочить и перелиться через край. Жадно подхватив белую шапку пены, заскользившую по холодному стеклу, девушка громко хлебнула и рассмеялась.              — Хватит мечтать о своих мужиках, у меня шикарные новости, — она подняла бокал, привлекая внимание подруг.              — Аа, — протянула Каори, поворачивая всем корпусом за каким-то высоким мускулистым мужчиной и провожая его голодными глазами. — Мне кажется или я его видела в нашем офисе? Не знаете, кто это?              — Тоджи Фушигуро — наш курьер, — отследив её взгляд, пробормотала Гото.              — Так, — тонкая изящная ладонь Мей сильно ударила по столу, что тот слегка задрожал. — Нам Ханако что-то важное хочет сказать, а ты как всегда… пялишься на ходячие члены!              — А что я? — подскочила Каори, невинно улыбаясь подругам, словно это не она только что похотливо раздевала взглядом мимо проходящего мужчину. — Я всего лишь поинтересовалась. Вдруг мне понадобиться помощь сильного и надежного мужчины, на которого можно положиться в трудную минуту.              — Сукуну попросишь помочь, — наблюдая за тем, как лицо Хаякавы скуксилось при упоминании того, чье имя нельзя называть, Мей тихо пробормотала. — Знаем мы, как ты на них ложишься…              — Эй, хватит препираться. У меня и вправду хорошие новости — сегодня господин Сато объявил, что на пост своего заместителя он рассматривает мою кандидатуру, — Ханако расплылась в улыбке, отчего лицо заметно округлилось.              — Поздравляем!              — И как скоро к вам можно будет обращаться как «госпожа заместительница руководителя отдела статистики», Гото-сан? — вытирая темные капли сладкого вина с пухлых губ, спросила Каори.              — Надеюсь, что скоро. Тем не менее, есть одно противное и весьма заумное НО с дурацким галстуком. Вот бы эта уродская удавка придушила его однажды.              — Ты о Кенто Нанами? — поинтересовалась Мей. — Как по мне, он адекватный и ответственный работник. Мы пересекались пару раз. Однажды помог донести коробку из архива.              — То есть, ты не единственный кандидат?              — Нет, но я все равно не воспринимаю его, как конкурента, — поджав нижнюю губу, скривилась Гото.              — По-моему, ты его вообще за человека не воспринимаешь.              — Или мужчину, — саркастически добавила Хаякава, скрестив руки на груди.              — Как будто у тебя с Сукуной по-другому? — сощурив тусклые зеленые глаза, перевела стрелки Ханако.              — Сукуна, Сукуна, Сукуна, только и слышно от вас, что Сукуна, словно свет клином сошелся на нем, — скосив томный взгляд на бокал и сладко улыбнувшись, Каори подперла лоб рукой. Её голос больше не звучал гневно или раздражительно, наоборот, в нём чувствовались интерес и некая мечтательность. — Кажется, вы о нем думаете больше, чем я.              — Значит все же думаешь о нем, — язвительно улыбнулась Ханако, подмигнув Мей.              Та улыбнулась в ответ и толкнула плечом Каори, заставив её вернуться из мира влажных фантазий в суматошную реальность их посиделки.              — Что у вас с ним?              — Да ничего. Ходит весь напыщенный, подумаешь, важный хер, и отказывается идти на контакт. Только и умеет, что не по делу своим языком вертеть, — девушка вылила остатки содержимого бутылки в свой бокал и закатила глаза.              — Кого-то мне это напоминает, — хмыкнула Ханако, опрокинув очередной бокал пива. Пить она умела быстро и мощно.              — Каори, — заговорщицки протянула Мей. — Мы ведь не слепые и прекрасно видим этот мечтательный взгляд. Да, Ханако?              — А? Да, конечно, видим, — отозвалась рыжеволосая, посмотрев на Каори через толстое дно только что опустошенного бокала, словно через линзу.              — Просто он мерзкий, противный, гадкий, старый…              — Опытный, — поправила Мей.              — Опытный, — проскулила Каори, осознавая, как же по-глупому и по-детски она пытается отрицать очевидный факт симпатии. — Просто, когда мы остаемся наедине, меня прямо тянет к нему, словно грёбанным магнитом. Хочется вцепиться в его широкие плечи ногтями и заткнуть его поганый рот самым неподобающим образом, — острые зубы впились болезненным укусом в нижнюю губу, заставляя помутневший разум вернуться на место.              — Оо, это в тебе говорит хорошая порция выпитого алкоголя, — поморщилась Ханако. — Наша Каори схватила бы этого засранца за шкирку и на выход.              — Так может вам стоит…              — Нет, ни в коем случае, — завертела головой Хаякава и, поймав сильное головокружение, сразу же об этом пожалела. — Боюсь, это лишь усугубит всю сложившуюся рабочую ситуацию. Такой мерзавец, как Сукуна, наверняка воспользуется моментом и воткнет нож в спину.              — Не думаю, что он сторонник грязных методов, чтобы пользоваться девушкой для собственной выгоды, — подсунув свой бокал Каори, Мей позволила огорченной душевными терзаниями девушке опустошить его содержимое. Та недовольно скривилась от горького скотча.              — Может, но я совершенно не понимаю, что творится у него в голове, — нарочно сделав паузу и подумав, девушка добавила с похотливой улыбкой. — И штанах.              — Фу, как же мерзко, — пробормотала Ханако, не одобряя интереса подруги.              — В этом вся Каори — дерзкая и похотливая, — приобняв подругу за плечи, рассмеялась Кусакабэ. — Но это было бы так романтично — служебный роман между двумя финансовыми директорами.              — Ну уж нет, такой разговор на трезвую голову я точно не вывезу. Нужно ещё пива, — глаза Гото резко округлились.              — И вина, — сглотнув, добавила Каори.              — Да ладно тебе, Ханако. Постоянно ворчишь и избегаешь внимания со стороны мужчин, самой то не надоело быть одинокой? Дай хоть помечтать, — Мей ткнула указательным пальцем на Гото, осуждая её поведение.              — Когда у тебя вообще был в последний раз хоть какой-то мужчина? — сощурилась Каори. — Кроме того сантехника, что чистил тебе трубы на прошлой неделе и то я сомневаюсь, те ли он трубы чистил.              Большая стопка бумажных белых салфеток полетела в наглую лисью морду Хаякавы.              «Чтобы меньше глупостей болтала» — обосновала поступок у себя в голове Ханако.              — Не хочу я заводить никакие отношение, вот и все.              — Да при чем здесь отношения? Это ведь так, для здоровья и самооценки, — устремила свой бесстыжий взгляд на собеседницу Каори, пустив верткий язык между средним и безымянным пальцами.              — У тебя только одно на уме.              — Каори права, ты ведь не можешь отгородиться от всех мужчин, — насмешливо прикрыла глаза Мей. — Не обязательно встревать в серьёзные отношение или спать.              — Осуждаю, — хихикая, Каори продолжала демонстрировать возможности своего языка, не замечая пристального внимания мужчин с соседнего столика.              — Можно начать хотя бы с общения, — тяжелая рука Мей ущипнула красноглазую за бок, чтобы та не встревала.              — Ну не могу я, как ты, — взвыла Ханако. — Стоит тебе улыбнуться и к тебе сразу же тянутся мужчины, даже сегодня тот очаровательный адвокат. Расскажи лучше о нем.              — Какой очаровательный адвокат? — оживилась Хаякава. — Ну-ка, расскажи.              — Не соскакивай с темы, Ханако, — тонкие брови строго нахмурились, а серьезный взгляд, казалось, обладал испепеляющим эффектом. — Если ты боишься, что в нашем офисе не найдется для тебя достойного кандидата, ну или физический контакт для тебя слишком проблематичный, то начни хотя бы с онлайн-знакомств. Для этого существует сотня приложений. Даже я, будучи студенткой, там часто зависала и познакомилась с Годжо…              Голос блондинки предательски дрогнул на последнем слове. Что-то её беспокоило и подруги нахмурились, понимая, что как-то упустили из виду самое главное — куда подевалась их веселая и беззаботная Мей? Эгоистично погрязнув в своих переживаниях, они не заметили, как веселый огонек озорства потух в глазах близкой подруги, а сама Кусакабэ утихла.              — Вот, я скину тебе название этого приложения, — взбодрилась блондинка, не желая портить все веселье своей кислой миной. Она воодушевлено и достаточно быстро заклацала клавишами на смартфоне и отправила сообщение на телефон Ханако. — Тебе стоит попробовать: приятное времяпровождение, активное общение и самое главное — все анонимно.              Гото лишь послушно кивнула, всматриваясь в название, что высветилось на экране:              — Спасибо… Мей, у вас с Годжо всё хорошо? Хочешь поговорить?              — Нет, — упрямо мотнула головой блондинка. — У нас с ним все в порядке, просто эта чертова работа и быт убивают всю романтику.              — Ага, работа. Да вы там почти не видитесь. Хоть бы разочек потрахались на рабочем месте для приличия.              Все та же стопка белых, но уже изрядно потрёпанных салфеток, снова полетела в обладательницу длинного языка.              — Да ну хорош, я уже задолбалась их собирать, — более страдальческого лица сложно было представить. — Лучше расскажи, что это за обольстительный и сексуальный адвокат, о котором говорила Ханако.              — Откуда ты взяла эти слова? Она ведь просто сказала «очаровательный».              — Зная Ханако, она именно это имела в виду.              — Господи, Каори, ты неисправима, — Мей прикрыла лицо ладонью и обреченно свела брови. — Это наш новый адвокат и я, как ведущий юрисконсульт, должна ввести его в курс дела.              — А он женат?              — Нет, — громче и резче, чем планировала, ответила Кусакабэ. — Точнее, я не знаю. Странно такое спрашивать при первой встрече.              — А кольцо? — Ханако опрокинула очередную порцию свежего пива, успев одарить расторопного Чосо хитрым прищуром. Судя по её пьяненькой улыбочке, у парнишки будут хорошие чаевые.              — Я не смотрела.              — А вот он на тебя ещё как смотрел.              — Черт, видимо от тебя никакой информации не добиться, — зевнула Хаякава, притянув очередную бутылку крепленного вина поближе. — Ханако, давай.              Рыжеволосая быстро сдула горьковатую пену и кивнула:              — Брюнет, тёмные глаза. Не высокий, я бы даже сказала, что он одного роста с Мей или немного ниже, отличное телосложение, около тридцати пяти лет, может, чуть старше, выглядит весьма элегантно и воспитано, — Гото выпалила всё на духу и потянулась за очередным глотком, как внезапно стукнула пивом о стол и подскочила со своего места, явно вспомнив что-то важное. — И большой выразительный орлиный нос!              — Вау! Всегда мечтала оседлать такого, — восторженно подхватила Каори.              Мей, пребывая в полном шоке, наблюдала за уникальными способностями Ханако, что смогла запомнить столько деталей буквально за пять секунд своего пребывания в чужом отделе. Стыдно признать, но даже Кусакабэ не успела заметить, а тем более запомнить столько мелочей. Как эта мышь вообще разглядела цвет его глаз? А ведь клялась, что стала видеть хуже из-за вечной работы за компьютером — засранка!              Едва оторвавшись от своих мыслей, Мей встрепенулась:              — Как оседлать? И как нос мог бы повлиять на это? Ааа… — тихо протянула Кусакабэ, осознавая, как именно подруга собиралась оседлать носатого любовника. — Лучше бы я этого не представляла.              — Не высокий? Если ему приглянулась наша Мэй, значит, разница в росте его не смущает, а это говорит об уверенности в себе. Сто процентов ниже пояса всё порядке. О, милая, ты даже не представляешь, что такие носатики могут исполнять! Только представь, он врывается ловким влажным языком тебе внутрь, а нос, такой же твердый, как чле...              — Всё, хватит! — Мей, покраснев, резко прервала разошедшуюся не на шутку Каори. — Мы ведь взрослые, умные и самодостаточные женщины, неужели не найдется другой темы, кроме мужчин? Ладно, эта, — обвинительный тычок пальцем в сторону хихикающей красноглазой. — Но ты то куда?              — Я одинокая, а не фригидная, — невозмутимо отозвалась Ханако, облизывая горькие от пива губы.              — Всё равно. С этого момента и до конца вечера я запрещаю вам говорить о мужиках!              Повисла неловкая тишина, прерываемая тихим похрюкиванием в бокал со стороны Ханако, да томными вздохами Каори.              — Мне кажется, что Нанами грязный извращенец.              — Да боже же ты мой! Гото!              — Я серьёзно. Постоянно косится на меня и трется в лифте!              — А ничего, что лифт всегда забит до отказа? — Каори так сильно закатила глаза, что зрачки почти исчезли. — Вчера ко мне прижимался охранник, тот самый вонючка с проходной. Я чуть не померла.              — В том-то и дело, лифт был почти пустой, а он дышал мне в затылок и в вырез заглядывал, я уверена, — Гото обиженно насупилась. — Я вам говорю, у него какие-то грязные мыслишки насчет меня. Не удивляйтесь потом, если найдете мою растерзанную тушку где-нибудь в подворотне.              — Ты нагнетаешь, Ханако, он нормальный. В отличии от Сукуны.              — Вы неисправимы. Ненавижу вас, — не выдержав, Мей звонко рассмеялась.              Вечер только набирал обороты.              

***

      

      

      Каждый шаг казался чем-то тяжелым и невыносимым. Босые ступни лениво ступали по холодной плитке, желая поскорее добраться до нужной комнаты.              «Чертов планировщик, который решил расположить спальню в противоположном конце квартиры» — мысли путались, а голова с каждым шагом соображала всё медленней, отчего движения выходили заторможенными.              Мей не стала включать свет: во-первых, она и без того знала, что и где располагается в квартире, а во-вторых, девушка боялась разбудить наверняка уставшего жениха.              Перед глазами всплыла милая картинка его сонной мордашки — светлые взлохмаченные волосы, бледные веки, прикрывающие небесно-голубые глаза, тонкие кисти, обхватывающие подушку, и мечтательная, немного дурацкая улыбка на тонких губах. Тут же захотелось прижаться к его широкой сильной груди и проурчать, как же сильно она по нему соскучилась.              У неё будет такая возможность — в постели, ведь именно там Мей все ещё способна почувствовать близость, что так призрачно исчезает днем. Только ночью Сатору рядом с ней, без навязчивого желания убежать в свой дурацкий отдел кадров, поужинать с лучшим другом или пойти в боулинг со своими «лучшими в офисе сотрудниками, таких ведь нигде не найдешь». И не нужно, Мей не собирается никого искать, ведь всё, что ей так необходимо — он. Пускай уставший, молчаливый, без настроения, порой безумный в своих идеях Сатору — свой, родной.              Разведя руки в стороны, девушка умело балансировала по назначенному ею пути. Дойдя до кухни, она оперлась о стол, вдумчиво всматриваясь в мраморный глянец.              Помниться, как только они въехали в эту квартиру, на этом месте стоял старый деревянный обеденный стол, что шатался от малейшего движения. Сатору ещё долго ныл, что нужно отложить денег с будущей стипендии и купить нормальную мебель, а не довольствоваться этими «объедками термитов», иначе одним прекрасным утром им придется соскребать остатки яичницы с пола, между обломками рухляди.              Годжо оказался прав — стол действительно развалился, прямо за завтраком. Правда завтрак был необычным, все ещё находясь в статусе бедных студентов, единственное, чем они могли насытиться — телами друг друга, а потому стол обрушился под резкими толчками юношеских бедер, что безжалостно вторгались в мокрое податливое лоно.              Убедившись, что с Мей все в порядке, он тут же подмял её под себя и продолжил свои любовные ласки уже на полу. На этом же полу они обедали и ужинали все последующие дни.       Разместившись в позе лотоса друг напротив друга, парочка на скорость поедала лапшу быстрого приготовления и беззаботно хохотала, обсуждая планы на будущее. Конечно, они оба добились своего и теперь работали в крупнейшем издательстве, вот только были они по-прежнему счастливы?              Даже имея такой большой шикарный стол, который они когда-то так тщательно выбирали, их вечера не были такими теплыми и интимными. В их жизни ворвались работа, разные круги общения, взрослые проблемы и банальное недопонимание.              Сейчас, замерев над гладкой поверхностью светлой столешницы и всматриваясь в свое отражение, Мей все никак не могла вспомнить, когда же все началось.              В голове резко всплыл вечер прошлой пятницы — разместившись за этим самым столом, Мей правила договор с новым поставщиком, засидевшись за полночь. В темной кухне, освещаемой лишь экраном ноутбука, погрузившись в многочисленные пункты и ища прячущиеся среди мелкого шрифта подводные камни, она не сразу заметила Сатору, что наблюдал за ней с коридора. Растрепанный после недолго сна, в одних лишь штанах, он прищурился и мягко улыбнулся.              — Эй, милая, пойдем в кровать. Ты выглядишь уставшей.              — Нет, я должна закончить, — Мей потерла сухие, зудящие после долгого пребывания перед монитором глаза. — Завтра после обеда нужно отдать договор на подпись, а мне ещё протокол разногласий составлять.              — Можно ведь, — неслышно ступая по полу, тихо проговорил мужчина. — Закончить завтра утром, как думаешь? — он оказался у неё за спиной, такой высокий, подтянутый, казалось, тепло от его тела согревало девушку. — Тебе не помешает расслабиться.              Нежные теплые ладони с длинными пальцами слегка сжали девичьи плечи, а горячее дыхание коснулось уха.              — А я могу тебе в этом помочь, — он слегка коснулся губами тонкого хрящика, и скользнув вниз, запечатал поцелуй на чувствительной точке шеи.              Мей на секунду прикрыла глаза, едва сдерживая тихий стон — предложение звучало слишком заманчиво, но вот договор…              — Сатору, я же сказала — я занята. Иди спать без меня.              Без прикосновений любимого мужчины стало холодно и одиноко и Мей на секунду пожалела, что отказалась от ласки, наблюдая за удаляющейся широкой спиной Годжо. Может быть, в другой раз…              Очнувшись от воспоминаний, Мей тяжело вздохнула — теперь она пыталась вспомнить, был ли тот раз единственным, когда она сама оттолкнула жениха. Уже неважно. Девушка быстро поспешила в комнату, что находилась в нескольких шагах от кухни по прямому коридору. Она по-прежнему соблюдала тишину, подбираясь на самых носочках к спальне.              Приоткрыто. Мей осторожно заглянула внутрь, надеясь увидеть долговязую фигуру, скрывающуюся под тонким одеялом, но кровать была пуста. Она прикрыла глаза и опустилась с носочков на уставшие, после целого рабочего дня на каблуках, пятки.              Подойдя к кровати, Мей плюхнулась на холодную постель. Пускай поверхность была мягкой, но что-то явно кололо, может, внутри неё самой?              Тонкие длинные руки подтянули к себе соседнюю подушку, его подушку. Сделав глубокий вдох, блондинка уткнулась носом в ткань, пропитанную запахом любимого человека. Не будь она такой уставшей, то наверняка бы расплакалась, но сейчас ей не хватало сил даже на слезы. Они давным-давно пересохли, в те одинокие ночи, когда, прикрыв рот ладонью, она тихо всхлипывала в их квартире.              Девушка резко откинула подушку и вскочила. Может сил, чтобы дойти к ванной ей и не хватало, но вот снять рабочую одежду стоило бы. Торопливо стащив с себя рубашку и серую юбку, Мей принялась за бюстгальтер.              Бельё аккуратно сползло вниз, освободив небольшую упругую грудь от металлических оков косточек. Пальцы осторожно коснулись мягких полушарий, скользя к затвердевшим от холодного воздуха бусинам. Когда-то грудь была усыпана ярким узором отметин, что так заботливо оставлял Сатору почти каждую ночь. Сейчас же это были лишь смутные воспоминания, от которых хотелось взвыть.              Руки продолжали неторопливо сминать полушария, мимолетно касаясь болезненно набухших сосков. Все тело изнывало, оно жаждало большего — того, что мог подарить только Сатору.              Мей извивалась на промокших простынях, что успели пропитаться влагой её возбуждения, ведь в голове засел образ жениха, далекого, но всё ещё любимого и желанного. Одна рука неспешно ласкала тонкую шею, мягкую грудь, плоский живот и утонченные бока, пока вторая скользила по влажным горячим складкам, задевая твердый чувствительный клитор.              Спустя несколько минут наполненных томительными ласками, девушка потянулась к прикроватной тумбочке, открывая нижний ящик. Подхватив продолговатый предмет в руки, Мей сглотнула и нажала на небольшую темную кнопку внизу. Головка завибрировала.                     

***

                    Свежий воздух приятно холодил разгоряченную кожу, отчего кожа покрылась легкой россыпью мурашек по всему телу. Щеки пылали нежным румянцем, скрывая едва заметные веснушки.              Машина подъехала, и девушка обернулась назад, помахав подруге на прощание. Каори осталась в баре, вызвавшись расплатиться за их посиделку, чему Ханако была безумно рада, поскольку зарплата была далеко за горизонтом, а выпили девчонки знатно. В любом случае, она обязательно рассчитается с любимой подружаней.              Сейчас же, устроившись в теплом салоне такси, девушка почувствовала облегчение: наконец-то она едет домой. Но внутри засело гадкое чувство пустоты и одиночества, как бывает после расставания с дорогими людьми. Алкоголь дарил удивительное желание открыться всему миру и завести новые знакомства.       Бегло оглядев водителя такси, Гото решила, что всё же не стоит заводить с ним разговор. На это было несколько причин — во-первых, нечего отвлекать человека от дороги, это все-таки её собственная безопасность, а во-вторых, он жутко напоминал одного противного, до последней клеточки организма душного коллегу — такой же сдержанный обладатель серьезного взгляда и идеальной осанки. Тем не менее стоило бы признать, что с такого ракурса и водитель, и Нанами выглядели удивительно привлекательно: выбритый светлый затылок и виски, густая пшеничная копна волос сверху, напряженные скулы и поджатые бледные губы, а ещё широкие кисти, усыпанные крупными вздутыми венами. Ханако часто приходилось наблюдать за таким видом, поскольку их с Кенто рабочие места находились на ничтожно близком расстоянии друг от друга.              Кровь прилила к ушам и Гото почувствовала, как внезапно в такси стало тесно и душно, вопреки тому, что в салоне царила комфортная температура. Она начала ерзать на сидении, пытаясь привести свои мысли в порядок и отогнать назойливый образ ненавистного коллеги, который отныне ещё являлся её конкурентом. Преследует он её что ли? Точно перепила.              — С Вами все хорошо? — тихий тембр водителя звучал обеспокоено.              — Все в порядке. Могли бы Вы сделать музыку немного громче? — с небольшой отдышкой произнесла девушка.              Выудив из кармана телефон, она посмотрела на время. Цифры показывали далеко за полночь, а внизу экрана светилось два единственных уведомления: «Успейте воспользоваться скидкой на стиральный порошок…» и странное сообщение от Мей, которое содержало в себе всего два слова, явно написанные на иностранном языке.              Открыв чат, Ханако ещё раз посмотрела на входящий текст, к которому, как оказалось, была прикреплена ссылка на скачивания приложения для знакомств. Она вспомнила, как в баре Мей заикнулась об общении онлайн, с помощью которого можно найти новые знакомства, а Каори ещё полчаса галдела о том, что это идеальная возможность развести кого-нибудь на виртуальный секс.              Возможно, будучи трезвой, Ханако и откинула бы эту идею, просто удалив ненужное уведомление, но мозг, плавающий в нескольких литрах пива, жаждал продолжения веселья, а потому пальцы быстро раскликнули ссылку и нажали на синюю кнопку скачивания.              Переступив порог дома, Гото завалилась на темный диван посреди квартиры, параллельно отвечая на сообщение анонима. За всю поездку в такси, она успела заинтересоваться тремя, четырех отшить и двоих заблокировать. Как и предполагалось изначально, на этом сайте не стоит искать романтики или любви, но убить скуку и насладиться вниманием мужчин — самое то.              Обычно диалог с многими заканчивался на моменте получение заветного дикпика, в ответ же отчаянный аноним получал морозящую тишину или же ржущий смайлик (простите, но фотка с резиновой уткой на члене слишком даже для неё).              «Идеально, чтобы заставить Мей смущаться и краснеть от столь глупо предложенной ею идеи, а Каори посмеяться. Наверняка эта зараза устроит рейтинг «Самого уродского дикпика» или что-то подобное» — размышляла рыжая.              

Чат

             «Почему не спишь? Уже поздно»              

«Засиделась с девчонками в баре. А ты?»

             «Засиделся в офисе — отрабатываю грядущее повышение»              Тем не менее, здесь нашелся, как роза среди навоза, на удивление адекватный собеседник, который уже час держался стойко и не присылал ни единого намека на дешевый подкат в надежде получить заветное фото обнаженной груди. Он вообще был каким-то слишком правильным. Обыденные вопросы по типу «Как дела?» или «Чем увлекаешься?», впечатление о недавно прочтенной книге — никакого веселья.              Желание бросить эту приторно милую переписку было огромным, но намерение получить трофейный дикпик было гораздо большим. Даже у таких скромняг, как этот «Неизвестный пользователь», наверняка есть тайные грязные помыслы прислать свой наполовину вставший пенис очаровательной незнакомке с пышной грудью, именно такую фотографию поставила Ханако, порывшись в забитой памяти своего телефона.              У самого же неизвестного стояла картинка расстегнутой на две пуговицы (всё прилично) голубой рубашки, что приоткрывала изумительный вид на острые ключицы и крепкую длинную шею. Лица естественно, как и на фотографии самой Гото, видно не было — все по лучшим заповедям скрытного анонима. Мужчина выглядел восхитительно, отчего Ханако томно вздохнула и прикусила губу, взмахнув пальцем вправо — берём.       Сейчас же, убитая отчаянием от всё ещё не заполученной интимки, Ханако решилась на кардинальные меры. Все самые тупые идеи приходят по пьяни и эта — не исключение. Раз этот вежливый паршивец не ведется на грязные разговоры, упорно игнорируя, как скачущий текст, так и откровенное содержимое, то такие сообщения наверняка не оставят его равнодушным.              Девушка торопливо стягивает вверх одежды и убирает волосы наверх, закрепив их заколкой, делает несколько фотографий. Первая — красивая упругая грудь с прикрытыми торчащими сосками, отправляется незамедлительно, а вот вторая, подготовленная про запас, ждет своей очереди.              В ответ — ничего. Молчит.              «Может на радостях дрочить ушел?» — размышляла Ханако, нервно грызя палец. Она впервые занималась подобным, а потому весь процесс казался невероятно волнительным.              Внизу живота приятно тянуло, а в глазах все плыло от волнения и внезапно нахлынувшего возбуждения. Кончики пальцев немного подрагивали то открывая, то закрывая снимок. Во рту все пересохло, а вот нижнее белье наоборот начало намокать снизу, но аноним все так же не отвечал.              Вздохнув и открыв в очередной раз галерею, девушка отправляет и второе фото, на котором едва видны бледные затвердевшие соски. В полумраке белесая кожа кажется невероятно гладкой и шелковистой, а хрупкие ключицы красиво обрамляют углы снимка.              Долгое молчание и в ответ приходить сухое пожелание спокойной ночи.              «Какой же он все-таки придурок», — разгневанная девушка швыряет телефон подальше от себя и с испорченным настроением и растущей головной болью направляется в душ.                     

***

                    — Интересно, стоит заказать такси сейчас или потом? — Каори разблокировала телефон и нашла нужное приложение. — Сколько ждать? Какого черта, мы же в самом центре Токио! Каких ещё двадцать-тридцать минут?              Девушка недовольно сощурилась и сжала кулаки:       «Спокойствие, только спокойствие, Каори, не позволяй испортить какому-то такси столь чудный вечер».              Поразмыслив, она решила отправиться в офис за документами, чтобы убить время ожидания. На выходных она тщательно изучит все материалы, чтобы в понедельник утереть нос красноглазому выпедрежнику.              Медленно поднимающийся лифт, наконец-то, остановился и двери отворились, пуская Каори в темное помещение офиса. Стало немного жутко.              Она вышла и медленно направилась в нужную сторону. Черт бы побрал этого Сукуну, ведь именно из-за него девушка забыла папку с отчетами в конференц-зале, в попытке поскорее ускользнуть из его цепких рук.              Имея странную тягу к риску и поискам приключений на свою очаровательную пятую точку, Каори успела сполна насладиться крепкой хваткой мужчины. Он не раз зажимал девушку вне кабинета, хватая её хрупкие запястья в свои большие широкие ладони и заводя их наверх, над головой. Сукуна шипел, дерзил, отчитывал и издевался. Казалось, его совершенно не беспокоили взгляды мимо снующихся работников, и кто знает, что было бы с Хаякавой, если бы не они.              Каори проклинала мужчину, огрызалась в ответ, не собираясь слушать остатки здравого смысла, что так отчаянно бился в углу черепной коробки. В такие моменты её колени дрожали, но не от страха, а от внезапно нахлынувшего возбуждения, что чертовски приятно опаляло низ живота. Сукуна это подмечал и самодовольно улыбался, сдавливая девичьи запястья сильнее. Стоит признать, что эта игра в кошки-мышки до безумия заводила их обоих.              Нетвердой походкой Хаякава все же добрела до нужного коридора. Повернув за угол, она сильно удивилась, заметив, что помещение кабинета горит тусклым светом.              «Видимо уборщица забыла погасить боковые лампы» — промелькнуло в голове прежде, чем финансистка толкнула матовое стекло двери.              — Ты?! Что ты здесь делаешь? — алые глаза уставились на сосредоточенное мужское лицо, склонившееся над планшетом.              — Могу задать встречный вопрос, куколка. Неужели тебе так скоро наскучило развлекаться со своими пальчиками, и ты прибежала ко мне? — темные брови многозначно подскочили вверх. Сукуна явно не ожидал увидеть в такой поздний час второго финансового директора в офисе, да ещё и такую пьяненькую, но оттого она выглядела только прекрасней: расслабленная, раскрасневшаяся, темные волосы в беспорядке как после бурной ночи, а в глазах всё те же бесстрашные огоньки.              — А что, если да? — девушка хитро сощурилась и прошла вглубь кабинета. Проводя кончиками пальцем по поверхности длинного стола, она медленно приближалась к Сукуне. Каори и сама до конца не понимала, какую игру задумал затуманенный алкоголем мозг, но правила ей не были нужны, ведь она не собиралась соблюдать границы дозволенного.              Рёмен с нескрываемым интересом наблюдал за плавными движениями Хаякавы, готовясь в случае чего поймать девушку.              Приблизившись вплотную, Каори застыла прямо между расставленных ног мужчины. Быстрым движением она подхватила несколько бумаг на столе, над которым до недавних пор работал Рёмен.              Хмыкнув, девушка аккуратно перебирала документы в пальцах, исследуя многочисленные столбцы с цифрами. Голова отказывалась соображать, она ничего не понимала, но усердно создавала имитацию умственной деятельности.              Продолжая сидеть, Сукуна толкнул кресло вперед, ближе к Каори. Его грубые пальцы коснулись внешней стороны бедер, осторожно огладив ягодицу девушки, обтянутую тесными брюками — вид её круглого зада, крутящегося целыми днями перед глазами, порой сводил его с ума.              Изрядно уставший мужчина, тяжело вздохнул и склонил свою голову вперед, прижавшись лбом к её пояснице, отчего Хаякава вздрогнула. Она прекрасно чувствовала его дыхание на своем теле, казалось, что оно проникало не только под ткань, но и под кожу, вонзаясь острыми иглами в мышцы. Коленные чашечки превратились в желе, отчего ноги мелко дрожали.              Сукуна неторопливо поднял голову вверх, проводя острым кончиком носа по выпирающей линии хребта.              — Нашла что-то интересное? — издеваясь, спросил он.              Девушка откинула бумаги обратно на стол и резко повернулась. Крепко сжав мужчину за плечо, она надавила, заставив того откинуться назад. Он поддался, позволил ей осуществить задуманное, наблюдая за тем, как женская фигура самостоятельно упала к нему на колени, закинув ноги на подлокотник.              Каори, приобняв его за крепкую шею, нуждающееся прижималась всем телом к напряженному торсу мужчины, отчего последний издал тихий вздох ей на ухо. Собственное безумие вперемешку с алкоголем придавали излишней смелости и самоуверенности, а поэтому легкими плавными движениям девичьи пальцы скользнули к вороту белой рубашки Сукуны и расстегнули верхние пуговицы. Теплая ладонь мигом проникла под распахнутую ткань и огладила твердые мышцы груди, выпивший взгляд охватил темные линии, странным геометрическим узором покрывающие кожу — тату?              Томные вздохи слетали с припухших искусанных губ и касались разгоряченной кожи чужих. Кончик носа небрежно потирался о его, неторопливо вдыхая терпкий запах мужского парфюма, что так сильно сводил с ума.              Приобняв девушку за талию, Сукуна помогал ей удержаться на крепких бедрах, второй рукой он ласкал прикрытую темной тканью штанов женскую голень. Хаякава едва скулила и неугомонно ерзала поверх мужчины, пытаясь к нему прижаться и потереться ноющей грудью.              Слишком опасно, слишком откровенно, слишком возбуждающе. Внутреннее желание девушки было столь же крепким, как и желание Сукуны, что так отчетливо упиралось в мягкие ягодицы.              Черт, он был таким же уязвимым и нуждающимся, как и она. Округлая задница с ещё большим усердием заерзала на мужском тазу, заставляя напряженный кадык дёрнуться. Рёмен непроизвольно издал гортанный рык, что до жути приятной вибрацией отозвался в груди. Осознавала ли Каори последствия своих действий?              Очевидно, что да. Довольствуясь такой очаровательной картиной, девушка нарочито опустила руку между собственных бедер, положив её на твердый пах мужчины. Немного сжав его пальцами, она слегка приподнялась и снова заерзала на чужих бедрах, принимая более удобное положение.              — Прости, но я соскальзываю, — наглая ложь, прикрытая самодовольной улыбкой, вырывается с алых губ.              Глаза Сукуны пылали адским огнем, наблюдая за тем, как наглая девчонка играет с ним.              — Ничего. Лишь бы тебе было удобней, куколка, — сильный шлепок по заднице отдается звонким эхом в полупустом кабинете — Сукуна злой, раздраженный, ненасытный. Он ожесточенно сжимает хрупкую талию, наверняка завтра там останутся багровые следы, его метки.              Каори наклоняется к нему, но останавливается.              — Пусти, — тихо шепчет в его губы.              — Что?              — Пусти говорю, такси приехало, — по-издевательски улыбается девушка.              На грани страсти Сукуна даже не услышал, как звонко звякнуло уведомление на её смартфоне. Выкинуть бы эту осточертевшую вещицу куда-нибудь прочь, да хоть в окно, а то вечно останавливает их в самый не подходящий момент.              Он бы мог отказать, схватить и прижать обратно к себе, но не сейчас. Ему не нужен секс по пьяни, Рёмен способен ею овладеть и на чистую голову, оттого интересней. Сейчас же он отступит. Но только сейчас. Сукуна хочет, чтобы в будущем Хаякава отчетливо помнила каждую гребанную секунду её личного наказания, которое мужчина с удовольствием ей преподнесёт.              Поправив одежду и попытавшись выровнять сбившееся дыхание, Каори схватила нужную папку, за которой собственно и возвращалась, подмигнула мужчине и направилась к выходу. Она вовсе не ожидала, что Сукуна, недовольно стиснув зубы, направится за ней.              — Мне, конечно, очень приятно, но провожать не стоит.              В ответ послышалось пренебрежительное хмыканье.              Сукуна шел грозной тенью по пятам девушки, наблюдая за тем, чтобы та не споткнулась и не упала. Предложение подвезти её домой было напрочь отвергнуто, а потому оставалось всего лишь проследить, чтобы Каори села в нужную машину. А то уедет куда-нибудь на окраину по ошибке, где её потом искать? Он не согласен упускать такую добычу.              Пройдя темные коридоры офисов и душный лифт, в котором они сторонились друг друга, лишь исподтишка подсматривая, Каори остановилась у самого выхода. Она не помнила, как смогла одолеть эту невероятную преграду в виде высоких ступенек на своем пути вперед, но сейчас это казалось чем-то за гранью реальности. В глазах плыло от усталости и алкоголя, а колени все ещё подрагивали от недавнего возбуждения.              Сжав папку покрепче в руках, она обернулась и жалостливо посмотрела на своего надзирателя, что безразлично сложил руки в карманы. Оценив взгляд девушки, как мольбу о помощи, Сукуна сократил и без того скудное расстояние между ними и подхватил Каори одной лишь своей рукой под задницу. Девушка свободной ладонью вцепилась за мужскую шею очередной раз за вечер и что-то невнятно прокряхтела.              Рёмен донес пьяненькую финансистку к самой двери такси и опустил на землю. Приоткрыв дверцу, он склонился над её ухом и прошептал низким хрипловатым голосом:              — Я это тебе просто с рук не спущу, куколка, — тонкие горячие губы с силой, до синяков впились в бледную женскую шею, вызвал у Каори тихий сдавленный стон, который заставил водителя покраснеть и отвернуться к окну. — В следующий раз я разложу тебя на столе прямо в конференц-зале.              — Злопамятный ты дед, Сукуна. Мне нравится, — мимолетный поцелуй коснулся грубой кожи щеки, размазав красную помаду на мужском лице. Каори не страшно от его угрозы. Каори весело и интересно.              Девушка быстро запрыгнула в автомобиль и захлопнула двери, в очередной раз оставив Сукуну наедине со своим возбуждением.