Chapter 3.

Через две недели должен быть день рождения у Антона, но раз Антона больше в моей жизни, значит и подарок ему дарить не нужно. Я пол года коплю ему на новый телефон, потому что он тот еще жмот. Ходит с позорным раздолбанным старым телефоном. Но пожалуй, он и продолжит с ним ходить и дальше. У меня на руках кругленькая сумма и этого точно должно хватить на пару перелетов, а там, как сказал Ян, я буду оплачивать твою жизнь. Приятно, но совесть моя не одобряет такое, но, похоже, мне придется смириться и терпеть, пока я не смогу зарабатывать свои деньги. — Я купил тебе место рядом со мной. У тебя много багажа? — Ян вернул мне телефон и я посмотрела на мой электронный билет. — Ну как тебе сказать... Если я смогу его забрать, то только один чемодан, а если не смогу, то маленькая сумочка, — все мои вещи в номере. Там все необходимое и будет очень неудобно без косметики и любимой одежды. Сейчас Ян мне дал свою легкую кофту и полотенце, чтобы я смогла сходить в душ. — Мы можем завтра купить все нужное для тебя и повезешь это в ручной клади. Возвращаться к твоему балбесу сейчас опасно. — он говорит чистую правду. — я не понимаю, как можно так обходится с девушками?! Если бы не вы, то он бы на свет не появился, — и вот сейчас он тоже говорит чистую правду. Мне нравятся люди, которые придерживаются такой позиции. — Я готова тебе отдаться сейчас, только за твои слова, — ночь на меня плохо влияет. Говорю что попало и не думаю о последствиях. Ян покраснел и отвел взгляд в сторону, а я рассмеялась с него. Я положила голову на ладонь и склонилась в сторону рассматривая парня. Он очень даже симпатичный, но абсолютно не мой типаж. Мне нравятся накаченные и огромные мужчины, а Ян всего лишь высокий. — Ты спать не хочешь? Мне кажется пора, — он встал из-за стола. Квартира была однокомнатная, а значит спать я буду, скорее всего, на диване или на полу. — Мы можем лечь вместе или я могу лечь на диван. Как тебе будет удобней? — второй вариант звучит хорошо. Не думаю, что Яну будет плохо от одной ночи на диване. — Второй вариант мне нравится больше, — я последовала за Яном в спальную комнату. Она была просторная, с панорамными окнами и большой кроватью. На столе лежали какие-то бумаги, мне очень интересно посмотреть что там, поэтому я подошла ближе. Я присмотрелась к одному листу, некоторые слова были зачеркнуты, а некоторые обведены в кругляшок. — Что это? — я переложила листок на другое место и мне открылись красивые зарисовки глаз. — Ты рисуешь? — взяв в руки бумагу с изображением глаз, я присмотрелась к деталям. Это было настолько красиво! Будто не рисунок, а фотография. — Иногда, — я подняла голову на Яна, чтобы он увидел мою восхищенную реакцию. — Я тоже раньше рисовала. Закончила художественную школу, получила диплом и на этом все. Девять лет жизни я потратила ради какой-то бумажки, — никогда не забуду своего преподавателя. Ужасная и непостоянная женщина. Помню я нарисовала прекрасную работу для показа, но мне поставили за нее позорную тройку. Как я тогда была зла. Таких моментов было много, поэтому рисование у меня ассоциируется с адом. — Ничего себе! Я и подумать не мог, что ты умеешь рисовать, — он расстелил мне кровать и взял для себя подушку и плед. — Я не похожа на спокойную и порядочную девушку? — он помотал головой и белые кудри смешно «запрыгали» в стороны. Как же сейчас, легко выдавать себя за того, кем ты не являешься. Может, из-за моего чёрного каре и карих глаз я выгляжу как стерва? На самом деле я таковой не являюсь. Я считаю, что я очень добрая и веселая натура, и только узнав меня настоящую, можно говорить какая я на самом деле. — Ну я пошел, dobranoc(спокойной ночи) — я поняла, что он пожелал мне доброй ночи и повторила за ним. Он лишь хмыкнул и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Я упала на мягкую кровать, раскидывая руки в стороны. Приятна ноющая боль это то, что мне всегда нравилось. Но, к сожалению, к ней быстро привыкаешь. Я закуталась в одеяло, от которого приятно пахло мужским гелем для душа. Если Антон любил «тяжелые» ароматы, то здесь пахло чем-то «легким» и приятным. Это мне нравится больше. Я закрыла глаза и уже готова спать, но мысли, которые лезут в голову, так не думают. В темноте появляется картинка измены Антона и его лицо. Ко мне пришло осознание, что мне будет сложно его забыть. Несмотря на то, что он разочаровал меня, я все равно буду вспоминать прошлое. Помню, как в первые месяцы отношений он был таким котиком! Кажется, я была самая счастливая девушка на свете, когда он ухаживал за мной. Я уделяла ему много своего времени и была открыта для него, а он так обошелся с моим доверием... Я очень недоверчивый человек. Раньше я была открыта только с Вероникой и Андреем, а теперь у меня осталась только Вероника, но она стала отдаляться от меня. Рано или поздно это произошло бы. А что касаемо Яна... я доверилась ему спонтанно. Он выглядит как хороший крючок для другой жизни, а именно это мне сейчас и нужно. Я постараюсь пересилить себя и впускать в свою жизнь больше людей. И я не позволю Антону — или чему бы то ни было еще — встать у меня на пути. Но ни тут то было. Моя решительность сменилась сомнением. Когда я поздно ложусь спать, а это случалось очень часто из-за работы, то меня начинает охватывать тревога и страх. Вместе с этим подступает ужасное чувство тошноты. Я как сумасшедшая твержу себе «Ты здесь, ты сейчас» чтобы вернуться в реальность от дурных мыслей. Так я и заснула. Я и Антон гуляем по набережной в Москве. Он предлагает сходить на колесо обозрения. Я очень боюсь высоты, но вижу как горят его глаза, поэтому соглашаюсь. Мы забегаем в кабинку и я сажусь на скамейку, впиваясь ногтями в край. — Да ладно тебе, не бойся! — Антон садится рядом и целует меня в кончик носа. На солнце его черные волосы становятся шоколадными и красиво блестят. Чертово колесо поднимает нас выше, а я только сильнее жмусь к парню. Мне становится холодно, несмотря на жаркое солнце снаружи. Кабинку начинает шатать ветер и я хочу кричать, но я не могу. Лицо Антона расплывается в улыбки, а потом он начинает бегать по кабинке раскачивая ее в разные стороны. — Владлена, Владлена! — Я открываю глаза и становится тихо, но сердце хочет выпрыгнуть из груди. Никакого колеса обозрения и никакого Антона. — Владлена, — я подскакиваю с места, когда слышу мужской голос рядом. Я закутываюсь в одеяло и пытаюсь найти Яна. — Ты че? Я вижу его сидящим возле кровати. Но зачем? — А ты почему сидишь тут? — моя паника понемногу уходила. — Тебя будил. Тебе тут писали и звонили, я подумал, что это твой парень, — он передал мне телефон. На экране блокировки высветились пропущенные и сообщения с неприятным содержанием. Найду-прикончу и тебя и того типа Я тебя никому не отдам, ты моя Любимая, возвращайся в номер Сука, если ты в течение часа не прейдешь домой, все твои шмотки полетят в парашу Я нахмурилась и перевала взгляд на Яна. Он хотел объяснений. — Пишет, что если найдет, то прикончит. Никому меня не отдаст, потом пишет «любимая возвращайся в номер». Ну а последнее про мои вещи. Если я не приеду в течение часа, то он их выбросит, — мой голос надрывался от этих слов. Мне больно от того, как ко мне относятся, мне хочется, чтобы меня пожалели и сказали, что я ни в чем не виновата. Я кладу телефон на прикроватную тумбу и закрываю лицо руками. Хочется хотя бы на пять минут провалиться из мира и не знать что со мной происходит. — Владлен, тебе плохо? — я мотаю головой, мол «нет». Но я в шаге от того, чтобы расплакаться. На своей коленке я чувствую большую руку. Обычно, мне не комфортно от чужих прикосновений, но говорить это Яну я не стану. Он хочет как лучше. — Так ладно, нужно спать, а завтра уже будем что-то думать, — я открыла лицо и наиграно улыбнулась. Он поднялся с пола и вышел из комнаты. А я упала обратно на кровать. Может быть, у меня получится заснуть. Не знаю. *** Утром мы с Яном решили пойти перекусить фастфудом. Это, конечно, неправильно, но его идея мне понравилась. Он сказал, что мне нужна разгрузка, а значит никаких правил касаемо диеты не должно быть. Если я наберу пару килограмм, я не стану плохим человеком. Очень странно выходить на улицу в мини платье без макияжа и с грязными волосами. За что я люблю Соединённые Штаты, так это за то, что тут людям абсолютно плевать как ты выглядишь. Но бывают и исключения. Яну же повезло, он оделся как приличный молодой человек. В черную майку и шорты. Перед выходом он минут десять не мог понять какую цепочку ему лучше надеть и я посоветовала надеть сразу обе. Он поддержал мою идею. Очень приятно, когда твои идеи и предложения нравятся окружающим. Давно не испытывала такого чувства. Мы зашли в Макдональдс. Запах ничуть не отличался от России. Мы подошли к кассе самообслуживания. — Выбирай все, что захочешь, — я приложила указательный палец к губам и подумала что я хочу. За две минуты я нашла все, что хотела и дала выбор Яну. Он провозился с выбором подольше. Интересно, кто он по знаку зодиака? Не дева ли случайно? Они постоянно не знают, что им нужно. — Ян, а когда ты родился? — мы сели за столик в самом конце, чтобы было не так шумно. - Двенадцатого февраля, тысяча девятьсот девяносто девятого года, — значит, он водолей. Эти ребята творческие и добрые. Такие люди любят подчеркивать оригинальность во внешнем виде. Они имеют индивидуальный стиль. За их внешней уверенностью часто скрываются ранимые личности, которым сложно открыть свои чувства. Мы с ним похожи, хоть я и весы. Разница в возрасте у нас не большая. Ему двадцать пять, а мне двадцать два. — А ты когда? — Шестнадцатого октября в две тысячи второго. — Тебе двадцать два? — я мотнула головой и посмотрела в телефон. — Ой, у тебя же скоро день рождения?! — около двадцати дней осталось, а я его совсем не знаю, чтобы дарить подарок. — Да? И вправду. Я слишком загонялся с туром, что забыл счет времени, — я перевела взгляд на телевизор, где высвечивались номера заказов. Наш уже был готов и Ян пошел его забирать. На подносе было очень много еды. Не думаю, что мы все это съедим, но можно попробовать, потому что я слишком голодна. Ян поставил поднос на середину столика и сел напротив. Мы с минуту смотрели на еду. Кажется, наши глаза сверкают от счастья. Я взяла нагетсы и соус и придвинула их к себе. Обожаю кисло-сладкий соус, а вот Ян, видимо, любитель сырного. — Прости за вопрос, но ты любишь есть? — парень уже распечатывал упаковку бургера и приготовился его вкушать. — Обожаю! — Я тоже, — если на нас посмотреть со стороны, то может показаться, что мы очень невоспитанные люди, но на самом деле, мы просто голодные. С нагетсами было покончено и я подтянула к себе картошку фри. Картошка она и в африке картошка. Хрустящая снаружи и мягкая внутри. Не успела я ее открыть, как Ян стащил у меня пару картошин и отправил в рот. Вид у него был очень хитрый и смешной. Я засмеялась и он тоже. С ним было как-то странно. С ним я ем спокойно, не давлюсь и не прикрываю рот рукой. При людях я не могу есть от слова совсем. Не знаю с чем это связано. Просто не могу. Если я через силу пытаюсь засунуть в себя еду, то она лезет обратно, и мне хочется блевать. Так же было с Антоном, но со временем я привыкла к нему. Мы наелись до отвала и просто не могли идти домой, так что еще пол часа посидели в Макдональдс, а затем отправились домой, болтая обо всем, да не о чем.